11 июня

11 июня

Вчера к вечеру штурмовые орудия помогли нам выйти из окружения, в результате стрельбы из них был подожжен один русский танк, а другие – спешно ретировались. Я старался попасть в полк. Меня подобрала транспортная машина. Однако нам удалось с трудом, медленно тронуться с места, пробираясь сквозь поток транспорта, который двигался с запада на восток, к ведущим бои войскам. Сегодня утром рота помешала разрушению узкого моста, который является единственным местом переправы через Северский Донец. Тут скапливаются машины, их удерживают только белые ленты, посредством которых саперы огораживали трассу в связи с наличием минных полей. Идет сильный ливень, превращая дорогу в болото. Наконец часовому удается освободить для нас проезд, и мы переправляемся через реку. Тут воздух сотрясают два последовательных взрыва, а затем вверх поднимаются два столба черного дыма. В неразберихе повозка тылового подразделения сошла с трассы, переехав белые ленты, и подорвалась на мине. Одну лошадь разорвало пополам, другая – упала на землю вся в крови. В дорожной грязи лежат разорванные кишки. С горящей повозки огонь переходит на автомобиль для перевозки боеприпасов, рвутся ручные гранаты, будто происходит бой. По земле вовсю барабанит дождь, и тем не менее ему не удается потушить огонь, который все сильнее поднимается из баков с бензином. Теперь воспламеняются дымовые сигнальные гранаты, и над заревом пожара образуется блестящий многоцветный ореол – фиолетовый, оранжевый, ядовито– зеленый. С запада ярко светит солнце, однако на востоке перед стеной удаляющейся грозы раскинулась радуга.

Штаб полка я обнаружил в палатках, которые расположились среди того, что осталось от сожженной деревни, которую еще сегодня утром мы застали целой и невредимой. Бои в нашем тылу разгорелись позднее.

Я доложил командиру полка о головном батальоне, судьба которого вызывала у меня большое беспокойство. Потом устроился в одной из палаток и вскоре заснул. Однако уже в два часа мы покинули лагерь.

Штаб выдвинулся вперед. Я остался, чтобы иметь возможность в тишине посвятить себя делу. Флайсснеру удалось в течение ночи добраться на машине до места, совершив большой объезд. Рассветало, и солнце начало высушивать влагу, я еще раз приготовил соломенный настил на месте оставленной палатки и заснул под открытым небом. Флайсснер достал крепкий кофе, который я выпил перед совершением марша. Теперь мы завтракаем под солнцем, сидя на канистрах. Напротив нас поднимается крутой склон, заросший молодым дубовым лесом. Слева сгоревшая дотла, вымершая деревня, среди пепелища бродят, мяукая, кошки.