Артистка

Артистка

Я ее присмотрел еще в очереди к трапу самолета. Скромная провинциалочка, одета бедновато, толстая книжка под мышкой, ни саквояжа, ни женской сумочки. Но стать!.. Русые волосы, простое русское лицо, высокая белая шея с родинками у ключиц, крепкая грудь, бедра… Таких надо в кино снимать, терпеть не могу нынешних «селедок»…

Я летел на Камчатку. Ученые предсказали извержение потухшего вулкана Толбачек. А мне как раз были нужны кадры извергающегося вулкана для нового фильма.

В самолете места наши оказались с ней рядом. Едва погасло табло, я закурил сигарету. Стрельнула глазом в мою сторону. Держится отчужденно, уткнулась в книжку.

Я достал вторую сигарету.

— Позволите?

— Курите уж…

— А вы?

Посмотрела на меня внимательно. Неловкими пальцами вытянула из пачки сигарету.

— Чем это вы так увлечены?

Захлопнула книжку, показала обложку. Станиславский, «Моя жизнь в искусстве».

— О! Тогда я все про вас знаю. Ездили поступать в театральное училище? Так? Провалились…

Улыбка милая, простая. Осветила лицо и погасла, только в глазах еще дрожат отблески света.

— Поступила. Только в другой институт. Педагогический имени Крупской.

— Вот те нате…

— А что делать? Там все по блату. Папа — режиссер, мама — артистка, дядя — гардеробщик в театре. Надо уж или гору талантов иметь, или «свою руку»…

— А вы сами про себя как думаете? Есть у вас талант, нет?

— А, конечно есть, — посерьезнела она. — Иначе бы не удумала в такую-то даль ехать. Я пою хорошо, на аккордеоне играю… Передразнивать кого хошь могу…

— Тогда надо добиться своего. Причем здесь педагогика…

— А я и добьюсь. Поучусь вот годик, присмотрюсь, куда-чего… Обтреплюсь малость в столичной-то жизни. Нахальства наберусь. Чего я в своем Усть-Камчатске-то видела…

Я рассмеялся. Ах, хороша девка! И ведь станет, рупь за сто ставлю, что станет артисткой, добьется своего.

— Чего смеетесь? — спросила строго.

— Да нет, я так… По-доброму. Ты, наверное, и в самом деле способный человек. Тебя и сейчас можно снимать в кино, без всяких институтов. Хороший типаж…

— А неужели! Эта Теличкина-то ваша… Звезда! Господи, мямля! В минуту три слова едва выдавит… А у тебя нет знакомых-то в кино?

— Есть, почему же… Есть и в кино…

— Свел бы. Помочь не помогут, дак хоть присоветуют чего…

— Можно…

Она посмотрела подозрительно.

— А не обманешь бедную девушку?

— Тебя обманешь, — развеселился я. — Ты вон какая.

— Какая?

— Рациональная, что ли…

— Что своим умом живу? Рация-то — ум по латыни, так ли?

— Скажем так…

— Иначе-то пропадешь. Если на дядю с тетей будешь надеяться. Я вот и на твой счет не обольщаюсь. Чего тебе до меня. Однако и от помощи отказываться грех.

Неумело, очень уж осторожно потыкала сигаретой в пепельницу, развернулась ко мне, чуть приблизилась, и очень доверительно:

— У меня, знаешь, большой недостаток есть. Все время на себя чужими глазами смотрю. К примеру, стою перед комиссией, басню читаю, а сама их глазами себя вижу: Господи, до чего же нескладная! Колени дрожат, руки плетьми, лицо в пятнах пунцовых, и одета не так, и стрижена не так… Откуда же легкости, или вот как Станиславский пишет, раскрепощенности появиться?.. Или, скажем, с тобой… Ты ведь как думаешь: ага, девчонка из Усть-Камчатска, всю жизнь с медведями жила, чего с ней церемониться. И сразу на «ты». А раз у тебя такой мой образ сложился, я уж и играю его. Ты мне «ты», и я тебе «ты». И не хочу, а играю. И курю вот, и верчусь перед тобой…

А ведь правда. Я смущенно закашлялся:

— Что ж, раз уж так получилось, давай закрепим. Не на «Вы» же теперь переходить.

— Да нет, у меня не получится. Это я так… В роль вошла. Вы вон какой… Взрослый.

— Ой! — обиделся я. — Скажите, пожалуйста! Сколько тебе?

— Девятнадцать.

— А мне сорок. Разница всего-то 21 год.

— Вон сколько! Пять пятилеток! Если каждую в четыре года.

— Ну, погоди. С годами эта разница начнет уменьшаться. Когда тебе будет 62, мне только 83…

Она засмеялась, протянула руку:

— Люба. В Петропавловске мы расстались по-родственному, и пути наши разошлись. Ей добираться в свой Усть-Камчатск, а нам — в глубь полуострова, в страну вулканов.

Ученые не ошиблись. Произошло извержение. Но взорвался не сам Толбачек, земная кора раздвинулась рядом с Толбачеком на совершенно ровной местности.

Мы опоздали. Погода, вертолеты… Словом, когда добрались, новый вулкан уже работал, уже был конус высотой метров триста, по склонам его текли огненные реки, каждые три-четыре секунды раздавался взрыв и десятки тонн расплавленной магмы вырывались на поверхность. Некоторые куски породы взлетают так высоко, что падают уже не на склоны конуса, а вокруг него, как раз туда, где работают вулканологи. Тогда кто-то из ребят кричит: «Бомба!» Все поднимают голову вверх.

Вот она летит прямо на тебя — тяжелый кусок раскаленной породы. Не двигайся, не беги. Подожди еще секунду. Когда станет ясно, что бомба направление не изменит, сделай шаг-два в сторону. И она падает рядом, подняв столб пепла.

Прошло лет двадцать. Однажды в мой кабинет на «Мосфильме» врывается женщина. Красавица! С крупными формами, с открытым русским лицом, с гладко убранной светло-русой прической. Легкой походкой приближается к моему столу, говоря на ходу:

— Вам провинциальные артистки не нужны?

— Нужны, — отвечаю. — Особенно с такой статью.

— Ну вот она я…

— К сожалению, снимаю фильм, где одни мужики…

— А помните, как мы с вами на Камчатку летели?

— Люба, ты?!

Мы расцеловались.

— Ну где ты, что ты?

— В столице. Правда, сибирской. Ведущая актриса, между прочим. Заслуженная… Должны народную дать.

— Садись, рассказывай… Актрисой она, конечно, стала, не могла не стать. На следующий же год поступила, причем в лучшее училище — в «Щуку». Ну, а дальше банальная история. Крутая любовь на третьем курсе, ребенок… От курса отстала, кино прошло мимо. Диплом все-таки получила, вернулась в свой Усть-Камчатск. Два года прослужила, ее отметили, пригласили в другой, более крупный театр, потом еще в один, еще крупнее… Двое детей, счастлива, муж, слава богу, не артист…

А она, конечно, была замечательная актриса, я это чувствую. Жаль только, кино ее не заметило.

Я написал: была…

Начал новую картину, вспомнил про Любу, звоню в театр.

— А Любови Павловны больше нет.

— Что случилось?!

— Автобус… Ехали на выездной спектакль… Грузовик на встречную полосу… Ей как раз только что народную дали…

Эх, Люба, Люба… 

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

XI. Народная артистка

Из книги Балерины автора Носова Валерия Васильевна

XI. Народная артистка Может ли балет быть отменен в России? Никогда. А. Луначарский Великая Октябрьская революция победила. Это известие за несколько часов облетело всю страну, его принес телеграф. В Москве уже на следующее утро прохожие читали напечатанные крупным


Люська-артистка

Из книги Генерал Дима. Карьера. Тюрьма. Любовь автора Якубовская Ирина Павловна

Люська-артистка Когда Дима вернулся из армии, его друг Андрей Караулов покинул поселок Болшево и снимал комнату в коммуналке на первом этаже дома у станции метро «Белорусская». Это был старый московский дом с газовыми колонками.Караулов познакомился с


В. Барсова Народная артистка СССР НАШ ВЕЛИКИЙ ДРУГ

Из книги Встречи со Сталиным автора Коллектив авторов

В. Барсова Народная артистка СССР НАШ ВЕЛИКИЙ ДРУГ Мне, как и моим товарищам по искусству, случалось не раз выступать на спектаклях и концертах в присутствии товарища Сталина.Артисты хорошо знают, какое огромное влияние имеют на них слушатели, зрители, аудитория. Артисты


М. Литвиненко-Вольгемут Народная артистка СССР В ДРУЖЕСКОЙ БЕСЕДЕ…

Из книги Вырастая из детства автора Романушко Мария Сергеевна

М. Литвиненко-Вольгемут Народная артистка СССР В ДРУЖЕСКОЙ БЕСЕДЕ… Март 1936 года. Киевский Академический театр оперы и балета приехал на украинскую декаду в Москву. Яркая, незабываемая встреча с Иосифом Виссарионовичем Сталиным.Когда во время первого спектакля


Халима Насырова Народная артистка СССР Я ПЕЛА ПЕРЕД ВЕЛИКИМ СТАЛИНЫМ

Из книги А теперь об этом автора Андроников Ираклий Луарсабович

Халима Насырова Народная артистка СССР Я ПЕЛА ПЕРЕД ВЕЛИКИМ СТАЛИНЫМ Первого мая 1936 года в красочном и многоголосом потоке демонстрантов я шла на Красную площадь. Медленно проходят тысячи людей мимо Исторического музея. Вот в просветах между знаменами, флагами,


Тамара Ханум Народная артистка Узбекской ССР БУДУ ПОМНИТЬ ВСЮ ЖИЗНЬ

Из книги Четыре подруги эпохи. Мемуары на фоне столетия автора Оболенский Игорь

Тамара Ханум Народная артистка Узбекской ССР БУДУ ПОМНИТЬ ВСЮ ЖИЗНЬ Это было в 1924 году. Я впервые приехала на учебу в Москву. На параде 7 ноября со всеми учащимися в колонне народов Востока я под ладоши и аккомпанемент бубна, как во сне, проходила в танце по Красной площади.


АРТИСТКА ПОГОРЕЛОГО ТЕАТРА

Из книги Людмила Гурченко автора Ярошевская Анна

АРТИСТКА ПОГОРЕЛОГО ТЕАТРА Бабушка радуется: наконец-то в магазине появилось молоко! Она заставляет меня пить эту гадость. Кипячёное, тёплое, с липкой пенкой. Брр!… Меня от него мутит.Но бабушка стоит надо мной и приговаривает: «Пей, пей!»Я плачу и пью… стакан кажется


ВСЕНАРОДНАЯ АРТИСТКА

Из книги Чёрная кошка автора Говорухин Станислав Сергеевич

ВСЕНАРОДНАЯ АРТИСТКА (Слово, произнесенное на вечере Ф. Г. Раневской в зале Всероссийского театрального общества)Объяснять, кто такая Раневская! Да еще вам — сидящим в этом зале крупнейшим мастерам театра, когда, кажется, нет в стране ни одного театрала, ни одного


Царица по жизни Народная артистка СССР Галина Вишневская

Из книги автора

Царица по жизни Народная артистка СССР Галина Вишневская Ее боялись. Слишком уж грозные были у Галины Павловны вид и голос. Да и за словами Вишневская никогда, что называется, в карман не лезла. Рассказывают, что, только поступив в Большой, она столкнулась с ведущей


Пять вечеров Народная артистка СССР Людмила Гурченко

Из книги автора

Пять вечеров Народная артистка СССР Людмила Гурченко Ее первой фразой в кино, произнесенной в фильме «Дорога правды», были слова: «Я не за тем сюда пришла, чтобы молчать».И она не молчала. Наоборот, говорила, что всегда хотела не плыть по течению, а самой создавать волну. И


Одинокие сны Народная артистка СССР Фаина Раневская

Из книги автора

Одинокие сны Народная артистка СССР Фаина Раневская Она никогда не была замужем. И единственная свадьба, которая была в ее жизни, состоялась в 1944 году в Тбилиси. Но о той свадьбе надо писать в кавычках, ибо это — название фильма Исидора Аненского, ставшего одной из


Богиня на обочине Народная артистка России Рина Зеленая

Из книги автора

Богиня на обочине Народная артистка России Рина Зеленая Она не сыграла в кино ни одной главной роли. И все же у нас в стране нет, наверное, ни одного человека, кто не знал бы Рины Зеленой. Многие считают, что Рина Зеленая — это псевдоним. На самом деле рожденную в ноябре 1901


Эстрадная артистка…

Из книги автора

Эстрадная артистка… Оказавшись без работы, Люся прекрасно понимала, что ей нужно думать, как содержать не только себя, но своего ребенка, Машеньку. Ее в первую очередь. На себя плевать! И огромная череда всяких надо-надо-надо… Делать нечего, а выбирать не приходится!


«Артистка». 2006

Из книги автора

«Артистка». 2006 Я прочел тысячи сценариев. Не помню случая, чтобы мне захотелось снимать хоть какой-то из них. Обычно у меня — это собственная идея, переработанная в сценарий, или хорошая книга.И вот — читаю сценарий (скорее даже пьесу) некоего В. Мухарьямова и… умираю от