Глава 11 Тирупати

Глава 11

Тирупати

Ранним утром около четырех часов Рамдас спустился с горы и пошел прямо к железнодорожной станции. Увидев стоящий поезд, он без всяких препятствий поднялся на платформу и вошел в вагон. Через несколько минут поезд тронулся.

Куда он его увозил? Ему и в голову не пришло попытаться это узнать. Рам никогда не ошибается. Безграничное доверие к Нему обеспечивало Рамдасу полную безопасность и защиту. Поезд остановился на разъезде Катпади. Здесь Рам свел его еще с одним Садхурамом, чтобы тот опекал его. Он пообещал отвезти Рамдаса в Тирупати,[32] в направлении которого шел поезд. О Рам, Твои планы всегда чудесным образом осуществляются. Новый Садхурам с Рамдасом теперь ехали вместе и сошли с поезда в Тирупати. Подкрепившись едой, которую приготовил добрый Садхурам, они направили свои стопы к холму Тирупати и по каменным уступам начали восхождение на него. Это был подъем «все выше и выше к вершинам славы». Они преодолели почти семьсот уступов и, наконец, к восьми часам вечера достигли вершины. Теперь им нужно было пройти около трех миль почти по ровной поверхности. Ночь была лунная, но на вершине царил сильный холод, однако так же сильна была милость Рама.

К храму Баладжи они пришли незадолго до полуночи. У входа в храм горел костер, вокруг которого сидели люди. Дрожавшие от холода садху поспешили к огню и, прижавшись к друзьям, стали греть руки и ноги. Рам поистине очень добр! Однако очень скоро появился сторож храма и велел всем, кто сидел у костра, уйти с этого места, так как пришло время закрывать главную дверь храма. С большой неохотой все отошли от огня. Садхурам попросил сторожа позволить ему и Рамдасу провести ночь внутри храма, но просьба эта не была удовлетворена. На то была воля Рама.

Выйти из храма значило оказаться на сильном и холодном ветру, дующем с гор. Было совсем темно, и им пришлось искать место для ночного отдыха. Рядом стояло несколько больших бараков – приютов для паломников, но оконные проемы в них были ничем не закрыты, и их насквозь продувало. Все же садху забрались внутрь одного из них и примостились на полу. Садхурам стал жаловаться на холод и сказал: «Свами, нечего и думать о сне, мы не сомкнем глаз от холода».

«Тем лучше, – ответил Рамдас, – мы сможем посвятить все время Рам-бхаджану – воспеванию этого всемогущего и вселюбящего Существа».

«Это лучше только для тебя, – заметил Садхурам, – но я бы предложил убраться отсюда, как только начнет светать. Еще одна такая ночь – и мы превратимся в деревяшки».

Не получив ответа от Рамдаса, который в это время был погружен в медитацию на Рама, Садхурам лег, свернувшись калачиком, и прикрыл свое тело тонкой полотняной накидкой – это все, что было у него в запасе. Одежды было слишком мало, чтобы целиком прикрыть его, хотя он и принял такую позу, что согнутые колени касались его носа.

«О сне не может быть и речи», – снова проворчал Садхурам.

Бедный друг! Рам жестоко испытывал его, но ведь это только для его же пользы. Ночь прошла. Рано утром, едва забрезжил рассвет, дрожащий садху готов был уже спускаться с горы, но Рамдас считал, что им нужно пройти еще около трех миль, чтобы увидеть водопад Папанасини. Существует поверье, что тот, кто искупается в этом водопаде, смоет все грехи, – отсюда и название. Садхурам согласился. Они оба пошли туда и совершили омовение в водах потока, с огромной силой падающего со скалы. День был в самом разгаре, и вершина холма была ясно видна отовсюду. Прекрасные горные ландшафты и долины, открывающиеся взору, просто завораживали. После купания Садхурам стал быстро спускаться с горы. Рамдас следовал за ним. Еще до сумерек они вышли к городу и в тот же вечер сели в поезд, идущий на север.