ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЛИТЕРАТУРНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Рассказ о работе Общества изучения межпланетных сообщений будет неполным, если не упомянуть о журнале нашего Общества. Идея издания журнала возникла еще тогда, когда в стенах Академии военно-воздушного флота образовалась Секция межпланетных сообщений. 21 мая М. Лейтейзен писал К. Э. Циолковскому:

«В ближайшее время мы решили приложить все усилия к тому, чтобы выпустить журнал. Ежемесячный популярный журнал с более серьезным научно-техническим отделом, посвященным вопросам межпланетных сообщений и наукам, связанным с этим вопросом — астрономии, физике, химии, авиации и т. п. Мы уже более недели ведем переговоры с издательствами. Взять на себя издание журнала ни одно издательство до сих пор не согласилось, и нам, очевидно, придется печатать первый номер журнала за счет тех денег, которые мы получим от доклада Лапирова-Скобло, и возможно, что это предложение пройдет. Если у Вас имеются работы журнального формата и если Вы не боитесь, что у нас они еще некоторое время полежат, присылайте их нам».

Спустя 10 дней 31 мая Лейтейзен пишет уже более определенно: «С журналом несколько выяснилось. Первый номер мы выпускаем 1 июля. Было бы чрезвычайно желательно получить от Вас материал для этого номера».,

Константин Эдуардович отвечает письмом от 4 июня:

«Дорогие товарищи!

Радуюсь вашему успеху. Первая глава («Жизнь в космическом эфире») у меня для вас написана, последующие надо переписать. Если не удастся выпустить второй номер, то посылаемая глава все же годится, имея совершенно законченный вид. Завтра утром перечту статью и вышлю вам. Сообщите, пойдет ли в журнале и переписывать ли продолжение?»

Наш журнал носил гордое имя — «Ракета» (кстати заметим, что журнал, издававшийся позднее Обществом межпланетных сообщений в Германии, также называли «Die Rakete»). Член Общества Можаровский, нарисовавший ранее эскиз нагрудного значка члена Общества, приготовил эскиз обложки журнала: на фоне темного неба, усыпанного звездами, — летящая ракета; из хвостовой ее части вырывается пламя.

Кроме К. Э. Циолковского, для первого номера «Ракеты» написали статьи также Ф. А. Цандер, В. А. Ветчинкин и М. А. Резунов. Чтобы читатель лучше представил себе тематику и стиль статей задуманного нами журнала, приведу выдержки из статьи Ф. А. Цандера «О перелетах на другие земные шары».

«Действие тех двигателей, которые дают возможность перелетать на другие планеты именно ракет, до сих пор осталось мало известным...

Первые научные работы в этой области принадлежат русскому ученому К. Э. Циолковскому. Он определил расчеты, что для того, чтобы придать ракете скорость, при которой она не будет возвращаться обратно на Землю, требуется израсходовать в наиболее выгодном случае 8/9 всего веса ракеты в качестве горючего материала. Этот большой расход горючего, а также и необходимое большое ускорение, вызывающее сильное прижатие пилота к месту сидения, составляют затруднения при выполнении проектов.

Сильно интересуясь астрономией и авиацией, я много работал, особенно энергично с 1917 года, над вопросом межпланетных путешествий.

В предлагаемой мною конструкции ракета составляет часть большого аэроплана... Комбинация аэроплана с ракетой обладает тем преимуществом, что при случайной остановке ракеты пилот находится в полной безопасности: он может спускаться планирующим спуском на землю, а в случае, если ракету можно пускать снова, он может продолжать полет и достигать ту наименьшую скорость в 8 км/сек, при которой он может облететь земной шар, как Луна, не падая обратно на Землю.

В самое последнее время наше юное Общество по изучению межпланетных сообщений в Москве объявило конкурс на ракету для достижения больших высот подъема. Было бы желательно, чтобы по возможности большее количество читателей этой статьи приняло участие в нем.

...Для полетов на Луну или другие планеты лучше всего будет пользоваться межпланетными кораблями особой конструкции, которые будут снабжены для дальних полетов всем необходимым: аппаратами для дыхания, оранжереями, предохранительными приспособлениями от метеоритов, солнечными двигателями, инструментами для починки корабля, ракетой для дальнейшего ускорения полета и для обхода метеоритных потоков, могущих встречаться на пути, и т. д.

Область конструкции ракет еще мало разработана. Была бы желательна дальнейшая энергичная работа в данном деле, которая даст нам возможность утвердиться в межпланетном пространстве, вращаясь вокруг Земли, и завоевывая, дальше улетая, новую свободу, новые возможности, новые земные шары».

Некоторые высказывания автора покажутся современному читателю несколько наивными. Но не надо забывать, что статья была написана в то время, когда только начинался переход от теоретического изучения проблем межпланетных сообщений к практическому их осуществлению. Именно в этом смысле она имеет известный интерес и в настоящее время.

То же самое можно сказать и о статье М. А. Резунова «Мечта человечества». Она хорошо передает настроение членов Общества. Неугасимый оптимизм, твердая уверенность, что межпланетные полеты будут осуществлены, — вот основное содержание статьи. Автор ее, член правления нашего Общества, открыл огонь по консерваторам, гасителям новой мысли, маловерам, задерживавшим развитие науки.

«При всех великих открытиях науки, — писал М. А.Резунов, — находятся люди, пытающиеся забросать грязью всякую смелую идею...

Будем надеяться, что величайшая мечта человечества, подкрепленная развитием техники, не будет отброшена...

Эта мечта воплотится в действительность не сегодня-завтра. Правда, многое еще не выяснено; придется упорно работать сотням больших умов, но в истории науки и не такие препятствия преодолевал человеческий гений».

Все было готово для выпуска «Ракеты». Но даже первый ее номер так и не вышел в свет. Нам не удалось преодолеть многочисленные трудности и особенно недостаток средств.

Нельзя не вспомнить и еще об одной нашей неудача 13 июня 1924 года газета «Известия» поместила заметку «Пресловутая ракета». Ее автор оспаривал саму идею возможности межпланетных сообщений с помощью ракетного двигателя. Издеваясь над энтузиастами полетов в космос, он называл их «отечественными Сирано де Бержераками»[13].

В ответной статье «Ракета на Луну», оригинал которой хранится сейчас в архиве Общества, член правления Общества В. И. Чернов подробно разъясняет возможность достигнуть планет посредством реактивного двигателя и останавливается, в частности, на проекте ракеты Ф. А. Цандера.

«Молодое, только что организованное в Москве Общество изучения межпланетных сообщений, — говорится в статье, — точно так же, как и целый ряд русских изобретателей и видных ученых, во всеоружии современной науки и техники пытается превратить в действительность заветную мечту человечества».

В заключение В. И. Чернов отмечает: «Когда человеческий гений дерзостным порывом прорубает новую брешь в тайниках мироздания, когда намечаются вехи новых, быть может, величайших открытий, всегда находятся консервативно настроенные люди, которые пытаются умалить заслуги первых смелых пионеров, обычно ссылаясь на их утопичность. Но им это не удастся!».

К сожалению, мы не смогли добиться опубликования этой статьи.

Многих трудов и забот стоила Секции, а затем Обществу подготовка сценариев для фильмов о межпланетных сообщениях.

По этому поводу М. Г. Лейтейзен 4 мая пишет К. О. Циолковскому: «Нами уже ведутся переговоры с правлением Пролеткино. Наша задача — инсценировать один из межпланетных романов и воспользоваться этой инсценировкой для популяризации данных науки относящихся к межпланетным сообщениям, и для распространения идеи о возможности осуществимости этих сообщении».

На это письмо К. Э. Циолковский 14 мая 1924 года отвечает:

«Вполне сочувствую Вашему желанию инсценировать фантазию межпланетных путешествий. Буду очень рад, если Вы воспользуетесь моим «Вне земли». Но кинематографию тут применять трудно. Можно принимать на черном полу всевозможные позы и фотографировать сверху. Но, во-первых, движения в лежачем положении будут трудны и не будут соответствовать движению в свободном от тяжести пространстве, во-вторых, расстояния от аппарата актеров должны быть различны. Это тоже не легко устроить».

Может быть, это было не так уж трудно, как представлялось Константину Эдуардовичу, но ведь и то сказать: тогдашний уровень кинематографии несравним с теперешним

В своем письме к Циолковскому от 1 мая М. Г. Лейтейзен еще раз вернулся к этому вопросу: «Инсценировать «Вне земли» было бы, конечно, слишком трудно. Мы решили придат нашему фильму несколько бытовой характер: действие должно происходить в наши дни в Советской России».

В архиве Общества сохранился набросок сценария, написанный М. Г. Резуновым. Он был недостаточно разработан, не блещет и литературными достоинствами. Все же он представляет известный интерес как одна из первых попыток популяризации средствами кино идей межпланетных сообщений.

...На молодого токаря Степана сильное впечатление произвела появившаяся в газете заметка о межпланетных полетах. Он стал работать над созданием машины для полетов вне земной атмосферы. Разрабатывает одну за другой модели, устраняет неполадки, все более и более совершенствует ее.

Вот Степан у председателя Добровольного общества воздушного флота. Несколько раз берется за ручку двери. Сомневается, колеблется. Наконец, входит. Заседания, совещания, споры. В конце концов проект принимается. С помощью инженеров Степан начинает строить свой космический аппарат. Возникает масса вопросов, требующих немедленного разрешения. И чем дальше, тем больше. Удачи и неудачи! Успехи и срывы!..

Но вот аппарат Степана готов. Отлет на Марс. Встреча с марсианами.

Дальше идут приключения, напоминающие события «Аэлиты» А. Толстого: революционные сражения, новые друзья, знакомство с красавицей Ле, которая после отлета Степана на Землю остается на Марсе... Однако М. А. Резунов значительно больше внимания уделяет работе по созданию проекта, а потом и самого космического корабля. Подробно описан реактивный двигатель. Кроме того, основываясь на описаниях космических полетов, которые дает в своих произведениях Циолковский, автор в ряде кадров старается показать, каково было самочувствие людей в условиях невесомости, как производилось торможение, спуск и т. д.

Разбирая свои бумаги, я недавно нашел проект сценария «На ракете к звездам», написанный мною в 1924 году. Этим я, как и М. А. Резунов, стремился помочь нашему Обществу в возбуждении интереса к космонавтике и в популяризации связанных с ней научных проблем.

Действие происходит в России в последние годы царизма. К. Э. Циолковский занят разработкой идеи межпланетных сообщений. Ожесточенные споры о реальности его идеи. Особенно яростно выступают против церковники. Еще бы — ведь даже разговоры о возможности таких полетов вредят им, разрушая представление людей о небе как об обители бога.

Главный герой — сын выдающегося революционного деятеля типа Кибальчича, у которого борьба с самодержавием тесно переплетается со стремлением осуществить вековечную мечту человечества — покорить небо.

Ученому удается сконструировать аппарат с реактивным двигателем. Но, ожидая ареста, он вынужден спрятать свой проект и расчеты в укромном месте. Ученый завещает передать их своему сыну Виктору, когда тот достигнет совершеннолетия.

Предчувствие революционера-изобретателя оправдывается. Его арестовывают и казнят.

Виктор по примеру отца тоже принимает деятельное участие в революционном движении и вынужден скрываться от полиции. Захватив с собой чертежи и расчеты, он бежит в Соединенные Штаты Америки, чтобы там осуществить идею отца.

Подобрав себе в помощь таких же, как он, энтузиастов межпланетных полетов, Виктор начинает строить реактивный воздушный корабль.

О работе над воздушным кораблем узнает крупный банкир, решивший заработать на изобретении. И когда ему это не удается (Виктор наотрез отказывается войти с ним в компанию), банкир действует силой. Он захватывает мастерскую и увозит корабль и Виктора на свою загородную виллу. Однако, не умея обращаться с кораблем, банкир вызывает из другого города инженера-эксперта по летательным машинам.

В это время дочь банкира, влюбленная в Виктора, сообщает о намерениях отца молодому изобретателю и помогает ему бежать. Друзья Виктора решают, что он должен уехать в Россию, где в то время произошла революция, а они сами постараются отобрать у банкира корабль.

Воспользовавшись тем, что инженер-эксперт в назначенное время не явился (на конверте письма к нему был умышленно указан неверный адрес), один из друзей Виктора под видом этого инженера в гриме является к банкиру. Тщательно осмотрев корабль, он заявляет, что надо испытать его на ходу.

Мнимый инженер-эксперт дает старт и летит в Россию, где уже создана Советская власть. Народ и Правительство СССР восторженно приветствуют прибытие создателей первого воздушного реактивного корабля, означавшее начало победы над космосом!..

Фильмы по этим сценариям поставлены не были. Но, как ни примитивны эти первые сценарии фильмов о кос­мических путешествиях и ракетной технике, они показа­тельны и интересны именно как выражения наших мыс­лей и чувств того времени.

Как уже говорилось ранее, К. Э. Циолковский считал, что «инсценировка картин о космосе трудна, так как заатмосферные явления трудно воспроизвести на Земле».

Однако Константин Эдуардович отлично понимал значение кинематографии как могучего средства воспи­тания и просвещения широких народных масс. Он гово­рил: «Кинофильм нагляднее и ближе к природе. Это высшая степень художественности, в особенности когда перейдут к звуковому кино». Техника кинематографа быстро развивалась, и когда в 1933 году режиссер В. Н. Журавлев обратился к К. Э. Циолковскому с просьбой принять на себя обязанности научного кон­сультанта при постановке научно-фантастического филь­ма «Космический рейс» по сценарию А. А. Филимонова, Константин Эдуардович дал на это согласие.

Что же представлял собой этот фильм?

Начинался он показом величественного Института межпланетных сообщений. Тут же грандиозный ракетод­ром с ангаром и взлетной установкой.

Металлический корпус ракетоплана. Путешествен­ники усаживаются в кабине. Сигнал к старту.

Воспламеняется горючее, из сопла вылетает огненный хвост. Ракетоплан поднимается ввысь, а в кабине проис­ходят комические сцены, связанные с состоянием невесомости.

Одобренный К. Э. Циолковским эскиз ангара ракетопланов для декораций к кинофильму «Космический рейс»

Каждое резкое движение отбрасывает пассажиров от стены к стене, к потолку.

В иллюминаторе видны немигающие звезды. Показывается Луна с ее характерны­ми кратерами. Путеше­ственники надевают скафандры, и вот они на поверхности Луны. Но ходить сразу не ре­шаются. Ведь притя­жение на Луне в шесть раз меньше, чем на Земле, и потому при самом легком толчке рискуешь улететь вверх на несколько метров. При­ходится двигаться, как советовал Константин Эдуардо­вич, «по-воробьиному».

По ходу действия одному из путешественников пред­стояло оступиться на вершине скалы и скатиться вниз, а обвалившаяся скала должна была придавить его. Кадр трудный и далеко не из приятных. Его снимали 11 раз!

Почти два года коллектив Мосфильма работал над «Космическим рейсом». Много труда, изобретательности и выдумки было вложено в него. Но не все удалось. Не получились летающие предметы, не удалось придать пролившейся в астролете воде шарообразную форму. Все это так. Однако не следует забывать, что фильм ставился тридцать лет тому назад. И то, что вышло, было не только интересно, но и важно — и прежде всего для возбуждения интереса к идее космического полета у нашего юношества, которому предстояло быть свиде­телями, а кое-кому и участниками осуществления веко­вечной мечты человечества.