Глава 26

Глава 26

После ухода Газаева мы рассматривали три кандидатуры: Юрия Семина, Александра Бородюка и Георгия Ярцева.

Юрий Павлович шел в списке претендентов на первом месте. Воспитанник школы орловского «Спартака», он был приглашен играть в столичный «Спартак» в восемнадцать лет. Выступал также за «Динамо», «Локомотив», тренировал «Памир», «Кубань», был тренером-консультантом олимпийской сборной Новой Зеландии. Под его руководством «Локомотив» шагнул из первой лиги в высшую и уже здесь завоевал «серебро», «бронзу». Кубок России. Был и тренером нашей сборной, помогал в свое время П. Садырину.

В первую очередь ему мы и сделали предложение. Юрий Павлович был тогда с командой в Баковке и ответил решительно:

– У нас честолюбивые планы на будущее, из клуба уходить не собираюсь.

– Ни сейчас, ни в будущем?

– Ну почему же, время покажет.

Семин – человек прямой, честный, упрашивать и уламывать его – дело бесполезное.

Александр Бородюк начинал в воронежском «Факеле», шесть сезонов провел за московское «Динамо», потом несколько лет играл в Германки: за «Шальке-04», «Фрайбург», «Ганновер-96». Был в сборной СССР, стал олимпийским чемпионом в 1988 году в Сеуле. Это все безусловные плюсы. Минус был один – нехватка тренерского опыта.

Георгий Ярцев играл за «Спартак», ЦСКА, «Локомотив». Был лучшим бомбардиром чемпионата СССР в 1978 году.

И фал за сборную, тренировал «Спартак» и завоевал с ним золотые медали. Был лауреатом премии «Стрелец» в номинации «Лучший тренер страны».

Решение о назначении Георгия Александровича вызрело в Волгограде. Там проходили детские соревнования по футболу, которые курировала жена нашего главного спортивного руководителя Лада Фетисова, женщина не только обаятельная, но и образованная, быстро находящая общий язык с людьми любого ранга, хорошо понимающая проблемы детского спорта. Во время турнира меня больше всего интересовало, как профессиональные игроки и тренеры помогают ребятишкам овладеть секретам и тонкостями футбола. В тот день с Ладой и Вячеславом Фетисовыми мы наблюдали, как проводили мастер-классы с юными игроками Ринат Дасаев и Георгий Ярцев. Вячеслав сказал:

– Свое мнение не навязываю, но Георгий Александрович мне нравится. Эмоций у него многовато, но, как знать, может быть, для игроков сборной это сейчас будет полезно.

Позже ходило много разговоров, что кандидатуру Ярцева мне навязали сверху, в частности, тогдашний министр внутренних дел России Б.В. Грызлов. Отвечаю сразу: мне советовали, но не навязывали, окончательный выбор оставался за мной. Борис Вячеславович действительно звонил по поводу Ярцева, они вместе гоняли в футбол на спортивной базе МЧС. Но разговор наш был примерно таким же, как и с Вячеславом Фетисовым.

– Еще не решили, кто сборную возглавит?

– Думаем.

– Я бы посоветовал присмотреться к Георгию Александровичу.

Вот и все. Другое дело, что по поводу проблем, возникших с футбольной командой «Динамо» из Санкт-Петербурга, шеф МВД выражал мне недовольство, считая, что ее якобы засуживают. К примеру, мол, ленинградцы забили чистый гол, а его почему-то не засчитали. Надо пересмотреть результат игры.

Звоню Николаю Левникову, судье международной и всесоюзной категорий, присутствовавшему на той игре:

– Николай Владиславович, твое мнение?

– Нормальная игра, закономерный результат. Что же касается того спорного эпизода с голом, честное слово, даже со стороны его нельзя квалифицировать однозначно.

Я так и ответил Грызлову.

Через какое-то время от него последовал еще один звонок: теперь якобы обидели динамовскую команду по мини- футболу, засчитали поражение в выигранном матче. Я попросил разобраться в происшедшем президента Российской ассоциации мини-футбола С.Н. Андреева. Тот был объективен: поражение записано честно, за команду играл игрок, фамилия которого не числилась в заявке.

Это к вопросу о давлении. Такие эпизоды были незначительной частью будничной работы футбольного руководителя, главными всегда были заботы о сборной, которую к тому времени возглавил Г. Ярцев. Команда под его руководством завоевала-таки путевки в финальную часть европейского первенства в Португалии, когда в это уже мало кто верил. Среди болельщиков началась эйфория. По этому поводу Ярцева даже принял Президент России.

Группа, с которой нам предстояло начинать турнир, была непростая. В нее вошли португальцы, испанцы и греки. Тогда даже специалисты не предполагали, что две команды из этой четверки разыграют «золото». Вначале свои шансы на дальнейшее продвижение к финальной игре мы оценивали как реальные.

Смятение в настроении команды и руководителей внес игрок сборной Александр Мостовой. Воспитанник школы ЦСКА, он успел поиграть за клубы Португалии, Франции, Испании, прекрасно знал соперников по подгруппе и после первого поражения сказал журналистам, что у русских нет шансов идти дальше.

Ярцев, человек, как мы говорили, эмоциональный, тотчас запаниковал:

– Вячеслав Иванович, у нас беда, казачок засланный, своим пессимизмом разлагает коллектив, я отстраняю его от игр.

Прогноз Мостового оказался правильным не только потому, что он изнутри знал характер и тонкости игры наших соперников. Главная причина неудач опять-таки заключалась в нас самих. Команда, разместившаяся в Португалии в прекрасных коттеджах, имевшая все условия для полноценных тренировок и отдыха, пребывала в курортном настроении, расслаблялась на полную катушку. Даже накануне игры с главным противником, португальцами, некоторые игроки сборной России сидели в баре, оттягивались на ночной дискотеке.

Что произошло потом? Как и всегда, критика в сторону Ярцева была переадресована исключительно в мой адрес. Проработкой в прессе на сей раздело не закончилось. Мне позвонил один из помощников Б. В. Грызлова, мой давнишний знакомый Валерий Воробьев:

– Как насчет чаю попить?

После чая Валера передал пожелание шефа:

– Он ждет, что ты в течение трех дней напишешь заявление об уходе.

– А какое отношение к спорту, в частности к работе РФС, имеет министр внутренних дел? Так дело не делается, Валера. Хочу объясниться с самим Грызловым.

– Он готов принять тебя хоть сегодня. А отношение ты сам должен понять, у серьезной организации всегда найдутся «доводы», были бы повод и желание.

Я поехал на прием к Борису Вячеславовичу.

Разговор с ним был коротким:

– Вы, господин Колосков, сколько лет работаете на этой ответственной должности, а никаких успехов не достигли.

Я начал было ему говорить, насколько сложно футбольное хозяйство страны и какие задачи тут уже решены, а какие еще предстоит решать, но Грызлов слушать этого не хотел, все свел только к делам сборной:

– И потом, учтите, вами недоволен не только я!

Он сказал это многозначительно, мол, догадывайтесь сами, кого я имею в виду.

– В конце года у нас отчетновыборная конференция. Если те, кто доверил мне этот пост, посчитают, что я не оправдал их надежды, то, конечно, уйду.

Грызлов ничего не ответил, но из его красноречивого молчания я сделал вывод: дело решенное!

После встречи с министром я зашел в Олимпийский комитет России к Леониду Тягачеву:

– Что, в верхах решается вопрос о моей отставке?

– Первый раз об этом слышу.

Тягачева я знал давно, он врать не умел.

Тот же вопрос задал Фетисову. Вячеслав ответил более дипломатично:

– Неудовлетворенность в твой адрес высказывается, но никаких указаний не было и нет, поверь.

В таком вот подвешенном состоянии я пробыл некоторое время, начал готовиться к отчетно-выборной конференции. Совершенно неожиданно для меня водин изтакихдней раздался телефонный звонок. Звонивший представился:

– Я Потанин. Вячеслав Иванович, не можете ли подъехать ко мне в офис?

С В. О. Потаниным мы до этого не общались, вежливо кивали друг другу при встречах на официальных мероприятиях, и не больше того. Я знал, что он дружен с бадминтоном, горными лыжами, а футболом особо не интересуется, лишь в последнее время, правда, стал появляться на стадионах. Поэтому вопрос, зачем пригласил меня один из известнейших предпринимателей и меценатов России, оставался неразгаданным до того самого момента, пока мы не уселись с ним за стол и не принялись пить чай с сушками и медом.

– Вячеслав Иванович, не хочу от вас ничего таить. Грызлов и Фетисов просят меня выставить свою кандидатуру на выборы президента Российского футбольного союза. Я ответил, что подумаю над этим предложением. Поэтому решил встретиться с вами. В принципе, если я займу эту должность, вы согласны стать вице-президентом, правой рукой?

Честно признаться, я растерялся и только после паузы ответил вопросом на вопрос:

– А зачем я вам?

– Я слишком далек от футбола. Я не смогу для него сделать столько, сколько сделали вы.

Я вновь замолчал. Владимир Олегович пояснил свою мысль:

– Я не люблю тех, кто ноет и ругает прошлое и настоящее, оправдывая этим свою несостоятельность. Вы не ныли. Может, я своеобразно, со своей, Так сказать, колокольни смотрю на футбол, но вижу вот что. Вы первым добились проведения коммерческих выездов и игр. Первые контакты с зарубежными партнерами установили тоже вы. И то, как и какие реорганизации провели в период развала страны, тоже достойно уважения.