ПРОЩАЙ, ДНЕПР, ПРОЩАЙ, УКРАИНА!

ПРОЩАЙ, ДНЕПР, ПРОЩАЙ, УКРАИНА!

В тот солнечный майский день, когда поезд должен был увезти Лесю на Кавказ, она незаметно вышла из дому, наняла извозчика до Владимирской горки. Был десятый час утра. От Трехсвятительской улицы широкая аллея вела к круглому деревянному помещению, напоминавшему огромный шатер степных кочевников. То была известная в те времена Киевская художественная панорама «Голгофа». Леся всегда приходила сюда, когда бывала в Киеве.

Медленно поднималась по широким ступенькам. Вокруг ни души. Тишина. Со смотровой площадки, огороженной невысоким деревянным парапетом, открывался легендарный мир. Давно знакомые сцены из жизни Христа, причудливо освещенные электричеством, потихоньку оживали. Опираясь на поручни, незаметно для самой себя Леся передвигалась по этому волшебному кругу, пока перед ее глазами не вынырнул из-за горизонта беломраморный древний Иерусалим, покрытый легкой, голубоватой дымкой. Но взор Леси приковывала не столица Иудейского царства, а дорога на переднем плане, по которой толпа устремилась к Голгофе. Впереди преторианская стража подгоняет осужденных на смерть. Каждый из них несет свой крест. Самый тяжелый достался изможденному, бледному бедняге…

Эта печальная фигура всегда чем-то влекла к себе Лесю. Может быть, своими мучениями, за которыми не чувствовалось ни страха, ни отчаяния, а только тоска, глубокая невысказанная тоска во взгляде.

Так было и десять лет назад, и тоже летом. И почудилось ей тогда, что тот, бледный, пошатнулся под непосильной тяжестью и в изнеможении упал среди дороги: «страдальца бледный лик еще белее и по нему сбегают капли крови».

«Эй, подымайся! Долго ль спать ты будешь?» — кричат преторианцы, и бичи обвиваются вокруг него, точно змеи.

«Не могу… Крест тяжел… Нет силы…» — несчастный простонал и лег лицом в дорожную пыль.

Легионер взмахнул бичом… Леся закрыла глаза и слышит, что он не ударил — кто-то остановил его:

«Стой!»

«Что нужно? Кто ты?» — заорал солдат.

«Я плотник. Этот крест был сделан мною, так я и понесу его. Давайте. За свой труд я не возьму с вас платы…»

Он поднял крест. Никто не помешал.

И плотничья спина вдруг распрямилась,

И руки ослабевшие окрепли,

И взгляд погасший загорелся снова

Великим, сильным и глубоким чувством,

И твердою, тяжелою походкой

Пошел с крестом работник на Голгофу…

Потом еще долго этот мираж не давал покоя.

На зиму поехала в Тбилиси, но и там ей виделась Голгофа при взгляде на синие Кавказские горы. Наконец не выдержала — взялась за перо. Так был написан апокриф «Что дает нам силу?», ставший началом триптиха в честь Ивана Франко…

Спустя несколько минут, оставив панораму, Леся шла по аллее парка. На самой горе присела на скамейке и задумалась.

Тихо. Воздух свежий, прозрачный. Небо торжественное, высокое. Днепр широко разлился и замер в своей вечной красоте. Казалось, вся вселенная вдруг остановилась, поразившись своему величию и очарованию.

Долго сидела Леся. Воспоминания незаметно сменяли друг друга, как тихие воды там вдали, на горизонте.

Наконец протяжно загудел на Подоле завод, возвещая о времени обеденного перерыва — двенадцать часов. Леся поднялась — пора возвращаться домой. Надо готовиться в путь. Бледные уста прошептали:

— Прощай, Днепр, широкий, могучий! Ты не раз успокаивал мою мятежную душу, даже на чужбине рассеивал туман моей печали. Поклон тебе…

Перед тем как выйти на главную аллею, остановилась. Еще раз повернулась лицом к Днепру, взглянула влево, на Щекавицу, Вышгород:

— И вы прощайте, мои милые горы… вечный памятник моей Украине…

У Михайловского монастыря Леся попросила извозчика проехать мимо Софийского собора, повернуть к Золотым воротам, а там по Владимирской, мимо университета.

Вечером в сопровождении родных и друзей Леся поднималась на вокзальный виадук. Красное солнце, как и тогда, в детстве, когда впервые приехала в Киев, прощалось с городом, лаская его золотыми лучами.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Прощай, зима!

Из книги Повесть о пережитом автора Дьяков Борис

Прощай, зима! Дни и месяцы текли с быстротой горной реки. Неожиданности приходили к нам одна за другой.Сменилось руководство лагпункта. К общей радости, убрали Этлина. Куда-то на трассу перевели Калашникова.Начальником назначили майора Кулинича, с ноль одиннадцатой. Уже


Прощай, Юра!

Из книги «Сектор Газа» глазами близких автора Гноевой Роман

Прощай, Юра! ..Всех интересует только один вопрос: «Почему?..»-Что ж... «Официальная» причина смерти до сих пор неизвестна. Во всех медицинских документах так и записано: «Скоропостижная смерть». И все.Что же касается неофициальной версии, то их множество. Но все сходятся на


III. «ПРОЩАЙ, ДОМ! ПРОЩАЙ, СТАРА Я ЖИЗНЬ!»

Из книги Чехов. 1860-1904 автора Ермилов Владимир Владимирович

III. «ПРОЩАЙ, ДОМ! ПРОЩАЙ, СТАРА Я ЖИЗНЬ!» Внутренние процессы большого, решающего для всей жизни значения происходили в душе Антоши. Он очень много читал, много думал. Он был приветливым, веселым товарищем, но глубоко самостоятельным человеком, ревниво оберегавшим от всех


Прощай

Из книги Блондинка. Том II [Blonde v.2-ru] автора Оутс Джойс Кэрол

Прощай Именно тогда мы и начали умирать, верно? Ты во всем винила меня.Ничего подобного. Кого угодно, только не тебя.Потому, что я не смог спасти тебя и ребенка.Только не тебя.Потому, что не я испытал все эти страдания. Не я истекал кровью.Не ты. Я. Я во всем виновата, я это


«Прощай, дом! Прощай, стара я жизнь!»

Из книги Антон Павлович Чехов автора Ермилов Владимир Владимирович

«Прощай, дом! Прощай, стара я жизнь!» Внутренние процессы большого, решающего для всей жизни значения происходили в душе Антоши. Он очень много читал, много думал. Он был приветливым, веселым товарищем, но глубоко самостоятельным человеком, ревниво оберегавшим от всех свою


«Прощай!»

Из книги Воспоминания. От крепостного права до большевиков автора Врангель Николай Егорович

«Прощай!» Со дня прихода отца в детскую во время моей болезни я его не видел; он несколько раз хотел зайти, но я под разными предлогами от этого уклонялся. Потом, когда я поправился, он по делам уехал в Казань.Накануне моего отъезда в Швейцарию он вернулся, и мы нечаянно


Прощай, Жан Батист

Из книги Мольер автора Мори Кристоф

Прощай, Жан Батист Семнадцатого февраля, в разгар карнавала, Мольер срочно вернулся в Париж к одру Мадлены. Умерла ли она уже, когда он примчался к ней? Наверное.Ей было пятьдесят пять лет, она раскаялась в том, что занималась актерским ремеслом, и умерла по-христиански,


Ante Venezia («Прощай, прощай, Гельвеция…»)[174]

Из книги Сочинения автора Луцкий Семен Абрамович

Ante Venezia («Прощай, прощай, Гельвеция…»)[174] Прощай, прощай, Гельвеция, Долой туман и холод! Да здравствует Венеция, Где каждый будет молод! Привет тебе, жемчужина, Восьмое чудо в мире, Стихов, примерно, дюжина Уже звучит на лире! О, tanto di piacere Di far, di far la sua, La sua conoscenza, Venezia! (ma doue) O,


Прощай!

Из книги Людмила Гурченко автора Ярошевская Анна

Прощай! На съемочной площадке Эльдара Рязанова Гурченко побывала три раза. Первый раз — в самом начале пути и после — последовавший оглушительный успех. Второй раз — на «Вокзале для двоих». Это уже была пора зрелости, середина всего. И на третий раз — «Старые клячи». Ну


Прощай

Из книги Память о мечте [Стихи и переводы] автора Пучкова Елена Олеговна

Прощай Итак, мы произносим: «Доброй ночи» — И, как любовники, идем опять, На самое последнее свиданье, Успев лишь вещи наскоро собрать. Последний шиллинг опустив за газ, Смотрю, как платье сбросила бесшумно, Потом боюсь спугнуть я шелест гребня, Листве осенней вторящий


Прощай

Из книги Забытая сказка автора Имшенецкая Маргарита Викторовна

Прощай Этот жалкий кабак много лет Осень долгим дождем убивает. Я пришел, но тебя уже нет, От страданья любовь убывает. Я страдаю, когда ты ушла, Я смеяться учился искусно. Плачу я без любви, без тепла И живу с той поры только грустно. Ты хотя бы на память храни Мое сердце,


Письмо двадцать седьмое Год 1914. «Прощай, Танюша, прощай, любимая…»

Из книги Эдит Пиаф автора Надеждин Николай Яковлевич

Письмо двадцать седьмое Год 1914. «Прощай, Танюша, прощай, любимая…» Графический объект27 В 4 часа утра я нашла Диму в конюшне, он уже сам заседлал Гнедка и Червонца. Обогнув дом, миновав мостик через Северку, мы пустили лошадей мелкой рысцой по лесной дорожке. Предрассветный


89. Прощай, Эдит, прощай!

Из книги Жаклин Кеннеди. Американская королева автора Брэдфорд Сара

89. Прощай, Эдит, прощай! При жизни Эдит Пиаф никогда не превращала свои концерты в эстрадное шоу. Она просто пела. То есть говорила со зрителями на доступном всем языке. Общалась напрямую, делясь своими мыслями и чувствами.Не превратились в шоу и ее похороны. Именно этого


Ну что ж, прощай…

Из книги автора

Ну что ж, прощай… В воскресенье 22 мая гроб с телом Джеки, накрытый старинным покрывалом, стоял в ее гостиной перед камином. Утром подле него сидел Морис, читал воскресные газеты, как они оба привыкли. Он и дети пригласили друзей и родных на неофициальные поминки перед