V Обучение детей

V

Обучение детей

Когда в январе 1897 года я прибыл в Дурбан, со мною было трое детей: десятилетний сын моей сестры и двое моих сыновей девяти и пяти лет. Возник вопрос — где их обучать. Я мог бы послать их в школы, предназначенные для детей европейцев, но это можно было сделать только по протекции и в виде исключения. Детям индийцев не разрешалось учиться в таких школах. Для них существовали школы, созданные христианскими миссиями, но я не хотел посылать своих детей и туда, так как мне не нравилась там постановка преподавания. Оно велось исключительно на английском языке, иногда же на неправильном хинди или тамильском. Причем и в эти школы нелегко было попасть. Я никак не мог примириться с таким положением вещей и пытался обучать детей сам. Но я мог делать это в лучшем случае нерегулярно, а подходящего учителя, знающего гуджарати, найти не удавалось.

Я не знал, как быть. Я поместил в газетах объявление, что ищу преподавателя англичанина, который согласился бы обучать детей под моим руководством. Ему я мог бы поручить вести систематические занятия по некоторым дисциплинам, а в остальном достаточно было бы и тех немногих нерегулярных уроков, которые мог давать детям я сам. В результате я нашел гувернантку англичанку за семь фунтов стерлингов в месяц. Так продолжалось некоторое время. Но я был недоволен. Благодаря тому, что я говорил с детьми только на родном языке, они немного научились гуджарати. Отсылать их обратно в Индию я не хотел, так как считал, что малолетние дети не должны расставаться со своими родителями. Воспитание, которое естественно прививается детям в хорошей семье, невозможно получить в обстановке школьных общежитии. Поэтому я держал детей при себе. Правда, я попробовал послать племянника и старшего сына на несколько месяцев в школу интернат в Индию, но вскоре вынужден был взять их домой. Впоследствии старший сын, став уже взрослым, отправился в Индию, чтобы поступить в среднюю школу в Ахмадабаде. Племянник же, мне кажется, удовлетворился тем, что сумел ему дать я. К несчастью, он умер совсем молодым после непродолжительной болезни. Другие трое моих сыновей никогда не посещали школы, но получили все же систематическую подготовку в импровизированной школе, организованной мною для детей участников сатьяграхи в Южной Африке.

Все мои опыты были, однако, недостаточными. Я не имел возможности уделять детям столько времени, сколько хотелось бы. Невозможность оказывать им достаточно внимания и другие неустранимые причины помешали мне дать им то общее образование, какое мне хотелось, и все мои сыновья выражали недовольство по этому поводу. Всякий раз, как они встречаются с магистром или бакалавром, или даже с обладателем аттестата зрелости, они чувствуют себя неловко оттого, что им недостает школьного образования.

Тем не менее я считаю, что если бы я настоял на их обучении в школе, они не получили бы того, что могла им дать только школа жизни или постоянное общение с родителями.

Я никогда не чувствовал бы себя спокойным за них, как теперь, а искусственное воспитание, которое они могли бы получить в Англии или в Южной Африке, будучи оторванными от меня, никогда не научило бы их той простоте и готовности служить обществу, которую они проявляют теперь. Искусственно приобретенные там жизненные навыки могли бы стать серьезной помехой для моей общественной деятельности. Но хотя мне не удалось дать детям общее образование, которое отвечало бы и моим запросам и их, все же, оглядываясь на прошлое, я не могу сказать, что не сделал всего, что обязан был сделать для них по мере своих сил. Не сожалею я и о том, что не посылал их в школу. Мне всегда казалось, что нежелательные для меня черты в старшем сыне до некоторой степени — отголосок моих собственных недостатков, свойственных мне в юные годы, когда не было еще самодисциплины и ясной цели в жизни. Я считаю, что то время было для меня периодом незрелости ума и слабости характера. Но оно совпало с наиболее впечатлительным возрастом сына. Он, естественно, не хочет признать, что то был для меня период слабости и неопытности, а, наоборот, полагает, что это самое светлое время моей жизни и что изменения, происшедшие впоследствии, вызваны заблуждением, которое я неправильно называю просветлением. И действительно, почему бы ему не думать, что мои юные годы были периодом пробуждения, а последующие — годами радикальной перемены, годами заблуждений и самомнений? Друзья часто ставили меня в тупик такими вопросами: что было бы плохого в том, если бы я дал сыновьям академическое образование? Какое право имел я подрезать им крылья? Зачем я помешал им приобрести ученые степени и избрать карьеру по собственному вкусу?

Вопросы эти, мне кажется, не имеют особого смысла. Мне приходилось сталкиваться со многими учащимися. Я пытался сам или через посредство других применять по отношению к другим детям свои «новшества» в области образования и видел результаты этого. Я знаю многих молодых людей, сверстников моих сыновей, и не нахожу, что они лучше их или что мои сыновья могут у них многому научиться. Будущее покажет, каков окончательный результат моих экспериментов. Цель обсуждения этого предмета в данной главе заключается в том, чтобы предоставить возможность изучающему историю цивилизации проследить разницу между систематическим обучением дома и в школе и познакомиться с вопросом о значении для детей изменений, вносимых родителями в свою жизнь. Эта глава призвана также показать, как далеко могут завести приверженца истины его искания, а также продемонстрировать приверженцу свободы, как много жертв требует эта суровая богиня. Если бы я был лишен чувства собственного достоинства и стремился бы к тому, чтобы мои дети получили такое образование, которое не могут получить другие, то я, наверное, лишил бы их наглядного урока свободы и самоуважения, который я им преподал за счет общего образования. Когда приходится выбирать между свободой и учением, кто же станет отрицать, что свобода в тысячу раз предпочтительнее учения?

Юноши, которых я в 1920 году вырвал из этих оплотов рабства — школ и колледжей — и которым я советовал во имя свободы лучше остаться необразованными и стать каменщиками, чем получить общее образование в цепях рабства, вероятно, сумеют понять теперь, чем был вызван такой совет.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

ОБУЧЕНИЕ РЕМЕСЛУ

Из книги автора

ОБУЧЕНИЕ РЕМЕСЛУ Типография господина Парангона в Осере находилась рядом с францисканским монастырем. Печатные станки стояли в первом этаже, наборные кассы — в большой зале наверху. Поначалу Никола поручили самую черную работу: выбирать из мусора рассыпанные литеры и


16. ОБУЧЕНИЕ НАРЕНА

Из книги автора

16. ОБУЧЕНИЕ НАРЕНА В предыдущей главе мы читали о том, как Рамакришна пришел к убеждению о том, что юный студент колледжа на самом деле был одним из его «вечных спутников». Может возникнуть вопрос: уж коли Рамакришна пришел к этому убеждению, отчего бы ему тревожиться по


Военное обучение и подготовка

Из книги автора

Военное обучение и подготовка Когда началась война, за всеобщее военное обучение, в особенности за обучение солдат и офицеров и за надзор за всеми военно-учебными заведениями, отвечало Главное управление военно-учебных заведений или ГУВУЗ[73].{162} В его ведении находилось


1.07 ОБУЧЕНИЕ НА БОРТРАДИСТА

Из книги автора

1.07 ОБУЧЕНИЕ НА БОРТРАДИСТА Это был счастливый день в моей солдатской жизни. Я и мой друг Данкварт, прежде чем выехать в качестве курсантов-бортрадистов в соседний город Эрфурт, получили первое повышение в звании и стали ефрейторами. Спустя 5 месяцев службы, это было


Глава 4. Обучение

Из книги автора

Глава 4. Обучение Понедельник, 9 декабря 1991 г. Портсмут, Англия. Микроавтобус со слушателями IONЕС мчался сквозь темноту и дождь к центру Портсмута. В нем царило напряженное молчание. Было 8.30 вечера, и улицы почти опустели, лишь немногочисленные одинокие прохожие спешили в


ОБУЧЕНИЕ ПРАВОСЛАВИЮ

Из книги автора

ОБУЧЕНИЕ ПРАВОСЛАВИЮ Учеба быстро выявила его феноменальную память: одного прочтения текста Иосифу хватало для запоминания наизусть. Это помогало ему оставаться первым учеником - и упростило работу в дальнейшем на государственных постах.Свою будущую профессию он


Глава IV. Обучение в окопах

Из книги автора

Глава IV. Обучение в окопах Понедельник, 9 апреля 1945 годаНас будят в шесть утра. Достаю сумку с туалетными принадлежностями и вместе с Гейнцем спускаюсь к заливным лугам. Раздеваемся и, сделав несколько шагов, в одних трусах заходим в ледяную воду. Над лугами стелется легкий


Обучение письму

Из книги автора

Обучение письму Отправляясь как-то в базарный день в Верхнюю Махаллу, отец взял с собой сына до Гидждувана. На Гидждуванском базаре отец купил ему пенал, два калями — тростинки для письма, резинку, бумагу и папку из бараньей кожи для бумаги, ножик для точки калямов, пучок


Обучение

Из книги автора

Обучение В 1933 г. Германия официально подчинялась условиям Версальского договора и не могла иметь подводных лодок. Необходимо было скрыть, чем на самом деле занимались курсанты, поэтому подготовительная школа, созданная в Киле, называлась Unterseebootabwehrchule — школа


Обучение командиров лодок

Из книги автора

Обучение командиров лодок Курсы командиров подлодок находились в Нёйштадте в Голштинии. При обучении использовалась модель боевой рубки, в которой точно воспроизводились все механизмы настоящей субмарины. Практические занятия проходили также в Данциге.«День и ночь мы


Глава 2 Обучение

Из книги автора

Глава 2 Обучение Первый год экстерном 10 и 11 класс, (Немало повеселила физкультура — в бассейн ездили, представьте себе! Такая преподавательница у нас была, хотела чтоб нам было приятно..) а вот потом начались уже специальные предметы — анатомия, физиология, органическая и


«ГАЛАНТЕРЕЙНОЕ» ОБУЧЕНИЕ

Из книги автора

«ГАЛАНТЕРЕЙНОЕ» ОБУЧЕНИЕ Алексей Семенович Яковлев родился в 1773 году.Год этот запечатлен на его могильном памятнике, в учебниках истории русского театра, во всевозможных энциклопедиях. Подтвержден автобиографическими свидетельствами самого актера. Месяц и день


Глава 6 Обучение

Из книги автора

Глава 6 Обучение Самое главное звено – человек, человек и еще раз человек! Самая лучшая инвестиция в человека – обучение! В сфере обслуживания, в том числе и в банковском секторе, главная составляющая любого начинания – коллективный интеллект. В первую очередь мы хотели,


Обучение откровенности

Из книги автора

Обучение откровенности Темой одного из занятий, которое вел Дэниел Айзенберг для наших руководителей высшего уровня, была «Откровенность». Дэниел тогда сказал: «Давайте поступим следующим образом: если мы говорим об откровенности в рамках высшего руководства банка, то