Боpuc CПАCCKИЙ

Боpuc CПАCCKИЙ

Много лет назад мне пришлось писать о четырех качествах, определяющих силу шахматного мастера: таланте, характере, здоровье и специальной подготовке. Они разумеется, не являются чем-то застывшим, требуют постоянной шлифовки, находятся в развитии. Спасский хорошо соответствует этому комплексу требований. Его большой талант говорит сам за себя: в 16 лет молодой мастер добивается международного признания в девятнадцать – он уже участник соревнования претендентов на матч с чемпионом мира. Боевой характер у него тоже есть. Разве иначе можно было добиться успеха в столь трудных матчах? Стальное здоровье Спасского хорошо известно. А как же обстоит дело со специальной подготовкой? Пожалуй, удовлетворительно, но гарантирует ли все это шахматное долголетие?

Мне не раз приходилось писать о двух функциях, которые выполняет шахматный мастер, когда сидит за шахматным столиком. Первая функция – счет вариантов. Уже в 20 лет мастер хорошо это делает и лет до 35 успешно справляется с этими обязанностями. Вторая функция – способность к самопрограммированию – развивается позднее и в разной степени. В 30 лет (вряд ли ранее) мастер начинает хорошо справляться с этими обязанностями, и лишь после 45 ослабевает и эта способность.

Таким образом, когда шахматисту за сорок пять, то ему приходится, как говорят водители, «сливать воду». Оптимум силы шахматного гроссмейстера обычно 35-38 лет. Нетрудно понять, что долголетие шахматиста зависит главным образом от способностей к самопрограммированию. Иначе говоря, шахматный мастер в какой-то мере должен быть исследователем.

Спасский – большой шахматист. Но сколько лет продержится Спасский на своем боевом посту? На мой взгляд, это зависит прежде всего от того, сумеет ли он успешно проявить себя как исследователь.