«В дверях курьер: доставлены подарки»

«В дверях курьер: доставлены подарки»

Банкетный зал студии был при полном параде: море серебряного дождя и зеркального серпантина, гирлянды шаров и флажков стекали с галереи на первый этаж, где за круглыми столиками разместились сотни разодетых в пух и прах гостей. Букеты, корзины, атласные ленты с поздравлениями, речи, шампанское. В центре галереи расположились два оркестра — симфонический и джазовый, музыки в этот день будет достаточно на любой вкус. Событие знаменательное: сорокалетие студии МGМ — праздник национального масштаба. От вспышек магния насыщенный ароматами и юбилейным трепетом воздух дрожал, и все происходящее казалось каким-то ирреальным. Уж в этот день журналистов здесь не меньше, чем гостей. В Академии киноискусства прошло торжественное заседание, были вручены почетные призы, награды, грамоты. Не забыли никого — лучших операторов, костюмеров, механиков, ведь МGМ одна дружная счастливая семья! И концерт обещал быть блестящим… Увы, мешает война. Блистательная Марлен Дитрих с фронтовыми бригадами подбадривает идущих в бой американских парней, Фрэнк Синатра, которого прочили в ведущие программы, умчался на Итальянский фронт — вдохновлять воинов своим голосом.

Фонтан с шампанским журчал и пенился, говорили, что сфотографироваться возле него с полными бокалами — к счастью. Вокруг фонтана расположились столики для почетных гостей, руководителей студий и партнеров, за ними — публика рангом пониже, звезды первой величины. По периметру зала — длинные столы для прочих приглашенных. Всего здесь было около тысячи человек. Впрочем, праздник длился уже два часа, и все смешалось — гости, объятия, поцелуи, тосты, признания в любви и вечном почтении.

За столиком второго круга сидела Лана Тернер, скрывающая шестимесячный живот под накидкой из меха снежного барса. Будущая мама радовала глаз цветущей красотой, великолепным настроением, искрометной игрой бриллиантов — их на Лане, вышедшей замуж за миллионера Стефана Крейна, короля всех ресторанов на Гавайях, сегодня немало. Ава же блистала сапфирами. На ней было великолепное платье из ломкой тафты цвета синьки. Роскошные волосы зачесаны на правый бок, открывая белизну лба, прелесть уха и массивность подвески с голубыми камнями. Осанка королевы и загадочное, печальное лицо. Ее кавалер — известный исполнитель ролей гангстеров Джордж Рафт — со всей очевидностью не грел сердце «королевы». Он имел типаж породистого негодяя — гордое, тонкое, порочное лицо и подчеркнутая элегантность: фрак, белая бабочка, гвоздика в петлице.

Рафт и в самом деле оказался рядом почти случайно. Он не был в числе самых рьяных поклонников Гарднер. Бывшая пуританка, так потрясшая Микки своей невинностью, не преминула воспользоваться полученной после развода свободой и даже получила титул «похитительницы сердец». Романы бывшей жены Руни давали щедрый материал светской хронике, но оставляли ее сердце холодным. И хотя необычайная чувственность облика этой совершенной красавицы сражала буквально всех, секс для нее по-прежнему оставался лишь более-менее приемлемым условием в игре под названием «флирт»…

Втроем они обсуждали компанию, сидящую за столиком «первого круга», расположенного напротив и наполовину заслоненного фонтаном. Интересный брюнет лет сорока с молоденькой красоткой пили шампанское с руководством студии и оживленно беседовали. Возле них, положив руку на плечо брюнету, стоял Папашка. Судя по доносящимся взрывам смеха, он рассказывал что-то очень смешное.

— Стеф — любитель выдавать анекдоты. — Лана помахала рукой мужу. — Пока всех знакомых не обойдет с какой-нибудь историей, мы его не дождемся. — Она огляделась, заметила неподалеку Кларка Гейбла, мило шепчущегося с Кэтрин Хепберн.

— Кларк! Иди сюда со своим бокалом! Мне нужен дублер мужа. — Она встала у фонтана и подставила пустой бокал под пенистую струю. Мгновенно брызгами обдало мехи платье. — Фу! — Лана отпрянула и предупредила уже целовавшего ее в щеку Гейбла: — Не лезь в фонтан — костюм пропадет. Я теперь вся буду липкая. Но щелкнуться на его фоне мы должны, мне необходимо благополучно разродиться! — объяснила она налетевшим репортерам.

— Но ребенок не от меня, господа! — поспешил добавить Гейбл.

— Вон от того типа, который не торопится к своей обожаемой женушке. — Лана указала бокалом в сторону Стефана. Момент был запечатлен.

Лана отпустила неотразимого Кларка, черные глаза и смеющиеся под тонкими усиками губы которого наповал ранили любое женское сердце.

— Ты несправедлива, детка, к своему мужу. От Говарда Хьюза трудно оторваться, — тонкие губы Рафта скривились в улыбке. Ее вполне можно было счесть насмешливой или язвительной, но напрасно. Так уж получалось у этого добрейшего исполнителя убийц: скажет «будьте здоровы!», а простак уже панихиду заказывает. — Такого типчика, как мистер Хьюз, в кино никогда не сыграть — слабо. Разве кто-то поверит? И вообще неясно, злодей он или блаженный?

— Он сумасшедший! — Голубые глаза Ланы в синих накладных мохнатых ресницах источали на обсуждаемого мужчину восторженное сияние. — Самый богатый человек в мире. Самый могущественный. Самый отважный авиаиспытатель. Самый рисковый бизнесмен, самый щедрый покоритель дам…

— Ему нет и сорока, а помри он сейчас, — тьфу-тьфу! — эпитафии хватило бы на десятерых выдающихся оригиналов, — заметил Рафт. — Я сыграл бы такого!

— И как хорош! — улыбнулась Лана. — Только не спорьте, не спорьте! Хорош! Мне известно про его романы с Кэтрин Хепберн, с Джинджер Роберте, с Терри Мур. Не говорю уже о бедняжке Харлоу. Надо признать — достойный список.

— Он с какой-то безумной расточительностью вкладывает деньги в кино. — Рафт цыкнул сквозь зубы — фирменный жест, привнесенный из ролей злодеев. — Другой бы унялся после первого провального фильма, а этот вцепился в следующий! Закупил авиафлотилию времен Первой мировой войны и три года снимал «Ангелов ада».

— Но фильм же стал бешено популярным! Наверное, потому, что его героиня Харлоу так скоропостижно скончалась. — Лана делала знаки, стараясь подозвать мужа. Наконец ей это удалось. Извинившись, Папашка — лысоватый, но представительный и бодрый джентльмен — оставил столик Хьюза и вернулся на свое место.

— У меня крышу сносит от этого человека! Столько идей и бешеный напор. Но самое смешное: все, что задумывает, он выполняет. Это фантастика! Новые конструкции самолетов, новые компании, новые подходы ко всему: к бизнесу, к конструированию! Лучшие конструкторские бюро, лично разработанные, технические средства…

— Лучшие телки! — добавила Лана. — Знаем мы ваши «технические средства». Тебе понравилась эта молоденькая штучка, которую он подобрал неизвестно где и хочет сделать суперзвездой. Хорошенькая, а?

— Радость моя! Разве я могу сказать что-то о другой женщине, когда рядом ты? Если честно, кроме навешанных цацек в ней нет ничего особенного. О, смотрите! Супермиллионер идет к нам!

Человек, о котором столько говорили, двигался походкой начинающего клерка, всем своим видом показывающего: я маленькая сошка, я непривередлив и готов к выполнению поручений. Вытащив по пути из вазы у фонтана гиацинты, Хьюз протянул их Аве и Лане.

— Примите мои поздравления, дамы и господа. Очень жаль, но меня ждут на Аляске. — Коротко, чуть смущенно доложил эксцентричный богач и раскланялся.

— Странный тип. Я бы с опаской вел с ним дела. — Стефан надул толстые губы. — Что ты все время отмалчиваешься, Ава? Знаем мы твой язычок! Небось еле сдержалась, чтобы не послать этого сумасброда куда подальше. Подальше Аляски, верно?

Ава отрицательно покачала головой:

— Он принц. Настоящий принц. — Она мечтательно смотрела на лиловые, пронзительно пахнущие цветы. — Аляска? Это, кажется, далеко… Но я бы отправилась с ним даже к чертовой бабушке!

Ночью Аву разбудил звонок.

— Это Хьюз. Говард Хьюз. Сегодня на празднике в МGМ… на вас было синее платье. Это неверно! Это не ваш цвет. — В трубке шипело и бубнили через эфир далекие голоса. — Здесь плохая связь. Извините, у вас, должно быть, ночь.

— Да, я спала. — Ава прислушалась, трубка замолчала, в ней фоном шли оживленные диалоги. Она подула и уже хотела нажать на рычаг, но голос Говарда вынырнул совсем рядом:

— Это опять я. Фу, извините! Пришлось звонить в Америку по второй линии и срочно узнавать ваше имя. Там все спят, сплошные идиоты!

— Но я его и так знаю!

— А теперь знаю и я. Спокойной ночи, Ава!

Конечно, она не уснула. Она даже вышла в садик, чтобы посмотреть на небо — не пролетел ли там Ангел. Мать уверяла, что он так и кружит над домами, выискивая самых достойных для подарка детей. Но Люси, всегда просыпавшая этот чудный миг, оставалась не одаренной.

Теперь подарок перепал ей! Вернувшись в дом, Ава перерыла кучу журналов, выискивая статьи о Хьюзе. И его бизнес, и его смелость, граничащая с безумием, и его щедрость, и маниакальная увлеченность делом, будь то самолетостроение, скупка компаний, земель, гостиниц, телестанций — впечатляли. А нескончаемый хоровод любовниц так походил на тщетные поиски единственной женщины, что у Авы от жалости защемило сердце. Конечно же он чудный… Она ласково провела кончиками пальцев по фото: высокий брюнет с приятным лицом прячет от камеры взгляд. Милый! Такой может все!

Сидя на кухне, Ава пила кофе и мечтала о том, как наконец-то придет давно обещанное Голливудом счастье — развернется карьера под щедрым и мудрым руководством собственного продюсера, режиссера… И главное, она получит то, что почему-то всегда доставалось другим: Ангел преподнесет ей самый щедрый, самый загадочный подарок — любовь! Сейчас он, вероятно, думает о ней и смотрит на циферблат, чтобы не разбудить слишком рано… Милый…

В девять утра телефон захлебнулся звонком. Ава схватила трубку и вспыхнула: Говард едва дождался утра!

— Ава! Что дышишь и молчишь? А! Размечталась, красавица! Хьюза ждешь. — Лана явно звонила из постели, давая указания горничной насчет кофе. — И не забудь ломтик дыни! Это я дурынду свою воспитываю: каждое утро талдычу одно и то же! Университет она закончила, чтобы пойти в горничные, а запомнить чепухи не может… Эй, принцесса, я заметила, как он на тебя вчера смотрел. Его телка аж позеленела. А как не позеленеть? Миллиардер задумал купить новую игрушку. Мне сейчас позвонил Клейтон со студии, Хьюз всех ночью поднял с постелей, выспрашивал про зеленоглазую брюнетку, сидевшую с Рафтом. Так что досье собрал. Не вздумай продешевить — ты не просто начинающая актриса, ты бывшая жена Руни! И учти: он всех покупает — чиновников, сенаторов, лучших спецов — всех и вся. Не мелочится. Если что понравилось — цепляется мертвой хваткой. Собственник. Не просчитайся.

— Ты же знаешь, я допускаю только законные отношения.

Лана рассмеялась:

— Эту теорию ты мне три года назад могла втюхать. Господин Хьюз уже знает имена всех кобелей, с которыми ты спала после Микки — без всякого удовольствия конечно же.

— Разве ему нужна девственница? Кажется, Хепберн вовсе не была девушкой. И Джинджер Роджерс тоже.

— Я и не говорю, что он предпочитает целок. Блин, опять эта фефела в кофе сахар бухнула! Меня и так разнесло. — Отчитав горничную, Лана взялась за трубку. — Эй, ты слушаешь? Имей в виду: по слухам он начинает общение с женщиной с того, что предлагает выйти за него замуж.

— И что?

— Вот и меня это интересует. Я бы проверила. Так, подруга, у меня омлет с помидорами стынет. Усекла линию поведения? Сразу не давай! Будь на связи.