К звездам

К звездам

В научной фантастике есть один популярный герметичный сюжет, к которому в свое время обращались такие классики жанра, как Саймак или Хайнлайн. Затерянный в космосе звездолет отправлен в длительное путешествие. Сменяются поколения, и первоначальная цель полета давно забыта. Простые и логичные инструкции, призванные поддерживать работоспособность корабля во время полета, со временем приобретают сакральный статус, становятся Священным Писанием. Они давно не соответствуют окружающей обстановке и несут больше вреда, чем пользы. Многие обитатели корабля это понимают, но не решаются говорить об этом вслух: авторитет Правил слишком велик, спорить с ними — богохульство.

Беспрекословное исполнение инструкций делает невозможным воплощение первоначальной цели полета: приземление на новой планете и освоение территорий.

Наша исправительная система очень напоминает такой звездолет, запущенный в никуда. Цель — исправление вчерашних преступников, хоть и не забыта, но превратилась в ничего не значащее заклинание. Оно не воспринимается всерьез никем, ни тем кто сидит, ни тем кто охраняет. Наказание не имеет ничего общего с исправлением. Общеизвестно, что тюрьмы и колонии это заведения не для перевоспитания, а для выращивания (и перевоспитания — тавтология) преступников.

Каждый, кто очутился тут, даже случайно и ненадолго, подсознательно продумывает свой следующий срок. Смысл полета в самом полете, а не приземлении. Чем дольше находишься в заключении, тем более непонятной, абстрактной и пугающей кажется свобода.

* * *

Недавно из исправительного центра освободился осужденный. 35 лет, несколько ходок, во рту не хватает зубов. Перешел сюда со строгого режима. После освобождения хотел жениться, завести детей. Невеста ждала его в день выхода у ворот зоны. Вечером он выпил, подрался в кабаке. Наутро два тела отправились из реанимации в морг. Кто был виноват в этой драке — неизвестно. Но суд вряд ли поверит зеку-рецидивисту. Ване теперь грозит пожизненное заключение, или пятнашка, если повезет[16]. Полет продолжается, планет не видно, а звезды — просто блестки, наклеенные на внешнюю поверхность иллюминатора.

* * *

Парень, вернувшийся из отпуска, рассказывает: «Мама почитала тебя в интернете, говорит, что думала — плохо там у вас, а потом увидела статью в журнале «Профиль» и поняла, что все хорошо». Статья действительно получилась весьма радостной и оптимистичной, условия в исправительном центре названы «райскими». За кадром осталось слишком многое, даже тот факт, что пока осужденные давали интервью, за их спиной монументально возвышался Александр Леонтьевич Стасюк, тогда еще начальник исправительного центра. Заслышав крамолу, он начинал кричать и угрожать. Был на этой встрече вместе с журналистами и представитель департамента в штатском, не афишировавший своей профессиональной деятельности. Вместе они защищали честь исправительной системы от «лжи и клеветы». У них это получилось. Журналисты, очарованные харизмой начальника, даже упустили тот факт, что на следующий день после их посещения, Александр Леонтьевич попался на получении взятки и отправился в следственный изолятор. Хотя они могли специально решить не упоминать об этой мелочи. Райские кущи не теряют всего очарования, оттого что охранявших их ангел оказался падшим.

По слухам, этого недавнего небожителя все-таки отпустили на подписку о невыезде. Скорее всего он отделается условным сроком.

* * *

Начальник, пришедший на смену Александру Леонтьевичу, даже получив огненный меч, нимб и форму, сохранил одно очень важное человеческое чувство — брезгливость. Оценив условия жизни осужденных, он решил, что из рая нужно убрать: хотя бы озера серы, туалеты без перегородок и другие орудия пыток. Глобальный ремонт постепенно набирает обороты, даже я получил временную работу — очищаю штукатурку от стен. Сначала ее нужно обстучать молотком, потом поддеть отходящие края фомкой. Вместе с сантиметровым слоем штукатурки отлетают и куски кирпичей. Испытываю детскую и наивную веру в то, что скоро эта стена рухнет.

16.04.2011