03.10.1932

03.10.1932

<…> из Вашего письма я вижу, что Вл[адыка] требует великого единения. Каким путем мы можем его достигнуть, если три человека, имеющие между собой полное единение, исключили остальных трех из своей среды? Обсуждения общих дел не существует уже давно, дела решаются тремя и потом [Логваном] сообщаются остальным. <…> это делается так публично, что от посторонних и служащих не скроешь, особенно от последних, и очень печально, видя, как они отражают в своих действиях поступки их хозяев. <…> всеми силами старалась подойти к Ен[те] и Пор[уме], но это невозможно, ибо они этого не хотят. <…> [от Логвана ничего,] кроме холодности и выказывания при служащих неуважения и часто пренебрежения. <…> поддержка учреждений друг другом прекратилась. <…> мы ждали [Енту] как самого светлого посла, помочь <…> делам. Сделалали она это? Единение ее с двумя членами полное, разъединение с остальными — тоже полное. Несколько месяцев тому назад я имела с ней серьезный разговор, умоляя ее о кооперации[301] и о сердечном отношении и терпимости ко мне, ибо с приезда ее <…> после нескольких недель ее пребывания она резко изменила свое отношение ко мне. <…>

Данный текст является ознакомительным фрагментом.