Мои университеты

Мои университеты

И вот — школа позади. И экзамены позади, и выпускной. Последняя школьная весна… О ней отдельную книгу надо написать. А пока… Пока о «моих университетах».

Готовилась я, как уже говорила, к поступлению на журфак МГУ. Все для этого у меня имелось: и газетные публикации, и грамоты городских филологических олимпиад, которым в те годы придавалось значение при поступлении. И даже — паспорт. Получение его оказалось проблемой. Паспорта тогда получали в 16 лет. Надо было отнести свидетельство о рождении, фото в паспортный стол милиции, заполнить там анкету и потом получить паспорт, причем в торжественной обстановке. Я собралась идти в паспортный стол, а свидетельство о рождении не нашла. Спросила раз-другой у Танюси, она была занята… Потом я забыла о паспорте. И вспомнила о нем уже в десятом классе, когда от нас потребовали паспортные данные для оформления аттестатов зрелости. Ой, а у меня ж все еще нет паспорта!

И тут Танюся торжественно вручает мне мое свидетельство о рождении и говорит:

— Все! Победа! Можешь получать паспорт! Иди завтра в паспортный стол, там все готово!

— ????

Я не могла понять, что за победа…

Оказалось, Танюся чуть ли не год, ничего мне не говоря, оберегая меня, боролась за то, чтобы мне выдали паспорт по месту моей прописки. Она, взяв меня ребенком, которому и трех лет не было, прописала меня к себе на Девичье Поле. Потом, переезжая, они вписали мое имя в ордер на получение квартиры. Вся моя жизнь прошла в Москве. Детский сад, школа. И вот, зайдя в паспортный стол, Танюся услышала:

— Не положено ей паспорт выдавать. Пусть едет к матери или к отцу. А вы ей кто? Двоюро?дная тетка. Практически — никто.

И начальник милиции написал:

— В прописке отказать.

При этом: я везде числюсь. Но — нельзя.

И началось очередное хождение по мукам. И такая откровенная и разговорчивая Танюся ни слова мне об этом не говорила.

Она собирала бумаги: из детского сада, из школы, из — даже — поликлиники о том, что я все эти годы жила с ней, в Москве. Потом обратилась к знакомому журналисту-известинцу Юрию Феофанову. И он помог, направил ее к городскому милицейскому начальнику, предварительно объяснив ему всю ситуацию.

Тот выслушал Танюсю, сказал:

— Творят черт знает что. — И подписал: «Прописать по такому-то адресу».

Что и было исполнено.

Так я получила паспорт с московской пропиской.

…И вот отправилась я в приемную комиссию журфака МГУ. Заполнила анкету. Сгребла все свои бумаги. А пока заполняла, обращалась с несколькими вопросами к консультанту — женщине лет пятидесяти. К ней я и подошла с готовыми бумагами. Она все внимательно прочитала, все мои грамоты посмотрела, публикации, а потом вышла из-за стола, предложила мне отойти. Я подумала, что что-то не так заполнила. Мы отошли, она как-то театрально вглядывалась в мои бумаги, при этом говоря:

— Девочка, я вижу: ты хорошая девочка. Слушай внимательно: твое право подать сюда документы, а я обязана принять их. И я приму. Но просто знай: ты не поступишь ни в коем случае. Из-за фамилии. Есть указание: с такими фамилиями не брать. Тебя завалят на первом же устном экзамене. Иди в другой вуз.

Она для виду что-то показывала мне в анкете. Я понимала, что она делает это, чтоб никто не догадался, о чем на самом деле идет разговор.

— Спасибо, я поняла, — сказала я, забирая свои бумаги.

Я этой женщине благодарна по сей день. Это тоже — из разряда везения. Так бы последних сил лишили на экзаменах, заставив еще думать, что я сама виновата, что плохо готова…

Но, конечно, я просто обалдела.

Мы ж в других представлениях воспитывались. И мне хотелось продолжать верить в то, что было внушено с детства: в справедливость и правильность курса «нашей солнечной страны», как в песне пелось. Я даже думала несколько дней, что зря смалодушничала. Может, это все пустое…

Нет, много лет спустя я узнала, что указание «валить» действительно существовало. И — валили на экзаменах беспощадно.

В общем, пришла домой, рассказала Танюсе. Она мне посоветовала поступать в Ленинский пед.

— Я не хочу быть училкой! — стонала я.

— Надо получить диплом. Потом разберешься. Ничего не поделаешь.

Она меня убедила.

Я подала документы на филфак МГПИ имени Ленина.

Танюся вызвала папу. Она понимала, что мне необходима поддержка. Он, к моей великой радости, приехал.

С папой мы к тому времени очень редко виделись.

Пока он жил с тетей Женей, которую у нас дома не уважали (а зря), мы встречались достаточно часто. Она была человеком добрым и легким. Ей и в голову не приходило ревновать меня к отцу. Как-то все у нас складывалось естественно, без обид. А потом она уехала в Ленинград. Я не знаю, почему, но думаю, что ей, наверное, хотелось зарегистрировать брак с папой, какой-то статус приобрести, а он на это не решался из-за активного противодействия всей своей родни. В общем, она уехала.

А через некоторое время появилась другая женщина. С ней папа знаком был еще по университету: она тоже закончила юрфак ЛГУ. Но была на десять лет младше папы. В общем, ей было примерно тридцать лет, когда она за него вышла замуж, забеременев. А папе — сорок. У них родился сын Павлик.

Вот тут (со второй папиной женой) мне не повезло. Ну — бывает. Она оказалась женщиной редкой злобности. Допускаю, что злоба ее была направлена лишь в мой адрес. Может, в остальном это был ангел. Но в отношении меня она сделала все, чтобы обрубить все возможности общения с папой. Я не хочу тут вспоминать гадкие эпизоды, связанные с ней. Потом, много лет спустя, папа признался, что очень ошибся в ней, что тяжелее человека не встречал.

Она стала моей бедой. Потому что мне очень нужен был папа. Вот и все.

А могла бы — в случае хоть небольшой душевной доброты, стать мне родным человеком. Не случилось.

В общем, перед вступительными экзаменами папа все-таки приехал. И это очень меня поддержало.

Горюя по неосуществимой мечте, я думала, а не правильнее ли мне было подать документы на юридический? Меня и эта профессия — в исключительно романтическом ключе — очень интересовала. И вот я стала размышлять об этом вслух, советуясь с папой. Он изменился в лице и очень жестко сказал:

— В стране, где нет законов, юристом быть нельзя.

Я никогда и ни от кого не слышала такой точной и емкой формулировки. Признаться, я не до конца ее поняла и прочувствовала, но кое-что уже осознала.

И еще сказал мне папа очень поразившую меня тогда вещь:

— Запомни, самые злостные и подлые преступники у нас — милиционеры. У меня праздник на душе, когда я докапываюсь до их преступлений и нахожу достаточно доказательств, чтобы посадить кого-то из этих мерзавцев.

Вот это я не поняла совсем. Осталось в памяти, как нечто удивительное, не свойственное папе — он был добр и человечен. И еще — как это, в советской милиции — самые злостные преступники?.. Но папа знал, что говорил… А мне, чтобы это понять, пришлось прожить жизнь.

И еще очень важные слова сказал мне папочка: когда я пожаловалась, что очень устала и эта усталость может мне помешать хорошо сдать экзамены, он посоветовал:

— Ты думай вот как: в любом случае ровно через две недели это все кончится. Чем бы ни кончилось, как бы ни кончилось — все кончится через две недели.

Этот способ очень мне помог и помогает до сих пор. Любое страдание или тяжкое ожидание легче преодолеть, когда знаешь срок его окончания. Силы мобилизуются, и их действительно хватает.

А еще была просто мистика: перед экзаменом по истории папа сказал, как он сдавал когда-то историю и что достались ему вопросы «Реформы Петра Первого и Гражданская война».

— Так что можешь не повторять, тебе не достанутся, чудес на свете не бывает, — сказал папа.

И я не повторяла. Но почему-то, приехав на экзамен заранее, решила прочитать именно эти темы. И прочитала прямо перед дверью аудитории.

Мне достался именно этот билет!

Я просто ахнула вслух!

— Не готовы отвечать по билету? — спросил меня кто-то из экзаменаторов.

— Готова без подготовки. Моему папе достался такой же билет когда-то…

— И что он получил?

— Пятерку!

— Ну что ж, посмотрим, как готовы вы.

Я отвечала не хуже папы.

В институт я поступила.

И вот интересная деталь. Не просто интересная, но важная и показательная, не могу ее обойти.

Описанный мной Гораций поступал в иняз имени Мориса Тореза. Вечером перед сочинением (и он, и я писали сочинения в один день) он позвонил, мы немного поболтали. Я сочинения не боялась, тут я была корифей. Он вдруг сказал, что я должна подстраховаться, мало ли что бывает. Я ответила, что на любую тему напишу. Если я что-то могу в этой жизни, так это написать сочинение. И вдруг он сказал:

— Я тебе могу назвать одну из тем, которая завтра у вас будет.

И назвал.

Это была тема по Горькому.

Эта тема была именно такая, слово в слово, как он мне сказал накануне! Он и свою тему знал.

Это к вопросу о чистоте и неподкупности в советские времена. Ничто не возникает из ничего. А почва к тому, что произросло ныне, создана была уже тогда.

Когда я несколько дней после неподачи заявления в МГУ приходила в себя и меняла свои планы на будущее, мне позвонил один знакомый — из тех, кто посещал подготовительные курсы в университете. Я ему прямо сказала о том, что должна поступать в Ленинский. Объяснила, почему. Он мудро ответил:

— Не горюй. Там профессорский состав сейчас сильнее эмгэушного. Там такие столпы науки сидят, один Лосев чего стоит!

Так я впервые услышала имя Лосева. Я ничего о нем не знала. На мой вопрос о том, кто это, мой всезнающий приятель ответил:

— Это русский философ-идеалист, так о нем в Британике написано.

…Ничего себе: русский философ-идеалист в советском вузе! И до сих пор жив… Я не знала, верить ли этому или нет. Но вот именно так сказал тогда тот мальчик. И я это запомнила, не думая, что придется мне встретиться когда-нибудь с советским философом-идеалистом.

И мне — повезло! И все, что ни делается, в итоге оборачивается к лучшему — это проверено.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

2. Его университеты

Из книги Циолковский автора Арлазоров Михаил Саулович

2. Его университеты Москва встретила Циолковского не очень приветливо. Толстые, важные городовые недоверчиво провожали глазами бедно одетого провинциала. Прохожие, не замечая его, торопились по своим делам. И даже извозчики, оглядев приезжего, не предложили своих услуг.


МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ

Из книги Над пропастью во лжи автора Новодворская Валерия

МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ Мне крупно повезло, с точки зрения любого совка, желающего выйти в люди; ИНЯЗ был элитарным вузом, который открывал дорогу к советской мечте (коммунистическая мечта на ее фоне была просто праздником духовности): к работе за бугром, к возможности иметь


МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ

Из книги По ту сторону отчаяния автора Новодворская Валерия

МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ Мне крупно повезло, с точки зрения любого совка, желающего выйти в люди; ИНЯЗ был элитарным вузом, который открывал дорогу к советской мечте (коммунистическая мечта на ее фоне была просто праздником духовности): к работе за бугром, к возможности иметь


ЕГО УНИВЕРСИТЕТЫ

Из книги Юлиус Фучик автора Филиппов Василий

ЕГО УНИВЕРСИТЕТЫ Кем только ни был я на этом свете, И кем бы ни был я — всему был рад. Ян Неруда Прожив восемь лет в Пльзене, восемнадцатилетний Фучик возвращается в родной город, в Прагу. Когда он сошел с поезда, в кармане у него всего-навсего две кроны и сорок геллеров, но


Мои университеты

Из книги Прощание славянки автора Новодворская Валерия

Мои университеты Мне крупно повезло, с точки зрения любого совка, желающего выйти в люди; ИНЯЗ был элитарным вузом, который открывал дорогу к советской мечте (коммунистическая мечта на ее фоне была просто праздником духовности): к работе за бугром, к возможности иметь


3. Мои университеты

Из книги Зеркало моей души. Том 1. Хорошо в стране советской жить... автора Левашов Николай Викторович

3. Мои университеты На третьем курсе университета большинство лабораторных работ у нас было связано с излучающе-передающей аппаратурой. Изучали на практике все виды электромагнитных излучений, от световых волн до длинных радиоволн. Каждая лабораторная работа


Его университеты

Из книги Янгель: Уроки и наследие автора Андреев Лев Вячеславович

Его университеты И вот конец долгой дороге. На вокзале встретил брат Константин и привез к себе в общежитие: где живут трое, там и четвертому место найдется. Поступил в седьмой класс и устроился на работу разносчиком продукции стеклографии. В целях экономии денег, которые


Мои университеты

Из книги Мечты и свершения автора Веймер Арнольд Тынувич

Мои университеты В Тартуском университете. — Я вступаю в Социально-философское студенческое общество. — Мы советуемся с коммунистами.Весной 1922 года я окончил Таллинскую мужскую гимназию с довольно хорошими отметками. Хотелось учиться дальше. Брат Руут выбрал


МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ

Из книги Мои университеты автора Гребенников Виктор Степанович

МОИ УНИВЕРСИТЕТЫ Люди, будьте бдительны! Ю. Фучик.


Мои университеты

Из книги Мне всегда везет! [Мемуары счастливой женщины] автора Лифшиц Галина Марковна

Мои университеты И вот — школа позади. И экзамены позади, и выпускной. Последняя школьная весна… О ней отдельную книгу надо написать. А пока… Пока о «моих университетах».Готовилась я, как уже говорила, к поступлению на журфак МГУ. Все для этого у меня имелось: и газетные


Университеты

Из книги Рональд Лэйнг. Между философией и психиатрией автора Власова Ольга Викторовна

Университеты Корни Лэйнг происходил из типичной шотландской семьи. Как говорит он сам в автобиографии: Семья моего отца считала себя потомками викингов, когда-то осевших в Северо-Восточной Шотландии. Но пришли они с севера более дальнего, чем Северо-Восточная Шотландия.


Мои университеты

Из книги Вчерашний мир. Воспоминания европейца автора Цвейг Стефан

Мои университеты В разгар лета, в июле, я с аттестатом зрелости и со множеством необходимых справок, сопровождаемый мамой, выехал в Ленинград. Остановились мы, заранее обеспечив себе этот жилищный плацдарм, у одного из братьев отца. У меня аж дух захватило, когда я впервые


Мои университеты

Из книги Трактат об удаче (воспоминания и размышления) автора Сапиро Евгений Саулович

Мои университеты С легкой руки М. Горького такое название используют, рассказывая о тех, кто и где учил автора. Мои университеты – Пермский государственный технический (ПГТУ) и Пермский государственный (классический), в которых я учил других.Две оговорки.Первая: ПГТУ в те


Мои университеты

Из книги Телевидение. Закадровые нескладушки автора Визильтер Вилен С.

Мои университеты На кафедре телевидения факультета журналистики МГУ существовало неписаное правило – никаких семинаров, никаких занятий во время каких-либо массовых мероприятий в Доме кино. Проводить занятии в эти дни было бесполезно. Студенты все равно сбегут в Дом


Мои университеты

Из книги Сергей Лемешев. Лучший тенор Большого автора Васильев Виктор Дмитриевич

Мои университеты Запись романсов Надира у меня есть в исполнении шести теноров, в том числе: Карузо, Флеты, Тито Скипы, Джильи. Но после Смирнова – больше никого не хочется слушать… В техническом мастерстве он превзошел многих прославленных итальянских певцов, хотя и сам