Отец-заговорщик

Отец-заговорщик

Мы уже знаем, что семейство де Пуатье было тесно связано с Шарлем де Бурбоном, кузеном короля Франциска I. В частности, отец Дианы Жан де Сен-Валлье был его соратником и очень гордился принадлежностью к его свите. Но Шарль де Бурбон мечтал о троне, и в августе 1522 года, отбросив последние колебания, перешел под покровительство Карла V и Генриха VIII, вынашивавших планы захвата Франции. Коннетабль заключил с врагами своей страны договор, согласно которому был обязан выставить против Франциска 500 всадников и 10 000 пехотинцев.

Французский король не знал о подробностях этого договора, но до него дошли слухи о предполагаемой женитьбе Шарля де Бурбона на сестре Карла V, и он высказал своему кузену все, что он по этому поводу думает.

Жан де Сен-Валлье, находясь при Шарле де Бурбоне, невольно участвовал во всех этих событиях и вдруг осознал, что суровые обстоятельства связали его со злейшим врагом Франции. Он попытался отговорить коннетабля, но тот ничего не желал слушать.

Как говорится, паны бранятся — у холопов чубы трещат. В 1524 году отец Дианы, считавшийся сообщником вероломного де Бурбона, был арестован и отдан под суд как заговорщик против короля. Совершенно очевидно, что в этом деле он стал главным козлом отпущения. Что такое суд в XVI веке, мы хорошо знаем: после «допроса» (то есть после пытки) кто угодно мог признаться в чем угодно. «Злокозненные намерения» отца Дианы были оценены весьма высоко, и приговором стала смертная казнь. Однако в самый последний момент, когда осужденного уже везли на знаменитую Гревскую площадь, где обычно происходили казни, пришло сообщение о помиловании. 10 апреля 1524 года Жан де Сен-Валлье был переведен в крепость Лош, где и провел весь остаток своей жизни. Там с ним обращались достаточно уважительно и даже позволяли принимать друзей.

Пьер де Бурдей, сеньор де Брантом, в своей книге «Жизнь галантных дам» так излагает эту историю:

«Я слышал рассказы о знатном вельможе, приговоренном к отсечению головы и уже возведенном на эшафот, как вдруг пришло помилование, добытое его дочерью, одной из первых придворных красавиц. И вот, сойдя с эшафота, он изрек не что иное, как такую фразу: «Да упасет Господь благое лоно моей дочери, столь удачно меня вызволившее».

Мысль о том, что Диана де Пуатье спасла своего отца именно таким образом, потом многократно высказывалась различными авторами. В частности, Ренье де Ля Планш, автор «Истории Франции при Франциске II», писал так:

«В юные годы Диана ценой своей девственности купила жизнь отца, сеньора де Сен-Валлье».

Франсуа де Мезерей, автор еще одной «Истории Франции» и явный противник Валуа, писал о помиловании Жана де Сен-Валлье следующее:

«Говорят, король предоставил оное после того, как взял у Дианы, его дочери, достигшей четырнадцати лет, самое драгоценное, что есть у девушки. Обмен весьма необременительный для того, кто ценит жизнь превыше чести».

Однако современный биограф Дианы де Пуатье Иван Клулас весьма скептически относится к подобным «свидетельствам». Он пишет:

«Большинство более поздних биографов считают это клеветой, распространенной, вне всяких сомнений, протестантами. Тем не менее Виктор Гюго в драме «Король забавляется» подхватил досужие домыслы Брантома, де Ля Планша и Мерезея, раздув их пуще прежнего. Он сделал сердобольного де Сен-Валлье жертвой одиозного Франциска I, который «осквернил, заклеймил, вывалял в грязи, обесчестил и погубил Диану де Пуатье, графиню де Брезе». Историк Анри Мартен рискнул бросить тень сомнения. «Брезе, — пишет он, — первым разоблачил заговор. Мадам де Брезе, прекрасная, блестящая и ловкая Диана де Пуатье, сумела использовать эту услугу, чтобы повлиять на короля».

Приводя мнения еще целого ряда историков, Иван Клулас делает свой вывод:

«Брезе не был снисходительным мужем. Разве его собственный отец не убил неверную супругу, хоть в той и текла королевская кровь? Великий сенешаль никогда не позволил бы жене ввязаться в авантюру, лишавшую чести как ее, так и его самого. И согласись Диана отдаться королю, уж наверняка сумела бы выпросить для отца чего-нибудь получше, чем пожизненное заключение с конфискацией всего имущества».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

«Никуда не годный заговорщик» (Н. Н. Дурново)

«Никуда не годный заговорщик» (Н. Н. Дурново) Любая революция меняет судьбы людей, кого-то возносит, кого-то низвергает. И нельзя судить о ней однозначно. У нас после 1917 г. тоже все бывало по-разному, в том числе и среди лингвистов. Кто-то благодаря революции получил


ОТЕЦ И СЫН

ОТЕЦ И СЫН Павел Петрович, подобно «дядюшкам», подобно «молодым друзьям», подобно сыну, мучительно искал точку опоры, способную вернуть перевернутое революциями бытие в исходное положение; но в отличие от них ясно сознавал, что на ближайшее окружение, на «Двор» надежды


Сын и отец

Сын и отец — Я хочу сказать, что папа — настоящий мужчина, каких сейчас мало осталось. Это пример для любого современного парня — каким надо стать. Вот у меня вряд ли получится.— Почему?— Он красивый. Он серьезный. Он сильный. Талантливый. Он молодец. Он —


ОТЕЦ

ОТЕЦ Воспитывал нас отец строго, по старинке, но грубого, бранного слова я от него не слыхал никогда. В наказание он частенько ставил в куток коленями на гречиху. Терпеть он не мог, когда мы за столом шалили. Бывало, неожиданно ударит тебя ложкой по лбу и сердито


I Отец[3]

I Отец[3] Мы жили в Киеве на Институтской улице против городской Думы. Я стояла у окна и вдруг увидела отца, переходящего дорогу. Высокий, прямой, он шел грузной походкой. Носил он всегда сюртуки одинакового покроя и шил у одного и того же портного. У него было мясистое лицо,


ЗАГОВОРЩИК НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОЛИТИКОМ

ЗАГОВОРЩИК НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОЛИТИКОМ Комонфорт был чрезвычайно возбужден.— Это выпад против меня! — говорил он, сжимая в огромной ладони крест старинного темного серебра, подарок матери, который он всегда держал на столе.Хуарес сидел, положив ногу на ногу.— Не нужно быть


Том 1. Отец

Том 1. Отец Предисловие С великой радостью представляем читателю 2-е издание 3-х томов популярнейшей трилогии христиан - "Счастье потерянной жизни" Е.Л. Храпова, выкованной в "кузнице верности" - узах, горнило которой распространяет жар духа автора для всех, кто хочет не


Отец

Отец Этот снимок сделан в 1952 году. Такой была наша семья тогда. В центре дед наш – Петр Петрович Кончаловский, замечательный живописец. Внуки называли его Дадочка. Рядом с ним Ольга Васильевна Кончаловская, его жена, Лелечка – так мы ее назвали, дочь великого русского


ОТЕЦ

ОТЕЦ Отец носил «москвичку» темного-темного, глубоко синего цвета. Ультрамариновую, сказал бы я теперь, но тогда я не мог знать такого слова. Коричневый широкий воротник можно было поднять в самые морозные дни так, что он прикрывал уши, доходил до самой шапки.Такое, как у


ОТЕЦ

ОТЕЦ Теперь, когда я стала старше своего отца, мне особенно интересно и важно было бы встретиться с ним. Как было бы хорошо и вместе с тем, как опасно было бы это свидание. Ведь все равно я не могла бы встретиться с ним «на равных», хоть я и старше. Не знаю, не уверена,


Отец

Отец Наверное, стоит сказать несколько слов о моем отце. Это был очень странный человек… Я не очень люблю о нем вспоминать. Насколько все вокруг говорили, он был не лишен каких-то конструкторских талантов. Он был инженер, но инженер, конечно, не в старом понимании, а уже в


Отец

Отец По меткому выражению историка и публициста Роя Медведева, на кремлевском небосклоне появилась новая восходящая звезда. Спустя годы свою тогдашнюю оценку высказал Андрей Громыко, министр иностранных дел СССР, один из самых авторитетных деятелей в советском


85. Отец и сын

85. Отец и сын Машина Ферри пошла в серию и пользовалась хорошим спросом. Но он продолжал совершенствовать конструкцию автомобиля.3 сентября 1950 года Фердинанду Порше исполнилось 75 лет. На празднование юбилея съехались все ведущие автомобильные конструкторы Германии,


Отец Димитрий и отец Василий

Отец Димитрий и отец Василий Священники, служившие у нас в Гребневе, как будто своим долгом считали посещать наш дом. А менялись они часто. Отец Владимир вел список как настоятелей и «вторых» священников, так и дьяконов. За сорок лет было только два раза, когда священники


Священники отец Иван Зайцев, отец Аркадий

Священники отец Иван Зайцев, отец Аркадий Когда арестовали отца Димитрия Дудко, священников в Гребневе все равно продолжали менять довольно часто. Настоятелем шесть лет был отец Иван Зайцев, который усердно занимался реставрацией погоревшего зимнего храма. Его


Отец Дорофей и «отец» Иаков

Отец Дорофей и «отец» Иаков В то трудное время велась повседневная борьба не только с теми, кто пролезал к нам из враждебного лагеря. И среди нас были такие, которых приходилось крепко осаживать. В Кальнике еще, в первый же день знакомства с частью, я пошел искать комиссара