1852. В опале

1852. В опале

Авдотья Яковлевна Панаева:

В 1852 году, вскоре после смерти Гоголя, Тургенева посадили в часть за то, что он напечатал в Москве маленькую статейку о Гоголе, которую цензор не пропустил в Петербурге. От высшего начальства дано было приказание ничего не пропускать о Гоголе, вследствие того, что в Москве на похоронах Гоголя собралась масса народу и присутствовали официальные особы. В то время строго смотрели, чтобы литераторам не оказывали особенных почестей.

Тургенев был в отчаянии, когда запретили его статейку, и говорил Некрасову и Панаеву, что пошлет ее в Москву.

Панаев не советовал ему этого делать, потому что и так Тургенев был на замечании вследствие того, что носил траур по Гоголю и, делая визиты своим светским знакомым, слишком либерально осуждал петербургское общество в равнодушии к такой потере, как Гоголь, и читал свою статейку, которую носил с собой всюду. Эта статейка была уже перечеркнута красными чернилами цензора. Когда Панаев упрашивал Тургенева быть осторожным, то он на это ответил: «За Гоголя я готов сидеть в крепости».

Вероятно, эту фразу он повторил еще где-нибудь, потому что Л. В. Дубельт, встретясь на вечере в одном доме с Панаевым, с своей улыбкой сказал ему: «Одному из сотрудников вашего журнала хотелось посидеть в крепости, но его лишили этого удовольствия».

Кн. А. Орлов. Из доклада императору Николаю I:

Я полагал бы пригласить Тургенева в 3-е отделение соб. е. и. в. канцелярии, а Боткина и Феоктистова к московскому военному генерал-губернатору, сделать им внушение, предупредив их, что правительство обратило на них внимание, и учредить за ними секретное наблюдение.

Николай I. Резолюция на докладе Орлова:

Полагаю, этого мало, за явное ослушание посадить его на месяц под арест и выслать на жительство на родину под присмотр, а с другими поступить предоставить г. Закревскому распорядиться по мере их вины.

Александр Васильевич Никитенко (1805–1877), историк литературы, профессор Петербургского университета, цензор. Из дневника:

Вчера Тургенев, автор «Записок охотника», по высочайшему повелению посажен на съезжую за статью, напечатанную им о Гоголе в «Московских Ведомостях», где Гоголь назван великим. Тургенева велено продержать на съезжей месяц, а потом выслать из столицы в деревню под надзор полиции. Сейчас я встретился с Языковым, который говорил мне, что был у Тургенева. Последний действительно сидит в настоящей съезженской тюрьме, но здоров и спокоен. – «Я спокоен, – сказал он Языкову, – потому что не мучаюсь неизвестностью. Мне сказано все, чему я должен подвергнуться, и я уже не опасаюсь, что меня будут истязать» и т. п.

Иван Сергеевич Тургенев. Из письма Полине Виардо:

Я арестован при полиции, по приказанию государя, за то что напечатал в одном московском журнале статью, несколько строк о Гоголе. Это, конечно, только предлог, статья сама по себе совершенно ничтожна. На меня уже давно косились. Придрались к первому подвернувшемуся случаю… Желали положить конец всему, что говорилось о смерти Гоголя, и не преминули в то же время наложить запрещение на мою литературную деятельность.

Через 15 дней меня отправят в деревню, где я должен остаться до нового распоряжения. Все это не очень весело, как вы видите; все-таки я должен сказать, что со мной поступают очень милостиво; у меня хорошая комната, книги; я имею возможность писать. В первые дни я мог даже видеться с людьми. Теперь это запрещено, потому что их приходило очень много…

Наложили также печати на мои бумаги или, лучше сказать, запечатали дверь моей квартиры и открыли десять дней спустя, ничего не тронув. Вероятно, знали, что там нет ничего запрещенного.

Александр Васильевич Никитенко. Из дневника:

Он с большой похвалой отзывается о вежливом, даже почтительном обращении с ним полиции… Частный пристав просто удивил его своей гуманностью. Он из воровской тюрьмы перевел его в чистую, светлую и просторную горницу.

Иван Сергеевич Тургенев. Из письма Г. Флоберу:

Камера была маленькая, жара удушливая. Два раза в день я переносил 104 карты (две игры), по одной, с одного конца комнаты на другой. Это составляло 208 концов – 416 в день – каждый конец по 8 шагов – составляет более 3 300 шагов, или около 2 километров. В тот день, когда я так не проминался, у меня вся кровь бросалась в голову.

Иван Сергеевич Тургенев. В записи мемуариста О. В.:

Мне позволено было раз в день прогуливаться по тесному двору, но и там меня сторожил огромный унтер-офицер; я было пробовал заискивать в нем, подходил с улыбкой: ну, ничего не берет – ни ответа, ни привета. Это был старый, рослый, широкоплечий солдат; лицо суровое, неподвижное: видно было, что ни лаской ни деньгами ничего не добьешься и подкупить невозможно.

Мария Николаевна Толстая (1830–1912), сестра Л. Н. Толстого:

Он очень просто и незлобно рассказывал о недолгом своем пребывании на съезжей в Петербурге, предшествовавшем его высылке в Спасское. Вспоминал, что очень многие лица в городе были не менее его самого удивлены такой странной карой, наложенной на уже известного писателя, а еще больше поводом к ней. Кроме друзей и знакомых, к нему или с расспросами о нем собиралось в части многочисленное общество. Узенькая улица, на которую она выходила, была заставлена экипажами, и наконец был прислан особый пост для установки и скорейшего пропуска экипажей, так как полицмейстер узнал, что государь Николай Павлович очень недоволен общественным участием и общими симпатиями к арестованному.

Александр Васильевич Никитенко. Из дневника:

У Тургенева в его заточении были такие многочисленные съезды знакомых, что наконец сочли нужным запретить приятелям навещать его.

Авдотья Яковлевна Панаева:

Мне арест Тургенева доставил также много хозяйственных хлопот. Тургенев просил Панаева, чтобы он присылал ему обед, так как не может есть обедов из ресторана. И пока он, если не ошибаюсь, три недели сидел в части, я должна была заботиться, чтобы в назначенный час ему был послан обед.

Мария Николаевна Толстая:

Одна тяжелая подробность этих дней сохранилась в его памяти: ужасное соседство его комнаты с экзекуционной, где секли присылаемых владельцами на съезжую провинившихся крепостных слуг. Написавший «Записки охотника» принужден был с отвращением и содроганием слушать хлест розг и крики секомых.

Эдмон Гонкур. Из дневника:

2 марта 1872. <…> Он рассказывает, как после издания «Записок охотника» ему пришлось месяц просидеть в тюрьме, причем камерой служил архив полицейского участка, и он мог вволю порыться в секретных делах. Штрихами художника и романиста он рисует начальника полиции; однажды, когда Тургенев напоил его шампанским, тот воскликнул, взяв писателя за локоть и поднимая бокал: «За Робеспьера!»

С.-Петербургский обер-полицмейстер. № 399. Секретно. Господину Начальнику Орловской губернии. 22 мая 1852 г.:

В феврале месяце жительствовавший в С.-Петербурге помещик Орловской губернии Иван Тургенев написал статью об умершем в Москве литераторе Гоголе и желал поместить ее в «С.-Петербургских Ведомостях». Как Тургенев в этой статье отзывался о Гоголе в выражениях через меру пышных, то попечитель С.-Петербургского Учебного Округа не дозволил ее напечатать. Тургенев, вместо того чтобы покориться решению начальствующего лица, отправил статью свою в Москву, и там, при содействии Почетного Гражданина Боткина и кандидата Феоктистова, напечатал статью в «Московских Ведомостях».

Государь Император на всеподданнейшем докладе о сем г. Генерал-Адъютанта графа Орлова собственноручно написать изволил: «За явное ослушание посадить его (Тургенева) на месяц под арест и выслать на жительство на родину, под присмотр»…

Во исполнение таковой Монаршей воли… я выслал его из С.-Петербурга 18-го сего мая на родину в Орловскую губернию, с обязанием подпискою ехать туда, нигде не проживая, и о том долгом считаю уведомить Ваше Превосходительство.

Иван Сергеевич Тургенев. Из письма С. Т., И. С. и К. С. Аксаковым. Спасское-Лутовиново, 6 (18) июня 1852 г.:

Здесь я еще пока ничего не делаю – вдыхаю целой грудью деревенский воздух – читаю Гоголя – и только. А, сказать между нами, я рад, что высидел месяц в части; мне удалось там взглянуть на русского человека со стороны, которая была мне мало знакома до тех пор.

Мария Николаевна Толстая:

Мы очень сошлись с Тургеневым, когда он, сосланный, жил в Спасском, всего в 18 верстах от нашего Покровского, и ежедневно к нам приезжал. Он уверял даже, что ездит к нам с трепетом, с чувством виноватости перед запрещенным, так как Покровское было в Чернском уезде, а он не должен был выезжать из пределов Мценского, и местная полиция обязана была иметь постоянный надзор за этим невыездом и над его занятиями и поведением.

Но рассуждал он так в шутку. Иван Сергеевич сам и уморительно представлял нам, как раз в месяц ему докладывали, что «становой в передней. Приехал для сыску». Иногда он его отпускал тут же, даже не показавшись ему на глаза; иногда по забывчивости, занятости или отлучке задерживал. Потом пленник вспомнит и, извинившись, вышлет грозному тюремщику 10 рублей. Добродушный представитель полицейской власти немедленно удалялся, несколько раз с поклонами пожелав «продолжения его благополучию и успехов во всех желаниях и начинаниях». Первому не очень-то сочувствовал я, смеясь, добавлял Тургенев, а второму, вероятно, посылавшие его!

Евгений Михайлович Феоктистов:

Некоторые из его писем сохранились у меня. Из них видно, между прочим, как не правы те, которые, говоря о нем после его кончины, старались изобразить в самом мрачном свете изгнание, которому он подвергся. «Я должен сказать, – писал он (от 27 декабря 1852 года), – что мое пребывание в деревне не только не кажется мне тягостным, но я нахожу его весьма даже полезным; я никогда так много и так легко не работал как теперь». А в другом его письме (от 6 марта 1853 г.) находятся следующие строки: «Клянусь вам честью, вы напрасно думаете, что я скучаю в деревне. Неужели бы я вам этого не сказал? Я очень много работаю и притом я не один; я даже рад, что я здесь, а не в Петербурге. Прошедшее не повторяется и – кто знает – оно, может быть, исказилось. Притом надо и честь знать, пора отдохнуть, пора стать на ноги. Я не даром состарился, – я успокоился и теперь гораздо меньшего требую от жизни, гораздо большего от самого себя. Итак, уже я довольно поистратился, пора собрать последние гроши, а то, пожалуй, нечем будет жить под старость. Нет, повторяю, я совсем доволен своим пребыванием в деревне».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

1852

Из книги Берлиоз автора Теодор-Валенси

1852 I 1 января, когда империя фактически была реставрирована, но еще не восстановлена законно, принц-президент, с торжественной набожностью преклонив колени в соборе Парижской богоматери, прослушал «Те Deum». Надежды Гектора были разбиты – музыка принадлежала не ему.После


1852 ГОД

Из книги Хронология жизни Н. В. Гоголя автора Гоголь Николай Васильевич

1852 ГОД 1 января.Л. И. Арнольди у Гоголя, который сообщает, что второй том «Мертвых душ» совершенно окончен.Л. И. Арнольди, стр. 93.4 января.И. С. Аксаков пишет И. С. Тургеневу, что «Гоголь постоянно и много работает и печатает второе издание своих сочинений с прибавкою и 5-го, новою


ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ В ОПАЛЕ

Из книги Суворов автора Михайлов Олег Николаевич

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ В ОПАЛЕ Дайте волю быстроте розлива моего духа, благомудро исправьте шлюз… Истинно не могу утолить пожара в душе моей. Запись Суворова 1 Сомнения нет, что за свое короткое, едва пятилетнее царствование Павел I совершил великое множество


В опале

Из книги Вольф Мессинг. Драма жизни великого гипнотизера автора Димова Надежда

В опале И вот 1 сентября 1939 года немецкая армия на мотоциклах и бронированных машинах вторглась на территорию Польши. Через месяц вся небольшая страна была полностью оккупирована. В это время наш герой находился в родном местечке Гура-Кальвария, где проживали его отец и


VII (1852)

Из книги Былое и думы. (Автобиографическое сочинение) автора Герцен Александр Иванович

VII (1852) Снова наступал Новый год. Мы его встретили около постели Natalie, наконец, организм не вынес, она слегла.Энгельсоны, Фогт, человека два близких знакомых были у нас. Все были печальны. Парижское второе декабря лежало плитой на груди. Общее, частное — все неслось куда-то в


В опале у Сталина

Из книги Лжесвидетельства. Фальсификации. Компромат автора Зенькович Николай Александрович

В опале у Сталина Серго Микоян:— Как-то они с Молотовым отправились отдыхать на юг, где в то время находился и Сталин. Пошли к нему в гости. Сидят, обедают. Вдруг сталинский помощник Поскребышев говорит: «Товарищ Сталин, пока вы здесь отдыхали, Молотов с Микояном против вас


Глава 9 В опале, или «Гробовые» бриллианты

Из книги Другой Аркадий Райкин. Темная сторона биографии знаменитого сатирика автора Раззаков Федор

Глава 9 В опале, или «Гробовые» бриллианты Минуло всего две недели после премьеры «Аркадия Райкина», как на самом «верху» началось нервное движение. Возникло оно после того, как кто-то из членов Политбюро, посмотрев картину у себя на даче, нашел в ней весьма существенный


А. И. Воронцов-Дашков Екатерина Дашкова: Жизнь во власти и в опале

Из книги Екатерина Дашкова: Жизнь во власти и в опале автора Воронцов-Дашков Александр Илларионович

А. И. Воронцов-Дашков Екатерина Дашкова: Жизнь во власти и в опале Моей семье ОТ АВТОРА Я хочу выразить благодарность многим ученым, архивистам и библиотекарям из России, Украины, Франции, Англии, Ирландии и США, которые долгие годы помогали мне в исследованиях. Никто не


ПОД ПОДОЗРЕНИЕМ, В ОПАЛЕ

Из книги Баженов автора Пигалев Вадим Алексеевич

ПОД ПОДОЗРЕНИЕМ, В ОПАЛЕ Все шло наперекосяк. Здоровье пошаливало. А тут еще затянувшаяся тяжба с богатым и своенравным П. А. Демидовым. Выполняя его заказы, связанные с проектированием новых строений, Баженов занял 10 тысяч рублей. По устной договоренности — долг


1846-1852

Из книги История моей жизни и моих странствий автора Шипов Николай

1846-1852 Я занимался разными коммерческими оборотами. Купил себе в Херсоне небольшой домик. Главная моя забота теперь состояла в том: что делать со старшим сыном, который хоть и хорошо учился в Арзамасском уездном училище, но взят был из 2-го класса. Отдать его в ремесленную


22. Лондон, 1852

Из книги Карл Маркс. Любовь и Капитал. Биография личной жизни автора Габриэл Мэри

22. Лондон, 1852 Люди сами делают свою историю, но они ее делают не так, как им вздумается, при обстоятельствах, которые не сами они выбрали, а которые непосредственно имеются налицо, даны им и перешли от прошлого. Карл Маркс {1} [45] Энгельс был весьма прилежен, работая на


В опале

Из книги Колумб автора Ревзин Григорий Исаакович

В опале Стремление королей удержать Колумба вдали от Индий подсказывалось им несложными соображениями. Теперь, когда проложенный Колумбом путь был уже хорошо изучен, дальнейшие разведки могли с успехом выполнять рядовые капитаны, принимавшие участие в трех экспедициях


Глава 3 В ЦАРСКОЙ ОПАЛЕ

Из книги Патриарх Филарет. Тень за троном автора Богданов Андрей Петрович

Глава 3 В ЦАРСКОЙ ОПАЛЕ Описывая состояние русского общества на плавном переходе от Великого разорения к Смуте, историки-материалисты обращали особое внимание на закрепощение крестьян и усугубление рабства холопов; на ужасающий голод, когда озверевшие люди в буквальном


МОЛОТОВ В ОПАЛЕ

Из книги Окружение Сталина автора Медведев Рой Александрович

МОЛОТОВ В ОПАЛЕ В 1949 году Сталин часто и подолгу болел и при решении проблем, не терпящих отлагательства, его заменял Молотов, конечно, консультируясь с другими членами политбюро. Когда в декабре 1949 года отмечалось 70-летие Сталина и каждый из членов политбюро должен был


В ОПАЛЕ

Из книги автора

В ОПАЛЕ Несмотря на предрешенный отъезд из Москвы, Лазарю Моисеевичу выделили квартиру в новом доме, построенном для работников Совета Министров. Вселившаяся в тот же дом М. П. Гвоздарева, идя утром из булочной, увидела, как разгружают фургон с мебелью — поразительно