«ЗАУАГ АЛЬ-УРФИ»

«ЗАУАГ АЛЬ-УРФИ»

Мое внимание привлек «зауаг аль-урфи». Мне показалась, что в этом контракте есть срединная точка человечности, которая позволяет женщине сохранить достоинство, а ребенку — иметь номинального отца.

Еще в Средние века купцы на Ближнем Востоке заключали временный брак «для удовольствия» — мутаа. Путешествующий жил с женщиной короткое время, а потом мулла произносил три раза: «Талака-талака-талака (разведена-разведена-разведена)». На этом брак заканчивался. Такое сожительство считалось предпочтительнее проституции.

В Египте же нынче в ходу «зауаг аль-урфи».

Это как бы половинчатый, гражданский брак. Он не требует большой огласки и также легко расторгается. Достаточно сходить в мэрию и подписать бумажки. А со временем порвать их. Официально таких «зауаг аль-урфи» в Египте заключено около полумиллиона, на самом деле — больше.

Нормальный брак — громадная затея. Необходимо иметь квартиру, одна только свадьба обходится в десяток тысяч долларов, на нее копят годами. А тут — короткая процедура — и все в порядке.

Мне рассказали про одну такую женитьбу.

Ее звали Азиза. Полная египтянка тридцати двух лет, глаза чрезмерно насурмлены, на голове бирюзовый шелковый платок. По европейским меркам некрасивая и толстая. Но на Востоке любят пышность плоти.

История Азизы типична. Она ходила пить чай в полицейский клуб. В Египте полицейские получают небольшую зарплату, и, чтобы их подкормить, правительство создало клубы, где можно практически бесплатно пить чай и кофе, смотреть телевизор. Они проводят там часы, куря кальян и комментируя футбол.

За чашкой чая Азиза познакомилась с Ахмедом — лысоватым низкорослым майором лет пятидесяти. Они общались за столиком два месяца, пока он не предложил ей «зауаг аль-урфи». Азиза согласилась: очень не хотелось оставаться одной.

Ахмед жил в общежитии, его жена и дети — в Александрии, он посылал туда все деньги.

Короче, Ахмед перебрался к Азизе, стал жить с ней как муж. По-русски выражаясь, на халяву. Он очень любил креветки и был разборчив в еде. Лежал в постели, курил, смотрел футбол.

Через полгода Азиза забеременела. Узнав об этом, Ахмед изменился, стал реже приходить, а вскоре исчез. Сказали, он перевелся в Александрию.

Когда Азиза рожала, в больницу пришла лишь ее мать.

С тех пор прошло три года: маленький Хасан растет, но у него нет отца, как записать ребенка в паспортном столе?

Азизу теперь зовут Ум Хасан — мать Хасана.

Она подала в суд — редкость для Египта — чтобы провести анализ ДНК. По местному закону, если отец три раза не явится на тест, его отцовство будет признано.

Пессимисты не верят в справедливость закона, в то время как оптимисты уповают на прогресс и справедливость…

Гелиополис, шесть вечера. Я вижу ее силуэт в кафе. Она сидит, пьет чай, ее грузное тело налегло на столик. Подумалось: «А кто бы взял ее в жены — просто так? Теперь у нее хотя бы есть ребенок». Женщина зависима, а некрасивая женщина — вдвойне. А разве не те же проблемы одиноких матерей видим мы в России?