Отягченный еврейской фамилией

Отягченный еврейской фамилией

Сложилась дикая ситуация. Я всегда, когда надо было определить свою национальную принадлежность, назывался русским, потому что по культуре, по языку и по самоощущению считал себя таковым и был им в любом случае больше, чем сербом или евреем. Да и в «пятом пункте» у меня было написано «русский». Зерке написал: «еврей». И сам еврей, и фамилия еврейская. И все беды у меня были в СССР из-за «пятого пункта». Утверждение Зерке не замедлило перекочевать в различные справочники и энциклопедии, где обрело совсем уж странный вид. В результате чего, если где-то в печати надо было привести мои биографические данные, появлялась примерно такая справка: «Владимир Войнович, простой таджикский рабочий…» И далее: «…отягченный еврейской фамилией, подвергался преследованиям и был вынужден покинуть Советский Союз». Доказывать (где?! кому?!), что я не еврей, да и фамилия у меня «тоже не» — глупо и стыдно, а если не говорить, тогда что получается? во-первых, получается, что меня преследовали и выгнали не за то, что я написал «Чонкина» или подписывал петиции в защиту когото, и вообще «не за то, а потому». Потому что мне, несчастному, досталась такая страшная (пострашнее, чем Рабинович или Шапиро) фамилия. Во-вторых, с некоторых пор в Германии евреи пользовались льготами, по сравнению с другими иммигрантами, и выходит, что я, называвший себя русским в СССР, теперь решил изменить национальность из корыстных соображений, причем самым бессовестным образом.

«Штерн» — журнал известный. Номер с моим интервью попал в Югославию, и оттуда поступили вопросы. Незадолго до того некоторые югославские Войновичи пошарили по родословным, признали меня своим и получили от меня подтверждение, что я и есть тот, за кого они меня принимают. Теперь они выражали недоумение.

Ксения Войнович, старушка из Загреба, написала мне, что против евреев ничего не имеет, со мной лично готова дружить и дальше, «но, — подчеркнула, — если Ваша фамилия не сербская, значит, мы, к сожалению, не родственники». Я вынужден был объясняться: «Ксения, дорогая, у меня мама еврейка, но по папе я все-таки Ваш родственник, и, судя по моим подсчетам, Вы являетесь мне семиюродной тетей».

Неприятности эти повторялись многократно. Почти каждая рецензия на мои книги сопровождалась справкой: «Простой таджикский рабочий, отягченный еврейской фамилией…» Читая о себе этот бред, я впадал в меланхолическое состояние. Но прошло какое-то время, и раздражение мое болееменее затихло. До той поры, пока в 1992 году великодушные власти города Мюнхена не решили отметить мое 60летие.

Объявление о моем авторском вечере было помещено в газете «Абендцайтунг». Газету с криком «Володя, здесь о тебе статья!» нам принесла Маша Штробль. Первой газету взяла моя жена. Пробежала заметку глазами и стала газету сворачивать, чтобы убрать подальше с моих глаз. Поняв, что дело неладно, я выхватил газету, развернул и прочел заголовок: «Hier klingt echt Russisch» («Здесь звучит настоящая русская речь»). И дальше: «Tadschikischer Satiriker liest aus seine Werke…» («Таджикский сатирик прочтет из своих произведений…»).

Газету я порвал и выбросил. Но что делать дальше, не знал. Если б они написали на меня какуюто клевету, я мог бы подать в суд и проучить всех, кто пишет про меня неправду, раз и навсегда. Но утверждение, что я таджикский рабочий или сатирик, не клевета, а просто глупость.

Глупость — ну и ладно… Придя в зал, где должно было состояться мое выступление, я увидел, что на всех стульях лежат какието бумажки. Я взял одну из них и прочел очень лирический текст о том, как я страдал из-за своей еврейской фамилии. Так страдал, что вынужден был покинуть жестокую «Heimat» (родину).

Я был ужасно зол. Я вышел на трибуну. Я сказал публике:

— У вас там у всех лежат бумажки. Порвите их. У меня фамилия не еврейская. Я страдал не из-за фамилии. Я был изгнан из СССР, потому что власть считала меня своим врагом. Я хотел бы знать, есть ли здесь журналисты из «Абендцайтунг»? Если есть, я хотел бы их спросить: неужели вы не понимаете, что, если перед вами будет выступать таджикский сатирик, вы услышите не настоящую русскую, а настоящую таджикскую речь?

Не договорив, я махнул рукой.

В Германии от образованных людей я тысячу раз слышал вопрос:

— А что, разве русский язык и таджикский (узбекский, грузинский, армянский, якутский) — не одно и то же?

В ответ я спрашивал: почему люди, которые знают, что немецкий язык — это совсем не то, что французский или итальянский, не могут понять, что и между другими языками есть разница? «А мы, немцы, — слышал я не раз, — в национальностях не разбираемся…»

Я никогда не попрекаю немцев их нацистским прошлым: нынешние поколения не виновны в том, что творили их дедушки. Но мне часто хочется им сказать: как это вы не разбираетесь, когда именно вы пытались решить, с какой нацией как поступить, кого поголовно сжечь, кого обратить в рабство, кого приблизить к себе?..

Мой юбилейный вечер прошел хорошо. Я читал отрывки из своих книг, слушатели смеялись, аплодировали. После вечера ко мне подошел молодой человек, представился корреспондентом мюнхенской газеты «Зюддойче Цайтунг», одной из самых крупных в Германии, — и попросил об интервью.

— Хорошо, — согласился я. — Но если вы напишете, что я простой таджикский рабочий или таджикский сатирик, обремененный еврейской фамилией, я вас убью.

Корреспондент посмеялся и сказал, что человек он добросовестный и, прежде чем чтонибудь напечатать, все тщательно проверяет.

Я дал ему интервью. Он его записал на магнитофон, долго работал над текстом. Когда интервью вышло, я со страхом взял в руки газету и… Нет, там не было утверждения, что я отягченный еврейской фамилией таджикский рабочийсатирик. Там было справедливо написано, что я родился в Душанбе, но в возрасте восьми лет мне пришлось покинуть мою «малую родину» навсегда по очень серьезной причине. Началась война, и маленькому Вове пришлось бежать от немцев из Таджикистана на Украину.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Расправа над еврейской интеллигенцией в Советском Союзе после начала «холодной войны»

Из книги Спецоперации автора Судоплатов Павел Анатольевич

Расправа над еврейской интеллигенцией в Советском Союзе после начала «холодной войны» В октябре 1946 года впервые был поднят жупел еврейского буржуазного национализма в качестве угрозы коммунистической идеологии. Только что назначенный министром госбезопасности


Такой еврейской фамилии нет

Из книги Я думал: это давно забыто автора Галлай Марк Лазаревич

Такой еврейской фамилии нет Израильский союз ветеранов второй мировой войны пригласил меня в гости. В этой стране причудливо сосуществует древняя история с бурной, порой драматической историей современной. Многое в ней вызвало у меня симпатию и уважение, многое —


Глава I. Дом № 152 на Еврейской улице

Из книги Ротшильды. Их жизнь и капиталистическая деятельность автора Соловьев Евгений

Глава I. Дом № 152 на Еврейской улице Во Франкфурте-на-Майне – старинном немецком городе, где многие дома, кривые улицы и узкие, грязные переулки помнят еще величие и славу Священной Римской империи и те времена, когда имя Пруссии не значило ничего, – путешественникам и


Опять фамилией не вышел

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Опять фамилией не вышел По четвергам я ходил в «Магистраль», по вторникам посещал семинары Коваленкова и готовился к поступлению в Литинститут. За последние полгода я написал несколько стихотворений, позволявших надеяться, что на этот раз творческий конкурс одолею.


Под чужой фамилией

Из книги Полет к солнцу автора Девятаев Михаил Петрович

Под чужой фамилией Мне достались широкие рваные брюки, жилет с хлястиком и тоненькая рубаха в клеточку, которая завязывалась на груди. Напялив все это на себя, я должен был подойти к «маляру». Тот обмакнул в ведре с краской широкую щетку, разделенную на несколько частей, и


ГЛАВА I «Я родилась в обычной еврейской семье…»

Из книги Хулиганка автора Бродская Нина Александровна

ГЛАВА I «Я родилась в обычной еврейской семье…» Мне иногда кажется, что моя жизнь — извилистая и крутая дорога, по которой мне приходится все время бежать и бежать. Временами, не удержавшись, — я падаю, а поднявшись — снова бегу.Кого-то нашли в капусте, кого-то принес аист,


Проблема еврейской эмиграции из СССР

Из книги Сугубо доверительно [Посол в Вашингтоне при шести президентах США (1962-1986 гг.)] автора Добрынин Анатолий Фёдорович

Проблема еврейской эмиграции из СССР В середине октября во время очередной встречи с Киссинджером я поднял, в частности, вопрос о публикации писем, которыми обменялись госсекретарь и сенатор Джексон относительно эмиграции из СССР в связи с рассмотрением конгрессом


Опять фамилией не вышел

Из книги Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича (рассказанные им самим) автора Войнович Владимир Николаевич

Опять фамилией не вышел По четвергам я ходил в «Магистраль», по вторникам посещал семинары Коваленкова и готовился (больше морально) к поступлению в Литинститут. Я за полгода написал несколько стихотворений, позволявших надеяться, что на этот раз творческий конкурс


Опять фамилией не вышел

Из книги Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича (рассказанные им самим) автора Войнович Владимир Николаевич

Опять фамилией не вышел По четвергам я ходил в «Магистраль», по вторникам посещал семинары Коваленкова и готовился (больше морально) к поступлению в Литинститут. Я за полгода написал несколько стихотворений, позволявших надеяться, что на этот раз творческий конкурс


Опять фамилией не вышел

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Опять фамилией не вышел По четвергам я ходил в «Магистраль», по вторникам посещал семинары Коваленкова и готовился к поступлению в Литинститут. За последние полгода я написал несколько стихотворений, позволявших надеяться, что на этот раз творческий конкурс одолею.


Отягченный еврейской фамилией

Из книги Креативы Старого Семёна автора

Отягченный еврейской фамилией Сложилась дикая ситуация. Я всегда, когда надо было определить свою национальную принадлежность, назывался русским, потому что по культуре, по языку и по самоощущению считал себя таковым и был им в любом случае больше, чем сербом или евреем.


Легенда о еврейской девочке

Из книги Страницы моей жизни автора Кроль Моисей Ааронович

Легенда о еврейской девочке Родилась она в Киеве, там же окончила школу. Девочка была домашняя, местечковая, толстая и с усиками. Росла она без отца. И мама, сдувавшая с нее пылинки, не позволяла ей ни готовить, ни стирать, ни вообще делать что-то по дому. Лишь бы только дочка


Глава 56. Смерть Л.А. Кроля. Как я стал писать свои воспоминания. Возникновение «Кружка русско-еврейской интеллигенции». Какие задачи он себе ставил. Преобразование кружка в общество с утвержденным уставом под наименованием «Объединение русско-еврейской интеллигенции». Характеристика деятельности об

Из книги БП. Между прошлым и будущим. Книга 1 автора Половец Александр Борисович

Глава 56. Смерть Л.А. Кроля. Как я стал писать свои воспоминания. Возникновение «Кружка русско-еврейской интеллигенции». Какие задачи он себе ставил. Преобразование кружка в общество с утвержденным уставом под наименованием «Объединение русско-еврейской интеллигенции».


История первая Доярка с фамилией Мах

Из книги Немцов, Хакамада, Гайдар, Чубайс. Записки пресс-секретаря автора Дубовая Лилия

История первая Доярка с фамилией Мах Германия сейчас волком воет оттого, что туда приехало два миллиона приволжских немцев. Раньше могли говорить об уехавшем советском человеке только как об еврее. Сейчас уехало полным-полно россиян, но они как бы и не очень заметны. А


Чубайс и приличная девочка из интеллигентной еврейской семьи

Из книги Партизан Лейбу автора Гурковский Василий Андреевич

Чубайс и приличная девочка из интеллигентной еврейской семьи Итак, случилось это в отеле «Холидей Инн», где на этот раз проходило выездное заседание нашей думской фракции. Было самое начало дня – возможно где-то около двенадцати. Заседание проходило в небольшом зале, во


ГЛАВА 2 НАРОДНЫЙ МСТИТЕЛЬ ЕВРЕЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ

Из книги автора

ГЛАВА 2 НАРОДНЫЙ МСТИТЕЛЬ ЕВРЕЙСКОЙ НАЦИОНАЛЬНОСТИ Партизанский лагерь. На более возвышенном месте в лесу стояло несколько шалашей. Тобиаса подвели к одному из них, там располагалось что-то вроде кухни и одновременно хозяйственно-продовольственного склада, в общем –