Глава 34

Глава 34

В ближайшую ночь Котельников и Бронзов в сопровождении взвода автоматчиков вторично посетили дом мельника. Как им ни было совестно за предыдущее появление, пришлось, тем не менее, выполнить свой долг.

Непрошенные гости извинились за поздний приход и беспокойство, а особенно за предыдущее ночное посещение. Объяснили, что их поведение было вызвано отсутствием достоверных сведений.

– Тогда мы были неправы, – признался Котельников. – Но сейчас с полным основанием могу напомнить старую пословицу: «нет худа без добра»… Мы бы тогда не познакомились. Сейчас поймёте, почему мы снова к вам пожаловали. Причина серьёзная! Пожалуйста, выслушайте нас внимательно!

У нас важное предложение – но о том, что мы вам скажем, будете знать только вы и ваша дочь Женя, которая передаст это Анатолию Ивановичу. Больше не должна знать ни одна душа! Вы поняли?

– Да, поняли.

– А я постараюсь изложить как можно короче! – торопливо произнёс Котельников. – Значит, было это перед самым побегом Анатолия Ивановича из леса. Тогда у нас в дикой спешке состоялся разговор по поводу находящейся у вас малышки, которую вы днём прячете от фашистов на чердаке. Прежде всего, вы рискуете! Из-за этого может пострадать вся ваша семья. Вопрос исключительно серьёзный! Вокруг вас фашисты. От них всего можно ожидать. А пришли мы потому, что наша группа уходит отсюда.

– Совсем уходите?

– Сейчас – да. Поступил такой приказ от командования. Потому мы и пришли сказать то, что вы должны сообщить уже завтра утром Жене для передачи Анатолию Ивановичу. Теперь главное! В район расположения нашей бригады, куда мы отправляемся, по ночам прилетает из Москвы советский транспортный самолёт. Обратно в Москву он увозит раненых партизан и нередко тяжело больных граждан. Этим самолётом мы намерены отправить в Москву укрывающуюся у вас маленькую девочку в сопровождении девушки, скрывающейся от фашистов. Где она находится, Анатолий Иванович знает. Эта девушка должна уже завтра прийти сюда. Также, пожалуйста, не забудьте сообщить Анатолию Ивановичу, что мы можем взять с собой и отправить тем же самолётом сбитого немцами английского лётчика. Вы поняли наши намерения? Это единственный шанс спасти всех троих! Стало быть, всех троих мы заберём с собой и при первой же возможности отправим в Москву. Как вам поступить, должен решить Анатолий Иванович. Если не согласится на наше предложение, тогда мы уйдем без них. У меня всё! Повторяю, что уже завтра ночью все трое должны быть здесь, и тогда мы их увезём с собой. И ещё! Мы можем задержаться на сутки. Самое большее, на двое!

Старики заверили:

– Завтра утром всё, что вы сейчас сказали, передадим дочери для передачи Анатолию. Мы всё поняли!

– Я тоже военный врач, – заявил Бронзов. – И комиссар группы. Если что-то вам непонятно, скажите! Могу добавить, что с Анатолием Ивановичем мы друзья с юношеских лет.

– Мы всё поняли и всё передадим. Трудно нам будет расстаться с Марочкой. Привыкли к ней, как к родной. Но, видно, всё же придётся. Постоянно пребывать в напряжении опасно. Это мы понимаем.

– Ничего не поделаешь. Сами видите, что вокруг творится. Мы хотим протянуть руку помощи. Это наш священный долг.

Котельников дополнил:

– Повторяю, поскольку это очень важно! Слово за Анатолием Ивановичем. Как он решит, так и будет. Завтра ночью мы будем здесь, чтобы всех забрать. Если вдруг не удастся собрать всю тройку, то мы появимся в то же самое время послезавтра. Вряд ли такой случай ещё может вам представиться.

– Да, конечно, – согласился мельник, – передадим ваши пожелания.

– Ещё хочу добавить, – произнёс командир группы, – будьте осторожны с вашим соседом… горбатым!

– Спасибо, – заметил мельник. – Знаем, на что он способен. Ещё раз вам большое спасибо.

Однако ни завтра, ни послезавтра, а лишь в четвёртую ночь все названные лица были в сборе. Не просто оказалось с доставкой англичанина, высоченного роста, тощего, всё время молчавшего, не знавшего русского языка. Но никто в группе не владел английским! Отчасти выручал немецкий Котельникова.

Хозяйка и мельник наготовили в дорогу продукты: лепёшки, крутые яйца, нарезанных кусками жареных цыплят, что – то ещё в свёртках и даже бутыль с колодезной водой. На случай дождя было приготовлено рядно.

Прощались со слезами.