Сестры Кох

Сестры Кох

Как-то раз я остановился возле циркового плаката, изображавшего сестер Кох. Тут же стоял еще один немолодой человек, внимательно вглядываясь в рисунок.

— Скажите, — вдруг спросил он, — вы, случайно, не знаете, сколько лет артисткам Кох? И те ли это сестры, в которых я и многие мои сверстники были заочно влюблены в годы юности? Помнится, они выступали у нас в Свердловске. Или, может быть, это их дочери?

— Нет, это все те же сестры Кох — Марта, Зоя и Клара, других просто нет. Сколько им лет? Говорят, женщинам столько лет, на сколько они выглядят. Во всяком случае, на цирковой арене Кох всегда молоды и прекрасны.

Эта книжка написана одной из участниц знаменитого трио, и читатель из нее узнает, какой трудный путь прошли артистки, поднимаясь к славе.

Сестры Кох начали свой творческий путь в холодном и полутемном Челябинском цирке, где металлические трапеции зимой бывали покрыты инеем и обжигали, словно огнем, ладони всякого, кто к ним притрагивался. Две маленькие, часто голодные, иногда жестоко поротые девочки исполняли непосильную для детей работу, готовя свой первый номер.

И вся их жизнь прошла в труде, тяжелом, изнурительном, но все-таки радостном, потому что это был труд творческий. Труд и режим: вовремя ложиться спать, вовремя есть — и никаких излишеств. И все это для того, чтобы вечером, при свете прожекторов, перед тысячами зрителей предстать во всем великолепии мастерства и молодости.

Не станем пересказывать то, о чем написано в книжке. Но на одно обстоятельство обратим внимание: творческий рост артисток Кох связан с общим ростом советского цирка. Знакомясь с их жизнью, нетрудно за ней увидеть общую тенденцию развития советского циркового искусства. Например, в 1929 году Кох в первый раз приехали на гастроли в Московский государственный цирк. Мы сознательно пишем «государственный», потому что тогда доживали свои дни последние частные цирки, в которых прежде артисткам преимущественно приходилось выступать. Так вот, работая в Москве, Кох не имели понятия о Художественном и Малом театрах, Третьяковской галерее и других сокровищницах искусства. О Большом театре знали понаслышке — там, мол, выступают известные балерины. Их знакомство с Москвой ограничивалось Трубной площадью, Самотечной площадью и Цветным бульваром, где находится цирк. И при этом сестры Кох в цирковой среде считались образованными барышнями потому уже, что они были грамотны. Многие цирковые артисты в ту пору и этим похвастаться не могли.

И теперь, беседуя с одной из сестер Кох или со всеми тремя одновременно, милыми, интеллигентными женщинами, ясно видишь разительную перемену, происшедшую в общей культуре цирковых артисток. И это касается не только Кох. Ведь сегодня многие артисты имеют среднее образование, иные из них кончили высшие учебные заведения или учатся в них. Кое-кто поступил даже в аспирантуру. И кто знает, может быть, недалек тот день, когда цирковой артист добьется ученой степени кандидата, а то и доктора наук. И этот рост культуры большинства артистов позволил цирку в целом подняться на новую творческую ступень.

Сестры Кох одними из первых советских артистов выехали на гастроли за границу в 1929 году. Они выступали в Германии, Испании, Франции и Латвии. И тогда уже о них говорили как о выдающихся представительницах советского циркового искусства, называли, может быть несколько претенциозно, «Русское чудо на проволоке». Но в ту пору номер сестер Кох представлял исключение, не многие советские артисты могли претендовать на то, чтобы занять ведущее положение в театрах-варьете и цирках Парижа, Берлина или Мадрида.

Прошло тридцать лет, и вот уже десятки советских цирковых артистов, целые цирковые коллективы выезжают за границу, выступают во многих странах Европы, Азии, Африки, Америки. Зрители Лондона и Берлина, Бухареста и Токио, Джакарты и Копенгагена, Пхеньяна и Брюсселя, Улан-Батора и Будапешта, Варшавы и Софии, Коломбо и Дели, Люксембурга и Гаваны и многих других городов и стран признают: да, советский цирк — лучший в мире. Выступления сестер Кох проходят теперь за рубежом с еще большим успехом, чем прежде, потому что их новый номер лучше старого.

Сестры Кох работали в различных цирковых жанрах: гимнастическом, акробатическом, эквилибристическом, музыкальном. И в каждом из них они достигли определенных успехов. Но лучшие номера артисток — это эквилибристика[1] и акробатика на проволоке и «семафоре-гиганте».

В чем же заключаются отличительные черты искусства сестер Кох, благодаря чему они стали первоклассными артистками, гордостью советского цирка? И, наконец, почему мы считаем артисток Кох типичными представительницами современного циркового искусства?

Сестры Кох — великолепные мастера своего дела. Их акробатические и эквилибристические достижения изумительны. Не многие квалифицированные артисты-мужчины смогут повторить то, что делали и делают Кох. Не будем перечислять все их достижения, о них подробно рассказано в книге, но об одном, кажется до сих пор не повторенном, трюке не можем умолчать. Марта Кох садилась на проволоку и снова на нее вставала, держа в стойке голова в голову (копфштейн) Зою. И этот трюк автор книги еще не считает самым большим достижением сестер Кох. Трюки, исполняемые Кох, по праву могут считаться достижениями мирового класса, даже если бы они принадлежали мужчинам, а ведь они исполняются женщинами. Но демонстрируют эти трюки артистки с необыкновенной легкостью, играючи. Без сомнения, добиться этого было очень нелегко, но такая манера исполнения доставляет зрителям эстетическую радость. Никогда, даже во время демонстрации сложнейших упражнений, зрители не замечают у артисток ни малейшего напряжения, не чувствуют пота репетиций. Все упражнения демонстрируются легко, красиво, свободно, элегантно. Недаром артистки проводят так много времени у балетного станка, отделывают каждое движение, жест, поворот, добиваясь предельной законченности и пластической выразительности. Но при всем этом в номере не ощущается механистичность. Он исполняется вдохновенно, а это значит — всегда немножко импровизационно.

Выход Кох на арену очень эффектен: их головы украшены диадемами, длинные шлейфы стелются по манежу, блестки на костюмах горят и переливаются под лучами цирковых прожекторов. Некий критик писал: зачем, мол, все это? Советским артисткам надо одеваться проще, не прибегая к мишуре. Но цирк есть все-таки цирк — зрелище красочное и преувеличенное. И мы согласны с выдающимся советским писателем Л. М. Леоновым, который говорил, что «эта мишурность в именах, в наименованиях, как и блестки, как и все сияющее великолепие артистического наряда, крайне необходимы для зрелища, иначе нет и не получится цирка и побледнеет насмерть цирковое искусство»[2]. В торжественном выходе сестер Кох, в их костюмах, во всем их облике присутствует нечто романтическое, прекрасное, вызывающее восторг зрительного зала. Прежде артистки исполняли акробатический и эквилибристический номер на двух проволоках, натянутых параллельно земле. Теперь их называют эквилибристками на «семафоре-гиганте». Говорят, что аппарат у Кох легок и изящен. Это не совсем так. Аппарат довольно громоздок. Изящны сами Кох. И когда окрашенный в золотой цвет «семафор» медленно под музыку П. И. Чайковского начинает вращаться вместе с грациозными артистками, действительно кажется, что он теряет свою весомость.

Сестры Кох выходят на арену не только для того, чтобы продемонстрировать несколько чрезвычайно сложных трюков. Они прежде всего артистки, а это значит — они играют, превращаясь то в воздушных, то в земных героинь. Нет больше тех милых и скромных женщин, какими мы их знаем в жизни. Есть три необыкновенные красавицы, три сказочные феи, которым доступно любое волшебство. Сестры Кох создают подлинно художественные образы. И трюки, которые они исполняют, — лишь форма раскрытия этих образов — вот чем их номер так привлекателен.

Когда артистки были еще эквилибристками на проволоке, им помогал отец. В обычном пиджачном костюме он стоял внизу и внимательно следил за происходящим, готовый каждую минуту поддержать, спассировать, как говорят профессионалы, ту исполнительницу, которая потеряет равновесие.

Но сестры Кох так захватывали внимание зрителей, что они переставали замечать скромного стоящего внизу человека. Кроме одного эпизода. Артисткам требовалась для отдыха хотя бы небольшая пауза. И вот в начале этой паузы одна из них «случайно» выпускала из рук платок. Белый батистовый, обшитый кружевами платочек, медленно кружась, опускался на манеж. Артистки просили платок поднять, а их ассистент никак не мог его найти, хотя платок лежал у его ног. Это была очень тонко поставленная и исполненная пантомима, сущность которой заключалась в противопоставлении изящества и ловкости грациозных, почти неземных девушек и их неуклюжего, неловкого помощника. И от этого противопоставления грациозность номера Кох еще более выигрывала.

В номере «Семафор-гигант» стоит обратить особое внимание на то, как Зоя Кох на пуантах идет по ребру двигающейся конструкции, поднимающей ее под самый купол. Это трудное и эффектное упражнение. Во время его исполнения две другие партнерши бездействуют, но они не прекращают игры, остаются в образе. С большим вниманием они наблюдают за сестрой. Не одну тысячу раз они мысленно сопровождали ее во время опасного путешествия, но всегда в их глазах отражалась и гордость за то, что преодолевается труднейшее препятствие, и радость за благополучный исход опасного пути. Восхождение на пуантах под купол цирка — не только технически блестящий, великолепно исполненный трюк, это и великолепно сыгранная, наполненная драматизмом сценка. А Зоя Кох, исполняя ее, напевает песенку. И простая песенка придает номеру еще большую лиричность.

Иногда спорят — является ли цирк искусством? Спор этот, надо сказать, не лишен оснований. На самом деле, если выступающие на арене демонстрируют несколько даже трудных упражнений, не задумываясь при этом об образе и не стремясь его создать; если они творчески не общаются с партнерами, композиционно не организуют упражнений; если музыка, костюмы, все оформление не соответствуют упражнениям, подобраны совершенно случайно, — тогда какое же это искусство? Это всего-навсего демонстрация различных спортивных упражнений, может быть, даже и эффектных. Такое выступление скорее уместно на спортивной площадке, чем на цирковой арене. Другое дело — выступление сестер Кох. Это настоящее искусство, потому что артистки, используя различные средства цирковой выразительности, создают подлинные художественные образы. Сестры Кох — актрисы, потому что перевоплощаются в тех, кого они играют на арене.

Несколько слов о трюках. Кое-кто говорит: трюки — первооснова номера, а значит, и цирка. Это и так и не так. Да, без трюков не может быть циркового номера. Но, с другой стороны, исполнение трюков не может стать и самоцелью. Скольких мы знаем первоклассных трюкачей, почти не имеющих успеха у зрителей! Трюк в цирке должен быть не целью, а средством в создании образа. И исполнение трюка надо уметь одухотворить. Едва ли кто-нибудь станет оценивать искусство балерины, основываясь только на том, что она отлично исполняет фуэте, пируэты или па-де-баски, хотя настоящая балерина должна уметь делать их первоклассно. Но используются все эти фигуры для создания образа.

То же самое и в цирке. Трюки здесь необходимы. Без них нет и не может быть цирка. Но каждый трюк должен соответствовать образу, задуманному артистом, и помогать раскрывать этот образ. Вот именно этого-то и добились сестры Кох: их номер не калейдоскоп упражнений, не спортивное выступление, а подлинное произведение искусства — яркое, своеобразное и сгармонированное во всех своих частях.

Мы совсем не хотим сказать, что номер сестер Кох — это единственный образец, на который все цирковые артисты должны равняться. Сила цирка в том, что каждый его подлинный мастер — своеобразная творческая индивидуальность, и чем меньше в нем будет похожих номеров, тем лучше.

Вот почему едва ли стоит прямо подражать номеру артисток Кох, копировать их достижения. Но учиться у них, как и у других выдающихся мастеров цирка, необходимо. И, конечно, не только мастерству, хотя и здесь можно почерпнуть много полезного, но и тому подлинному артистизму, которого — скажем, не кривя душой, — в цирке еще часто недостает.

Предлагаемая читателям книжка Зои Болеславовны Кох интересна и еще по одной причине. Ее автор принадлежит к первому поколению советских цирковых артистов, тому поколению, которое утверждало новые качества нашего цирка, активно добивалось, чтобы советский цирк стал лучшим в мире.

Свой нелегкий путь многие из представителей этого поколения, как и сестры Кох, начинали в частных цирках, существовавших некоторое время и после революции, и они на себе испытали, что значит власть хозяина предприятия и эксплуатация.

На их глазах частные цирки были ликвидированы и объединены в единую государственную систему, на их глазах построены и строятся цирки, оборудованные по последнему слову техники, создано первое в мире Училище циркового искусства. При них пришли в цирк режиссеры, художники, композиторы. По существу, вся история советского цирка прошла на их глазах, и они сами активные творцы этой истории.

Цирк — только один из видов нашего искусства, но и на нем со всей очевидностью сказалось благотворное влияние Советской власти, заботящейся о развитии социалистической культуры, призванной обслуживать не горстку богачей, а всех трудящихся. Зоя Болеславовна Кох прошла вместе с советским цирком весь его путь, и ее рассказ, очевидца и участника, особенно привлекает своей достоверностью.

В то же время разве не важно молодым артистам, выпускникам Государственного училища циркового искусства, которым предоставляется все, что помогает им стать мастерами и художниками, узнать, какими трудными путями шли к успеху и славе их старшие товарищи. И когда оценишь эти трудности, то понимаешь, как много дала и дает творческой молодежи Советская власть. И становится ясным, благодаря чему наш цирк продолжает совершенствоваться год от года.

Сестры Кох по праву принадлежат к артистам, создавшим славу советскому цирку. Они и сейчас продолжают работать в цирке, вызывая восторги у тысяч и тысяч зрителей.

Сестры Кох открыли секрет вечной артистической молодости. Оказывается, он и очень прост и в то же время необычайно труден. Этот секрет заключен в постоянном и неустанном творческом труде.

Ю. Дмитриев

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

СЕСТРЫ

Из книги Связной автора Бодров Сергей

СЕСТРЫ СИЗО. ДЕНЬУ серых металлических ворот следственного изолятора толкались, как обычно, родственники, в стороне стояла привычная очередь с сумками к окошку передач. Было жарко, окна в машине были открыты, но выйти Дине не разрешали. Дядя Миша курил снаружи, мама


33. Сестры

Из книги Убийство Моцарта автора Вейс Дэвид


Сестры

Из книги Саманта автора Яковлев Юрий

Сестры — Как тебе нравится эта шутка? — воскликнул папа, протягивая маме записку.— Шутка шуткой, а где дочь? — Мама даже не улыбнулась, прочтя записку. — Что делать?— Если позвонить в полицию… то есть в милицию, мир облетит сенсация: «Похищена гостья


«Три сестры»

Из книги Моя жизнь в искусстве автора Станиславский Константин Сергеевич

«Три сестры» После успеха «Чайки» и «Дяди Вани» театр не мог уже обойтись без новой пьесы Чехова. Таким образом, наша судьба с тех пор находилась в руках Антона Павловича: будет пьеса, будет и сезон, не будет пьесы — театр потеряет свой аромат.Естественно, что мы


4. Сестры

Из книги Фатьянов автора Дашкевич Татьяна

4. Сестры Наталья Ивановна тогда была уже замужем за Виктором Николаевичем Севостьяновым. Муж ее закончил политехнический институт, работал экономистом на электрозаводе. Жили они на Басманной, в комнате Николая, растили дочь Ию и заботились об опальной семье. Они сняли


Сестры Кох

Из книги Вся жизнь в цирке автора Кох Зоя Болеславовна

Сестры Кох Как-то раз я остановился возле циркового плаката, изображавшего сестер Кох. Тут же стоял еще один немолодой человек, внимательно вглядываясь в рисунок.— Скажите, — вдруг спросил он, — вы, случайно, не знаете, сколько лет артисткам Кох? И те ли это сестры, в


Сестры Кох

Из книги Мне повезло автора Кардинале Клаудия

Сестры Кох Как-то раз я остановился возле циркового плаката, изображавшего сестер Кох. Тут же стоял еще один немолодой человек, внимательно вглядываясь в рисунок.— Скажите, — вдруг спросил он, — вы, случайно, не знаете, сколько лет артисткам Кох? И те ли это сестры, в


Сестры

Из книги Девочка с косичками автора Солодов Анатолий Семёнович

Сестры Сестра — это твоя половина. Она делила с тобой семью, дом, страну, детство с его играми и слезами. Иногда именно из-за этого сестры ненавидят друг друга: каждая хочет быть единственной. И обе страдают из-за того, что есть другая — живой укор в твоем собственном


18. СЁСТРЫ

Из книги Мои стрелецкие Университеты автора Исаев Александр Петрович

18. СЁСТРЫ Лишь только забрезжил неуютный зябкий рассвет, немцы забегали по посёлку и ближним деревням. Оки барабанили в окна, врывались в дома, заставляли людей спешно одеваться и выгоняли на улицу всех: и детей, и стариков со старухами, и женщин. Никого не оставляли дома.


4. Сестры

Из книги Упрямый классик. Собрание стихотворений(1889–1934) автора Шестаков Дмитрий Петрович

4. Сестры Они разные. Старшая Антонина (1912 г.) смуглая, высокая, стройная, несколько скрытная и стеснительная. Наталья (1914 г.) меньше ростом, полноватая, светловолосая, общительная. Некоторая свобода в общении со сверстниками создавали ей преимущество перед старшей сестрой,


238. Сестры

Из книги Гоголь автора Степанов Николай Леонидович

238. Сестры Лирика с музыкой, обе сестры, Обе в преддверье роскошного сада Негою дышат от знойной игры, И золотиста их кисть винограда. Музыка с лирикой, обе сестры, Обе в загаре румяного лета Дышат устало от знойной поры И, улыбаяся, манят поэта. 16 декабря


238. Сестры

Из книги Гоголь без глянца автора Фокин Павел Евгеньевич

238. Сестры Лирика с музыкой, обе сестры, Обе в преддверье роскошного сада Негою дышат от знойной игры, И золотиста их кисть винограда. Музыка с лирикой, обе сестры, Обе в загаре румяного лета Дышат устало от знойной поры И, улыбаяся, манят поэта. 16 декабря


СЕСТРЫ

Из книги Хроника шапочных разборов автора Антонов Валентин

СЕСТРЫ Наконец Аксаковы собрались и в четверг 26 октября выехали вместе с Гоголем из Москвы. Сергей Тимофеевич нанял особый дилижанс, разделенный на два купе. В переднем поместились его четырнадцатилетний сын Миша и Гоголь, а в заднем сам Сергей Тимофеевич с дочерью Верой.


Сестры

Из книги Наталия Гончарова. Любовь или коварство? автора Черкашина Лариса Сергеевна

Сестры Елизавета Васильевна Гоголь (в замужестве Быкова):Приезд брата (в 1832 г. – Сост.) был для нас истинный праздник. Со мною он был ласковее, чем с другими, и чаще играл и шутил. У старшей сестры была огромная датская собака «Дорогой»: брат часто сажал меня на нее


Три сестры

Из книги автора

Три сестры Кандидата в мужья и, соответственно, в будущие императоры долго искать не пришлось (да и времени-то особенно не было на слишком долгие поиски). У кандидата, в лице столичного градоначальника Романа Аргира, было масса достоинств и всего лишь один-единственный, но


Три сестры

Из книги автора

Три сестры В тот военный год, когда Россия встала на защиту Болгарии, три сестры Гончаровы, племянницы Натали, жили еще вместе с родителями в Яропольце: ведь старшей из них, Екатерине, исполнилось пятнадцать, средней, Наташе, тринадцать, младшей, Надежде, минуло