Глава четвёртая Практика

Глава четвёртая

Практика

Учёные, в особенности когда они покидают поле своей непосредственной специализации, оказываются такими же обычными, упрямыми и неразумными людьми, как и все остальные, а необычайно высокий интеллект лишь делает их предубеждения значительно более опасными, ибо даёт возможность облекать их в чрезвычайно гладкие и возвышенно звучащие рассуждения.

Г. Ю. Айзенк. Смысл и бессмысленность в психологии

Теоретическая физика приобретает всё более и более оккультный характер, радостно ниспровергая все ранее незыблемые законы природы и обращаясь к таким сверхъестественным понятиям, как дыры в пространстве, негативная масса и даже текущее вспять время… Величайшие физики… ощупью движутся в сторону синтеза физики и парапсихологии.

Артур Кестлер. Корни совпадения

В том виде, в котором она существует сегодня, алхимия, как мы уже говорили, функционирует на трёх различных уровнях, или, если угодно, в виде трёх определённых школ. Одна из них придерживается мнения, что алхимия представляет собой чисто психодуховное явление, а лабораторные исследования и эксперименты — всего лишь замысловатое, но бессмысленное заблуждение. Эта школа наряду с современным западным оккультизмом часто включает некую разновидность духовной алхимии, выступающей в одеяниях сексуальной магии или тантризма или продвинутых йогических техник направлений Шакти и кундалини. В этой системе различные биологические жидкости тела — некоторые из которых, как утверждается, ещё не открыты ортодоксальной наукой — фактически исполняют роли тех или иных веществ, участвующих в алхимическом процессе.

Ил. 10. Химические символы.

1. Сурьма. 2. Азотная кислота. 3. Мышьяк. 4. Кальций.

5. Уголь. 6. Медь. 7. Огонь. 8. Золото. 9. Железо.

10. Ртуть. 11. Углекислый калий (поташ). 12. Серебро. 13. Сера.

14. Олово. 15. Купорос. 16. Цинк

Посредством медитаций в определённых позах и используя половой акт исключительно как технику генерации энергии, индивидуум претерпевает физиологическую и интеллектуальную трансмутацию, и благодаря ей поднимается до Высшего Просветления. Поскольку большинство традиционных алхимиков работали в одиночестве, предположение, что на самом деле алхимия представляла собой всего лишь аллегорическую форму этих восточных практик, оказывается несостоятельным. Однако следует признать, что некоторые алхимики действительно работали в сотрудничестве с женщиной-партнёром, которая традиционно именовалась soror mystica (тайная сестра). Супруга Фламеля, Пернелла, судя по всему, исполняла именно такую роль. Тем не менее в истории Фламеля нет никаких указаний на то, что они с женой использовали сексуальную магию в какой бы то ни было форме.

Вторая дожившая до наших дней школа алхимии занимается именно физической стороной дисциплины, но делает акцент на производстве целебных терапевтических тинктур гомеопатическими методами — как, например, в Швейцарском кроулианском обществе, у Арчибальда Кокрена и в Солт-Лейк-Сити, у Брата Альберта. (В своих работах Альберт намекает, что осведомлён о тайнах металлической алхимии, однако же предоставляет своим ученикам самостоятельно ставить опыты с растительными тинктурами и, возможно, искать собственный путь в царство металлов.)

Третья школа обращается к доисторической и средневековой традициям лабораторной алхимии и работает с солями и металлами, ставя себе целью получение Философского камня и эликсира. Эта последняя школа отнюдь не оставляет без внимания философские и религиозные изыскания алхимиков прошлого, включая таким образом в свою доктрину некоторые элементы первой школы. В то же время она, как и вторая, поддерживает и применяет гомеопатические методы, полагая, что каждое вещество обладает «душой», или «сущностью», которую можно каким-то образом извлечь и сконцентрировать.

Именно об этой последней, и, с моей точки зрения, самой важной, школе у нас и пойдёт речь в этой части книги, поскольку она соединяет истинный дух традиционной алхимии с лучшим, что есть во всех трёх алхимических «мирах».

Как сказал мне известный оккультист Уолтер Лэнг, несмотря на то что металлическая алхимия и попытки создать золото в течение ста или более лет находились вне закона, это отнюдь не отменяет одного весьма важного момента: предполагаемые Высшие Силы, по всей вероятности, допустили и санкционировали открытие информации, которую можно использовать для создания нового альтернативного типа медицины, подразумевающего использование «натуральных» ингредиентов в концентрированной форме и отказ от более грубых и механических методов медицины конвенциональной и аллотропической.

Вот что пишет по этому поводу Лэнг:

«Тысячелетняя история народной медицины и несколько сотен лет научного прогресса, судя по всему, подтверждают идею о том, то Природа содержит специфические средства восстановления гармонии искажённого человеческого духа.

Аллопатия вполне может работать на базовом уровне, гомеопатия — на втором этаже, а алхимия — на уровне громоотвода на крыше.

Если эта новая, хотя и насчитывающая тысячелетия наука медицинской алхимии действительно обретёт второе рождение, она неизбежно выработает новый подход к древним тайным методам извлечения „души веществ“. Радикально новое и кажущаяся в настоящее время невероятной materia medica прошлого встанут плечом к плечу.

Если врата алхимии сейчас вновь готовы открыться, мне думается, они будут вести не в подвал с сокровищами, а в приёмную врача-гностика».

Лэнг не отвергает полностью концепцию физической трансмутации, равно как и идею Философского камня.

«До недавнего времени физика и химия отвергали средневековые данные о трансмутации на одном простом основании. Сейчас известно, что трансмутация подразумевает распад атомного ядра, осуществить который невозможно без минимума технологий, разработанных в рамках Манхэттенского проекта. Деление атомного ядра в 1280 году представляет собой явный и несомненный абсурд.

Однако также недавно появилась и новая идея, которую стоит рассмотреть хотя бы в теоретическом разрезе. Она гласит, что трансмутация в принципе возможна за счёт изменения уровня орбитальных электронов, вообще никак не задействуя ядро. Может быть, именно это и делали „философы“ в течение трех тысяч лет по всему миру и пятисот лет — в Европе?»

Именно об этом говорил человек, которого Жак Бержье принял за Фулканелли, в 1937 году — задолго до Манхэттенского проекта!

В книге «Алхимики и золото» Жак Садуль рассказывает о любопытном эксперименте с обычными курами. Им давали корм, в котором вообще не было кальция, зато содержались большие дозы слюды (силикат алюминия и калия). Чтобы строить скорлупу яйца, организму курицы нужен кальций, а его нет. И тем не менее, они каким-то образом умудрялись откладывать яйца с нормальной кальциевой скорлупой. Исследования показали, что куры занялись практической алхимией и трансмутировали калий (K = 19) и ионы водорода (H = 1) в кальций (Ca = 20).

Подробное объяснение особенностей алхимических практик не входило в мои задачи при написании этой книги, однако дать общий очерк символизма, теории и процесса Великого Делания мне представляется необходимым — хотя бы для того, чтобы рассмотрение работ Фулканелли и комментарии к ним, которые читатель найдёт в следующей главе, не были им неправильно поняты.

Чтобы начать понимать алхимию, сущностно важно помнить о том, что истинное Герметическое искусство есть занятие одновременно физическое и духовное. Любые попытки проанализировать алхимический процесс с позиций ортодоксальной химии будут не более полезны для нашего дела, чем понимание Делания в исключительно духовном ключе. Эти два начала дополняют друг друга в неразрывном переплетении сил, и ни одно не является полноценным без другого.

Приведённых ранее примеров трансмутаций, описаний оборудования, материалов и процедур, данных в алхимических текстах, вполне достаточно, чтобы составить себе хотя бы приблизительное представление о физической стороне алхимии. Точно так же и её духовные аспекты можно постичь по многочисленным аллюзиям на различные мистические, религиозные и философские системы, которые, в свою очередь, можно найти в стандартных работах по этому предмету и в не подлежащих сомнению связях алхимии с доктринами тайных обществ, практической магией и духовными школами — такими, например, как Путь суфиев.

Ранее мы уже отмечали, что алхимики обычно начинали с рассуждений о четырёх основных стихиях — Огне, Земле, Воде и Воздухе. Эти стихии обладали соответствующими качествами — Огонь был сух и горяч; Земля — суха и холодна; Вода — влажна и холодна; Воздух — горяч и влажен. В общем виде ход алхимической мысли можно выразить так: всё, что нужно, чтобы превратить один элемент в другой, это изменить одно из его основных качеств. То есть если, к примеру, огню позволить погаснуть и утратить своё качество жара, он превратится в землю (сухую и холодную) в форме пепла. Точно так же и вода (холодная и влажная) при нагревании превращается в воздух (горячий и влажный) в форме водяных паров.

Нагревая и охлаждая, высушивая и расплавляя любое выбранное для работы вещество бесконечное количество раз, алхимики верили, что смогут изменить его свойства или базовые характеристики. Никто ещё не дал удовлетворительного объяснения необходимости всех этих повторений. Но, возможно, таким образом алхимики пытались создать в структуре вещества состояние стресса или своеобразной усталости в надежде, что это в конце концов приведёт к изменениям перманентного характера. С другой стороны — если посмотреть на процесс с духовной точки зрения, — производя все эти бесчисленные повторения, они, быть может, ждали, пока планеты, сила тяжести, электромагнитное поле Земли, космические лучи, метеорологические условия и даже человеческие биологические ритмы будут сонастроены идеальным образом. Следует напомнить, что на заре Герметического искусства астрология и алхимия были неразрывно связаны друг с другом, а каждый из основных металлов идентифицировался с одним из семи известных древним небесных тел нашей Солнечной системы: Золото — Солнце; Серебро — Луна; Ртуть — Меркурий; Медь — Венера; Железо — Марс; Олово — Юпитер и Свинец — Сатурн.

Поскольку космос — что по-гречески означает «порядок» — был создан из первичного хаоса, алхимики полагали, что все планетарные силы в той или иной степени присутствуют на земле, а сами планеты влияют на рост и формирование соответствующих им металлов в вечно кипящем тигле земных недр.

Вот как выразил эту мысль князь Станислас Клоссовски де Рола:

«Таким образом, становится ясно, что алхимический процесс представляет собой воспроизведение на уровне микрокосма процесса создания мира, иными словами, воссоздание. Оно совершается благодаря игре сил, символизируемых двумя драконами, чёрным и белым, замкнутыми в круговороте вечной битвы. Белый крылат и летуч, чёрный же бескрыл и стабилен; их сопровождает универсальная алхимическая формула solve et coagula. И формула, и эмблема символизируют переменчивую игру двух неотъемлемых половинок, составляющих единое Целое. Формула solve et coagula чередует растворение, которое есть спиритуализация, или сублимация твёрдой материи, и сгущение, являющееся не чем иным, как возвращением в плотное состояние очищенных продуктов первой операции. Её циклическая природа ясно выражена у Никола Валуа: „Solvite corpora et coagulate spiritum“ — „Растворяйте материю и сгущайте дух“.»[180]

Таковы главные философские аспекты, на которых основывается алхимическая процедура. Однако действительные подробности процессов и операций над различными металлами невероятно сложны структурно и трудны для понимания, чему есть две основные причины:

1. Каждый алхимик ставил свои собственные опыты, руководствуясь своими собственными методиками, или же используя и модифицируя техники своих предшественников сообразно собственному разумению, в результате чего данные алхимических трактатов могут очень сильно отличаться;

2. Дабы сохранить тайну, каждый алхимик почитал своим долгом описывать свои действия максимально сложным аллегорическим языком, изобилующим символами. Вдобавок они зачастую имели склонность перепутывать порядок процедуры или вовсе опускать какие-нибудь её ключевые стадии. Обычно Делание проходило три основные стадии, или ступени, одна из которых вполне могла вообще не освещаться в трактате, где даже не было указаний, какой именно этап пропустил автор — первый, второй или третий.

Только путём тщательного сравнения нескольких текстов — чрезвычайно трудоёмкий процесс, способный довести до белого каления даже самого терпеливого исследователя, — бывает возможно хотя бы слегка распутать невероятный клубок загадочных символов и хитроумных ложных ходов. Пара абзацев типичного алхимического текста дадут вам представление о том, с чем порой приходится столкнуться ищущему:

«Но когда мы женим коронованного Короля на нашей алой дочери, и в нежном пламени, не наносящем вреда, она зачнёт превосходного и сверхъестественного сына, чью вечную жизнь она станет питать медленным жаром, то будет он жить долго в нашем пламени… Затем будет он преображён, и тинктура его с помощью огня останется красной, словно живая плоть. Но наш Сын, обретённый Король, берёт эту тинктуру из огня и даже смерть, тьма и воды бегут от него. Дракон бежит солнечных лучей, проникающих в трещины, и мёртвый наш Сын живёт; Король выступает из огня и воссоединяется со своей супругой, оккультные сокровища раскрыты, и белеет молоко девы».

Золотой трактат Гермеса

Или вот ещё:

«Возьми змею и помести в колесницу о четырёх колёсах, и пусть она крутится на земле, пока не погрузится в бездны моря и не будет уже видно ничего, кроме чернейшего Мёртвого моря… и когда пары выпадут, подобно дождю… вынеси колесницу из воды на сухую землю и помести все четыре колеса на колесницу и получишь результат, если только продвинешься дальше, к Красному морю, бегущему без бега, движущемуся без движения».

Трактат Аристотеля, написанный для Александра Великого

Вдобавок к трём ступеням Великое Делание подразделяется также и на более мелкие стадии. Некоторые алхимики считают, что их непременно должно быть семь — чтобы соответствовать числу планет, металлов и дней Творения. Иногда их называли Правлениями Сатурна, Юпитера, Марса, Меркурия и так далее. Другие мастера настаивали, что ступеней должно быть двенадцать, ибо таково число месяцев в году и знаков в круге зодиака, через которые в течение года проходят планеты.

Эти двенадцать ступеней (включающие в себя и семь) были известны как: кальцинация (прокаливание), солюция (растворение), сепарация (разделение), конъюнкция (соединение), путрефакция (гниение), коагуляция (сгущение), цибация (вскармливание), сублимация (возгонка), ферментация (сбраживание), экзальтация (возбуждение), мультипликация (умножение), проекция (бросание). Иногда использовались и другие термины вроде когобация (многократная перегонка) или ректификация (очистка).

Сколько бы ни было стадий и каковы бы ни были их названия, важно помнить, что алхимик видел в своей работе отражение или же имитацию циклического порядка природы: формирования, развития и конечного разрушения всего сущего — за которым следовало естественное и неизбежное новое формирование. (Эту концепцию можно сравнить с не так давно появившейся теорией циклического развития Вселенной, начинающегося с первичного атома, содержащего в себе всё и взрывающегося, чтобы дать жизнь космосу, а затем вновь коллапсирующего в самое себя, чтобы снова и снова повторить всё то же самое по кругу ad infinitum.[181]) Этот же процесс, но в меньшем масштабе повторяется во всех живых существах, в том числе и в природе как таковой, ежегодно проходящей через цикл рождения, роста, увядания, смерти и возрождения. И человек также следует этому предписанному всему живому пути от рождения к смерти и новому возрождению.

Алхимик рассматривает свой путь как воспроизведение в рамках микрокосма, на относительно низком уровне творения этого великого и неизменного космического цикла, воспринимая до некоторой степени самого себя как некое высшее существо, полубога, в миниатюре повторяющего работу Великого Непознаваемого Разума, стоящего за пределами Жизни, Природы и Вселенной. Он ищет слияния с Сущностью Бытия и надеется помочь Природе в её прекрасном творчестве, дополняя и ускоряя этот процесс.

Принимая во внимание всё вышесказанное, давайте теперь попытаемся проследить всю последовательность алхимических операций от начала и до конца. Помните, что в деталях алхимические тексты разнятся до бесконечности. Нижеследующее при необходимости можно воспринимать лишь как самый общий очерк Великого Делания, созданный при опоре на наиболее доступные для понимания источники. Следует также помнить, что Философский камень предназначался только и исключительно для изготовления Эликсира жизни. Трансмутация на физическом уровне должна была служить лишь доказательством того, что Делание успешно завершено и что полученный в результате продукт действительно является истинным Камнем.

На пути любого, кто решит попытаться исполнить Великое Делание, сразу же встанет почти непреодолимое препятствие. Прежде всего, алхимик должен открыть, что же собой представляет prima materia, или Первоматерия. Без этого знания, обрести которое можно только путём проб и ошибок, а также глубочайшего, боговдохновенного интуитивного прозрения, невозможно начать работу. Де Рола называл эту способность «внутренним постижением».

Классические алхимические авторы намеренно оставляли в своих текстах множество лакун и ложных путей, целью которых было отпугнуть и запутать возможных злоумышленников, а также склонных понимать всё буквально материалистов, поскольку, как мы уже выяснили, алхимия подразумевала умение управлять энергиями самого высокого порядка, куда более сложными и мощными, чем даже те, с которыми имеет дело современная ядерная физика.

Алхимический манускрипт XVII века описывает Первоматерию как «…камень, который в то же время и не камень… как густое, свернувшееся молоко, но при этом вовсе и не молоко; как грязь, не похожую ни на одну другую грязь. Она подобна зелёной ядовитой тине, ибо лягушки копошатся под ней, но не яд то, а лекарство. В целом это та глина, из которой был сотворён Адам».

Другой алхимик того же периода, Иоганн Исаак Холланд, идентифицировал Первоматерию как «купорос» — хотя это, безусловно, нельзя понимать в буквальном смысле как серную кислоту. Купорос, или vitriol, — это шифр, созданный по методике нотарикона, где каждая буква в слове означает другое слово, из которых и складывается указание для ищущих истины: Visita Interiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem (Погрузись в глубь земли и через очищение обретёшь тайный камень).

Герман Копп, немецкий историк алхимии, писал о тайном смысле Первоматерии: «Тщательнейшему исследованию подвергались вещества минерального происхождения, различные растения и их соки, выделения и жидкости внутренней секреции животных, даже самые отвратительные субстанции, какие только можно себе вообразить… Они пробовали использовать молоко, хотя и без особой надежды, затем слюну, чтобы выяснить, не это ли искомая первичная материя, и время от времени экспериментировали с человеческой мочой и фекалиями».

Так алхимики защищали своё искусство от шарлатанов и непосвящённых, дабы те не проникли в его тайны на первом же этапе.

Однако подлинный ищущий, вооружённый решимостью и рвением, мог отыскать все необходимые ключи.

Многие алхимики прямо указывали, что для тех, кто умеет видеть, Первоматерия — буквально повсюду, и профаны считают её дешёвой или же вовсе лишённой какой бы то ни было ценности. Нотарикон Холланда совершенно прямолинейно указывает на неё, намекая, что искать Первоматерию нужно в земле. Последнее предложение процитированного выше текста также предполагает, что Первоматерия представляет собой некое связанное с землёй вещество.

В книге «Алхимики и золото» Жак Садуль после скрупулёзного изучения всех имеющихся данных выдвигает предположение, что Первоматерия — это один из восьми сульфидов, или сернистых соединений. По многим причинам, слишком сложным, чтобы их тут приводить, он останавливается на сульфиде железа, или железном колчедане (FeS2). Любопытно, что в нём содержатся примеси сурьмы, вещества, на которое обращали особое внимание Василий Валентин и Артефий и которое также отмечали позднейшие авторы, такие как Лапидус.

По мнению покойного Жака Бержье, алхимики начинали со смешивания в агатовой ступке трёх первичных ингредиентов: 95 % железной руды, содержащей различные примеси, такие как мышьяк и сурьма; железа, свинца, серебра или ртути; и какой-нибудь органической кислоты, например виннокаменной или лимонной. Хотя, как будет показано в дальнейшем, здесь он несколько опережает события.

Алхимики — и снова это следует воспринимать не буквально, но как выражение неких принципов более общего характера — полагали, что любая материя состоит из трёх основных компонентов, или философских элементов. Это были философские ртуть, сера и соль. Философская сера считалась по природе своей солнечным, горячим и мужским началом, а соль — лунным, холодным и женским. Ртуть, или меркурий, обладала двойной природой и функционировала как посредник. Некоторые алхимики рассматривали эти три принципа как символы духа, тела и души человека, металла или же растительной субстанции. Если оператор принадлежал к христианской религии, их можно было соотнести с доктриной Живоначальной Троицы: Отцом, Сыном и Святым Духом. С точки зрения индийской философской системы их можно было бы интерпретировать как шунъяту (хаос), майю (творение) и прану (жизненную силу).

Определив, что такое Первоматерия, и обретя её, алхимик делал следующий шаг и переводил её в жидкое состояние при помощи процесса известного как солюция, или растворение. По мере дальнейшего рассмотрения последовательности алхимических операций мы сможем провести параллель между ними и циклическими процессами создания, эволюции, разрушения и воссоздания космоса, а также простыми циклами рождения, жизни, смерти и возрождения в жизни человека и природы. Именно этот великий круговорот алхимик надеялся воссоздать в своём тигле и в себе самом.

Растворение Первоматерии достигалось при помощи вещества, известного среди алхимиков под названием «Тайный огонь». Именно оно оказывалось второй проблемой для каждого новичка, ибо ни в одном из текстов невозможно было найти его чёткого определения. Давался лишь один единственный намёк, что это было вещество двойной природы.

Нередко его описывали как «воду, которая не мочит рук» или «огонь, обжигающий без пламени». По этой причине, а также принимая во внимание его двойную природу, современные исследователи, такие как Бержье, Садуль и де Рола, выдвинули предположение, что Тайный огонь, по всей вероятности, представляет собой соль в кристаллической форме, которую можно перевести в жидкое состояние. В конце концов эти авторы пришли к выводу, что Тайный огонь получают из винного камня (он же виннокислый калий), особым образом обработанного. Садуль пишет, что, по утверждению его знакомого алхимика, приготовление Тайного огня — то есть перевод его из обычного состояния в философское — подразумевает более физические, нежели химические процессы. Одновременно де Рола сообщает: «На самом деле вещество это представляет собой соль, приготовляемую из винного камня посредством особых операций, требующих умения и идеального знания химии. Они включают использование весенней росы, собранной методами, весьма искусными и поэтическими, и тщательно очищенной».[182]

Эта версия не только полностью удовлетворяет определениям алхимиков, что эта вода «не мочит рук», но и объясняет, почему алхимики прошлого особо настаивали на том, что к Великому Деланию непременно нужно приступать весной, когда Солнце находится в астрологических знаках Овна или Тельца. Сбор весенней росы, из которой «методами, весьма искусными и поэтическими» дистиллируют соль, заставляет нас обратиться к сочинению Армана Барболя.[183] Приведённая им техника восходит к иллюстрированной Mutus Liber («Немой книге»), классическому тексту Жакоба Сюла,[184] в которой Великое Делание представлено исключительно в картинках. На иллюстрации номер четыре показано, как два оператора — алхимик и его soror mystica — сворачивают в рулон большой холст, который перед тем был растянут в поле на колышках для сбора росы. На той же гравюре изображены баран (Овен) и бык (Телец), обозначающие правильное с астрологической точки зрения время для проведения этой операции (с 21 марта по 20 мая).

Метод, использованный Барболем, несколько отличался от указанного в «Немой книге»: он раскатывал холсты на покрытом росой лугу. Барболь даже полагал, что сама Первоматерия, которую он понимал в буквальном смысле как простую и чистую землю, должна быть обретена при помощи тайных операций, подразумевавших использование астрологии и ясновидения. Он пришёл к заключению, что в метафизическом смысле правильное местоположение и необходимое количество «чистой земли» будут открыты оператору через медиумическое посредство его жены, или soror mystica.

Но продолжим. Согласно указаниям алхимиков, Первоматерия и Тайный огонь помещаются в ступку и тщательно растираются. Полученное в результате вещество погружается в некоторое количество экстракта соли-росы, несколько раз промытого и кристаллизованного. Бержье считает, что процесс солюции необходимо осуществлять при поляризованном свете — то есть при свете, движение квантов в котором направлено только в одну сторону — примером которого является лунный свет.

На этом этапе процесс переносится в тигель для «тройного растворения», во время которого грубый осадок удаляется из смеси, а оставшееся вещество измельчается и толчётся, затем перемешивается на медленном огне при помощи стальной палочки. Затем добавляется половина количества соли, экстрагированной из оставшейся Весенней, или, как её ещё называют, Майской росы, и происходит очищение. Вся последовательность повторяется три раза. Результатом этого должна стать «философская ртуть», определить которую можно, в частности, по весьма характерному запаху.

Арчибальд Кокрен, выдающийся современный английский алхимик, скончавшийся в Брайтоне в 1950 году, так описывал этот аромат и явления, предшествующие его появлению:

«Первым предвестием этого триумфа стало яростное шипение, струи пара, бьющие из реторты в приёмник, словно резкие очереди из пулемёта, а потом мощный взрыв. При этом лабораторию и все окрестные помещения наполнил весьма сильный и изысканный аромат. Мой друг описывал его как запах влажной росной земли июньским утром с нотой цветов, как дыхание ветра над поросшими вереском холмами и сладкий аромат дождя над высушенной солнцем землёй».[185]

Запахи эти явно не могли быть естественного происхождения, поскольку лаборатория Кокрена была расположена в самом центре лондонского Сити.

Об этом же писал и Никола Фламель: «Наконец, я обрёл то, чего так страстно желал и что распознал по сильному и приятному запаху». Алхимик, писавший в XIV веке под именем Джон Кремер, отмечает: «Когда происходит это счастливейшее событие, весь дом наполняется самым прекрасным и сладостным ароматом; то день рождества этого благословенного Препарата».[186]

Сам Фулканелли описывает довольно бурные явления, предшествующие появлению аромата, в своих «Философских обителях»:

«Когда из сосуда послышится звук, подобный кипению воды, переходящий в низкий рёв, напоминающий об огне, терзающем глубины земные, будьте готовы к битве; и сохраняйте спокойствие. Вы увидите дым, сопровождаемый синими, зелёными, лиловыми языками пламени, и услышите несколько взрывов…»

Алхимики предупреждают, что во время этого важнейшего этапа нужно остерегаться взлетающих из тигля искр, а Жак Бержье вдобавок призывает ни в коем случае не вдыхать ядовитые испарения, которые при этом высвобождаются. Он пишет, что пары ртути и мышьяковистый водород уже привели к гибели множества операторов в самом начале работы.

Когда философская ртуть успешно получена и герметично закупорена, алхимик может приступить к операциям Второй ступени. Во время этих операций необходимо превратить Первоматерию в вещество с двойной природой посредством совместного действия философской ртути и Молока Девственницы, или «астрального спирта» — таковы альтернативные названия соли, получаемой из Майской росы.

Первоматерия погружается в этот спирт, затем высушивается и растирается в ступке при «мягком» нагревании. Этот термин обычно обозначает относительно невысокую температуру — тела курицы, насиживающей яйцо, горячего песка или естественного солнечного света, но никогда не прямого жара огня или кипящей воды. Итак, смесь измельчается и к ней постепенно добавляется ещё некоторое количество Молока Девственницы, пока она не загустеет до консистенции пасты. Сверху она покрывается оставшимся астральным спиртом и оставляется в покое на срок до пяти дней.

Далее жидкость наливается в бутылку и хранится в прохладном месте. Плотный осадок высушивается на солнце, а затем снова подвергается замачиванию, измельчению, высушиванию и растворению, причём лишняя жидкость опять сливается в ту же самую бутылку и оставляется в прохладном месте на десять дней. Наконец, всё содержимое бутылки переливается в стеклянный сосуд с двумя ручками, именуемый «Двойным пеликаном» и представляющий собой куб для непрерывной возгонки. (См. ил. 11.) В нём вещество должно почернеть и начать разлагаться — это называется стадией нигредо — под воздействием собственного внутреннего жара и ферментации. Отделяющуюся в процессе ферментации жидкость возгоняют холодным способом и хранят в запечатанном стеклянном кувшине в сыром прохладном месте.

Ил. 11. Слева: сосуд «двойной пеликан», предназначенный для непрерывной возгонки. Справа: его символическое изображение. Пеликан, который, согласно поверью, кормит птенцов своей собственной кровью, стал также и христианским евхаристическим символом

Чёрную массу, остающуюся в двойном пеликане, снова заливают астральным спиртом при умеренном нагревании и оставляется высыхать самостоятельно. Этот процесс повторяется до тех пор, пока вещество не станет сверкающим и агатово-чёрным.

* * *

И снова внутренние процессы со временем должны привести эту субстанцию в состояние полного распада. Далее при умеренном нагревании её постепенно заливают росой, пока она не вберёт максимально возможное количество жидкости.

В результате мы получаем «ртуть философов», в отличие от философской ртути, о которой шла речь на предыдущей стадии. В сосуде образуется тончайший белый пепел. Пепел тщательно отделяется от остальной субстанции при помощи ложки, пёрышка или какого-либо абсорбирующего материала, с которого его потом можно будет легко снять, и медленно растворяется в имеющейся в бутылке росе-соли, пока не выпадет чёрный осадок. Его необходимо растворить и девятикратно отфильтровать, пока он не станет максимально белым. Это и есть настоящая ртуть философов, которая, как и философская ртуть Первой ступени, принимает форму соли.

На этом этапе в процесс вводится настоящее золото, из которого необходимо выделить его «сущность», или «тинктуру». Эта операция носит название насыщения, или кальцинации. Прежде всего, золото оксидируется, затем получившуюся окалину промывают дистиллированной дождевой водой на медленном огне. После высыхания субстанции на солнечном свету на неё наносится Тайный огонь.

Золото тщательно пропитывается и измельчается, затем к нему снова добавляется Тайный огонь, пока оно не вберёт такое количество кристаллического вещества, которое равно его собственному весу. Смесь повторно растворяется до состояния густой пасты. Далее она покрывается оставшейся росой из бутылки и оставляется на песчаной бане на пять дней. После этого жидкая составляющая фильтруется, наливается в кувшин, запечатывается и оставляется в прохладном сыром месте.

Нерастворившееся плотное вещество высушивается при умеренной температуре — равной естественному мягкому солнечному свету, — и затем всё начинается сначала. Новый раствор добавляется к первому, и процедура повторяется снова и снова, пока не останется только «мёртвая» материя. Жидкий остаток, который к этому моменту должен быть ярко-голубого цвета, снова запечатывается в стеклянном кувшине и ставится в холодное место на десять дней. Со временем благодаря внутренним процессам образуется чёрный осадок. Оставшуюся сверху жидкость необходимо отделить и хранить в холодном месте в запечатанном кувшине, а чёрная субстанция должна высохнуть и затем быть снова погружённой в философскую ртуть.

Через сорок — пятьдесят дней вследствие внутренних процессов чёрный осадок должен вобрать всю жидкость в сосуде и загустеть в беловатый пепел. Далее его осторожно нагревают на огне, пока цвет вещества не изменится на красный.

Когда это происходит, субстанцию помещают в сосуд с очень толстыми стенками, ставят на умеренный огонь и наливают сверху ртуть философов, растворённую в остатках росы. Затем добавляется философская ртуть, которая должна полностью покрыть смесь. В результате отделяется жидкая «квинтэссенция», которая покрывает более плотный осадок. Жидкость фильтруют и оставляют в холодном месте, пока не происходит следующее разделение и плотная фракция не выпадает на дно сосуда. Жидкая составляющая, плавающая сверху, тщательно фильтруется, и то, что осталось, можно со спокойным сердцем выкинуть.

Получившаяся жидкость и есть первая тинктура золота — пресловутое «питьевое золото», обладающее огромной целебной силой. Но это ещё не Эликсир.

Это маслянистое вещество можно принимать в мельчайших гомеопатических дозах в виде жидкости, порошка или соли. Но, по крайней мере, половину полученного количества необходимо сохранить в воздухонепроницаемом сосуде, ибо она будет использоваться на Третьей ступени Великого Делания.

«Питьевое золото» следует высушить естественным путём до состояния порошка, общее количество которого делится на две равные части. Одна из них разводится философской ртутью в пропорции 1:4. Этот состав будет использоваться на Третьей ступени для разведения оставшейся части порошка.

Порошок этот, имеющий двойную природу и двойное назначение, носит наименование rebis, или Гермафродит. На Третьей ступени его совершенствуют посредством процесса, известного как варка. Он представляет собой нагревание до точнейшим образом регулируемой температуры. Исполнение этой операции требует огромной осторожности, потому что именно на этой стадии можно легко всё испортить, и тогда Делание придётся начинать сначала. Вероятно, это и послужило причиной того странного обстоятельства, что многие алхимики проводили долгие годы в попытках создать Камень.

Ребис, всё ещё содержащий золото, нагревается на жаровне. Современные алхимики использовали для этой цели электрические плитки с термостатом. Итак, ребис, разведённый философской ртутью, помещается в стеклянный сосуд и подвергается воздействию умеренной температуры, в результате чего получается эффект, подобный подъёму тумана и выпадению росы. Со временем более плотная составляющая ребиса перенимает некоторые свойства жидкой философской ртути, в то время как ртуть, в свою очередь, частично переходит из летучего состояния в более плотное. Примерно на двадцатый день вещество должно несколько раз сменить цвет, причём все цвета будут исключительно яркими — явление, которое писатели-алхимики часто уподобляли петушиному хвосту или радуге. В конце концов вся субстанция на дне сосуда станет совершенно чёрной.

На протяжении следующей стадии, которую иногда называют Правлением Сатурна — а эта планета, напомним, символизирует преклонный возраст, смерть и разрушение, — чёрное вещество попеременно то кажется совершенно сухим и безжизненным, то кипит и пузырится, словно расплавленная смола. Когда заканчивается стадия гниения, которая может длиться до сорока дней и ночей, снова начинаются яркие цветовые разгонки, занимающие, в свою очередь, период около трёх недель. По его окончании образуется вещество, сияющее ярким белым светом и имеющее вид тоненьких капилляров по стенкам сосуда.

Дальнейшее нагревание заставит субстанцию претерпеть многочисленные изменения, которые, судя по описаниям этой стадии в алхимических трактатах, часто сравнивают с природными явлениями, такими как морские волны, Млечный Путь или полярное сияние. Всё это заканчивается превращением массы в мелкие белые крупинки, судя по всему обладающие способностью к люминесценции.

Далее нагрев делается чуть-чуть сильнее. Из-за глубокой древности большинства алхимических текстов в них, разумеется, не приводятся точные градусы, однако в большинстве рецептов указывается, что в результате нагревания вещество не должно расплавиться и начать приставать к стенкам сосуда. (Современный алхимик Лапидус считает, что абсолютный максимум допустимой температуры составляет приблизительно 65–75 градусов Цельсия.) Цвет состава снова начинает меняться — медный, лазурный, свинцовый и, наконец, бледно-пурпурный. Ещё сорок дней спустя вещество должно приобрести приятный оттенок зелёного, что воспринималось как знак того, что субстанция готова к регенерации.

Далее оно последовательно становилось оранжевым, жёлтым и тёмно-лимонным, затем, по мере высыхания, снова в стремительной последовательности сменяли друг друга цвета «петушиного хвоста». Через тридцать дней снова должен появиться лёгкий оранжевый тон, который спустя ещё три недели распространится на всё содержимое сосуда.

Когда оранжевое вещество приобретёт совершенно определённый золотой оттенок, а Молоко Девственницы, в которое оно погружено, станет насыщенного оранжевого цвета, можно считать, что Делание близко к завершению. Через двенадцать — четырнадцать дней «философское золото» будет ещё довольно влажным, затем, примерно на двадцать шестой день, оно высохнет, но лишь затем, чтобы возвратиться в жидкое состояние и опять застыть. Этот цикл быстро повторяется несколько раз, пока масса не станет зернистой и не начнёт распадаться на мелкие гранулы. Затем она снова затвердеет, распадется на частицы, вновь обретёт форму — и так будет продолжаться около двух недель.

В конце концов — и на этой стадии алхимики особо подчёркивают необходимость Божественного или иного духовного вмешательства — вещество обретёт слепящий блеск, начнёт разламываться на мельчайшие частицы, а потом станет тёмно-красного цвета, наподобие свернувшейся крови.

Это и есть Философский камень.

Однако его ещё надо «усовершенствовать», или «умножить». Это означает, что над ним придётся ещё раз произвести всю последовательность операций, начиная с той стадии, когда ребис и философскую ртуть ставят на огонь.

Когда Камень «усовершенствован», из четырёх частей золота и одной части Камня готовят порошок, при помощи которого производится трансмутация. Эта смесь имеет вид кристаллов шафранового цвета, и её тоже можно два раза в год принимать в виде эликсира.

Следует, однако, иметь в виду, что источниками для приведённого выше описания Великого Делания послужили труды нескольких разных алхимиков и что ни один оператор никогда не раскрывал правильного порядка производимых операций. И даже снабжая своих читателей, казалось бы, вполне точными инструкциями, на некоторых стадиях они оставляли в описаниях намеренные неясности, которые ищущий должен был осмыслить и экспериментально проверить сам.

Как было показано, весь процесс занимает довольно долгое время — в целом около трёх лет — даже при абсолютно правильном его проведении. Кроме того, это весьма дорогостоящее предприятие — и это тоже необходимо принимать во внимание при выяснении личности Фулканелли.

Хотя я попытался описать Делание максимально простым языком, следует помнить, что алхимики использовали для описания проводимых ими экспериментов чрезвычайно красочные и причудливые аллегории, используя такие мифические образы, как феникс, возрождающийся из пепла (символ регенерации), грифон (наполовину орёл, наполовину лев, обозначающий сочетание летучего и плотного), уроборос (змея, кусающая собственный хвост, символизирующая циклическую природу Делания и бесконечность), двуполый андрогин (ребис, или вещество, обладающее двойной природой, а также образ Совершенного Существа), ворон, единорог, саламандра, василиск, дракон и многие, многие другие. Чтобы отпугнуть недостойных, названия философских субстанций произвольно меняли местами, и поэтому при упоминании ртути на самом деле могли иметь в виду нечто совершенно другое.

И всё же при внимательном изучении описываемых операций становится ясно, что целью Искусства было воспроизвести в миниатюре великие творческие процессы, протекающие в космосе и на Земле, но в более близком духовном общении с этими таинственными силами, чем это позволяет любая религиозная или мистическая доктрина. Алхимики питали горячую надежду, что осуществляемые ими операции и происходящие в результате них трансформации самым непосредственным образом отразятся и на них самих, очищая разум и дух и искореняя все устоявшиеся профанные представления и идеи.

Сумма алхимической философии лучше всего, возможно, изложена в следующих строках Новалиса:

«Каждое нисхождение в глубь себя — каждый взгляд в глубь себя — есть в то же самое время и восхождение — взятие живым на небо — взгляд в сторону истинной реальности, находящейся вне нас. Отречение от себя есть источник всякого смирения, равно как и основание для любого подлинного восхождения. Первым шагом всегда становится взгляд внутрь, созерцание самого средоточия своего „я“. Но тот, кто остановится на этом, пройдёт лишь половину пути. Ибо вторым шагом должен стать взгляд вовне, активное, независимое и упорное наблюдение окружающего мира…

Мы поймём мир, когда поймём самих себя; ибо мы и он есть неразделимые половинки единого целого. Мы — дети Бога, семена Божественного. Однажды мы станем такими же, как Отец наш».[187]

Совершенно ясно, что алхимик пытался вернуться назад, в состояние совершенной невинности, или благодати Божьей, в котором пребывал Адам до Грехопадения. Лишь тогда он будет готов к великому пробуждению, во многом схожему — хотя и несравненно более глубокому — с йогическими методами успокоения ума и подготовки его к просветлению.

Не зря известное алхимическое изречение гласит: «Ars totum requirit hominem» («Искусство требует человека целиком»).

Истинная алхимия есть путь к тайной реальности, где скрыты все абсолютные истины жизни, религии, красоты, и обитает тот животворный дух, что пронизывает собой вселенную и поддерживает её бытие. Добившийся успеха алхимик проникнет в тайны жизни и смерти, природы и космического сознания, всемирного единства, вечности и беспредельности. Он станет подобным Богу.

Лучше всего об этом можно сказать словами сэра Вальтера Скотта, который перевёл «Герметический корпус» на английский язык:

«Если не сделаешься ты равным Богу, то не сможешь постичь Его; ибо подобное познается подобным. Освободись от всего телесного и взойди на одну ступень с величием, что превыше всякой меры; поднимись надо временем и стань вечным; тогда ты постигнешь Бога. Пойми, что и для тебя нет ничего невозможного; поверь, что и ты тоже бессмертен и можешь охватить всё сущее помышлением своим, познать любое ремесло и любую науку; обрети дом свой в логове каждой живой твари; возвысься выше всех высот и углубись глубже всех глубин; соедини в себе все противоположные свойства, жару и холод, сухость и текучесть; осознай, что в одно и то же мгновение ты вездесущ на земле, в небесах и на море; узри, что ты ещё не рождён и пребываешь в утробе матери, что ты молод, и стар, и уже умер, и находишься в мире, что по ту сторону могилы; обними всё это мыслию своей одномоментно, все времена и страны, все вещества, и свойства, и величины вместе; и тогда ты постигнешь Бога».[188]

Перед всеми критиками и ниспровергателями алхимии я со всем уважением свидетельствую, что человечество ещё не знало более благородной мистической и философской системы. А скептически настроенным химикам-ортодоксам, полагающим, что описанный выше процесс ни при каких обстоятельствах не может принести результатов, на которые он претендует, я задам лишь два вопроса:

«Что вы знаете о духовности и мистической философии?»

и ещё более важный:

«А сами вы пробовали?»

Теперь давайте обратимся к работам человека, который, несомненно, мог бы ответить на последний вопрос утвердительно — Фулканелли.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава VII. Практика на судостроительных заводах

Из книги На «Орле» в Цусиме: Воспоминания участника русско-японской войны на море в 1904–1905 гг. автора Костенко Владимир Полиевктович

Глава VII. Практика на судостроительных заводах Прошел первый учебный год, кончились переходные экзамены на второй курс, и после двухнедельного отпуска по домам все воспитанники съехались к началу летней практики. Начался новый период в моей жизни, обеспечивший более


Глава 12. Чабанская практика

Из книги Позывной – «Кобра» (Записки разведчика специального назначения) автора Абдулаев Эркебек

Глава 12. Чабанская практика Каждое лето отец отправлял нас в горы помогать старшему брату Орозу пасти колхозных овец. В плане физического и морально-психологического развития горы дали мне много. Мышцы ног становились железными. Объем грудной клетки и содержание


ГЛАВА VII. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Из книги Луи Пастер. Его жизнь и научная деятельность автора Энгельгардт Михаил Александрович

ГЛАВА VII. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА В настоящее время работник в мастерской, ученый в лаборатории, земледелец в поле, медик у постели больного, ветеринар перед домашним животным, винодел перед суслом, пивовар перед брагой – все они руководятся идеями Пастера. Доктор Бакер Когда


Глава V. Практика экспериментального романа

Из книги Эмиль Золя. Его жизнь и литературная деятельность автора Барро Михаил

Глава V. Практика экспериментального романа Подготовительные работы. – Договор с Локруа. – «Карьера Ругонов». – Запутанность отношений с издателем. – Договор с Шарпантъе. – Черновая работа писателя. – Настоящий успех. – Странствования «Бойни». – Обвинение в


Глава V. Практика экспериментального романа

Из книги Пилот «Штуки» автора Рудель Ганс-Ульрих

Глава V. Практика экспериментального романа Подготовительные работы. – Договор с Локруа. – «Карьера Ругонов». – Запутанность отношений с издателем. – Договор с Шарпантъе. – Черновая работа писателя. – Настоящий успех. – Странствования «Бойни». – Обвинение в


6. Тренировка и практика

Из книги Жизнь и удивительные приключения Нурбея Гулиа - профессора механики автора Никонов Александр Петрович

6. Тренировка и практика Перед тем как приступить к работе по подготовке новых экипажей я женюсь. Мой отец все еще церковный ректор и проводит церемонию в нашей небольшой деревушке, с которой я связан столькими счастливыми воспоминаниями беззаботного детства.Затем


Теория и практика

Из книги Моя бульварная жизнь автора Белан Ольга

Теория и практика Дисциплины кафедры, заведующим которой я стал, были мне достаточно знакомы — это теоретическая механика и теория машин и механизмов, что я, собственно и преподавал в Тольятти. Но я взялся вести только одну из них — наиболее тяжело дающуюся студентам


Теория и практика

Из книги Одна жизнь — два мира автора Алексеева Нина Ивановна

Теория и практика Редакционный организм — субстанция странная и непостоянная. Я много лет проработала в журналистике, всякого повидала — но так и не поняла самого главного: в чем секрет удачи медийного проекта на постсоветском пространстве. В советское время все было


Преддипломная практика

Из книги Своими глазами автора Адельгейм Павел

Преддипломная практика Дорога во Владивосток Как только занятия в институте закончились, я решила сразу выехать на Дальний Восток. В июне месяце мои друзья шумно и весело провожали меня, ребята тащили тяжелые чемоданы с продуктами. «Бери все с собой, по дороге ничего не


2. Практика

Из книги Людвиг Фейербах автора Быховский Бернард Эммануилович

2. Практика У нас действительность еще кошмарнее. В. С. Высоцкий На деле цензурное право уполномоченного начинает вмешиваться в процедуру избрания гораздо раньше, чем предполагает законодательство. Не просто организовать и провести собрание "двадцатки". Сперва к нему


Глава V. Теория и практика

Из книги Михаил Горбачёв. Жизнь до Кремля. автора Зенькович Николай Александрович

Глава V. Теория и практика Жизнь Фейербаха прошла в годы начавшегося распада феодальной системы и запоздалого развития капиталистического строя в Германии. Раздробленная на двести мелких княжеств, рассеченная таможенными барьерами и уставленная пограничными


Следственная практика

Из книги Старый колодец. Книга воспоминаний автора Бернштейн Борис Моисеевич

Следственная практика В. Болдин:— Своей будущей профессией Миша восхищался сравнительно недолго. Проходя практику в прокуратуре родного района, носившего в ту пору имя В.М. Молотова, Горбачёв столкнулся с серыми буднями следственного работника, участвуя в допросах


Московская практика

Из книги Котовский автора Шмерплинг Владимир Григорьевич

Московская практика Летняя «ознакомительная» практика по истории искусства была украшением нашего учебного курса. Рутинные лекции, читаемые по ходу учебного года, мы были вынуждены сопровождать показом репродукций, по большей части тоновых, из монографий и альбомов,


Глава третья ПРАКТИКА

Из книги Роман с Бузовой. История самой красивой любви автора Третьяков Роман

Глава третья ПРАКТИКА Скоповский радушно принял молодого агронома. Практикант располагал к себе, а, кроме того, он приехал с похвальным отзывом, в котором отмечались его административные способности. Скоповскому нужен был такой человек, чтобы навести порядок в


ПРАКТИКА. СЮРПРИЗЫ

Из книги Путь вперед автора Махатхир Мохамад

ПРАКТИКА. СЮРПРИЗЫ Оля8 июняМоя практика состояла из двух частей. Сначала я должна была поехать на две недели в Кузнечное, затем на десять дней в скандинавские страны: Норвегию, Данию, Швецию и Финляндию. Мне очень не хотелось уезжать, но пришлось.Когда я была в Кузнечном,


Глава 3. НЭП и практика позитивной дискриминации

Из книги автора

Глава 3. НЭП и практика позитивной дискриминации «Невозможно отыскать дела столь дурного либо столь добродетельного, чтобы сделать его неприемлемым для англичан. Нет лишь такого дела, делая которое англичане были бы неправы, — ведь они занимаются любым делом, следуя