ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ Параллельные миры?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Параллельные миры?

До нас дошло по любопытной случайности, что вы стоите на пороге вашего самого значительного открытия.

Синклер Льюис (1885–1951)

В 1973 году издательство «Советская Россия» опубликовало мою научно-художественную книгу «Неисчерпаемое в привычном». В ней я убеждал читателя, что самые обычные, примелькавшиеся вещи таят в себе неисчерпаемую глубину знания.

Среди читательских откликов было письмо Николая Ивановича Коровякова, крупного оружейника, создателя знаменитого ружья ТОЗ-34, эксклюзивный экземпляр которого вручили Леониду Ильичу Брежневу. Добавлю, что Коровяков — дважды лауреат Мосинской премии, учрежденной в память о создателе русской трехлинейной винтовки конца XXI века, которая верно служила России даже в Великую отечественную войну и по своей популярности могла сравниться разве лишь с автоматом Калашникова.

Впрочем, Н.И.Коровяков написал мне отнюдь не в связи со своей профессией, в которой он достиг выдающихся результатов…

Здесь надобно отступление. Как автор, да и как редактор, я получал немало любопытнейших писем — об одном из них («письме сумасшедшего») рассказано ранее. Будучи редактором Гостехтеориздата, однажды получил объемистую рукопись под названием «Теория вечного двигателя». К рукописи было приложено письмо примерно такого содержания:

«Вы, конечно, считаете, что вечный двигатель невозможен. Я и сам так когда-то думал, недаром физфак окончил. Но вот меня осенило, и я доказал обратное. Можете написать в редакторском предисловии, что книга — бред, но напечатать ее вы обязаны: по конституции имею право на это!» В другой раз я сам, как автор, оказался в «щекотливом положении». Дернуло же меня опубликовать в газете «Омская правда», где состоял постоянным научным комментатором, статью: «Парапсихология — наука или лженаука?». Заключение: все-таки наука.

В те семидесятые годы воспитанные в духе диалектического материализма советские люди весьма скептически относились не только к «порче» и «сглазу», но и к телепатии. В предчувствии возможных неприятностей, я… прибегнул к завуалированному плагиату: изложил своими словами содержание статьи из Большой советской энциклопедии. И, как оказалось, не зря. В обком КПСС посыпались письма, в которых профессор Плонский обвинялся в мракобесии, пропаганде черной магии и прочих смертных грехах. Беспартийного профессора немедленно вызвали «на ковер». В обком я пришел с толстым томом энциклопедии и был реабилитирован.

Эта история имела комичное продолжение. Вскоре я получил письмо из Новосибирского Академгородка от достаточно именитого ученого, фамилию которого называть не буду по этическим соображениям. Маститый ученый превозносил меня за «гражданскую смелость» и просил помочь в опубликовании его статьи на аналогичную тему. Испросив согласия редактора, я предложил прислать статью, обязательно заверенную печатью научного учреждения, в котором работал автор, что и было вскоре сделано.

Прочитал я творение «маститого ученого», и волосы у меня «встали дыбом». В статье описывались способы… лечения порчи и сглаза с помощью обручального кольца, подвешенного на ниточке, и фотографии объекта. До чего же «гениальным» оказался мой «единомышленник» — опередил время на четверть века! Теперь его статью газетчики рвали бы друг у друга из рук! Я же написал злое-презлое письмо и получил в ответ аналогичное, в котором я и «эта… Омская правда» посылались по определенному адресу…

Какое же отношение имеет это небольшое отступление к Николаю Ивановичу Коровякову? Дело в том, что крупные деятели, прославившиеся в своей профессии, нередко жаждут признания в весьма далекой от нее области. Так, прославленный конструктор авиационных двигателей Александр Александрович Микулин чуть ли не главной для себя считал проблему долголетия.

Николай Иванович, прочитав «Неисчерпаемое в привычном», подобно новосибирскому ученому, счел меня своим единомышленником или, во всяком случае, человеком, способным разобраться в его открытии. И попросил дать отзыв. А открытие, надо сказать, представляло собой принципиально новую физическую картину мира, причем попутно опровергались представления Ньютона и Эйнштейна.

Признаться, я почувствовал себя путником, заблудившимся в лабиринте. Что передо мной: гениальное прозрение или беспочвенная фантазия дилетанта? Я ведь не физик, а, грубо говоря, технарь. Пробовал посоветоваться на кафедре физики — там пожимают плечами, мол, разбираться надо, а у нас и без того дел по горло.

И я призвал на помощь всю свою изворотливость, сочинив отзыв по принципу: «да и нет не говорится, белое и черное не называется». Но Николаю Ивановичу, к счастью, отзыв не только понравился, но и послужил импульсом к появлению ряда уже однозначно положительных отзывов.

Чтобы покончить с этой стороной дела, скажу, что Николай Иванович удостоен академических званий, работал за границей, живет в Москве. Когда, проездом в Лондон, я останавливался в столице на пару дней, он посетил меня (после многолетней переписки мы увиделись впервые) и подарил подборку статей о своем открытии, а также фотографию, на которой что-то демонстрирует Лужкову.

В научном же мире, как полагаю, все еще владычествуют Ньютон и Эйнштейн.

И снова читательский вопрос: а какое имеет отношение Николай Иванович к «параллельным мирам», давшим название этой главе? Дело в том, что Коровяков, по его словам, подкрепленным присланными мне материалами, был членом советской комиссии по изучению неопознанных летающих объектов (НЛО), возглавлявшейся знаменитым конструктором самолетов Антоновым. По рассказам Николая Ивановича члены комиссии вылетали на места предполагаемых посадок НЛО, и самым веским свидетельством достоверности этих событий была обнаруженная стерильность почвы на довольно большую глубину.

Испытывая ко мне симпатию, Николай Иванович регулярно посылал ксерокопии переведенных на русский язык книг по неопознанным летающим объектам, начиная с первоисточников. Так я узнал о первоначально засекреченном американском проекте «Синяя книга» (иногда переводится как «Голубая книга»). Американское правительство истратило на этот проект значительные суммы денег, были «задействованы» сотни экспертов, опрошены тысячи «очевидцев», своими глазами видевших не только НЛО, но и вступавших с «нлонавтами» в интимные отношения. Но ни одно свидетельское показание не было подтверждено фактами. И проект прикрыли.

А как же с многочисленными свидетелями, к числу которых могу причислить и себя? (Те, кто читал мою книгу «автобиографической фантастики» «Будни и мечты профессора Плотникова», возможно, помнят, как в горах Памира Плотников и его спутники наблюдали в темнеющем небе серебристый объект, за которым тянулся пучок лучей). Признаюсь: Плотников — фактически мой псевдоним, и описанное в книге наблюдал я. В свое оправдание могу лишь сказать, что «Плотникова» навязало мне издательство. В рукописи профессор именовался Браницким: я хотел избежать слишком уж очевидных аналогий — не вышло).

Повторяю: а как быть с многочисленными свидетелями?

Здесь все как в религии: веришь в бога, ну и верь: доказательств его существования, признаваемых наукой, все равно нет. Веришь, что НЛО — корабли инопланетян, «барражирующие» в околоземном пространстве, ну и верь: доказательств тоже нет.

Между тем версия с «инопланетянами» долгое время главенствовала в умах уфологов (от английской аббревиатуры UFO — то же самое, что и НЛО). Но учеными доказано (вот именно, доказано), что ближайшая развитая цивилизация находится в миллионах световых лет от нас. Если исходить из современных представлений науки о максимально возможной скорости — скорости света, то придется отказаться от мысли, что инопланетяне кишат вокруг Земли, словно пчелы на пасеке. Конечно, можно воспользоваться «озарениями» фантастов (в том числе и автора) о существовании над- или подпространства, вневременных скачков из галактики в галактику, но эта почва зыбкая и научной «нагрузки» пока не выдерживает.

Насколько известно, и сами уфологии усомнились в своей «базовой» версии происхождения НЛО и заговорили о неких «параллельных мирах», причем никто не представляет себе, что это такое. Есть, мол, такие миры, существуют они одновременно с Землей, и живут в них то ли «зеленые человечки», то ли кто-то еще.

Я человек по природе склонный к скепсису и иронии. И вот, скорее в пику уфологам, чем ради дела, решил подвести под «параллельные миры» научную основу.

Существуют два понятия: гипотеза и теория. Гипотеза, главным образом, умозрительна. Это первая ступень познания. Если ее обосновать математически, она, словно бабочка из куколки, обратится в теорию. Но и теория — не заключительный этап научного поиска, она должна быть подтверждена путем эксперимента. Именно опыт, как известно, критерий истины.

Итак, я избрал традиционный в науке путь — сформулировал гипотезу о параллельных (а правильнее сказать, последовательных) мирах. Но построил ее не на песке, а положил в основу хорошо известную специалистам в области информации теорему Котельникова.

Не буду утомлять читателей формулировкой этой великой теоремы (кстати, еще раз вспомним «родину слонов»!). Смысл ее сводится к тому, что, например, речь или музыку можно передавать не непрерывно, а, так сказать, «по кусочкам» — в виде следующих друг за другом импульсов, при условии, если интервал между ними не превышает определенной величины.

Импульс-пауза… Импульс- пауза… Импульс- пауза. Капля за каплей. А мы воспринимаем непрерывное журчание. Но вдумайтесь: в паузы какой-либо одной последовательности можно «вкрапить» импульсы других последовательностей! На этом и основан принцип многоканальной связи с временным уплотнением.

А если представить себе, что само время течет прерывисто, и на смену «кусочку» нашего времени приходят десятки, сотни, может быть, тысячки «кусочков» чужих времен? А затем снова «наш» кусочек и так до бесконечности. Будем ли мы ощущать прерывистость «нашего» времени? Нет, оно воспримется нами как сплошная «лента».

Аналогия: человек, потерявший сознание или подвергшийся наркозу, очнувшись, не представляет, сколько времени было «вычеркнуто» из его жизни!

Вот мы и подошли вплотную к «моей» трактовке «параллельных» миров. «Наш» импульс времени — мы существуем. «Чужой» — нас нет, есть «они». Сколько «чужих» импульсов времени «втиснется» в нашу «паузу», не нарушая условия теоремы Котельникова, столько «параллельных миров» существует наравне (наравне, но не одновременно!) с нашим.

А причем здесь НЛО? — спросите вы.

Специалисты в области многоканальной связи знакомы с так называемыми перекрестными помехами, когда сигнал из одного канала проникает в другой. Такие помехи могут быть «случайными» (плохо спроектировали линию связи!) или «организованными» (подслушивание чужих сообщений!).

В моей гипотезе НЛО играют роль «организованных» помех. Но зачем шпионить за нами?

Упомяну одну из книг, присланных мне Н.И.Коровяковым. Автор — французский журналист Эме Мишель. Название книги (в переводе на русский язык) — «Тайна перекрещивающихся линий».

Если верить Эме Мишелю, он проделал следующее. Поместил в ряде французских газет объявления с просьбой сообщать ему координаты и время наблюдений НЛО. Ответов было множество. Мишель нанес временные и пространственные координаты на карту, определив, таким образом, маршруты НЛО. Выяснилось, что траектории движения НЛО представляют собой отрезки прямых линий, причем линии одного какого-либо пучка пересекались в месте расположения атомного реактора или оборонного завода.

Так верить Эме? Не знаю… Но если верить, то придется признать, что наши «сожители» по теореме Котельникова весьма обеспокоены тем, что у нас творится. Ведь «параллельные миры» — единая система, и катаклизм в любой ее части неизбежно скажется на состоянии остальных.

Если признать возможность сосуществования многих миров, то вряд ли это будет означать, что они близнецы. Возможно поэтому НЛО, судя по наиболее достоверным свидетельствам, столь различны.

Очевидно, среди этих миров есть более и менее развитые, более и менее благополучные. Боюсь, что наш мир к числу «благополучных» никак не причислишь. Не этим ли объясняется пристальное внимание нлонавтов? Пока они лишь наблюдают, практически ни во что не вмешиваясь и не представляя для нас угрозы. Но что будет, если…

А поиски внеземных цивилизаций, которые ведутся десятки лет с помощью мощных радиотелескопов, успеха не принесли…

Примечание к главе.

Со своей гипотезой я выступал на БиБиСи в программе «Севаоборот». Передача происходила в живом эфире без малейшей подготовки, если не считать короткого телефонного разговора накануне с Севой Новгородцевым, одним из трех ведущих «Севаоборота». И единственное, что он у меня спросил, какую музыку я хотел бы услышать. Я сказал: компьютерную, имея в виду тематику передачи об НЛО. На этом разговор окончился.

Сама же передача напоминала непринужденную беседу, которая очень меня увлекла. Ведущие — слаженный, сработанный коллектив импровизаторов, в котором каждый имеет свое амплуа. Сева — центр, светило, вокруг него вращается ось программы. Иногда разговор отклоняется от темы. Так, Алексей Леонидов спросил меня, боюсь ли я… вампиров.

Я ответил, что очень боюсь, потому что, открыв свежий номер газеты, рискую оказаться в плену экстрасенсов, биоэнергетиков сомнительной квалификации, знахарей, ясновидящих. И добавил, что мне страшно становится за страну. Но тут Сева очень дипломатично отвел вопрос в сторону. Дело в том, что в программе целенаправленно обходятся острые углы нашей действительности.

На память об этой передаче под стеклом в моем книжном шкафу выставлена фотография ведущих «Севаоборота» — Севы Новгородцева, Леонида Владимирова и Алексея Леонидова. На обороте их подписи и трогательная, хотя и не заслуженная мною надпись: «Профессору, который многому нас научил». Возможно, в ней есть и капелька иронии…