После диплома

После диплома

В июне 1973 года я получила диплом о высшем образовании. Итак, можно было подвести итоги. Что имелось в моих активах?

Прежде всего, молодость — мне было 22 года — и огромное желание работать, заниматься дальше наукой… Я даже знала, чем именно хотела бы заняться: лексикологией и психолингвистикой. Помимо основного диплома я, занимаясь все годы в научном студенческом обществе психологией, получила специализацию по этому предмету. Кроме того, я закончила Госкурсы иняз (испанский язык), читала по-немецки, по-сербохорватски, по-польски.

Я печатала на машинке с огромной скоростью.

Я была полна энтузиазма и верила, что пригожусь стране со всеми своими честными знаниями и умениями.

Но я не пригодилась. В общем-то, я никому не нужна была даром. То есть — теоретически — во многие места требовались люди с дипломом и с другими моими данными. Но когда я приезжала, протягивала свой диплом и паспорт, выражение лиц у людей менялось, и оказывалось, что да, человек им нужен был, но вот только что, понимаете ли, взяли… Буквально пять минут назад.

Не надо было быть ясновидящей, чтобы понять причину. Фамилия моя работодателей не устраивала. Я почти ежедневно в течение трех месяцев ездила по разным гипотетическим местам работы, которые подсказывали наши знакомые доброжелатели. Все — мимо.

Не буду описывать свои чувства. Это лишнее.

Скажу только: мне казалось очень стыдным жить за счет Танюси. Ну, это просто неприлично было. Родители ничем помогать не собирались. Я была взрослой, с высшим образованием. Да я и не осмелилась бы у них попросить. Собственно, папа по настоянию своей жены перестал мне помогать сразу после того, как мне исполнилось восемнадцать. Ну, и правильно. Я подрабатывала всегда. А тут что-то совсем край пришел. Меня даже в школу не взяли, хотя там точно требовались учителя русского языка. Дело в том, что начался массовый выезд евреев в Израиль, а у начальства из-за отъезжающих возникали неприятности. Поэтому брать по своей воле на работу человека с говорящей фамилией было слишком большим риском.

Я стала сникать. Вообще-то я держалась долго, бодрилась. Но тут что-то мне стало плоховато.

Танюся, видя происходящее, задумчиво сказала как-то:

— Может быть, тебе взять материнскую фамилию?

— А может, мне в Израиль уехать? — возмутилась я.

Такой мысли не допускали ни она, ни я. Но мысль возникла. От очень плохой жизни.

В конце концов нашлась какая-то контора в районе Арбата, где требовалась секретарша. Я была готова — и с радостью — идти в секретарши.

Пришла на очередную пытку, не ожидая ничего хорошего. Меня встретил сам начальник этого заведения (жаль, совсем не помню, что это было за место — память сработала четко, стирая кошмарные воспоминания). Это был красивый человек в возрасте моего отца. На пиджаке его я увидела орденские планки. Фронтовик.

Он смотрел на мои дипломы, анкету, на меня. Потом сказал:

— Взять-то я вас возьму. Но как же вам будет работаться тут? На этой должности?

— Прекрасно будет работаться, — сказала я.

Я видела, что он мне сочувствует, и заставила себя не разреветься. Да и не из-за чего было — я же получала работу, на остальное плевать. Семьдесят пять рублей в месяц! И я больше не сижу на шее у тети. Что еще нужно для счастья?

А вечером позвонил наш дальний-дальний родственник, работавший в Союзе кино, и предложил должность нормировщицы в Бюро пропаганды советского киноискусства. За 90 рублей в месяц. Естественно, от такого богатства не отказываются.

Я поехала, написала заявление, меня приняли тут же. В этом заведении фамилией моей испугать кого-либо было трудно. Тем более должность моя — ниже мышиной норы.

Я позвонила тому человеку, который благородно брал меня в секретарши, и сказала, что нашла другую работу.

— По специальности? — спросил он.

— Нет, нормировщицей. Но там зарплата девяносто рублей.

Он меня поздравил. Мы попрощались.

А я вот всю жизнь его помню. Хороший человек.

Выйдя на работу, я ожила. Воспрянула духом.

Мне нужен был передых. Прекращение мучений от чувства, что я тунеядка. Тем более Танюся реально и всерьез очень боялась, что я сижу без работы: существовала уголовная статья. Если человек не работал в течение трех месяцев, его могли отправить на исправительно-трудовые работы за тунеядство. Я уже подпадала под статью.

Мы были совсем одни. И нам было страшно.

Все это время поисков работы я словно вела двойную жизнь. Сказалась моя черта характера, которую я тогда еще не осознавала, а сейчас понимаю вполне. В момент трудностей я полностью замыкаюсь в себе. Я не рассказываю о своих испытаниях и мучениях никому — иначе я просто не переживу всего, что мне выпадает. Я делаю вид, что у меня все хорошо. Это не обман, не притворство. Это такой способ спастись. Так вот — никто из моих подруг и друзей даже не догадывались, через какой ужас я прохожу. Я встречалась с друзьями, ходила в компании, как бы даже развлекалась. Мне говорили, что я прекрасно выгляжу.

Я, стало быть, удар держала.

Работа моя заключалась в том, чтобы, сидя в бухгалтерии, заносить в амбарную книгу адреса, по которым рассылались заказы на продукцию Бюро пропаганды: открытки с фотографиями артистов кино и буклеты. Я целыми днями этим занималась. Такое испытание. Был в нем смысл? Наверное. Только я до сих пор его не постигла. Впрочем, другим приходилось гораздо туже. О чем говорить.

Я все мечтала прежде, что, закончив институт, начну писать — рассказы, повести. С одной стороны, займусь наукой, а параллельно буду писать. Но поиски работы и сидение в бухгалтерии завели меня в тупик. Я была не в состоянии думать вообще. Какое-то время просто существовала. Меня вроде и не было тогда…

В начале 1974 года мне предложили перейти в издательский отдел — там же, в Бюро, на должность корректора. Я обрадовалась — это звучало очень обнадеживающе. И даже зарплата оказалась повыше. На деле я сидела в подвале маленькой типографии и целыми днями почти ничего не делала, работа у меня появлялась редко, от силы раз в неделю что-то надо было откорректировать. Однако зарплату платили.

Еще удивительно: на работу нельзя было опаздывать — трудовая дисциплина! Бежишь бегом, чтобы успеть минута в минуту… А потом сидишь целый день без дела. Так «работали» во многих местах: во всяких НИИ, бюро, конторах…

Жизнь продолжалась. Я теперь жила, ничего не планируя и не понимая, что со мной будет дальше. Встречалась с какими-то молодыми людьми, мне делали предложения выйти замуж, которые для меня звучали совершенно бессмысленно…

Я понимала, что должна отойти от состояния шока. И потихоньку это получалось.

Сколько бы так продолжалось?

У Танюси тем временем начались серьезные проблемы со здоровьем. Она днем как-то держалась, ездила на работу… А к вечеру у нее поднималось давление — катастрофически. И почти каждый вечер приходилось вызывать «скорую». Весь накопившийся стресс, все ее невосполнимые потери, все ее стремление достойно пережить ужасы, трагедии и неприятности — всё проявлялось в этих гипертонических кризах. «Скорая» приезжала, делали уколы магнезии. Через короткое время давление падало, можно было ложиться спать, а я спать почти не могла — от страха за Танюсю. Сидела рядом с ней и слушала: дышит ли.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

От школы до диплома

Из книги Записки на кулисах автора Смехов Вениамин Борисович

От школы до диплома Сначала: три памятных события…Первое. Во втором классе на переменке держу в руках учебник Мишки Бермана, обернутый в газету. А там – стихи. Владимира Маяковского. И хотя далеко не лучшие из его стихов, но они меня ошарашили. Такого разрыва с привычными


После диплома

Из книги После Гиппократа автора Смирнов Алексей Константинович

После диплома Слава богу, человек получил диплом. Там сказано: «Актер театра и кино такой-то…» Значит, что осталось позади? Время школьной «вольности святой».…Авось мой опыт сгодится кому-то из новых поколений. От ударов судьбы нет иммунитета: увы, об этом надо помнить


После диплома

Из книги Хулио Кортасар. Другая сторона вещей автора Эрраес Мигель

После диплома Есть у нас в городе такая Медицинская Академия Последипломного Образования.Там усовершенствуются врачи.Раньше так и называлась она: Институт Усовершенствования Врачей. Но дохтур все же не изделие какое, и кто-то догадался, что усовершенствовать его как-то


После диплома

Из книги Непарадные портреты автора Гамов Александр

После диплома Есть у нас в городе такая Медицинская Академия Последипломного Образования.Там усовершенствуются врачи.Раньше так и называлась она: Институт Усовершенствования Врачей. Но дохтур все же не изделие какое, и кто-то догадался, что усовершенствовать его как-то


Глава 2. 1939 – 1953 Чивилкой. Провинциальная жизнь. Преподаватель университета без диплома. Времена Перона. Возвращение в Буэнос-Айрес. Аурора Бернардес. «Бестиарий». Человек-интраверт. Мечта о Париже. Улица Жантильи, 10, кв. 13

Из книги Мой брат Юрий автора Гагарин Валентин Алексеевич

Глава 2. 1939 – 1953 Чивилкой. Провинциальная жизнь. Преподаватель университета без диплома. Времена Перона. Возвращение в Буэнос-Айрес. Аурора Бернардес. «Бестиарий». Человек-интраверт. Мечта о Париже. Улица Жантильи, 10, кв. 13 С 1939 по 1944 год, с осени до осени, Кортасар живет в


4. Скуратов запевает после первой, а Степашин — после третьей...

Из книги Голоса времен. (Электронный вариант) автора Амосов Николай Михайлович

4. Скуратов запевает после первой, а Степашин — после третьей... Нынче вроде не до песен. Особенно политикам: кризисы, реформы, повороты, переломы... Но и сейчас в коридорах власти нет-нет да и чокнутся, вздрогнут — и зазвенит застольная нота. Да и на банкетах, до которых


«До» и «после»…

Из книги Девятый класс. Вторая школа автора Бунимович Евгений Абрамович

«До» и «после»… Среда 12 апреля 1961 года, подобно водоразделу, разломила время надвое. В обиходе нашей семьи прижились, укоренились такие, к примеру, понятия: «Это было до Юриного полета» или «Это случилось после Юриного полета». Огненная борозда, пропаханная в небе


11. 1939-40 гг. Война с финнами. Защита диплома. Клиники Алферова, Цимхеса.

Из книги Одна жизнь — два мира автора Алексеева Нина Ивановна

11. 1939-40 гг. Война с финнами. Защита диплома. Клиники Алферова, Цимхеса. В конце 1939 года началась война с Финляндией. Конечно, устроили представление: "Финны обстреляли пограничников": Мы - ультиматум -"отодвиньте границу". Всё врут: сами напали, хотели обезопасить Ленинград, а


После

Из книги Пушкин целился в царя. Царь, поэт и Натали автора Петраков Николай Яковлевич

После Летом после выпуска позвонили из школы. Велено было сфотографироваться для доски лучших выпускников — и не где попало, а в фотоателье № 1, что в проезде Художественного театра. Взял у брата модный свитер, поехал.Первого сентября мы привычно пришли в школу, прежде


Защита диплома

Из книги Миклухо-Маклай. Две жизни «белого папуаса» автора Тумаркин Даниил Давидович

Защита диплома Пока я развешивала чертежи, Семен Петрович Александров, постоянный председатель Государственной квалификационной комиссии по защите дипломных проектов, он же руководитель и консультант моего дипломного проекта, обратился к членам Государственной


Глава 11 Судьба восьмого экземпляра анонимного диплома

Из книги Удивление перед жизнью. Воспоминания автора Розов Виктор Сергеевич

Глава 11 Судьба восьмого экземпляра анонимного диплома Поскольку, по нашей версии, Александр Сергеевич Пушкин был сам инициатором рассылки анонимного диплома, неудивительно, что он не только знал точное количество посланных экземпляров, но и поведал об этом в известном


Врач без диплома

Из книги Война никогда не кончается (сборник) автора Деген Ион

Врач без диплома К лету 1868 года Николай завершил обучение на медицинском факультете Йенского университета, прослушав три последних обязательных курса лекций — «Растения-паразиты у человека», «Учение о лекарственных средствах», «Специальная патология и терапия». В те


После боя

Из книги Михаил Булгаков. Тайная жизнь Мастера автора Гарин Леонид

После боя Тот единственный бой, в котором я принимал участие, длился с рассвета до темноты без передышки. Я уже говорил, что описывать события не буду. Да и все бои, по-моему, уже изображены и в кино, и в романах, и по радио, и по телевизору. Однако при всем этом боевом изобилии


После боя

Из книги В тени сталинских высоток [Исповедь архитектора] автора Галкин Даниил Семёнович

После боя Запахло жженной резиной. Мы выбрались из танка и осмотрели катки. Сапоги утопали в месиве горячего песка и хвои. Широкие лапы сосен, клейкие и душные, подталкивали нас в спину.Так и есть – горят резиновые бандажи. Доконали их песчаные просеки. Надо перетягивать


2.2 Получение диплома и отъезд из Киева

Из книги автора

2.2 Получение диплома и отъезд из Киева Сразу же после получения сертификата о высшем образовании, а в дипломе говорилось о присвоении Михаилу Афанасьевичу Булгакову звания лекаря с отличием, писатель был тут же назначен на новую полноценную работу.Первое место, куда ему


Брачный союз накануне защиты диплома

Из книги автора

Брачный союз накануне защиты диплома За три дня до защиты дипломного проекта мы договорились с Доритой встретиться на углу Рахмановского переулка. «На Трубе» знали о предстоящем событии. Даже нарисовали дружеский поздравительный шарж на грядущее окольцевание нашей