РАССТРЕЛ ПАРЛАМЕНТА

РАССТРЕЛ ПАРЛАМЕНТА

Мосты сожжены

НАША ВЕРСИЯ:

Стрелки часов приблизились к двенадцати. Наступила полночь. Ровно в ноль-ноль часов ноль-ноль минут в Белом доме открылась внеочередная сессия Верховного Совета Российской Федерации. В комнате заседаний ровным желтоватым огнем горели лампы, чуть потрескивая от перемены тока в сети. Депутаты заняли привычные места. Они должны биться до последнего. Выиграть эту битву.

Уже через 17 минут после начала сессии было принято постановление, первое и решающее, «О прекращении полномочий президента РФ». За отстранение президента от должности проголосовало 136 депутатов, 6 голосов — против и ни один не воздержался (по другим данным, «за» проголосовало 144 депутата, «против» — 0, воздержалось — 6).

Минуты летели стремительно. В ноль часов двадцать три минуты Верховный Совет принял второе постановление: о назначении А.Руцкого и.о. президента РФ. Это решение поддержали 137 парламентариев, 5 проголосовали против, воздержались — 3. Сразу после принятия постановления Александр Руцкой принес присягу на верность Конституции РФ.

И уже спустя три минуты после завершения этой процедуры Руцкой сообщил, что подписал свой первый указ, согласно которому, действуя на основе конституционного строя России, он отменяет указ Бориса Ельцина № 1400 как противоречащий Конституции и отдает распоряжение руководителям субъектов РФ неукоснительно соблюдать Конституцию и действующее законодательство; призывает все органы власти и граждан РФ действовать на основе законов и постановлений ВС и Съезда народных депутатов, указов и распоряжений.

События нарастали как снежный ком, стремительно летящий со склона горы. Уже спустя две минуты после указа А. Руцкого Председатель ВС РФ Руслан Хасбулатов издал распоряжение, которым обязал Центральный банк России «прекратить финансирование органов исполнительной власти без решения ВС РФ».

Они издавали законы, надеясь, что эти законы, принятые по всем правилам, сработают автоматически. Но в России законы уже не действовали, а вместо «презумпции невиновности» давно работала презумпция виновности.

В половине первого ночи у стен Белого дома развернулся стихийный митинг. Баррикады сооружали из первых подручных средств. Тащили куски старой мебели, строительной арматуры… Национально-патриотические организации Москвы стояли плотными рядами, раскачивая транспаранты и яркие, на скорую руку написанные большими печатными буквами на листах картона, лозунги. В числе прочих было и «Свободу — парламенту», «Банду Ельцина — под суд».

Противостояние нарастало, и вихрь событий ежесекундно накручивался, всасывая в себя все больше пространства, словно песчаный смерч.

Возле Центрального телеграфа жгли костры, и они освещали красновато-желтыми отблесками чернильную темноту неба. От этих костров холодная осенняя ночь казалась обжигающей.

Город разбился на два лагеря — сторонников и противников парламентариев. Раскол начался в Моссовете. Около часу ночи президиум Моссовета принял заявление о том, что «своим указом от 21 сентября 1993 г. № 1400 «О поэтапной конституционной реформе Российской Федерации» Президент Российской Федерации Б. Ельцин предпринял попытку роспуска законно избранных органов государственной власти».

Зампред Моссовета Юрий Седых-Бондаренко констатировал что изначально позицию президиума Моссовета и ВС РФ поддержали следующие райсоветы города Москвы: Октябрьский, Пролетарский, Дзержинский, Краснопресненский и Черемушкинский. Другие районы находились в раздумьях, пытаясь просчитать развитие событий. В здание Моссовета «для порядка» введен целый взвод бойцов первого полка милиции, которые перекрыли все выходы и входы.

В то же самое время Конституционный суд РФ закончил экстренное совещание и признал указ и действия президента Ельцина неконституционными и достаточными для отстранения его от должности: 9 голосов было подано «за» признание указа президента неконституционным, против — 4 голоса. И уже в час ночи по московскому времени наступившего 22 сентября председатель КС Валерий Зорькин заявил об этом журналистам.

Агония власти

ХРОНИКА:

День 22 сентября 1993 года стал днем, когда Кремль и парламент объявили друг другу ультиматум. Ни одна сторона не собиралась сдаваться. У каждой из сторон были свои сторонники. К Белому дому толпами шли люди. Толпы людей, желающие встать на защиту. Верящие, что возможна победа Верховного Совета. Уже в этот день перед зданием Верховного Совета было порядка 3 тысяч людей. Огромная, продрогшая толпа. В основном — представители патриотических движений.

А в это время продолжает свою работу сессия Верховного Совета. Исполняющий обязанности президента страны, Александр Руцкой заявляет об отстранении от занимаемых должностей министра безопасности Николая Голушко и министра обороны Павла Грачева и назначении министром обороны Владислава Ачалова, а министром безопасности — Виктора Баранникова.

Но Павел Грачев — верный исполнитель Бориса Ельцина, и он на той стороне, где сила… В отставку он уходить не намерен.

Координатор блока фракций «Российское единство» Николай Павлов призывает Руцкого немедленно отстранить от должности министра внутренних дел РФ Виктора Ери-на, и это находит одобрение председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова.

Но Ерин воспринял это заявление как детскую игру… И пропустил мимо ушей.

В Белый дом поступают сообщения из местных Советов народных депутатов о поддержке заявлений Р. Хасбулатова и А. Руцкого и о поддержке решений этой сессии. Но это — декларация. Поддержать на словах не означает выполнить.

Генеральный прокурор России Валентин Степанков заявил журналистам, что Борис Ельцин не может быть привлечен в настоящий момент к уголовной ответственности. Для возбуждения уголовного дела против Ельцина с него должна быть снята «неприкосновенность, которой он обладает как президент».

Противостояние усиливается. Одна сторона издает приказы, которые не работают. Другая сторона отказывается им подчиняться и делает вид, что ничего не происходит.

В Кремле пытаются имитировать полный контроль над ситуацией. Журналистам говорят, что здесь «продолжается работа по подготовке к совещанию глав государств и правительств СНГ, намеченное на 23–24 сентября». Отвечая на вопрос журналистов о том, почему все вице-премьеры РФ в ночное время находятся на Старой площади, пресс-секретарь правительства Валентин Сергеев сообщил: «В связи с тем, что Белый дом начал «заваривать кашу», правительство должно быть готово ко всяким неожиданностям».

Около девяти утра 22.09.1993 г. в фойе Белого дома со стороны Краснопресненской набережной подразделение Союза офицеров начало заряжать автоматы Калашникова. Построившись в шеренгу, подразделение, состоящее из двадцати пяти офицеров, поднялось через шестой этаж на лифте и, направилось в фойе 20-го подъезда. Депутатами планируется распространить 30 тысяч листовок с текстом постановления ВС РФ о прекращении полномочий Бориса Ельцина…

Министр обороны РФ генерал армии Павел Грачев сообщил журналистам, что «назначение Верховным Советом второго руководства страны, в том числе силовых министров, никто в вооруженных силах России серьезно не воспринимает. Командующие округами, флотами, армиями и другими отдельными объединениями единогласно заявили о подчинении министру обороны и законно избранному всем народом президенту РФ Борису Ельцину». Грачев также выразил недоумение по поводу собственного отстранения от занимаемой должности.

Через считанные дни именно Павел Грачев поведет танки на Белый дом и расстреляет из пушек парламент.

Кровавый Октябрь. О чем умалчивает история

После 22 сентября Ельцин был подобен дикому зверю, загнанному охотниками в угол. У загнанного зверя, как известно, может быть только две реакции — бежать или защищаться. И поскольку бежать уже было некуда (Ельцин де-юре не был уже президентом страны), ему оставалось только одно — сопротивляться до последнего.

Как всякий политик, обуреваемой жаждой власти, Ельцин также был не лишен параноидального комплекса — мании величия в сочетании с паническим страхом. И именно параноидальный комплекс делал его достаточно управляемым. Реальная власть, действовавшая на территории России начиная с декабря 1991 года, была заинтересована в том, чтобы дедушка Ельцин своей мощной фигурой продолжал олицетворять демократию. В самом деле, у него был выигрышный имидж. С одной стороны русский мужик, не лишенный и чисто русских привычек (на ложках поиграть, стакан водки махнуть залпом), а с другой — сторонник западной либеральной экономики. Но самое главное, именно через политику вечно пьяного Ельцина Запад получил возможность окончательно уничтожить сверхдержаву, разбив обломки Союза на вечно конфликтующие друг с другом «феодальные княжества».

Было очевидно, что никто в России из русской армии не будет воевать на стороне Ельцина. И если бы не «демократические силы» с запада, пришедшие Ельцину на подмогу, то, возможно, расстрела парламента и не состоялось бы.

Убивали наемные снайперы. Они сидели повсеместно на крышах домов Красной Пресни и своими выстрелами провоцировали людей на драки и беспорядки. Многие из погибших были застрелены в спину, и это — задокументированный факт. Снайперы (наемные спортсмены-биатлонисты) стреляли со стороны гостинцы «Мир» и здания СЭВа (в дельнейшем — здание правительства Москвы). Очевидно, что никакие снайперы спецсназа не стали бы вести подобную стрельбу. Применять силу вне моральных устоев и присяги могут только наемные убийцы. Вот для этого и нужны были бейтаровцы — террористы из Израиля, которым было наплевать, по кому стрелять. Такое решение с привлечением иностранных киллеров, которые могли бы выполнять разные вооруженные провокации и проливать кровь «по заказу», — это американские технологии.

Более того, Ельцин не имел никакого права не только отдавать приказ открыть стрельбу по Белому дому, но и вообще командовать армией. Присяга дается не президенту страны, а Конституции. А это не одно и то же.

Вот цитата из книги зам. командующего Софринской бригадой спецназа полковника Владимира Енягина «Служить России в непогоду»:

«Именно Софринской бригаде спецназа была уготовлена участь «киллера» Белого дома, от которой она отказалась. Дислоцированная в Софрине бригада особого назначения внутренних войск — соединение действительно особое. Именно здесь была собрана элита внутренних войск. Нет здесь офицера, который не побывал бы в горячих точках — Осетия и Карабах, Душанбе и Баку, Вильнюс и Тбилиси — везде работали солдаты и офицеры бригады. Мобильная, великолепно подготовленная бригада была главным ударным резервом Министерства внутренних дел. В резерве она находилась и во время сентябрьского кризиса в Москве.

После указа Ельцина, отменившего в России Конституцию и законность, перед каждым офицером стоял выбор — смириться с беззаконием или бороться с ним. Но тех, кто носил погоны, Господь не хранил. Вместо Бога и закона был приказ. И еще было самое гнусное — коллективная ответственность. Нет квартир, нет денег, нет будущего. Эти три «нет» хорошо чувствует на своей шкуре каждый офицер. Посмеешь заикнуться о чести и присяге — и вылетишь на улицу без крыши над головой и копейки за душою.

Как хитер был этот Ельцин, лишивший офицеров всего: жилья (его не дают уже много лет), совести (попробуй, обсуди приказ), будущего (уволят без пенсии). Лучшие офицеры Союза, герои, бойцы теперь должны унижаться до уровня «шестерок», лишь бы получить для себя и своей семьи хоть какое-то жилье, хоть как-то свести концы с концами.

Режим сделал ставку на нищету своих военных.

Нищий зависит от милостыни, а значит, будет верен.

Софринцам было, что терять. Десятки офицеров не имеют жилья. Семьи ютятся в случайных комнатах, в сжирающих всю получку частных квартирах. И это — при безработных женах с детьми, без детсадов и медицины.

Сразу после 21 сентября стало ясно — особой бригаде готовится особая роль. Приезжали начальники. Ставились задачи. Все понимали — случись худшее, и именно нам надо будет проливать кровь и убивать. Все просчитали в штабе Ерина, все учли, кроме главного. Офицеры бри-

гады — не слепцы. У каждого за спиной — не одна война. У них на глазах разваливали Союз. Они познали на своей шкуре цену предательств Горбачева и демократии Ельцина. Каждый хоронил друзей, погибших в Душанбе и Осетии, Карабахе и Тбилиси. Теперь уже трудно сказать, когда офицеры бригады приняли решение выше всех благ, квартир, зарплат поставить свою честь, свою верность присяге. Не было коллективного обсуждения. Каждый решил для себя. Но когда комбриг Васильев сказал, что он верен Конституции, никто не предал его, никто не стал стукачом.

В сентябре 1993 года нашу часть бросили на осаду Верховного Совета. Несмотря на то, что демократические средства массовой информации называли защитников парламента помощниками бандитов, весь личный состав видел, на чьей стороне правда и справедливость. Решающим стал день 3 октября 1993 года, когда народ прорвал блокаду милиции и соединился с защитниками Белого дома. Комбриг Васильев отдал приказ «Бригада переходит на сторону Верховного Совета, на защиту Конституции».

Солдаты и офицеры были рады такому повороту событий. Но тут прогремели предательские выстрелы в спину со стороны гостиницы «Мир», где засели вооруженные формирования…»

Игра ва-банк

О том, что в Москве кроме российских солдат появились и израильские наемники, бейтаровцы, знали только самые близкие к Ельцину люди. В строжайшей тайне хранили информацию о том, что за снайперы расселись на гостинице «Мир» и других высотных зданиях Красной Пресни. Верные помощники Ельцина сумели организовать в считаные часы доставку в Москву лучших спортсменов, победителей в биатлоне, которые не давали присяги, не клялись на Конституции. А значит, их можно было купить. Деньги на это были. И денег было не жалко.

Ставка была очень крупная.

Речь шла не более и не менее как о президентском троне!

Александр Руцкой в роли и.о. президента страны отдал распоряжение, о том, что надо первым делом блокировать связь. Так начался штурм Останкина, и очень скоро здание телецентра было блокировано. Руцкой уже поговаривал о том, что «вскоре будет блокирован железнодорожный транспорт по всей стране», но осуществить революционные планы ему уже не дали. Его приказам просто отказывались подчиняться.

Был жив и здоров Ельцин со своей «командой», и в стране царило двоевластие. Сторонники Ельцина, прагматично просчитавшие, что у него шансы на победу выше, отказывались выполнять приказы Руцкого, дабы затем, когда «закончится вся эта заварушка», не полететь, «как оппозиция действующей власти», в тартарары.

Штурм Останкина сыграл на руку провокаторам.

Как началась битва, досконально не знает никто. Какой-то невидимый провокатор бросил камень в толпу. Кто-то выстрелом в затылок убил невинных телерепортеров возле Останкина. Тут же поднялась шумиха в западной прессе. В воздухе немедленно запахло войной. Правда, было непонятно, кто и с кем воюет: российская армия с Кремлем и парламентом, то есть с исполнительной и законодательной властью? Бойцы спецназа, «Альфа» и «Вымпел», со своим народом? Милиционеры ОМОНа с мирными жителями?

Но пролилась первая кровь.

Ночь с 3 на 4 октября была убийственно тяжелой и для «кремлевцев», и для «парламентариев».

В зале Совета Национальностей Белого дома всю ночь горел свет. Не удалось, как мечтали сторонники Ельцина, весь этот огромный дом обесточить. Люди, находящиеся в Белом доме, словно загнанные звери, метались в поисках выхода. И не находили его.

— Завтра истекает срок ультиматума! — Хасбулатов многозначительно посмотрел на Руцкого.

Прошло две недели противостояния, тяжелого, бессмысленного, бескомпромиссного. Вид у обоих был изможденным.

— Ни о каких уступках Ельцину и речи быть не может! — Руцкой ответил жестко, по-военному

— У Ельцина — все. На его стороне — армия.

— Армия давала присягу Конституции. Она не будет стрелять против парламента, против законной власти.

— Всегда найдется мелкий исполнитель, которому поручат крупное и кровавое дело… — Хасбулатов скептически пожал плечами и принялся набивать трубку. — На войне нет правил и морали.

Минуты летели стремительно.

НАША ВЕРСИЯ:

В комнате Наины Иосифовны допоздна горел свет. Она видела, что ее муж встревожен, точнее, взвинчен. Подобных выходных она не помнила давно. Ее не интересовало, прав ее муж в политике или виноват, справедливы ли его шаги по отношению к стране. Наина мало интересовалась политикой. И сейчас ее беспокоили отнюдь не кремлевские интриги. Мучило чувство вины. Она, как верная супруга, должна была что-то сделать, чтобы успокоить, утешить мужа. Но что?

Муж давно отвел ей место «домохозяйки». Она, в сущности, не протестовала против роли хранительницы домашнего очага, но ей хотелось быть полезной и в его работе. А тут она превращалась в пятое колесо телеги. Борис не нуждался в ее советах. Все решения он принимал сам. А правильными ли были все эти решения? И сейчас, когда он, словно тигр в клетке, ходил из угла в угол, она чувствовала, что Борис Николаевич более всего нуждается в умном и дельном совете.

Впрочем, он не стал бы слушать чужого мнения со стороны. Он не любит показывать, что глупее какого-то политического аналитика. Ее мнение, родной жены, может быть, послушал бы, но нет у нее никакого мнения, нет ничего, никакой оценки происходящего, кроме животного страха и паники.

И сейчас, видя, как Борис, усталый и голодный встал из-за стола, практически не прикоснувшись к ужину, Наина ушла в свою комнату с глубоким чувством вины. Впервые за всю прожитую жизнь она чувствовала свое бессилие.

И подобное бессилие чувствовали в этой ситуации его дочери, Лена и Таня. Ничего-то дельного они подсказать своему папе не могли. Еще бы: женщина не создана для политики. Нечего ей делать в этой политике…

Эх, почему Таня не вспомнит об этом дне позднее — об этом чувстве подавленности, беспомощности и растерянности перед ситуацией политического кризиса? Что изменится в ней по сути, когда спустя недолгое время она заявит о себе как о кремлевской принцессе? Когда она решится рулить папиной президентской кампанией 1996 года?

Звонок телефона. Борис снял трубку и прислушался к голосу невидимого собеседника. Лишь на секунду задумавшись, бросил:

— Хорошо. Собирайте всех на Арбате. Да. В коллегии Минобороны.

Военные тайны, или О чем умалчивают «Записки президента»

В здании коллегии Министерства обороны на Арбате Ельцин собрал своих «силовиков». Приехали Ерин, Грачев, руководство «Альфы». Генерал Громов отказался ехать на эту закрытую ночную коллегию. Ему, выводящему войска из Афганистана, хватило духа и смелости просто сказать «Нет. Я не участвую в этом деле».

Министр обороны Павел Грачев понимал, что ему сейчас придется стать исполнителем одного из самых кровавых событий новейшей истории, и боялся этого.

ГРАЧЕВ ПАВЕЛ СЕРГЕЕЕВИЧ. ИЗ ДОСЬЕ:

Павел Грачев (р. 1 января 1948 г.) — государственный и военный деятель России, Герой Советского Союза (1988), бывший министр обороны Российской Федерации (1992–1996), первый российский генерал армии (май 1992).

Родился в деревне Рвы Ленинского района Тульской области в рабочей семье. Образование получил в Рязанском Высшем Воздушно-десантном командном училище по специальностям «командир воздушно-десантных войск» и «референт-переводчик с немецкого языка» (1969 г., с отличием).

В Вооруженных Силах с 1965 года. После окончания училища в 1969–1971 годах служил в должности командира разведывательного взвода отдельной разведроты 7-й дивизии в Каунасе Литовской ССР. В 1971–1975 годах был командиром взвода (до 1972 г.), командиром роты курсантов Рязанского Высшего Воздушно-десантного командного училища. С 1975 по 1978 год — командир учебного парашютно-десантного батальона учебной воздушно-де-сантной дивизии. С 1978 года являлся слушателем Военной академии им. М. В. Фрунзе (академию окончил в 1981 г. с отличием), в 1988–1990 г.г. — Академии Генерального штаба Вооруженных Сил СССР.

С 1981 г. принимал участие в военных действиях в Афганистане: до 1982 года — заместитель командира, в 1982–1983 годах— командир отдельного 345-го парашютно-десантного полка 103-й гвардейской воздушно-де-сантной дивизии имени 60-летия СССР (в составе Ограниченного контингента советских войск в Афганистане).

За время службы выполнил 647 прыжков с парашютом, был 8 раз контужен и несколько раз ранен. 5 мая 1988 года за выполнение боевых задач при минимальных людских потерях генерал-майор Грачев был удостоен звания Героя Советского Союза (медаль «Золотая Звезда» № 11573).

С 30 декабря 1990 г. — командующий Воздушно-де-сантными войсками СССР. Во время ГКЧП Грачев выполнил приказ путчистов о введении войск в Москву, обеспечил прибытие в город 106-й Тульской десантной дивизии, взявшей под охрану стратегически важные объекты столицы. Действовал в соответствии с указаниями маршала Д. Язова. Но уже на второй день «путча» наладил контакты с российским руководством. По его приказу к Белому дому для его защиты были направлены находящиеся в распоряжении генерала А. Лебедя танки и личный состав. Впоследствии Грачев получил повышение и 23 августа 1991 г. согласно указу Б. Ельцина, пост председателя Государственного комитета РСФСР по оборонным вопросам.

С 18 мая 1992 — министр обороны Российской Федерации.

В марте 1993 года Грачев явно дал понять, что принял сторону президента.

3 октября вызвал в город войска, которые на следующий день после танкового обстрела штурмом взяли здание парламента.

20 ноября 1993 года Указом Президента назначен членом Совета Безопасности России.

30 ноября 1994 года указом Президента РФ был включен в Группу руководства действиями по разоружению бандформирований в Чечне. В декабре 1994 — январе

1995 из штаба в Моздоке лично руководил боевыми действиями российской армии в Чеченской Республике. После провала нескольких наступательных операций в Грозном вернулся в Москву.

Отправлен в отставку указом Президента от 17 июня

1996 года в результате предвыборной договоренности Б. Ельцина и А. Лебедя.

27 апреля 1998 года назначен главным военным советником генерального директора ФГУП «Росвооружение» — «Рособоронэкспорт». По сведениям прессы, Грачев имел отношение к незаконной продаже российского

вооружения (в том числе секретного) в Армению и Великобританию.

В 2000 году избран президентом Регионального общественного фонда содействия и помощи ВДВ «ВДВ — боевое братство».

2007 г. — уволен с военной службы.

Руководство спецсназа, «Альфы», заняло переговорную позицию. Всю коллегию они просидели с дипломатически нейтральными лицами. И молчали. И по их спокойному и достойному поведению стало ясно — терпеливо выслушав Ельцина и не противореча ему на словах, они просто не подчинятся его приказу. Приказ незаконного президента ничего не значит в сравнении с Конституцией. Заслуженные бойцы «Альфы» пришли на это закрытое ночное совещание во всех своих боевых наградах, в военной форме. Ельцин мельком взглянул на все эти награды, на значок с изображением летучей мыши, распростерший свои крылья над земным шаром — международный символ разведчика, — и отвел глаза в сторону. Ведь он никогда не служил в армии. Его освободили от воинской службы из-за нелепого увечья — в детстве Ельцин по мальчишеской глупости лишился пальцев на левой руке… Он, президент страны осознавал, что он им — не ровня… Он даже не ровня собственному заму, военному летчику Александру Руцкому, который дважды сбивался в своем истребителе ракетами, который был в афганском плену…

И без наград воины «Альфы» знали себе цену. В первую очередь — своим моральным принципам. Их реальная задача — попытаться провести переговоры, взять Белый дом без крови, без оружия в руках. Да, наверно, так и следует поступить. Они демонстративно положат автоматы перед зданием и пойдут на штурм с голыми руками…

Было очевидно — не подчинятся ельцинскому приказу и бойцы «Вымпела», эти бойцы элитной группы спецназа знают цену победы. Чтобы подготовить офицера «Вымпела», надо десять лет. Это были профессионалы разведки, способные проникнуть на территорию противника и в считаные часы блокировать особо охраняемый объект. Рассказать, как их тренировали? К примеру, отдавался приказ — проникнуть на территорию АЭС и блокировать руководство станции. Об этой операции предупреждали охрану — пусть попытаются противостоять «Вымпелу». И охрана (а это тоже профи) ничего не могла сделать. Каким образом без крови и единого выстрела «Вымпелу» удавалось брать под свой контроль атомную электростанцию, никто, кроме них самих, профессионалов «Вымпела», не знает…

Бойцы разведки могли все. Штурм Белого дома для них был вообще не проблемой. Они взяли бы парламент легко, играючи. Без выстрелов и потерь. Но мораль и принципы, присяга и правда для них были выше приказа узурпатора власти.

И когда наступит час «икс», они откажутся штурмовать Белый дом. А спорить с президентом — бесполезно, бессмысленно.

И только министр МВД, всю жизнь мнивший себя «настоящим разведчиком», Виктор Ерин, отнесся к приказу Бориса Ельцина о штурме Белого дома с энтузиазмом. Маленький и даже тщедушный, с желтоватым оттенком лица, то ли от усталости, то ли от отблеска ночной лампы, Виктор Федорович Ерин дал всем своим видом понять, что полностью на стороне Ельцина. Он мечтал со своего министерского поста взлететь еще выше, и ради этого готов был выполнить все, что ни прикажет Борис Николаевич. А тут буквально за два дня до кровавых событий Ерину ни с того ни с сего вдруг присвоили звание генерала армии!

Ельцин рассчитывал на Ерина, а Ерин — верный слуга действующей власти — не просчитался, сделав свою ставку на Ельцина. После расстрела парламента Ерин получил звание Героя России, а спустя короткое время оказался на посту замдиректора службы внешней разведки. Хотя из Ерина был такой же разведчик, как из Ельцина — балерина Большого театра.

Желтоватый свет старинных бронзовых ламп с матовыми плафонами падал на тяжелые скулы министра обороны Павла Грачева. Он уже был рядом с Ельциным во время августа 1991 года. И вот сейчас Ельцин позвал его вновь. Было видно, что Ельцин именно с ним связывает свои главные надежды. Грачев так и знал, что разведчики — «Альфа» и «Вымпел» — откажутся подчиняться ельцинскому приказу. Он знал, что они не захотят «пачкаться». Как уже не захотел пачкаться «афганский спецназ», отказавшись во главе с Борисом Громовым участвовать в этой ночной коллегии. Было очевидно, что Ельцин может рассчитывать только на ОМОН, наемных убийц да еще на него, Павла Грачева, которого и.о. президента А.Руцкой уже успел во всеуслышание снять с занимаемой должности.

Павел Сергевич тяжело вздохнул. Да, становилось очевидно, что ему доставалась роль главного палача.

Хорошо, пусть будет так, как хочет Ельцин, но ему неплохо бы заранее подготовить алиби. Какую-нибудь бумагу, оправдывающую его силовые действия…

Ельцин сказал Грачеву, что пришлет ему официальный приказ — ив самом деле прислал с фельдъегерем. Это был документ эпохи. Павел Сергеевич это знал и так далеко запрятал этот указ, что потом у него его никто не мог найти.

ИЗ КНИГИ Б.ЕЛЬЦИНА «ЗАПИСКИ ПРЕЗИДЕНТА»:

«Неожиданно для меня попросил слова начальник охраны Коржаков. Он сказал, что, поскольку в августе 91-го ему и нескольким его сотрудникам пришлось вплотную заниматься обороной Белого дома, естественно, все варианты захвата здания рассматривались. Штурм мог начаться и со стороны подземных коммуникаций, и с крыши и т. д. Он попросил, чтобы дали слово его офицеру из главного управления охраны, у которого есть конкретный план взятия Белого дома.

Коржаков пригласил в зал заседаний седого военного, который представился капитаном первого ранга Захаровым. Захаров сказал, что предлагает сначала использовать танки, десять машин, которые должны будут подойти к Белому дому с двух сторон: пять расположатся у парка имени Павлика Морозова и еще пять со стороны Новоарбатского моста. Несколько выстрелов по верхним этажам подействуют на боевиков из Белого дома парализующе. Затем должны пойти десантные войска, которые создадут прикрытие для спецподразделений. И, наконец, последним ударом станет работа уже внутри Белого дома спецгрупп «Альфа» и «Вымпел». Каждому этапу он находил объяснения, связанные с особенностями самого здания, возможностями его обороны. Он считал, что такой план взятия Белого дома приведет к наименьшему количеству жертв среди обороняющихся.

Тут слова попросил Грачев. Он, медленно выговаривая слова, обратился ко мне: «Борис Николаевич, вы даете мне санкцию на применение в Москве танков?»

Я посмотрел на него. Молча. Он ответил таким же прямым взглядом, потом отвел глаза. Черномырдин не выдержал, сказал: «Павел Сергеевич, ну вы что, вам поручено командовать операцией, почему президент должен решать, какие именно вам для этого необходимы средства?!» Грачев проговорил что-то вроде того, что, конечно, он самостоятельно примет решение, но ему важно было уточнить…

Я встал, попросил дальнейшие детали обсудить без меня, а Грачеву сказал: «Я вам письменный приказ пришлю». Через несколько минут Илюшин принес готовый документ. Я подписал его и тут же попросил, чтобы фельдсвязью курьер немедленно доставил распоряжение Грачеву лично в руки».

Наступило хмурое утро. Понедельник 4 октября 1993 года.

Точка невозврата в советское прошлое

Утром пресс-служба президента РФ Бориса Ельцина распространила текст Обращения Президента РФ Бориса Ельцина к гражданам России. Текст его настолько потрясает, что мы решились привести это обращение полностью. Удивительным образом в нем Борис Ельцин проговаривается о всех тех действиях со стороны кремлевской команды, которые им были предприняты для подготовки к штурму Белого Дома.

«Дорогие сограждане!

Я обращаюсь к вам в трудную минуту.

В столице России гремят выстрелы и льется кровь. Свезенные со всей страны боевики, подстрекаемые руководством Белого дома, сеют смерть и разрушения. Знаю, что для многих из вас эта ночь была бессонной. Знаю, что вы все поняли.

Это тревожная и трагическая ночь многому научила нас. Мы не готовились к войне. Мы надеялись, что можно договориться, сохранить мир в столице.

Те, кто пошел против мирного города и развязал кровавую бойню, — преступники. Но это не только преступление отдельных бандитов и погромщиков. Все, что происходило и пока происходит в Москве, — заранее спланированный вооруженный мятеж. Он организован коммунистическими реваншистами, фашистскими главарями, частью бывших депутатов, представителей Советов.

Под прикрытием переговоров они копили силы, собирали бандитские отряды из наемников, привыкших к убийствам и произволу. Ничтожная кучка политиканов попыталась оружием навязать свою волю всей стране. Средства, с помощью которых они хотели управлять Россией, показаны всему миру. Это циничная ложь, подкуп. Это булыжники, заточенные железные прутья, автоматы и пулеметы.

Те, кто размахивает красными флагами, вновь обагрили Россию кровью. Они надеялись на внезапность, на то, что их наглость и беспримерная жестокость посеют страх и растерянность.

Генеральной прокуратуре предписано безотлагательно возбудить уголовные дела и начать расследования по фактам организации массовых беспорядков. Указ, предусматривающий эти и другие меры, ночью подписан и уже проводится в жизнь.

Я обращаюсь к руководителям регионов России, республик, краев, областей, автономий. Неужели пролитой крови недостаточно, чтобы разобраться и занять, наконец, всем нам четкую и принципиальную позицию ради единства России?

Я обращаюсь к гражданам России. Вооруженный фа-шистско-коммунистический мятеж в Москве будет подавлен в самые кратчайшие сроки. Для этого у Российского государства есть необходимые силы.

Считаю своим долгом обратиться к москвичам. За последние дни и ночь нас стало меньше. Жертвами бандитов пали невинные мирные люди. Склоним головы по погибшим. По зову сердца многие из нас провели эту ночь в центре Москвы, на дальних и ближних подступах к Кремлю. Десятки тысяч людей рисковали своими жизнями. Ваша воля, ваше гражданское мужество и сила духа оказались самым действенным оружием. Низкий поклон вам.

Борис Ельцин».

ХРОНИКА. 4 ОКТЯБРЯ 1993 г.

10.00. По зданию Верховного Совета открыт огонь из автоматов и крупнокалиберных пулеметов. Здание полностью окружено правительственными войсками. Стреляют, как в тире, прямой наводкой — с расстояния 500 метров. Боевые машины стоят в линию поперек Калининского моста и вдоль набережной Москвы-реки и, развернув орудия в сторону парламента, методично всаживали в его чрево снаряд за снарядом. После каждого разрыва из окон в сторону Москвы-реки вырывались клубы черного дыма. Били в основном по 6-му этажу, где были расположены кабинеты А. Руцкого и Р. Хасбулатова, но для подавления воли сопротивлявшихся доставалось и другим этажам. Вскоре после первых выстрелов в здании начался пожар, который постепенно охватил все верхние этажи. Не переставая, велся пулеметный обстрел окон и коридорных пролетов.

Над Краснопресненской набережной перед зданием Белого дома стоят 8—10 БТРов, на другом берегу, на Кутузовском проспекте возле гостиницы «Украина», — 10 танков, на набережной Шевченко перед гостиницей «Украина» — 10 БТРов, на Конюшевской улице — 2 БТРа. Со стороны Центра международной торговли расположились 2 БРДМ.

10.00. Пожар в мэрии Москвы, на нижних этажах — его никто не тушит. Временно прекращены торги межбанковскими кредитами через Кассовый союз, офис которого расположен в здании мэрии на Новом Арбате.

10.10. С вертолета обстреляна крыша Белого дома, возникло несколько очагов возгорания. На флагштоке Белого дома все еще реет Андреевский флаг.

10.15. Загорелся первый этаж Белого дома. Огонь БТРов усиливается.

10.20. Снайпер, находящийся на крыше гостиницы «Мир», ведет огонь по журналистам, собравшимся у американского посольства. Корреспондентский пункт РИА «Новости» и ИТАР-ТАСС, а также помещение пресс-службы упраздненного парламента уничтожены снарядами танков.

10.30. Перестрелка вокруг здания парламента резко усилилась. Перед зданием постоянно маневрирует бронетехника, продолжают вести интенсивный огонь танки. Из окон Белого дома поднимается черный дым. На 7-м этаже вспыхнул пожар. Но 3-м и 4-м этажах взрывной волной выбиты все стекла со стороны Краснопресненской набережной.

10.40. По Белому дому прямой наводкой бьют танки. На мосту через Москву-реку скопилась масса любопытных, праздно наблюдающих за боем.

10.40. Большая группа сторонников президента Ельцина находится возле здания Моссовета на Тверской. Многие держат в руках государственные флаги и плакаты.

11.05. С моста танки ведут огонь. Они уже расстреляли по одному боекомплекту, подвезен новый. Основные разрушения — в основании здания и первого этажа Белого дома. Штаб дивизии, ведущей штурм, находится у памятника Шевченко возле гостиницы «Украина».

13.30. В здании парламента — около сотни журналистов. Среди них есть раненые. Они собрались в наиболее защищенном от попадания снарядов помещении — зале Совета Национальностей. Лестничные площадки и переходы на этажах, расположенных выше, заняты защитниками Верховного Совета. Из-за отсутствия электричества в помещениях Верховного Совета, которые погружены в темноту, отчетливо наблюдаются трассирующие пули. Многочисленные холлы здания ВС, отделанные мрамором и коврами, полностью разрушены и горят.

На крышах некоторых жилых домов, расположенных недалеко от Белого дома, находятся снайперы, которые ведут огонь по всем без исключения гражданам, проходящим в секторе их обстрела.

Станции метро «Баррикадная» и «Улица 1905 года» закрыты, и поезда идут через них не останавливаясь. Перекрыты подземные переходы. Из переговоров врачей «Скорой помощи» по радиосвязи известно, что медслужба готовится к приему большого количества раненых. В здание парламента люди постоянно заносят носилки.

14.00. На сторону защитников Белого дома переходит Софринская бригада спецназа под руководством комбрига Васильева.

15.00. Группы ОМОНа под руководством Ерина стягиваются к гостинице «Мир».

16.10. Закончилось совещание представителей субъектов Федерации с премьер-министром РФ Виктором Черномырдиным по поводу политической ситуации в стране и исполнении президентского указа № 1400. На совещании присутствовали практически все главы администраций и около 40 председателей Советов.

16.20. Белый дом вновь обстрелян танками и бронетранспортерами. Разгорелся огонь на 15—17-м этажах. Из окон валят клубы черного дыма. У левого торца здания в 17:00 произошел сильный взрыв, после чего там начал бушевать огонь. К зданию продолжают подтягиваться крытые грузовики с солдатами.

Обреченные

По зданию били из танков прямой наводкой. Расстояние между танками и парламентом было минимальным, и парламент был обречен. Так же, как невозможно промахнуться по человеку, приведенному на расстрел.

Люди, испуганные непрекращающимся потоком свинца, отравленные едким дымом, спустились на первые этажи здания. Дым сочился из всех щелей, наполняя коридоры сизым ядовитым туманом.

Депутатов выкуривали из парламента, словно крыс из подвала.

Пламя охватило верхние этажи, и Белый дом на глазах стал превращаться в черный.

Парламент превращался в мышеловку. Словно звери, загнанные в клетку, люди бежали вниз по лестницам — лифты давно не работали. И было уже неважно, кто ты — депутат, парламентский журналист или просто человек, сочувствующий Верховному Совету, пришедший сюда для его защиты. Перед расстрелом все равны.

Министр обороны Павел Грачев, окрещенный с чьей-то легкой руки Черным Грачом, отдал приказ стрелять на поражение. День близился к вечеру, и ему хотелось побыстрее добить непокорный парламент.

Говорят, стреляющим по Белому дому было дано негласное указание «Хасбулатова и Руцкого живыми не брать».

Именно поэтому на крышах домов сидели снайперы.

Едкий дым грязными серыми струйками сочился из разможженных окон, заволакивая удушающей пеленой все здание и скрывая от человеческого взора правду этой трагедии.

На АТС, обслуживающей гостиницу «Мир» и парламент, сели аккумуляторы. Телефонная связь полностью прекращена.

Здание гостиницы полностью заблокировано, а его нижние этажи забаррикадированы. Обстрел Белого дома продолжается. Стрельба становится все более беспорядочной, хаотичной. Тут уже не понять, кто прав, кто виноват, по кому и зачем стреляют.

Потом подсчитают, что в этой стрельбе погибло около двух тысяч человек. Но действующая — «законная» — власть будет тщательно скрывать эти цифры.

Прежней страны больше не существовало. Был насильственно уничтожен ее последний символ — Государственный герб.

Уничтожен не немецкими фашистами, не французскими завоевателями и другими иноземными захватчиками, а своими же, русскими людьми.

Собственным президентом.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА: 4 октября 1993 года двоевластие закончилось. В России было введено прямое президентское правление. В результате проведенного расследования Комиссии Государственной думы Федерального Собрания Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября — 5 октября 1993 года, действия Б. Ельцина были осуждены и признаны противоречащими Конституции РСФСР, действовавшей на тот момент.

12 декабря 1993 был проведен референдум по принятию новой Конституции, согласно которой в России устанавливалась президентская республика с двухпалатным парламентом.

По материалам следствия, проведенного Генпрокуратурой РФ, было установлено, что из оружия, имевшегося в распоряжении сторонников ВС, не было убито ни одного человека.