Роза Люксембург
Роза Люксембург
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_157.jpg)
Красная Роза
Роза Люксембург погибла девяносто пет назад, в холодном и кровавом январе 1919 года. Ее трагическая смерть словно заслонила собой се жизнь – из нее сделали символ борьбы, икону мученицы за идею, очень быстро и старательно забыв и о ее борьбе, и о ее идеях, неудобных пришедшим к власти, и попутно лишив ее всего, что не подобает настоящей иконе – личной жизни, сомнений, надежд…
Между тем настоящая история Розы Люксембург была далека от плакатных штампов и житий революционных святых. Сложная и трагическая фигура, посвятившая жизнь не только политическим играм и партийным дискуссиям, но и поиску своего места в мире, где ей – женщине, еврейке, больной, некрасивой, – места просто не было…
Розалия Люксенбург родилась 5 марта 1870 года (или 1871, по некоторым данным) в маленьком городке Замостье, что находился в российской части Польши. Ее родители – Илия и Лина Люксенбурги, – были ассимилировавшимися евреями, о чьих корнях напоминали лишь патриархальный уклад семьи, фамилия да умение вести дела: Илия, происходивший из весьма небогатой семьи, успешно торговал древесиной и сумел обеспечить жене и детям безбедное существование. Когда Розе было три года, Илия даже смог перевезти семью в Варшаву. В доме говорили по-польски и по-немецки, любили музыку и литературу, жили дружно и весело: Люксенбурги любили и баловали своих детей, самой младшей из которых была Роза. Впрочем, Розалию любили особенно – и не только потому, что она была младшей, но и как больше всего нуждающуюся в любви: девочка родилась с вывихом тазобедренного сустава, у нее было врожденное заболевание костей и воспаление седалищного нерва, заставлявшее девочку страдать и на месяцы приковывавшее ее к постели. Когда Розе было пять лет, обе ее ноги заключили в гипс, и она провела лежа целый год. Со временем боли почти прошли, но остались хромота, невысокий рост, непропорциональность фигуры и, конечно, психологическая травма. В специальной обуви, когда Роза шла медленно, ее хромота была почти незаметна, но сутулость, слишком крупная для тонкого хрупкого тела голова и нездоровый вид никуда не пропадали. Она пыталась скрыть физические недостатки, нося длинные просторные платья и широкополые шляпы, двигаясь медленно и плавно, но даже так, по ее мнению, она не выглядела красавицей. Роза, отличавшаяся болезненным самолюбием, очень страдала: она видела в своей болезни проклятие, застившее ей путь к счастью. Первые десять лет своей жизни Роза училась на дому, осваивая с помощью матери и старших братьев и сестер гимназические науки, да так успешно, что в 1880 году ее приняли во вторую варшавскую женскую гимназию – заведение весьма престижное, где обучались в основном дочери богатых русских и поляков. В гимназии Розалия проявила себя как весьма способная ученица: ее острый ум, упорство, большие способности, склонность к наукам и бойкое перо обещали ей прекрасное будущее – если бы она не была женщиной, ибо женщинам в Российской империи тех времен путь к наукам был практически закрыт.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_158.jpg)
Роза в возрасте 12 лет
Биограф Розы Люксембург Рольф Шнайдер писал: «Можно сказать, что судьба обездолила её трижды: как женщину в обществе, где главенствуют мужчины, как еврейку в антисемитском окружении и как калеку». Слишком рано осознав свою обделенность, Роза пошла по пути, на который вставали тогда многие молодые люди: она увлеклась политикой. Ее любимым поэтом был Адам Мицкевич, чьи патриотические произведения и история жизни оказали на нее огромное влияние. Еще учась в гимназии, Роза стала посещать политический кружок группы «Пролетариат», которой руководил Марцин Каспрчак, где изучала историю Польши, читала запрещенную литературу и дискутировала о способах освобождения родной страны от власти царской России. Когда Розалия в 1887 году окончила гимназию, родители наняли ей учителя фортепиано в надежде, что их одаренная и целеустремленная дочь найдет себя в музыке. Роза и правда тяготела к искусству: она великолепно знала русскую, польскую и немецкую литературу, классическую музыку и театр, – но политика была для нее гораздо привлекательнее. Ее товарищи по кружку видели в ней не калеку и не женщину, а равную среди равных, они ценили ее ум и знания вне зависимости от ее национальности и возраста. Здесь у нее была цель, ради которой не жалко было отдать жизнь, и достижение этой цели не зависело от красоты, здоровья или умения варить борщ. Впрочем, и в политике Розалия оставалась женщиной: в конце восьмидесятых годов, когда пышным цветов цвело террористическое движение, Роза была одной из тех, кто ратовал за мирную деятельность, без убийств и терактов: она верила, что высоких целей можно добиться убеждением, агитацией и пропагандой. К тому же она сама обладала незаурядным талантом журналиста и оратора, чем быстро завоевала себе популярность среди соратников.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_159.jpg)
В 1887 году «Пролетариат» был разгромлен: четверо вожаков были казнены, более двадцати человек получили различные сроки каторжных работ, две сотни были изгнаны. Розе поначалу удалось избежать судебного преследования, однако к концу 1888 года и ей стал угрожать арест. Товарищи по подполью решили, что товарищ Люксенбург будет гораздо полезнее, работая за границей, и организовали ее переезд в Швейцарию, в Цюрих, который был в то время одним из важнейших центров российской и польской эмиграции. В Цюрихе Розалия должна была поселиться в семье немецкого политэмигранта Карла Любека и его жены Олимпии.
Официально Роза Люксембург (именно так значилось отныне в ее документах) прибыла в Швейцарию ради продолжения образования: она поступила в Цюрихский университет на факультет естественных наук, а через два года перевелась на юридический. «Роза Люксембург, – писала одна из деятельниц Коминтерна Анжелика Балабанова, – принадлежала к тому поколению известных женщин, которым приходилось бороться с почти непреодолимыми препятствиями, чтобы добиться возможностей, которые мужчины того времени получали как нечто само собой разумеющееся. В то время, чтобы добиться интеллектуального признания, женщине требовались жажда знаний, много упорства и железная воля.
Роза Люксембург обладала этими качествами в полной мере». Роза изучала политэкономию, юриспруденцию, философию и математику, а в свободное от лекций и библиотек время вела революционную пропаганду среди студентов и участвовала в работе кружка польских политэмигрантов – именно из этого кружка позже вырастет польское социал-демократическое движение.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_160.jpg)
Лео Йогихес
В сентябре 1890 года Роза познакомилась с эмигрантом из Литвы Лео Йогихесом: молодой социалист, известный в подполье под псевдонимом Ян Тышка, был молод, красив, обаятелен, высокомерен и неотразим. Роза сразу же увлеклась им, а заодно и проповедуемым Лео социализмом: молодая, неопытная и пылкая, она целиком отдалась новому для нее чувству влюбленности. Воспитанная в традиционных ценностях Роза мечтала о семье, детях и совместной старости, однако Лео не спешил разделить чувства своей поклонницы: он вел с ней беседы, водил на прогулки, дарил цветы и политические брошюры – и все. Розе самой пришлось объясняться ему в любви и всячески проявлять инициативу в отношениях. Лео поддался – однако сразу же заявил Розе, что он убежденный сторонник свободы чувств, противник буржуазного брака и не собирается ради любви жертвовать революционной деятельностью. Роза подчинилась: ради любимого мужчины она была готова поступиться любыми мечтами, любыми надеждами… Ее письма к Лео – редкий по лиризму и поэтичности образец политической публицистики, достойный занесения в ряды лучших любовных произведений. «Если мне когда-нибудь захочется снять с неба пару звезд, чтобы подарить кому-нибудь на запонки, то пусть не мешают мне в этом холодные педанты и пусть не говорят, грозя мне пальцем, что я вношу путаницу во все школьные астрономические атласы», – писала она в одном из писем…
Но вскоре любовная идиллия дала трещину: Лео очень раздражали активность и напор Розы, ее популярность в социалистических кругах и острый ум: все-таки жить с такой женщиной оказалось слишком хлопотно, особенно если вспомнить, что жизнь Лео и без Розы была не самая простая. Они постоянно ссорились, упрекая друг друга и в невнимании, и в ошибках в политических дискуссиях. Впрочем, без Розы Лео тоже не мог: она будто подпитывала его своей безудержной энергией. Их отношения затянулись на годы – лишь в 1906 году Роза прервала их вялотекущий роман, устав от постоянных измен Йогихеса.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_161.jpg)
Между тем политическая карьера Розы шла вверх: в 1893 году она была среди тех, кто организовал Социал-демократическую партию Польши и Литвы (СДППиЛ) – Розе доверили возглавить ее печатный орган Sprawa Robotnicza («Рабочее дело»), – а в августе она от имени новой партии выступала на съезде Второго Интернационала в Цюрихе. Ее статьи и брошюры печатались по всей Европе в солидных изданиях. В 1897 году Роза защитила диссертацию на тему «Промышленное развитие Польши» – эта работа вызвала похвалы профессоров, завистливую ревность Лео и признание товарищей по партии, сделавших ее работу основой для разработки программы СДППиЛ.
Получив степень, Роза решила переехать в Германию, где, по ее мнению, она могла бы принести больше пользы социал-демократическому движению. Ради получения германского гражданства она в апреле 1898 года вступила в фиктивный брак с младшим сыном своего домохозяина Густавом Любеком, наборщиком в типографии и анархистом по убеждениям. С Любеком, младше ее на два года, они были хорошими друзьями, несмотря на все политические разногласия, и благополучно развелись спустя пять лет.
В Германии Роза подружилась с Кларой Цеткин, ставшей ее ближайшей подругой, с Карлом Либкнехтом (сыном соратника Карла Маркса Вильгельма Либкнехта) и его будущей женой Юлией Парадис, а так же с теоретиком социализма Карлом Каутским и Владимиром Лениным. Люксембург быстро стала одним из виднейших – и любимейших – лидеров международного социалистического движения. Не любили ее лишь официальные власти – и правое крыло немецких социал-демократов, которых Роза раздражала своей критикой по экономическим и политическим вопросам: Люксембург по всем вопросам имела свое мнение и не боялась его отстаивать со всей свойственной ей энергией. В отличие от многих столпов марксизма, Роза считала, что революция вовсе не является необходимым звеном политической эволюции, что право наций на самоопределение может привести к анархии, а войны и вооруженные восстания – это бойня, а не способ ведения борьбы. Предпочтительным средством революционной деятельности Роза по-прежнему считала пропаганду, а лучшим способом воздействия на власть – всеобщие забастовки.
Вопреки сложившемуся о ней мнению, Роза не была сторонницей феминизма как такового: освобождение женщины она считала лишь частью программы по освобождению человечества от гнета капитализма. Тем не менее она была убеждена, что женская эмансипация – необходимая ступень прогресса. Сама Роза, впрочем, вела вполне традиционный образ жизни, в бытовом плане ведя себя также, как и все небогатые горожанки ее времени: стирка, готовка, покупки, служанка для тяжелой работы… Друзья Розы описывают ее жизнь как аскетическую: много книг, почти никаких украшений, простая еда, – но такую жизнь вели тогда почти все подпольщики, которые не имели возможности ни спокойно зажить собственным домом, ни обрасти имуществом. В свободное время Роза любила прогулки в одиночестве – больная нога не позволяла ходить так же долго и быстро, как другие, но Роза находила удовольствие в медленном передвижении, когда можно увидеть гораздо больше подробностей и деталей, которые она так ценила. Один из биографов говорит, что ей в полной мере были присущи «самодисциплина, умение дорожить независимостью, поиск индивидуальности и острое чувство прекрасного». В одном из писем из тюрьмы она писала: «Внутренне я чувствую себя в таком уголке сада, как здесь, или же в поле, где жужжат шмели и стоит высокая трава, гораздо больше в родной обстановке, чем на партийном съезде. Вам я спокойно могу все это сказать: Вы ведь не станете сразу подозревать меня в измене социализму. Вы знаете, что несмотря на это, я надеюсь умереть на посту: в уличном бою или на каторге. Но мое самое внутреннее Я принадлежит больше синицам, чем «товарищам».
Конфликты с властью неоднократно приводили ее за решетку: в 1904 году она отсидела два месяца в тюрьме саксонского городка Цвикау за оскорбление кайзера Вильгельма II, а в марте 1906-го ее и Йогихеса арестовали за участие в революционных беспорядках в Варшаве, куда они приехали тайно, дабы поддержать восставших рабочих. Ей грозил военный суд, и лишь вмешательство австрийских товарищей, подкупивших судей, спасло Розу: как немецкую гражданку и в связи со слабым здоровьем ее освободили и изгнали из страны.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_162.jpg)
Карл Либкнехт
После варшавской эпопеи Роза решила отдохнуть от активной деятельности: она устроилась преподавателем экономики в социалистическую партийную школу в Берлине. Здесь она обрела новую любовь – младшего сына Клары Цеткин Константина (Костю) Цеткина, который был младше Розы на шесть лет. Она знала Костю с детства – по ее рекомендации он поступил в университет, он был верным последователем ее идей, а теперь и влюбленным мужчиной. Их искренние, глубокие и нежные отношения – не афишировавшиеся, но и не особо тщательно скрывавшиеся, – продолжались пять лет; правда, встречались они редко, ибо Костя изучал медицину в Штутгарте, на другом конце страны. Там он в конце концов и нашел новую любовь. Пережить разрыв Розе помогла Клара, сама переживавшая в тот период разлад со своим вторым мужем, художником Фридрихом Цунделем.
Годы преподавания были одними из самых спокойных в жизни Розы. Здесь она написала главный свой труд – «Накопление капитала», который, по словам известного немецкого коммуниста Франца Меринга, «по обширности сведений, блеску языка, логической ясности исследования, независимости умственной работы», является одной из лучших марксистских работ.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_163.jpg)
Роза Люксембург и Костя Цеткин
Но и в школе Роза умудрилась нажить себе врагов среди коллег, которых Роза слишком активно критиковала по теоретическим вопросам. Дело дошло до того, что ее пытались лишить права преподавания – но единодушный протест любивших Розу учеников не позволил изгнать ее из школы. Преподавала она до
1914 года, когда начавшаяся Первая мировая война поставила перед всеми задачи куда более важные, чем получение партийного образования.
Роза Люксембург, как и ее ближайший соратник Карл Либкнехт, активно выступала против войны. Розу неоднократно привлекали к суду за антивоенные выступления – например, в 1913 году ее после произнесенной в воинской части антивоенной речи судили «за подстрекательство солдат к неповиновению»: на процессе ее защищал юрист и социал-демократ Пауль Леви, с которым у Розы после освобождения был короткий, но бурный роман – несмотря на то, что Пауль был на двенадцать лет моложе! В 1914 году она еще дважды оказывалась на скамье подсудимых. Она стала врагом не только для правительства, но и для собственной социал-демократической партии, которая поддерживала войну (то ли надеясь, что военные тяготы обострят революционную ситуацию, то ли в искреннем патриотическом порыве). Когда социал-демократическая партия обязала своих депутатов в рейхстаге проголосовать за предоставление военных кредитов, Люксембург порвала с нею. Вместе с Карлом Мерингом, Либкнехтом, Кларой Цеткин и немногими соратниками она создала антивоенный «Союз Спартака», а затем организовала журнал «Интернационал», в котором выступала против милитаризма. Затем она снова была арестована. Едва выйдя из тюрьмы, Роза Люксембург снова окунулась в борьбу с военной машиной, продолжала вдохновлять и организовывать демократическую деятельность, писать и выступать. Это был тяжелейший период в жизни Розы, но недаром Клара Цеткин писала о ней: «Если она была готова сломаться от непосильной ноши, то еще большие тяготы возрождали ее». В самые трудные дни она писала из тюрьмы, что она мечтает «быть, прежде всего, человеком… твердым, ясным и веселым, да, веселым, несмотря ни на что, вопреки всему, ибо скулить – удел слабых. Быть человеком – значит радостно бросить, если нужно, всю свою жизнь "на великие весы судьбы", значит в то же время и радоваться каждому светлому дню, каждому красивому облаку»…
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_164.jpg)
Пауль Леви
Клара Цеткин и Роза Люксембург
На следующий год ее вновь арестовали и без суда и следствия продержали в заключении два с половиной года – в военное время стало возможным и не такое. Но и в тюрьме Роза не отчаивалась: заключение она восприняла как возможность передохнуть и спокойно поработать. Она давно научилась быть довольной жизнью в любом месте и в любом состоянии: «Жизнь надо всегда принимать такой, как она есть, и находить все прекрасным и хорошим… Я инстинктивно чувствую, что это – единственный верный способ воспринимать жизнь, и поэтому действительно чувствую себя счастливой в любом положении», – писала она из тюрьмы. В камере она сочиняла антивоенные листовки, издававшиеся затем «Спартаком», переводила на немецкий рассказы Владимира Короленко (и это во время войны с Россией!), увлеклась естественной историей. Под псевдонимом Юниус она написала знаменитый памфлет «Кризис социал-демократии» и многие другие работы, имевшие огромный резонанс в воюющей Европе. В одной из статей были слова: «Свобода – это всегда свобода для инакомыслящих». Увы, самой Розе такая свобода не грозила. Многие из ее статей были скрыты ее же соратниками, постановившими их сжечь, ибо они противоречили официальным установкам партии. Эти работы через несколько лет после смерти Розы были опубликованы Паулем Леви, спасшим статьи от уничтожения.
Из заключения Розу Люксембург в начале ноября 1918 года освободила разразившаяся в Германии Ноябрьская революция. Это был настоящий хаос, полный крови, анархии и страха. Свои убивали своих, лишь бы выжить в этом кошмаре. В ночь на 10 декабря в редакцию «спартаковской» газеты Rote Fahne («Красное Знамя») ворвались солдаты, собиравшиеся убить Люксембург и Либкнехта, однако тех, к счастью, на месте не оказалось. Считается, что это покушение было организовано лидерами правых социал-демократов: их перестали устраивать «неуместно мирные», антимилитаристские взгляды их левых коллег…
В конце декабря Либкнехт и Люксембург стремительно подготавливают и проводят организационный съезд коммунистической партии Германии, выросшей из «Союза Спартака». Председателями новой партии были единогласно избраны Роза Люксембург и Карл Либкнехт.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_166.jpg)
В начале января восстали берлинские рабочие. Вопреки всем своим пацифистским принципам, Роза сочла своим долгом поддержать восставших, хотя она прекрасно понимала, что восставшие слабы и неорганизованны, что они обречены на неудачу. Она выступала перед восставшими толпами, пытаясь усмирить беспорядки – и была прозвана «красной Розой» за коммунистические идеи и «кровавой Розой» – за те ужасы, которые творили в восставшем Берлине ошалевшие толпы. Уже 12 января и правительственные войска и добровольческие дружины с помощью артиллерии подавили восстание. Тысячи были убиты, десятки тысяч арестованы. За головы Розы Люксембург и Карла Либкнехта была назначена награда в 100 тысяч марок.
Их выслеживали три дня. Говорят, в конце концов их убежище выдал кто-то из своих, кто – так пока и остается неизвестным. Пятнадцатого января 1919 года Люксембург и Либкнехта арестовали и доставили в отель «Эден», где размещался штаб гвардейской стрелковой дивизии. Стоявшая у входа в отель толпа солдат и офицеров осыпала арестованных бранью и оскорблениями. После допроса Люксембург и Либкнехту объявили, что их переведут в тюрьму Моабит.
Когда Либкнехта вывели на улицу, сначала один из конвойных дважды ударил его прикладом по голове, затем его добили. Обезображенный труп сдали как неопознанное тело на станцию скорой помощи. Вскоре вывели Розу. Ее начали бить еще по дороге к выходу и продолжили в машине. В конце концов офицер конвоя выстрелил ей в голову. Ее тело выбросили в Ландверский канал… В официальном заявлении значилось, что оба были убиты «при попытке к бегству».
В марте 1919 года был убит в тюрьме Лео Йогихес. В последние недели перед арестом он занимался подготовкой к изданию собрания сочинений Розы Люксембург – после его смерти проект был заморожен, а потом и вовсе отменен… Говорят, на этом настоял Ленин: в своих работах Роза Люксембург осуждала методы, которыми большевики удерживали власть.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/372134_19_i_167.jpg)
Похороны Розы Люксембург
Тело Розы Люксембург было найдено лишь в конце мая. Ее похороны 13 июня вылились в настоящую манифестацию: огромная толпа сопровождала Розу в последний путь. Клара Цеткин писала в некрологе: «Маленькая хрупкая Роза была воплощением беспрецедентной энергии… Борьба и работа окрыляли ее». Ее похоронили на кладбище Фридрихсфельд, рядом с Карлом Либкнехтом и сотнями ее товарищей по борьбе.
После смерти для Розы началась другая жизнь: ее теоретические работы были забыты как «неудобные» – слишком убедительно возражала она против принципов, которыми руководствовались пришедшие к власти, – но ее имя было возведено в ранг святыни. Ее именем называли улицы и заводы, колхозы и пионерские дружины. В одном из рассказов Михаил Булгаков описывает обряд «октябрин» – красных крестин, – где новорожденным девочкам как самые революционные предлагают имена Розы и Клары (в честь Клары Цеткин), а Копенкин, герой «Чевенгура» Андрея Платонова, носил «на груди и в сердце» портрет Розы и клялся отомстить ее убийцам. Лишь в конце XX века исследователи снова начали проявлять интерес к Розе как к личности, как к женщине и ученому. По ее биографии было снято несколько художественных фильмов, а в прошлом году берлинский театр «Грипс» представил спектакль о ее жизни, пользующийся огромным успехом у зрителей.
Данный текст является ознакомительным фрагментом.