Разные голоса Евгения Суркова

Разные голоса Евгения Суркова

Поработал я, и с интересом, в комиссии по драматургии Союза писателей, куда меня рекомендовал вместо себя драматург из «старшего поколения» — Борис Лавренев. За взбалмошность своего характера он был прозван острословами «бешеным огурцом», однако ко мне Лавренев был неизменно благосклонен.

Работая в комиссии Союза писателей, я познавал всю внутреннюю механику этого довольно громоздкого учреждения. Так, подошло время подводить какие-то итоги — то ли конец сезона, то ли что-то другое. Собрался народ. Я сделал доклад и мимоходом, не по основной теме, похвалил пьесу «Гости» Л. Зорина, появившуюся в том сезоне. Оказалось, что главная мысль пьесы — выявление у нас чуждой нам социальной среды, чиновничества, бюрократии — вызвала резкое осуждение Хрущева. Был дан сигнал, и на страницах «Советской культуры» появилась полоса, посвященная нашим выступлениям. Я говорю «нашим», потому что одновременно со мной были подвергнуты «порке» Константин Симонов и Борис Лавренев, также похвалившие пьесу. Меня утешали товарищи, говоря, что фраза из статьи: «Медвежью услугу родному искусству оказал А. Симуков» — не политическая формулировка, но мне было не легче! Полоса в «Советской культуре» была без подписи. По тогдашним меркам считалось, что это придает «выступлению газеты» большее значение. Мне же сказали, что писал ее мой друг Евгений Сурков.

Ах, Женя, Женя! Талантлив он был необычайно. Ораторы у нас известны: Луначарский, Алексей Сурков и Женя… Я слышал его доклад о Грибоедове. Ни разу не заглянув в бумажку, он произнес блестящую речь о значении Грибоедова для нашей литературы. Да, это был талант и вместе с тем фигура трагичнейшая!

У нас в Литературном институте он как-то читал доклад о «лишних» персонажах в драматургии А. Н. Островского — тоже блеск! Остроумно, точно. Я слышал его выступления на разных заседаниях, скажем, в Министерстве культуры СССР — тоже великолепно. Но, будучи по форме блестящим акафистом очередному правительственному установлению, в его выступлениях нередко звучала фальшь. Однажды в Союзе писателей А. А. Фадеев возмущался тем, что Евгений Сурков, быв в то время завлитом МХАТа, не ответил ему на письмо по поводу какой-то пьесы. И в это время со своим огромным портфелем, почти в собственный рост, в зал входит Женя. Он слышит инвективу Фадеева и с ходу начинает отвечать. Но как! В безукоризненной форме он намекает нам всем на известную слабость Фадеева — склонность к горячительным напиткам, что мешает тому сохранять память, что все было не так. То есть он буквально высек Фадеева на наших глазах и так интеллигентно, аккуратно. Какой оратор! Не случайно наша власть не оставляла его своим вниманием. Начал он с начальника реперткома, потом был во МХАТе, потом в газете, потом стал главным редактором журнала «Советское кино». Но всегда мы замечали: одно назначение, другое, новое повышение — и стоп! Некая планка не давала Жене подняться до уровня хотя бы замминистра, кем он по своим способностям вполне мог бы стать. Или слишком интеллигентным был, что ли? Потом прокол, от него не зависящий — дочь вышла замуж за иностранца и уехала с ним. Ну и что такого? А его все-таки с поста главного редактора сняли. Нельзя. Такое было время.

На что способен был Сурков, показывает его статья по поводу романа В. Кочетова[95] «Секретарь обкома». Не знаю уж, по какому случаю Сурков так разошелся, но прославленному Кочетову был нанесен удар, от которого он, по существу, уже не оправился. Сколько блеска, какая четкость мысли, чеканность формы в этом выступлении, полном негодования против всяческой фальши и спекуляции! Тут наш Женя вдруг заговорил своим, не чужим голосом.

Подобно мужчинам маленького роста, у Жени были гипертрофированные представления о своей роли в жизни, о своей неотразимости для женщин, на романы с которыми он пускался без разбору… Но мне всегда казалось, что его душа напоминает лунный пейзаж — кратеры и долины, полные необыкновенной красоты. Но все это неодухотворено, мертво.

Вдруг — известие о его смерти! А если разобраться, подготовкой к этому была вся его жизнь.

Однажды, когда Липа, его жена, ушла к приятельнице. Женя, накопивши изрядную порцию снотворного, заперся на кухне, заткнул все возможные щели, принял снотворное, открыл газ… Видно, тяжело ему было носить в себе все то, что накопилось в душе. Трагедия его заключалась в том, что огромные свои способности он не мог реализовать в том времени, в котором жил. Он носил в душе великий страх, пугался собственной тени… Он понимал, какие возможности заложила в нем природа — и необходимость скрывать их или направлять по ложному пути постоянно подтачивала его существо.

Газ и снотворное подействовали. Очевидно, суд над собой Евгений Сурков произвел жестокий, но справедливый. Он не хотел больше жить. Мир его праху!

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Два голоса

Из книги Воспоминания автора Мандельштам Надежда Яковлевна

Два голоса В понимании Андрея Белого очерк — очень широкая форма, куда входит решительно все, на чем нет клейма ненавистного бытового романа и вообще беллетристики. «С этой точки зрения, — сказал О. М., — „Разговор о Данте“ тоже очерк». Андрей Белый подтвердил.Мы


12. Разные задания — разные машины

Из книги Война в воздухе автора Шиуков Алексей Владимирович

12. Разные задания — разные машины Современные боевые самолеты отлично вооружены и. оборудованы всем необходимым для выполнения на войне самых разнообразных заданий.Это с них в неприятельском тылу ведут воздушную разведку, фотографируют, помогают своей артиллерии и


Ольга Суркова.

Из книги Сталкер. Литературная запись кинофильма. Выдержки и статьи. автора Тарковский Андрей

Ольга Суркова. Хроники Тарковского. «Сталкер» Дневниковые записи с


ЕВГЕНИЯ ГЕРЦЫК

Из книги Воспоминания о Максимилиане Волошине автора Волошин Максимилиан Александрович

ЕВГЕНИЯ ГЕРЦЫК Евгения Казимировна Герцык (Лубны-Герцык, 1878- 1944) - переводчица и критик. В ее книге "Воспоминания" (Париж, 1973) есть глава "Волошин", которая и публикуется в нашем сборнике. Текст - по указанному изданию.


ХАНАЕВА ЕВГЕНИЯ

Из книги Как уходили кумиры. Последние дни и часы народных любимцев автора Раззаков Федор

ХАНАЕВА ЕВГЕНИЯ ХАНАЕВА ЕВГЕНИЯ (артистка театра, кино: «Монолог» (1973), «Странные взрослые» (т/ф, 1974), «…И другие официальные лица» (1976), «Розыгрыш», «По семейным обстоятельствам» (т/ф), «Собственное мнение» (все – 1977), «Москва слезам не верит», «Старый Новый год» (т/ф) (оба –


Евгения СИМОНОВА

Из книги Досье на звезд: правда, домыслы, сенсации, 1962-1980 автора Раззаков Федор

Евгения СИМОНОВА Е. Симонова родилась 1 июня 1955 года в интеллигентной семье. Ее отец — Павел Васильевич Симонов — был крупным ученым-нейрофизиологом, мать — Ольга Сергеевна Вяземская (дочь известного историка Санкт-Петербурга Сергея Михайловича Вяземского) — работала


Евгения СИМОНОВА

Из книги Нежность автора Раззаков Федор

Евгения СИМОНОВА Первое серьезное чувство пришло к Симоновой в начале 70-х, когда она училась в Театральном училище имени Щукина (курс Ю. Катина-Ярцева). Именно там у нее случился роман с однокурсником Юрием Васильевым. Роман продолжался в течение двух лет, и дело явно шло к


Евгения КОРОБКОВА

Из книги «Я все оставила для слова…» автора Некрасова Ксения Александровна

Евгения КОРОБКОВА Необыкновенный всплеск интереса к творчеству Ксении Некрасовой (1912–1958), не утихающий по сей день, начался после ее смерти. Сегодня поэтессу именуют «великой юродивой», «матушкой русского верлибра». И все же широкому читателю ее имя неизвестно.Очевидны


Разные фронты и разные командующие

Из книги Дальняя бомбардировочная... автора Голованов Александр Евгеньевич

Разные фронты и разные командующие Боевая активность частей и соединений АДД все нарастала. В июле мы сделали 4557 самолето-вылетов, а в августе — уже 6112. При этом следует отметить, что в августе 94 процента всех вылетов было проведено для обеспечения боевой деятельности


ГОЛОСА

Из книги Мне скучно без Довлатова автора Рейн Евгений Борисович

ГОЛОСА Однажды летней ночью в Ленинграде я ночевал в Михайловском театре, сейчас, как это было, объясню: в ту пору у меня кипела дружба с одной девицей со второго курса графического факультета ЛХА. Другой ее дружок был декоратор того, что называют Малым театром, вернее —


Глава 4 Евгения

Из книги Василий Аксенов. Сентиментальное путешествие [litres] автора Петров Дмитрий Павлович

Глава 4 Евгения 1 Чтоб открыть тяжкую дверь подъезда НКВД, мало было физического усилия. Ужас и гнетущее ожидание сковывали движения. За спиной был последний поцелуй и прощальный взгляд мужа. И в дальнем прошлом – уютный дом, Леша, Майя, Вася… «Няня, возьмите


Евгения Николаевна

Из книги Удивление перед жизнью автора Розов Виктор Сергеевич

Евгения Николаевна Я звоню из Ялты Евгении Николаевне в Москву. Занято, занято, занято… Телефон, что ли, черт его побери, там испорчен, весь день одни короткие гудки. Сую пятиалтынный обратно в карман. Позвоню завтра, авось повезет. И завтра в девять утра набираю номер. Ого,


Евгения Николаевна

Из книги Удивление перед жизнью. Воспоминания автора Розов Виктор Сергеевич

Евгения Николаевна Я звоню из Ялты Евгении Николаевне в Москву. Занято, занято, занято… Телефон, что ли, черт его побери, там испорчен, весь день одни короткие гудки. Сую пятиалтынный обратно в карман. Позвоню завтра, авось повезет. И завтра в девять утра набираю номер. Ого,


8. Разные воспоминания — разные участки мозга

Из книги Никола Тесла автора Надеждин Николай Яковлевич

8. Разные воспоминания — разные участки мозга О Галле см.: A. Harrington, Medicine, Mind, and the Double Brain: A Study in Nineteenth-Century Thought (Princeton, N. J.: Princeton University Press, 1987) и R. M. Young, Mind, Brain and Adaptation in the 19th Century (Oxford: Clarendon Press, 1970).Публикация Брока 1864 года, в которой было показано, что левое полушарие управляет


61. Голоса

Из книги автора

61. Голоса В судьбе Николы Теслы много необычного.Он, к примеру, всю жизнь очень мало спал. Ему хватало двух часов сна в сутки. Причём этот режим он соблюдал с детства. Ложился очень поздно, пару часов перед сном читал, потом засыпал и пробуждался очень рано. Ночами он страдал