Любовь

Любовь

Кое-что еще произошло этой весной, что нарушило плавное течение не только моей военной карьеры, но и всей моей жизни.

Я влюбился.

Я не знаю, верите ли вы в любовь с первого взгляда. Я думаю, что сам я не верил вплоть до того вечера в апреле 2001 года, когда я увидел Таю, стоящую у стойки бара в одном из клубов Сан-Диего и разговаривающую с моим другом. Она носила черные кожаные брюки, в которых выглядела сексуально и стильно. Это произвело на меня впечатление.

Я только что был зачислен в Третий отряд. Мы еще не приступили к тренировкам, и мне дали неделю отдыха перед тем, как заняться серьезными делами: стать настоящим «морским котиком» и заслужить свое место в отряде.

В момент, когда мы встретились, Тая работала в фармацевтической компании торговым представителем. Она родом из Орегона, училась в Висконсине и переехала на побережье за два года до нашей встречи. Первое мое впечатление о ней — очаровательна, хотя и рассержена чем-то. Когда мы заговорили, я обнаружил, что девушка к тому же очень умна, и обладает хорошим чувством юмора. Я прямо там понял, что она именно тот человек, который мог бы быть со мной.

Впрочем, может быть, эту историю должна рассказать она; ее версия звучит лучше моей.

Тая:

Я помню вечер нашей встречи; вернее, кое-что помню. Я вообще не собиралась никуда идти. В моей жизни был не лучший период. Я проводила день за днем на нелюбимой работе. В городе я жила относительно недавно, и все еще искала надежную подругу. Ну, и с хорошим парнем я тоже пыталась познакомиться, но без особого успеха. Пару раз мне удалось завести приличные отношения, столько же было неудачных, а между ними — отдельные знакомства. Помню, как я буквально молилась Богу перед встречей с Крисом, чтобы он послал мне хорошего парня. Ничего больше меня не волновало. Мне просто нужен был по-настоящему хороший человек.

Мне позвонила приятельница и предложила съездить в Сан-Диего. Я в то время жила в Лонг-Бич, примерно в девяноста милях, и ехать не очень хотела, но как-то ей удалось меня уговорить.

Мы гуляли этим вечером и заглянули в бар, который назывался Maloney’s. Там гремела песня «Land Down Under» группы Men at Work[19]. Моя подруга предложила зайти, но входная плата была невероятно высока — десять или пятнадцать долларов.

«Не буду я столько платить, — заупрямилась я. — Тем более за бар, где играют Men at Work».

«Помолчи, ради Бога», — сказала моя подруга. Она заплатила за вход, и мы оказались внутри.

Мы стояли у барной стойки. Я выпила и была раздражена. Ко мне подошел высокий симпатичный парень и заговорил со мной. Перед этим я разговаривала с одним из его приятелей, который выглядел как тупица. Настроение у меня все еще было ни к черту, хотя этот парень определенно внес свежую струю. Он сказал, что его зовут Крис, я тоже представилась.

«Чем вы занимаетесь?» — спросила я.

«Вожу фургон с мороженым».

«Не свисти, — сказала я ему. — Ты военный, это же видно».

«Нет, нет», — запротестовал он. Он наговорил мне еще кучу всяких вещей. «Морские котики» почти никогда не говорят посторонним, чем они в действительности занимаются, и у Криса было несколько историй на такой случай. Одна из лучших была о том, что он работает полировщиком дельфинов: дескать, в неволе дельфинов обязательно нужно натирать воском, чтобы их кожа не разрушалась. Это была очень убедительная история — для молодой наивной подвыпившей девушки.

К счастью, мне он лапшу на уши не стал вешать, наверное, понял, что я не поверю. Еще он рассказывал девушкам, что он оператор банкомата: сидит внутри терминала и выдает деньги по кредитным картам. Я была не настолько пьяна или наивна, чтобы в это поверить.

С одного взгляда на него я поняла, что это военный. Он был раскован, носил короткую стрижку, а по акценту без труда угадывалось, что парень не местный.

В конце концов он подтвердил, что он на военной службе.

«Ну, и что ты делаешь в Вооруженных силах?» — спросила я.

Он наговорил кучу всего, и под конец я услышала правду:

«Я только что закончил BUD/S».

Я была готова согласиться, о’кей, что он — «морской котик».

«Угу».

«Я все знаю об этом». Моя сестра только что развелась со своим мужем. Мой шурин хотел служить в SEAL, и даже прошел несколько испытаний, так что я знала (или думала, что знала) об этом все.

Так я и сказала Крису.

«Ты высокомерный, эгоцентричный, ищущий славы, — сказала я. — Ты лжешь и думаешь, что тебе все можно».

Да, я была в ударе.

Мне было интересно, что он на все это ответит? Он не ухмыльнулся, не сделал умное лицо и не обиделся. Он казался… озадаченным.

«Почему ты так говоришь?» — спросил он очень искренне и невинно.

Я рассказала о своем шурине.

«Я готов отдать жизнь за мою страну, — ответил он. — Где же здесь эгоцентризм? Как раз наоборот».

Он настолько романтично и идеалистично относился к вещам наподобие патриотизма и служения родине, что я не могла ему помочь, но поверила.

Мы еще немного поговорили, потом вернулась моя подруга, и я переключила внимание на нее. Крис сказал что-то о том, что он собирается домой.

«Почему?» — спросила я.

«Ну, ты говоришь, что не хочешь заводить знакомство или встречаться с кем-то из SEAL».

«Нет! Я сказала, что не выйду замуж за „морского котика“. Я не говорила, что не стану встречаться».

Его лицо посветлело.

«В этом случае, — сказал он, хитро улыбнувшись, — похоже, мне понадобится твой телефон».

Он никуда не торопился. Я тоже никуда не торопилась. Мы проболтали до самого закрытия заведения. Когда мы поднялась вместе со всеми на выход, толпа прижала меня к Крису. Он был такой крепкий, мускулистый, от него хорошо пахло, что я подарила ему небольшой поцелуй в шею. Мы вышли наружу, и он проводил нас до парковки… И тут мои мозги начало просто рвать от виски, который я выпила.

Как можно не влюбиться в девушку, которая потеряла голову во время первой встречи? С самого начала я понял, что с этим человеком я бы хотел проводить вместе много времени. Но поначалу ничего не выходило. Я позвонил на следующий день после нашей встречи, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Мы немного поговорили и посмеялись. После этого я позвонил ей и оставлял сообщения. Она не перезванивала.

Другие ребята из отряда начали подтрунивать надо мной. Они делали ставки на то, что рано или поздно Тая назовет меня своей собственностью. Мы несколько раз говорили по телефону, но всегда звонил я, а она брала трубку — может быть потому, что ждала звонка от кого-то другого. Через некоторое время даже мне стало очевидно, что она никогда не звонит первой. Затем что-то изменилось. Я помню, как она впервые мне позвонила. Мы проводили тренировки на восточном побережье. Когда мы закончили разговор, я вбежал в казарму и начал прыгать на койках моих сослуживцев. Звонок дал мне понять, что она заинтересована в продолжении наших отношений. Я был рад посрамить всех скептиков.

Тая:

Крис всегда был в курсе моих чувств. Он вообще чрезвычайно наблюдателен, и это относится в том числе и к его осведомленности о моих эмоциях. Он не любит много говорить. Простой вопрос или какой-то жест дают мне понять, что ему на 100 % понятно, что я испытываю. Крис не обязательно с удовольствием говорит о чувствах, но он хорошо понимает, когда это уместно и нужно.

Я обратила на это внимание, когда наши отношения еще только завязывались. Мы говорили по телефону, и он всегда был очень заботлив.

Во многих отношениях мы противоположности.

Тем не менее мы всегда были на одной волне.

Как-то раз Крис спросил меня, что я думаю о нашей совместимости. Я решила рассказать ему кое-что о том, что меня в нем привлекло.

«Мне кажется, ты очень хороший парень. Симпатичный. И чувственный».

«Чувственный?!! — В голосе Криса я услышала изумление и обиду. — В каком смысле?!»

«А ты что, не знаешь, что означает это слово?»

«Что я плачу во время кинофильмов и тому подобное?»

Я расхохоталась. Пришлось объяснить ему, что он часто угадывает мои чувства еще до того, как я сама себе даю в них отчет. И он позволяет мне выплеснуть эти эмоции, и, что важно, оставляет мне мое личное пространство.

Я не думаю, что большинство людей представляет себе «котиков» такими, но это точный портрет. По крайней мере одного из них.