КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ ФАШИЗМА

КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ ФАШИЗМА

…Из постоянных убеждений особое место в мировоззрении Муссолини занимало насилие. Он плохо ладил с законом и считал, что все можно уладить при помощи силы, а закон служит силе и вполне может стать «младшим братом дубине или топору». Он это уяснил в тюрьмах Италии, Швейцарии, Франции.

В спорах Бенито Муссолини не стеснялся в выборе выражений, чем нарочито подчеркивал, что он не какой-то «врожденный интеллигент» и в случае, если будет не хватать достаточно аргументов и доказательных веских слов, может пустить в ход кулаки или что-либо поувесистее. Тем не менее он с видом знатока мог походя упомянуть имена футуриста Маринетти, пацифиста Эове, националистов Коррадини и Ориани, поклониться гению Марка Твена, назвать своей любимой книгой «Робинзона Крузо», которую, как замечали знавшие его люди, «он, вероятнее всего, никогда в жизни не читал».

А в остальном его ставка — кулак и сабля на дуэли. «А в политике нет правых и неправых. В политике есть только сила…»

Вечером в день своей победы 30 октября 1922 года Муссолини сказал жене: «Запомни, Ракеле, этот момент — один из самых главных в нашей жизни». Первый успех фашизма в официальной политике повлек за собой волну вступлений в партию и, наравне с этим, увеличил объем работы и ответственность новых иерархов. Трудно представить, что совсем недавно Муссолини был простым итальянцем, спорил, ругался и даже дрался на дуэлях, которые тогда были уже запрещены. (С 1999 года в Италии за участие в дуэлях больше не судят, а только штрафуют.)

Его схватки с противниками заканчивались всегда победоносно. Поединков на саблях было более десяти. Сначала это была схватка с полковником Базеджо. За ней последовали другие: с социалистом Чиккотти, с адвокатом-анархистом Мерлиным. Дома Бенито ни словом не обмолвился об этих поединках. У него только появилась привычка давать некоторые рекомендации перед тем, как идти на место дуэли. Он, например, говорил: «Сегодня, Ракеле, ты мне сделаешь спагетти». И эта фраза давала понять, что воздух скоро разорвет звон сабель. Муссолини считал фехтование отдыхом. Учителем у него с давних пор был знаменитый стрелок Ридольфо, ставший его другом на всю жизнь. Сирилло, шофер «альфы-ромео», которую Муссолини держал до самого марша на Рим и которая заменила скромную «бьянки» без верха 1919 года, имел обыкновение после каждой дуэли первым прибегать домой и лаконично сообщать Ракеле новости: «Сегодня мы дрались и победили».

Поединок между Муссолини и депутатом-социалистом Тревесом был особенно жестоким. Взаимная антипатия противников была настолько велика, что многочисленные друзья напрасно старались помирить их. После бесчисленных выпадов Тревес оказался побежденным с глубокой раной в плече. Об этой дуэли Муссолини никому не рассказал, и все детали узнали от того же Сирилло.

Кроме того ему пришлось драться на дуэли с Гаэтано Сальвемини и Марио Миссироли. После дуэлей, возвращаясь домой, он доставал скрипку и самозабвенно играл, а затем читал записи о великих итальянских «лютайо» из Кремоны — о Джузеппе Гварнери, Антонио Страдивари… Он мечтал написать когда-нибудь книгу о лютайо (мастерах скрипичных дел), проводил почти научные изыскания, но не мог знать того, что известно сегодня нам.