2 января 2003 года. Вечер

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

2 января 2003 года. Вечер

Человек рождается, живет, умирает. Он должен чему-то научиться.

Человек постигает законы этого мира.

Уходит — оставив память…

Сегодня на улице я встретила старушку, которая когда-то жила рядом с нами, на остановке Нефтянка. Во время бомбежки мы с мамой однажды спасались, прятались у нее.

Старушка русская, кругленькая и очень симпатичная. Ее огрубевшие руки хранят память о трудной жизни, ее лицо исчертили морщинки, словно реки на карте земли: у глаз они лучисты.

Старушка рассказала мне, что произошло с ней недавно:

— Поехала я на Центральный рынок за картошкой. Надела длинное платье, большой платок. Молчу, если кто заговорит. «Да» и «нет» — киваю. Мне стыдно, если за «русскую» меня посчитают. Возненавидят ни за что. Трясет чеченский народ от обиды за бомбежки, за обстрелы, за смерть родных… Столько детей погибло! Столько стало калеками! Я сама в Грозном родилась, всю жизнь прожила. Пусть лучше думают, что я армянка или украинка, пусть думают, что татарка. Не так больно людям будет рядом со мной.

Сразу, как я вошла в автобус, молодой парень чеченец вскочил и уступил мне место у окна. Мы проехали только одну остановку, и тут — взрыв! Налетел автобус на фугас. Загорелся. Люди кричат. Повыскакивали наружу. Все живы. Несколько раненых…

А тот парень, что уступил мне место, — мертвый. Убило осколком. Такой молодой… На вид ему лет шестнадцать. Почему он?

Старушка заплакала. Слезы она не вытирала.

Я, совершенно не зная, что сказать ей в ответ, просто ее обняла.

Она добавила:

— Лучше бы он мне место не уступал. Пожила я уже на этом свете!

И ушла.

Полина-Будур