Блудный сын

Его к родному пепелищу

на огонек, на запах пищи

к старухе матери в село

из тьмы скитаний занесло.

Он был повсюду, даже в Польше.

Ему лет сорок. Бабке больше.

…Тут председатель за столом

давай сверлить его сверлом:

«Где пропадал? И — что намерен?

Бери надел! В овраге — мерин:

нуздай, паши! Гони тоску.

Телушку дам. Считай деньгу!»

До ночи лампочка не гасла.

Пришелец ел, кивал согласно.

А поутру, собрав мешок,

ушел, наладив посошок.

Ничто и никакие силы —

ни хлеб, ни отчие могилы —

не удержали! От старухи

он отмахнулся, как от мухи.

А перед тем, как прочь идти,

вдруг ощутил восторг в груди:

«Отпала, слава те, забота, —

впирайся тут! Была охота…

Уж лучше буду без копейки

спать при вокзале на скамейке.

Уж лучше… крысой в погребах,

чем у земли ходить в рабах!»

1990