Третья ошибка Абрамовича

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Третья ошибка Абрамовича

Отголосок странной реплики, прозвучавшей летом 2006 года в кулуарах Кремля, заставил насторожиться Романа Абрамовича, но ясности в том, что его ожидает, не возникло. Реплика была такая: «Половину «Сибнефти» мы отыграли легко, со второй половиной будет посложнее».

Половину «Сибнефти» никто у Абрамовича не отыгрывал. Он сам согласился участвовать в комбинации с огромным, в 5,5 миллиарда долларов, откатом в пользу Газпрома. Кому-то нужно было объявить на весь мир, что ведомство Миллера выкупило нефтяную компанию за фантастическую сумму, а про 5,5 миллиарда, возвращенных Абрамовичем через цепочку офшоров, знали всего несколько человек, включая президента Путина.

Теперь, судя по всему, готовился крутой наезд с целью «отыграть» еще пять-шесть миллиардов или сколько получится, о чем Путина в известность наверняка не ставили. Развязка интриги должна наступить к середине 2006 года, когда президентом станет Медведев, ненавидящий Абрамовича примерно так же, как Путин презирает Березовского.

Несправедливо? Подловато? Как сказать. И как судить, если вспомнить события 17-летней давности? Сколь бы ни казался гениальным план Абрамовича по завладению «Сибнефтью», созданной указом Ельцина для финансовой подпитки ОРТ, как бы ни нахваливал Березовский своего молодого подельника за «выдающийся талант в сфере денежного обращения», это был план хищнического захвата того, что даже малой своей частью не могло им принадлежать. Зато в «бизнес-план» входил весь рыночный джентльменский набор: угрозы, шантаж, подкуп, аресты несговорчивых и убийство неуступчивых. Последнее Абрамович одобрял, но не поддерживал.

Генеральный директор Омского нефтеперерабатывающего завода Иван Лицкевич яростнее и дольше других сопротивлялся поглощению НПЗ «Сибнефтью» и потому пропал без вести по дороге на работу 19 августа 1995 года. Тело его выловили в Иртыше спустя несколько дней. И объявили интересующимся: сердечная недостаточность. Он, видите ли, купаться полез в одежде, вот сердце и не выдержало. Березовский с Абрамовичем стали единоличными владельцами нефтяной компании, за которую уплатили 100 миллионов долларов, взятых в кредит у Газпрома безвозвратно, что являлось составной частью аферы, которая еще аукнется Абрамовичу.

И ведь могли вернуть кредит, не усугубляя уголовщины, потому что очень скоро Березовский продал восьмую часть принадлежащих ему акций «Сибнефти» за 500 тысяч долларов. Но он даже не помышлял о возврате: что с воза Газпрома упало, то пропало у Березовского на офшорных счетах. Имеет право, поскольку право - это возведенная в закон воля господствующего либерального класса.

А Роман Абрамович мудро выжидал, когда наступит его день и пробьет его час. Десять лет выжидал, плюсуя дивиденды от торговли нефтью, не им добываемой, пока не скопил на своих счетах семь или восемь миллиардов долларов. Вот тогда и состоялась широко разрекламированная продажа «Сибнефти», целиком принадлежавшей только ему, так как напуганный Генпрокуратурой Березовский поспешил продать свою долю Роману.

Все это предыстория, а во что выльется сама история, можно предугадать, если знать, чья это реплика по поводу второй половины «Сибнефти». Если бы она исходила от заместителя главы администрации президента Игоря Сечина, то не стоила бы особого внимания. Но это был не Сечин. Нужные люди подсказали: агрессивная реплика принадлежит другому замглавы администрации - Владиславу Суркову.

Абрамович искренне недоумевал: при чем здесь Сурков? Его дело - идеология, политические интриги, депутаты Госдумы, все эти отвязные «Наши», «Идущие вместе», «Лежащие рядом»... С какой стати он сует свой чеченский нос в дела столь от него далекие? Роман не знал о словах «серого кардинала», произнесенных в другом месте и в другое время:

«История с Ходорковским сидит в моем сердце занозой. Скоро будут две такие занозы, потому что следующим за Ходором пойдет Абрамович».

Роман не знал и не догадывался, что своей угрожающей репликой про вторую половину денег от Газпрома, которая прозвучала в присутствии сотрудников кремлевской администрации, Сурков пытался предупредить его о предстоящем наезде силовиков с целью «отыграть» еще пять-шесть миллиардов.

   

Не догадался, но струхнул отчаянно. Посещая Анадырь, улетал ночевать в Анкоридж на соседней Аляске. Опасался не зря. Если бы не Путин, Абрамовича арестовали бы еще раньше Ходорковского по обвинению в сотрудничестве со спецслужбами США. Довеском послужила бы статья о превышении служебных полномочий. Что было истинной правдой. Полномочия он превысил.