И

И

ИВАШКО Владимир Антонович

(28.10.1932 — 13.11.1994). Член Политбюро ЦК КПСС с 09.12.1989 г. по 23.08.1991 г. Заместитель Генерального секретаря ЦК КПСС с 11.07.1990 г. по 23.08.1991 г. Член ЦК КПСС с апреля 1989 г. Кандидат в члены ЦК КПСС в 1986 — 1989 гг. Член КПСС с 1960 г.

Родился в г. Полтаве в семье рабочего. Украинец. В 1956 г. окончил Харьковский горный институт. Трудовую деятельность начал в 1957 г. ассистентом кафедры горного института. В 1962 — 1973 гг. преподавал экономику и организацию производства в высших учебных заведениях Харькова, избирался парторгом кафедры, секретарем парткома института. Кандидат экономических наук, доцент. С 1973 г. на партийной работе: заведующий отделом науки и учебных заведений, секретарь Харьковского обкома партии, секретарь ЦК Компартии Украины. В 1980 г., с вводом советских войск в Афганистан, был туда направлен, работал там в качестве партийного советника. В 1987 — 1988 гг. первый секретарь Днепропетровского обкома Компартии Украины. С 1988 г. второй секретарь ЦК Компартии Украины. В сентябре 1989 г. — июне 1990 г. первый секретарь ЦК Компартии Украины. Сменил на этом посту ушедшего на пенсию В. В. Щербицкого. Одновременно с ним рассматривались кандидатуры О. Д. Бакланова, А. Н. Гиренко; заведующего Идеологическим отделом ЦК КПСС А. С. Капто, ранее работавшего секретарем ЦК Компартии Украины по вопросам идеологии; секретаря ЦК Компартии Украины В. Качуры, которого В. В. Щербицкий готовил себе в преемники. Последний украинский руководитель, навязанный Киеву Москвой. Став первым секретарем ЦК Компартии республики, перешел на украинский язык. Вслед за ним это сделали все партийные работники. Выглядел «маленьким Горбачевым», который выдвигал его, понимая, что он намного удобнее, чем В. В. Щербицкий. В Киеве его воспринимали как выскочку, предложенные им «горбачевские» инициативы вызывали аллергию. Депутат Верховного Совета СССР 11-го созыва. Народный депутат СССР от КПСС в 1989 — 1991 гг. Делегат ХХVI, ХХVII, ХХVIII съездов КПСС и ХIХ Всесоюзной конференции КПСС. Награжден орденом Трудового Красного Знамени, орденом Дружбы народов, медалями. Докладывая 22.03.1990 г. на заседании Политбюро ЦК КПСС об итогах прошедших на Украине выборах в Верховный Совет республики, оптимистично отметил, что антикоммунистическая группа среди депутатов составляла примерно 25 процентов: «Я думаю, что в ближайшее время на Украине будет целая куча партий или так называемых партий... Мы не собираемся бороться против создания партий. Мы убедились в том, что это ни к чему, кроме укрепления их авторитета, сейчас не ведет. Мы за то, чтобы их у нас было как можно больше» (АПРФ. Рабочая запись заседания Политбюро ЦК КПСС 22.03.1990 г.). У докладчика не вызывали тревоги распространявшиеся слухи, что республика из каждой тысячи килограммов зерна 860 килограммов продает Москве, что у себя оставляет только пять процентов промышленной продукции. «Мы готовы к тому, — заверял он, — что будут подниматься вопросы немедленного выхода из СССР» (Там же). С июня 1990 г. Председатель Верховного Совета Украинской ССР. Оппозиция в парламенте обвинила его в том, что в угоду узкопартийным интересам уехал в Москву на ХХVIII съезд коммунистов, вместо того чтобы сидеть в Киеве и заниматься работой Верховного Совета УССР. Оппозицию поддержали депутаты-коммунисты. Был выдвинут ультиматум: немедленно покинуть съезд и вернуться на сессию. 09.07.1991 г. передал в Киев, что в этой ситуации не может больше исполнять обязанности Председателя Верховного Совета Украинской ССР. На ХХVIII съезде КПСС (июль 1990 г.) конфиденциально предупредил М. С. Горбачева, что в резолюции съезда ему хотят поставить «неуд». Генсек ринулся спасать ситуацию, пригрозив, что если делегаты пойдут на то, чтобы каждому члену Политбюро дать персональную оценку, партия расколется. На этом съезде партии В. А. Ивашко выдвигался на пост Генерального секретаря ЦК КПСС, но снял свою кандидатуру. Возглавлял Редакционную комиссию съезда. 11.07.1990 г. избран заместителем Генерального секретаря ЦК КПСС. «За» проголосовали 3109 делегатов, «против» 1309. Выиграл победу у Е. К. Лигачева, тоже претендовавшего на эту должность («за» 776, «против» 3642). При обсуждении его кандидатуры на пост заместителя Генерального секретаря ЦК КПСС назвал себя убежденным сторонником перестройки: «Более того, считаю, что она опоздала минимум лет на 20. Ее надо было начать в 1965 году, тогда были для этого все необходимые предпосылки, и сейчас мы жили бы совсем иначе. И сколько у меня будет сил, независимо, совершенно независимо от того, где я буду работать, буду трудиться в интересах перестройки нашего общества» (ХХVIII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет. Т. 2. М., 1990. С. 347). Узнав о его московском назначении, наиболее непримиримые киевские оппоненты организовали «похороны». Гроб с его «телом», портрет в черном обрамлении, большое количество венков и цветов от «организаций» и «частных лиц» пронесли через Крещатик, а в центре города провели траурный митинг, посвященный «усопшему». Через девять дней справили «поминки». По многим оценкам, мало соответствовал должности заместителя Генерального секретаря, особенно в условиях, требовавших сильной воли, способности брать на себя ответственность за все. Был добрым, отзывчивым человеком. Но 17 лет преподавательской работы наложили на него специфические особенности. Забываясь, читал длинные нравоучения, держал вступительные речи, что было странно для ведущего заседания Секретариата ЦК. В силу болезни и провинциального синдрома подлинным партийным лидером не стал. Метался, поддаваясь влиянию более волевых коллег по руководству. После его отъезда в Москву обстановка на Украине, считавшейся одним из наиболее надежных звеньев СССР, коренным образом изменилась. Поддерживавший его блок депутатов в парламенте раскололся, коммунисты деморализовались. Новый председатель Верховного Совета УССР Л. М. Кравчук пошел на тесное партнерство с движением «Рух» и возникшими из него националистическими партиями. В. А. Ивашко был очень расстроен тем, что для него и других членов Политбюро не предусмотрели стул в президиуме торжественного собрания, посвященного 73-й годовщине Октябрьской революции. Саркастически комментируя этот факт на заседании Секретариата ЦК, сказал, что ему все же стул принесли * дополнительно. Августовский кризис 1991 г. застал В. А. Ивашко в санатории «Барвиха» в тридцати километрах от Москвы. Проявил растерянность. В столицу приехал 21.08.1991 г., в здании ЦК появился в 10 часов утра. Собравшиеся секретари ЦК КПСС предложили потребовать встречи со своим Генеральным секретарем. Заявил в обращении к Г. И. Янаеву, что Политбюро и Секретариат ЦК не могут вынести свое суждение о событиях до тех пор, пока не встретятся с Генеральным секретарем ЦК КПСС М. С. Горбачевым. В Форос собирались лететь В. А. Крючков, О. Д. Бакланов, Д. Т. Язов. Секретари ЦК решили, что с ними лететь нельзя: вдруг М. С. Горбачев заподозрит, что руководство ЦК заодно с ГКЧП. Самостоятельно летел в Форос А. И. Лукьянов, который согласился взять с собой «незамаранного» заместителя Генерального секретаря. Но в аэропорту на пятерых дали один самолет. В. А. Ивашко сел подальше от других, а когда самолет приземлился в Крыму, вместе с А. И. Лукьяновым отделился от всех и отдельно прибыл к М. С. Горбачеву. По словам генерала КГБ В. В. Генералова, В. А. Ивашко всем своим видом подчеркивал, что он с этой компанией не связан. Он говорил: «Я здесь ни при чем. Со мной никто не советовался. Я вообще был в больнице и ничего не знал». Долго ждал приема, пока оставшийся в Москве А. С. Дзасохов не позвонил Генеральному секретарю и не объяснил, что его заместитель по партии вынужден был воспользоваться одним самолетом с членами ГКЧП и что никакого отношения к заговорщикам он не имеет. М. С. Горбачев сменил гнев на милость и принял своего заместителя. Осенью 1991 г. вслед за М. С. Горбачевым воспрепятствовал проведению Пленума ЦК КПСС, на чем настаивала большая группа членов ЦК. С 1992 г. был на пенсии. Выступал в качестве официального представителя КПСС на процессе по «делу КПСС» в Конституционном суде России. Сыграл активную роль в организации защиты, особенно в подготовительный период. За два дня до начала процесса, 24.05.1992 г., вместе с В. А. Купцовым и Г. А. Зюгановым провел совещание народных депутатов, в декабре 1991 г. обратившихся в Конституционный суд по поводу законности указов Президента РСФСР о роспуске КПСС и КП РСФСР, юридических представителей, экспертов и свидетелей. Совещание, в котором участвовало человек 40 — 50, проходило в комнате ЖКО с облупленными стенами и неподметенным полом у метро «Сокол» по Ленинградскому проспекту. По мнению участника судебного разбирательства юриста Ф. М. Рудинского, на самом процессе не смог проявить достаточной активности из-за болезни. Когда стало ясно, что Конституционный суд защищает интересы пришедшей к власти новой политической элиты и вряд ли сторонники КПСС победят на этом процессе, а потому надо ли им ходить туда, вместе с В. А. Купцовым опубликовал заявление: «В случае, если мы в суд не явимся и не пришлем своих представителей, вопрос все равно будет рассмотрен. Альтернативы, как нам было указано, суд не допускает. В этой связи мы заявляем, что будем в судебном заседании участвовать и и отстаивать конституционные права КПСС и Компартии РСФСР. Мы понимаем, что наш голос — это еще не голос всей партии. Но в сложившихся условиях выступление в Конституционном суде мы рассматриваем как выполнение своего долга перед коммунистами. Кроме того, для нас это еще дело личной чести. Никакие другие мотивы нами не движут» (Советская Россия. 12.06.1992).