На волжских берегах

На волжских берегах

В Сталинграде мы провели больше месяца. Теплая погода благоприятствовала работе на открытом воздухе. Опытные прорабы учили нас строительному мастерству. Мы получали приличное по тем временам вознаграждение. Свободное время посвящали знакомству с многострадальным городом. Хотя прошло восемь лет с окончания войны, много встречалось развалин и пустырей[74]. Нам город показался не очень удобным для проживания. На десятки километров вдоль Волги вытянулась узкая застройка. Значительная часть выходов к берегам реки была занята хаотическими промышленными зонами. Как будущие градостроители, мы уже могли дать профессиональную оценку этому явлению. Коммерческая выгода дешевых транспортных перевозок по водной артерии оказалась важнее интересов и здоровья горожан. Строительство в те годы, как правило, осуществлялось с помощью дармовой рабочей силы. Это была целая «армия» заключенных. Поэтому многие площадки обносились колючей проволокой и строго охранялись.

Практика проходила на территории женского лагеря. Нам выдали специальные пропуска. Перед нашим неискушенным взором нестройной серой массой взад и вперед передвигались группы несчастных женщин. Мы успели подружиться с некоторыми конвоирами. Среди них было много безусых новобранцев, еще не успевших очерстветь от превратностей жизни. Они с сочувствием говорили, что единственное преступление большинства заключенных – мелкое воровство. Политических среди них не было. Они находились в более суровых условиях, в отдаленных населенных пунктах. Был случай, когда мы с Ильей случайно оказались в женском окружении. На тюремном жаргоне посыпались непристойные намеки интимного характера. Некоторые откровенно выражали свою естественную неудовлетворенность, демонстративно обнажая чувственные участки тела. Пришедшие конвоиры быстро навели порядок. Мы пожелали бедным женщинам скорейшего освобождения и воссоединения с близкими.

В Москву мы возвратились в разгар лета, довольные результатами последней учебной практики. Илье, как хроническому астматику, выделили путевку на лечение в Крым. Небольшая компания сокурсников также собралась провести остаток летних каникул на благодатном полуострове. В Гурзуфе, на берегу моря, размещался студенческий лагерь. Я, не задумываясь, ухватился за эту возможность. Вспомнил Наталку-Полтавку и наши планы на лето 41-го года… Все тогда рухнуло в одночасье. И только через двенадцать лет преодоления крутых ступеней жизни мечта стала реальностью.

Дориту очень огорчил мой отъезд. Я не решился пригласить ее с собой. Ее родные, воспитанные в традициях высокой морали прошлого, могли это неправильно понять.