Глава 1 Benz Motorwagen – первый автомобиль, который не был первым

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 1

Benz Motorwagen – первый автомобиль, который не был первым

Зимой 2011 г. автомобиль без особой помпы отметил собственный юбилей – 125 лет с того момента, когда немецкий инженер Карл Бенц оформил патентную заявку на трехколесное транспортное средство с бензиновым мотором. С тех самых пор 29 января 1886 г. вполне официально считается днем рождения всех автомобилей мира. Справедливость и подлинность этой даты, как говорится, не обсуждается и не ставится под сомнение. Казалось бы, какие могут быть вопросы, если существуют десятки жизнеописаний Карла Бенца, в которых с аптекарской точностью отслежен жизненный и творческий путь немецкого конструктора, да и оригиналы патентных документов первого в мире автомобиля представлены на всеобщее обозрение в музее компании Mercedes-Benz?! Кто не верит, может проверить самолично. И все-таки сомневающиеся время от времени находятся и задают вопросы разной степени каверзности, на некоторые из которых так сразу и не ответишь…

В самом деле, почему пионером автомобилестроения считается именно Бенц, если работоспособные самодвижущиеся транспортные средства существовали еще задолго до первой поездки его вошедшего в историю Motorwagen? Вопрос, безусловно, интересный и требующий разъяснений. Попробуем расставить точки над «i» в этом довольно деликатном деле. Для начала не лишним будет вспомнить само определение понятия «автомобиль». И здесь разночтений как будто нет. Любой авторитетный источник от Британской энциклопедии до сетевой Википедии определяют автомобиль как «транспортное средство, созданное для перевозки пассажиров, как правило, приводящееся в движение двигателем внутреннего сгорания». Ничего удивительного, не так ли? Загвоздка лишь в этом самом «как правило». Сегодня многие даже не представляют себе машину, под капотом которой скрывается что-то иное кроме как бензиновый мотор, работающий по циклу Отто, или двигатель, конструкции, запатентованной Рудольфом Дизелем.

Пар, электричество, бензин?

Давайте на время забудем о существовании двигателя внутреннего сгорания и просто попытаемся ответить на вопрос: когда именно появился первый самодвижущийся экипаж? Боюсь, что исчерпывающего ответа попросту не существует. И опять же многое упирается в терминологию. Скажем, летописи свидетельствуют, что еще в XVI в. в Нидерландах неизвестные изобретатели построили и якобы вполне успешно испытали повозки с парусами, двигавшиеся по дорогам, словно корабли по морю. Можно ли считать автомобилями эти сухопутные лодки? Вряд ли… Столетием позже по улицам Парижа, пугая прохожих, лошадей и собак, разъезжала механическая телега, приводившаяся в действие, как будильник, посредством заводной пружины. И это тоже автомобиль? Пожалуй, все-таки нет. Ведь в представлении современного человека полноценное транспортное средство должно самостоятельно обеспечивать себя необходимой для движения энергией, не надеясь на милость попутного ветра или количество оборотов заводной пружины.

Карл Бенц

Но это еще цветочки! Падкие до исторических сенсаций специалисты, в свою очередь, приписывают авторство принципиальной схемы автомобиля то Леонардо да Винчи, то Исааку Ньютону, то безымянным ученым из Древнего Китая. Некоторые умудряются находить первые упоминания о самодвижущихся аппаратах даже в «Большом сочинении» английского философа Роджера Бейкона, жившего аж в XIII в.! Полагаю все же, что великие мужи прошлого обойдутся и без чужой славы, которая по справедливости принадлежит куда менее известному в широких кругах французу Николя-Жозефу Куньо.

Еще в конце XVIII в. талантливый военный инженер в поисках эффективного средства для транспортировки артиллерийских орудий, становившихся все более громоздкими и тяжелыми, задумался над созданием самодвижущейся механической конструкции взамен гужевой тяги. Созданный им на деньги военного ведомства паровой тягач оказался невероятно громоздким, грубым и несовершенным, каким только может быть машина совершенно нового, доселе неизвестного типа. Однако, несмотря на все насмешки и скептицизм современников, паровик, или как называл его сам Куньо «Фардье», то есть грузовик, оказался работоспособным! В 1870-м Николя-Жозеф совершает несколько пробных поездок по Парижу, одна из которых заканчивается первым в истории человечества ДТП с участием самодвижущегося транспортного средства. Не вписавшись в поворот неуклюжий тягач Куньо врезался в кирпичную стену арсенала – склада армейского ведомства Франции. Огромный паровой котел сорвался с креплений и взорвался с оглушительным грохотом. Лишь чудом дело обходится без жертв, и ничуть не расстроенный, а напротив, даже вдохновленный первыми успехами, Николя-Жозеф как ни в чем не бывало строит новый тягач. В конце концов, несмотря на очевидные успехи, проект в буквальном смысле отправится… в музей. Громоздкая конструкция, дороговизна, а главное слишком низкая скорость и неповоротливость тягача становятся непреодолимыми преградами на пути принятия на военную службу. Впрочем, труд самого инженера оценен по заслугам. Сам Людовик XV лично выписывает Куньо пожизненную пенсию, а его паровой тягач становится экспонатом Консерватории искусств и ремесел – своеобразного политехнического музея, где, к слову, «Фардье» можно видеть и по сей день. За «грузовиком» Куньо последовали и другие паровые конструкции, самой значимой из которых следует считать разработку англичанина Уолтера Хэнкока. Созданная им многоместная паровая телега Enterpraise считается первым в мире автобусом, курсировавшим по лондонским улицам начиная с апреля 1833-го. Вообще, следующие сто лет стали настоящим расцветом самых разнообразных машин, приводившихся в действие благодаря энергии пара. Неудивительно, что к концу XIX в. не только паровозы стали привычным зрелищем как в Европе, так и по другую сторону Атлантики. Достаточно многочисленные безлошадные паровые экипажи, представлявшие собой достаточно хорошо отработанные в инженерном смысле конструкции, в сознании публики не вызывали панического ужаса. К тому времени достаточно серьезную конкуренцию паровым машинам составляли и экипажи, приводимые в движение электричеством. Первые и опять же лишь относительно удачные эксперименты с электромобилями относятся еще к первой половине XIX в. Одним из пионеров нового направления считается венгерский инженер Аньош Йедлик. Изобретатель динамо-машины еще в 1828-м установил электромотор на крошечных размеров тележку. Не столько транспортное средство, сколько игрушка, коробчонка на колесах, по рассказам очевидцев, вполне успешно передвигалась в пространстве, но, увы, не вызвала энтузиазма даже у своего создателя. Популярность электромоторов уверенно росла – через девять лет шотландец Роберт Дэвидсон создает первый локомотив на электротяге. Впрочем, действующая трамвайная линия появится лишь в 1881-м в Германии. И аккурат в том же году французский инженер Гюстав Трюве покажет на Всемирной выставке в Париже первый работоспособный электромобиль.

Обратите внимание и это событие имело место быть аж за пять лет до того, как Карл Бенц получил свой исторический патент! Так что же мешает нам считать истинными изобретателями автомобиля Николя-Жозефа Куньо или того же Гюстава Трюве? Технически – лишь отсутствием в конструкции их экипажей двигателя внутреннего сгорания. Справедливо это или нет – не нам решать. И если уж в своеобразной войне форматов победил не паровой и не электрический мотор, а именно двигатель внутреннего сгорания, или проще говоря ДВС, то так тому и быть. Моторы, работающие на энергии взрыва, вышли на сцену значительно позже соперников, однако в конечном итоге именно они стали победителями, получившими всеобщее признание и всемирную популярность.

Чудо светильного газа

Все началось с изобретения жившего во Франции бельгийца Жана Жозефа Ленуара, который в 1860-м предложил собственную конструкцию одноцилиндрового мотора внутреннего сгорания. Надо сказать, что принципы работы ДВС к середине XIX в. не представляли тайны. Вот только все моторы, созданные предшественниками Ленуара, работали на спирту или скипидаре. Использовать их в то время в качестве топлива было столь же глупо как сегодня прикуривать от тысячерублевой купюры. Мотор бельгийца, в свою очередь, работал на дешевом светильном газе – помеси водорода, метана и окиси углерода. Неудивительно, что изобретение Жан Жозефа сразу поспешили назвать революционным прорывом в технике. – Благодаря французскому гению, век паровых моторов закончен, – восторженно писал в конце 1860-го журнал Scientific American. – Совсем скоро об Уотте и Фултоне (изобретатели паровых моторов. – Прим. автора) позабудут навсегда! Заокеанские репортеры, конечно, поторопились списать паровики со счетов, но двигатель системы Ленуара, действительно, стал весьма популярным. За следующие пять лет «Акционерное общество моторов Ленуара» продало не меньше 143 стационарных двигателей, использовавшихся в качестве источников питания для водяных насосов, привода токарных, фрезерных, ткацких и прочих станков, с их помощью вырабатывали электричество и наносили резьбу на зубчатых передачах. Важнее, что еще в 1863-м Ленуар из чистого любопытства установил одноцилиндровый двигатель рабочим объемом 2,5 л, развивавшим мощность 1,5 л.с. при 100 об./мин., на трехколесную коляску, соединив первичный вал с задними колесами с помощью цепной передачи. В сентябре, как уверяют современники, Жан Жозеф даже совершил на своем автомобиле пробную поездку. 11 километров по парижским улицам он преодолел за 90 мин. Тихоходность повозки предельно разочаровала создателя – пешком то же расстояние получилось бы преодолеть быстрее. И Ленуар, находившийся буквально в шаге от одного из величайших открытий в истории человечества, забросил опыты с самодвижущимся экипажем, переключив внимание на лодки и катера.

Справедливости ради, история повозки Ленуара на этом не заканчивается. Молва об удивительном изобретении бельгийского инженера дошла даже до царской России! Более того, император Александр II даже распорядился приобрести техническую диковинку. Приказано – сделано. Повозку погрузили на грузовую платформу и поездом доставили в Санкт-Петербург. Тут-то и выяснилось, что при дворе императорского величества нет ни одного технически подкованного человека, способного запустить мотор экипажа конструкции Ленуара. Инструкция по эксплуатации к машине, увы, не прилагалась. Подивившись на удивительную, но бесполезную в сложившихся обстоятельствах конструкцию, Александр II велел убрать ее с глаз долой. Так, действительно первый в мире автомобиль бесследно сгинул в России.

К тому времени у самого Ленуара и своих проблем хватало – ведь популярность его стационарных двигателей стремительно падала. Оказалось, что моторы бельгийца слишком шумные, чересчур требовательные к смазке и охлаждению, а главное, не очень экономичные и довольно капризные. И поток покупателей начал таять прямо на глазах. При этом нельзя сказать, что подобное развитие событий стало полностью неожиданным. Еще в начале 1860-х Жан Жозефу уже приходилось выслушать добрую порцию критики от молодого и никому неизвестного немецкого инженера по имени Готтлиб Даймлер. Выходец из семьи зажиточного кондитера из деревеньки Шорндорф, что в окрестностях Штутгарта, Даймлер получил блестящее техническое образование, а благодаря знакомству с известным меценатом Фердинандом Штайнбайсом, выбивавшим талантливым студентам гранты на обучение и практику за рубежом, не испытывал также и финансовых затруднений.

Прочитав шквал хвалебных статей, посвященных мотору бельгийского конструктора, Готтлиб не мешкая, отправился в Париж, чтобы лично познакомиться с виновником «технической революции». Но встреча с Ленуаром, а точнее сказать детальное знакомство с самой конструкцией двигателя стало для Даймлера разочарованием. Он нисколько не стесняясь в выражениях – сдержанность и такт никогда не входили в число добродетелей Готтлиба – раскритиковал мотор и, не задерживаясь, покинул Францию.

Ленуар, обиженный до глубины души, и представить не мог, что дерзкий немец совсем скоро затмит его в зените инженерной славы Европы.

На земле, в небесах и на море

Разочаровавшись в двигателе конструкции Ленуара, Даймлер отправился в Великобританию изучать инженерный опыт последователей Уотта и Фултона. Но вскоре хандра и тоска по родине заставили его вернуться в Германию. Но дома подходящей собственным амбициям работы дипломированный инженер не нашел. Финансовых проблем он по-прежнему не испытывал, а потому согласился занять место директора школы-приюта с техническим уклоном. Платили немного, зато здесь Даймлер смог в полной мере проявить недюжинный талант управленца. Он наладил работу некоммерческой школы так, что она даже стала приносить прибыль! Важнее, что именно в техническом лицее Даймлер познакомился со своим будущим коллегой и компаньоном. Вильгельм Майбах, осиротевший в 10-летнем возрасте, явно выделялся одаренностью на фоне остальных учеников, и Готтлиб поспешил взять его под личную опеку. Совсем скоро этим двум немцам предстояло совершить настоящую техническую революцию. Впрочем, пока с уст видных инженеров и изобретателей Европы не сходила другая немецкая фамилия – Отто.

Всемирная выставка в Париже 1876 г. стала настоящей ярмаркой технических чудес. Но, безусловно, главным экспонатом из сотен механических диковинок являлся все-таки двигатель внутреннего сгорания, разработанный доселе никому неизвестным Николаусом Отто. Его мотор при равной с двигателем Ленуара мощности потреблял на треть меньше топлива, отличался более компактными размерами и, кроме того, был гораздо проще в обслуживании. Представители французской компании поначалу посчитали подобные обещания банальным надувательством. Долго и безуспешно они искали «скрытые топливопроводы», идущие к мотору Отто, не допуская даже и мысли, что какой-то немец обставил Ленуара – признанного короля ДВС! Но в конечном счете Отто и его деловой партнер Ойген Ланген покинули Париж с золотой медалью за лучшее изобретение.

Чуть позже Отто создаст еще более эффективный двигатель с четырьмя рабочими циклами – впуск, сжатие, воспламенение, выпуск. К слову, четырехтактный мотор внутреннего сгорания сегодня используется повсеместно.

К тому времени техническим директором завода Deutz, где выпускали моторы конструкции Отто, стал Даймлер. Талантливый управленец навел порядок на фабрике, значительно увеличив выпуск двигателей и введя строгий контроль качества. Совсем скоро штат рабочих фирмы с 20 человек увеличился до 240, а в одном только 1875-friDeutz продал639 двигателей. Прежде о подобных результатах руководство фирмы не осмеливалось даже мечтать! Впрочем, благополучными дела Deutz казались только со стороны. Из-за конфликта с Николаусом Отто Даймлер в конце концов вынужден был покинуть компанию. И почти сразу же вместе со своим протеже Вильгельмом Майбахом Готтлиб организовал собственную фирму, решив утереть нос бывшим работодателям.

Идея Даймлера заключалась в том, что более компактный и легкий, чем стационарные двигатели конструкции Отто, двигатель может развивать ту же мощность, если будет работать на более высоких оборотах. И здесь многое зависело от топлива – светильный газ уже не удовлетворял требованиям конструктора. Но существовала и альтернатива – нефть.

Во второй половине XIX в. черное золото добывали и в США, и в России, а продуктом перегонки нефти, как и сегодня, являлись три основные субстанции. Это мазут, использовавшийся в качестве смазочного материала, керосин, ставший топливом для бытовых осветительных приборов, и, наконец, бензин – наиболее летучий и легковоспламеняющийся в ту пору он считался отходом производства. Инженеров, не говоря уже об обывателях, пугало свойство бензина воспламеняться даже от малейшей искры. Однако именно эту особенность прогрессивного топлива решили использовать Даймлер и Майбах. В конце концов они добились своего, создав куда более совершенный мотор нежели двигатель конструкции Отто. Как и предполагалось, весил он в семь раз меньше, но при этом раскручивался до 900 об/мин против 180 об/мин у конкурента, развивая при этом равную мощность.

Летом 1885-го закадычные друзья и коллеги решили установить ДВС собственной разработки на транспортное средство. В поисках самой легкой оправы для мотора Даймлер и Майбах остановились на деревянной двухколесной раме, к которой по бокам для поддержания равновесия прилагались два дополнительных колесика, как на современном детском велосипеде. Любопытно, что ни Готтлиб, ни Вильгельм не рискнули опробовать собственное творение в деле. Тест-пилотом отважился стать старший из сыновей Даймлера – Пауль. Оседлав диковинную машину, 16-летний смельчак без проблем добрался до деревушки Унтертюркхайм, находившейся в 3 км от отцовского дома в Каннштадте – пригороде Штутгарта. Машина работала на удивление исправно и развивала скорость до 12 км/ч. Главным нареканием со стороны испытателя стал выхлопной патрубок, расположенный слишком близко к седлу – из-за чего Пауль едва не обжегся.

С приближением зимы Даймлер решил превратить свой мотоцикл (между прочим первый в мире!) в мотосани, приспособив вместо переднего колеса лыжу, а также установив сзади шипованное колесо. Эксперимент оказался не слишком удачным. Но Даймлер продолжал искать любые возможности для применения мотора. Помимо первого в мире мотоцикла, он оснастил своим мотором автобус, трамвай и горную вагонетку; на его счету удачные эксперименты с моторными лодками и катерами, а впоследствии и с самолетами. Недаром же знаменитая эмблема Daimler – трехлучевая звезда – символизирует области применения моторов фирмы – как на земле, так и в небесах и на воде. Рано или поздно очередь должна была дойти и до самодвижущегося экипажа.

Еще в конце 1885 г. Готтлиб разместил на кузовной фирме Wilhelm WimplT & Sohn в Штутгарте заказ на новый экипаж. «Сделайте его элегантным и прочным, – отметил в заказе Готтлиб. – Я намереваюсь преподнести его жене на день рождения!» Правда, к 29 апреля – торжественной дате – кабриолет все еще был не готов. Господин Вимпф лично принес извинения, но Готтлиб не выглядел сильно расстроенным – на самом-то деле экипаж предназначался отнюдь не для фрау Даймлер…

Когда 28 августа новый кабриолет наконец доставили в мастерскую, стало ясно, что замышляют компаньоны. На экипаж не мешкая установили двигатель внутреннего сгорания. Тестировать же новый безлошадный кабриолет вновь выпало Паулю. По его словам, машина «шла очень уверенно, достигая скорости до 18 км/ч».

По иронии судьбы испытания кабриолета практически совпали с другим знаковым событием – бюро по защите авторских прав Германии одобрило патентную заявку Карла Бенца, зарегистрировавшего «автомобиль, работающий на бензине».

Готтлиб был не столько расстроен, скорее – удивлен. Оказалось, что совершенно неизвестный ему соотечественник, живший буквально в 100 км от резиденции и мастерской Даймлера, также занимается разработкой самодвижущихся экипажей с двигателями внутреннего сгорания. Кем же был этот таинственный инженер, приватизировавший славу изобретателя автомобиля?

Трудное детство

Карл Бенц родился 26 ноября 1844 г. в деревеньке Пфаффенрот, расположенной в горном массиве Шварцвальд на юго-западе Германии. Отец Карла, как и его дед, были потомственными кузнецами. Когда же между Карлсруэ и Хайдельбергом открылось железнодорожное сообщение, Йоган-Георг Бенц устроился кочегаром на паровоз, а вскоре дослужился до инженера-механика. Однако династии железнодорожников в семье Бенц не суждено было случиться. Началось с пустяка. Как-то летом 1846-го из-за ошибки стрелочника локомотив сошел с рельсов и в течение несколько часов Йоган-Георг вместе с другими рабочими ставили многотонную махину обратно на пути. Уже по дороге домой разгоряченный и мокрый от пота Бенц-старший постоял на сквозняке, а на утро слег с температурой. Закончилось же все настоящей трагедией – через несколько дней бедняга умер от воспаления легких. Маленькому Карлу не исполнилось и двух лет.

Жозефина Бенц была абсолютно безутешна – в одночасье она потеряла и мужа, и единственного кормильца. Скромной вдовьей пенсии едва хватало, чтобы сводить концы с концами, но она твердо решила во чтобы то ни стало поставить сына на ноги. Карлу Бенцу с самого детства везло на женщин.

Прихватив сына и нехитрый скарб, Жозефина переехала в Карлсруэ. В деревне работы все равно не было, а в городе энергичная фрау устроилась кухаркой, все заработанные деньги откладывая на обучение сына. Так что несмотря на, мягко говоря, скромное финансовое положение, Карл учился в довольном престижном техническом лицее, где проявил особый интерес к физике и химии. Тогда же юный Бенц не на шутку увлекся часовыми механизмами и работами Луи Даггера – одного из основоположников фотографии. Оба хобби пригодятся ему в дальнейшем. В сложные для маленькой семьи моменты Карл будет подрабатывать ремонтом карманных часов и механических будильников, а также фотографировать нередких в Шварцвальде туристов.

По окончании лицея Бенц решил продолжить обучение в политехническом институте Карлсруэ. Денег на оплату престижного и недешевого вуза в семейном бюджете не оказалось, но Жозефину Бенц это не смутило. Она стала сдавать постояльцам собственную квартиру, для ночлега оставив себе лишь угол за печкой. По счастью, сын полностью оправдывал надежды и старания матери – Карл считался одним из лучших учеников политеха и в 1864-м закончил его с отличием. Вот тут-то для молодого человека и наступил сложный момент.

Карл Бенц и пятеро его детей рядом с моделью Velo

До этого он преследовал лишь одну и вполне конкретную цель – получить наилучшее образование. Но выполнив задачу, Бенц теперь не знал что делать, куда двигаться дальше. Поначалу Карл устроился в локомотивное депо. Не лучший, что и говорить, выбор. Во-первых, Жозефина памятуя о том, что именно железная дорога лишила ее мужа, а сына – отца, на дух не переносила паровозы, вагоны и все, что с ними связано. Да и самому Бенцу работа не доставляла удовольствия. По 12 часов в сутки он возился с моторами в плохо освещенных помещениях и сырых ангарах. И хотя довольно скоро старательного, исполнительного юношу повысили до бригадира, для себя он уже все решил: работа на железной дороге – это тупик. Вскоре Бенц перешел на фабрику промышленных весов, но и здесь не задержался. Следующей остановкой в карьере стала должность инженера в строительной компании, возводившей мосты.

Сложный период в жизни молодого человека превратился в трагичный – в марте 1870-го умерла его мать, которую Карл боготворил. Из глубокой депрессии его вывела лишь встреча с миловидной Бертой Рингер – 20-летней дочерью одного из строительных подрядчиков, с которым Бенц общался по долгу службы. Он влюбился по уши.

К тому времени, окончательно разочаровавшись в наемной работе, Бенц вместе со знакомым механиком Августом Риттером решил организовать в Маннгейме собственное дело. В августе 1871-го приятели приобрели небольшой земельный участок с деревянным сараем, в котором организовали мастерскую по выпуску металлических изделий. Увы, Риттер оказался ненадежным партнером и, охладев к делам совместного предприятия, решил выйти из игры. Карл был в отчаянии. Только-только забрезжившая надежда на свое дело, а стало быть и новую жизнь, грозила погаснуть. На помощь неожиданно пришла Берта, уговорившая собственного отца поторопиться с приданным для возлюбленного, хотя молодые к тому времени были лишь помолвлены. Деньги невесты позволили Бенцу выкупить долю компаньона, став полноправным владельцем «Фабрики металлообрабатывающих станков».

Выбор пути

Собственное предприятие не сделало его миллионером. На жизнь хватало, но только и всего. Впрочем, Карл и не собирался до конца своих дней вытачивать металлические болванки на токарном станке. Еще со студенческих времен он бредил идеей создания транспортного средства, которое «могло передвигаться с помощью самостоятельно вырабатываемой энергии, но не по рельсам как локомотив, а по обычным дорогам на манер кареты или повозки». Проще говоря, в этой немного тяжеловесной манере Бенц сформулировал идею автомобиля. Мечта, она и есть мечта, и кроме общего представления о «самодвижущейся повозке» Карл не имел и малейшего представления о том, как она будет устроена. Не возникало вопросов лишь по одному поводу – никаких паровых моторов! Было ли это эхом семейной нелюбви к железной дороге или уже тогда «паровики» казались Карлу слишком массивными и тяжелыми? Сложно сказать, так или иначе, но с самого начала Бенц сфокусировал внимание на двигателях внутреннего сгорания.

Берта Бенц

Карл не по наслышке знал и о моторе Ленуара – один из стационарных моторов бельгийского инженера приобрел политехнический институт Карлсруэ, где учился молодой Бенц. Освобожденный в тот день от занятий он вместе с остальными студентами участвовал в его установке и наладке. И так же как многие Бенц искренне восхищался мотором Николауса Отто. Более того, воодушевленный примером соотечественника, Карл в конце концов решил создать собственный аналог. Ни о какой революции или техническом прорыве и речи не шло – он просто пытался на собственном опыте понять, как это работает. И процесс познания не был легким. Над своим предельно простым по конструкции двухтактным одноцилиндровым мотором Бенц корпел около двух лет и только в сочельник 1879-го двигатель, наконец, заработал. И кто после этого скажет, что в Рождество не случаются чудеса?!

Счастье, впрочем, оказалось не долгим. Построив двигатель, на который ушла не только уйма времени, но и денег, Карл остался без средств для его производства, которое могло бы принести известную прибыль. И дорогая двухтактная игрушка заняла место в углу мастерской. Кто знает, как сложилась бы дальнейшая судьба будущего изобретателя автомобиля, если бы не его увлечение велосипедом. Благодаря весьма популярному во второй половине XIX в. хобби Карлу посчастливилось свести знакомство с успешными предпринимателями Максом Розе и Фридрихом Эсслингером. Узнав, что их новый друг – способный инженер, разработавший и построивший собственный двигатель внутреннего сгорания, они решили организовать общее дело. 1 октября 1883 г. была основана «Бенц и компания, рейнская фабрика бензиновых двигателей», наладившая выпуск стационарных ДВС. Никогда еще Карлу так не везло на деловых партнеров. Добропорядочные и ответственные Розе и Эсслингер, правда, не разделяли оптимизма Бенца насчет самодвижущихся экипажей, но и не возражали против странного, по их мнению, увлечения своего технического директора. При условии, разумеется, что основной бизнес будет идти хорошо.

В свободное от работы время…

А все пошло просто замечательно. Моторы Бенца расходились на ура – покупатели адресовали на фабрику благодарственные письма, а пакет заказов тяжелел на глазах. Вскоре штат сотрудников увеличился до 25 человек, и Карл, под снисходительные насмешки партнеров, приступил к осуществлению давней мечты.

И вновь делу помог велосипед, ставший настоящей музой немецкого инженера. От него первый в мире автомобиль позаимствовал принципиальную конструкцию: трубчатую раму, спицевые колеса большого диаметра с резиновыми шинами. Правда, Бенц сразу решил, что самих колес будет больше чем два – в свое время он частенько падал с велосипеда, набив немало шишек. Свое транспортное средство Карл видел, во всяком случае, более устойчивым. Но каким трех– или четырехколесным? Проблема решилась сама собой: поскольку Карл не представлял как сделать поворотную ось, первому автомобилю суждено было стать трехколесным. Любопытно, что в то время шарнирную ось с рулевой трапецией уже изобрели, но Бенц об этом банально не знал.

А иначе и быть не могло. Ведь в 80-х гг. позапрошлого столетия не существовало ни автодорожных вузов, ни учебников по устройству автомобиля. Не было даже Интернета, чтобы на худой конец подсмотреть идею у коллег. Создавая автомобиль, Бенц ступал по неизведанной территории и продвигался медленно, на ощупь, ошибаясь, исправляя просчеты, но упорно продолжая идти вперед.

Для первого автомобиля Карл собрал новый мотор, более компактный, чем стационарная модель, при рабочем объеме 954 см3, развивавший мощность порядка 0,7 л.с. при 400 об/мин. Куда сложнее дело обстояло с системой питания – пришлось собирать простейший карбюратор, топливо из которого поступало в цилиндр самотеком, а дроссельная заслонка регулировала подачу рабочей смеси. Весьма нехитро выглядела и система охлаждения. На единственный цилиндр надевался металлический кожух-испаритель, заполнявшийся водой. Жидкость циркулировала между кожухом и дополнительным резервуаром, соединенным двумя трубками. Со временем вода выкипала, и ее приходилось доливать. Зато схема зажигания, напротив, оказалась весьма передовой. В отличие от распространенной в те годы калильной трубки Бенц использовал куда более продвинутую индукционную катушку Румкорфа и запальную свечу. Но больше всего пришлось помучиться с коробкой передач. Вернее, трансмиссии в привычном понимании на автомобиле Бенца не было вообще. Напрямую соединить вал двигателя с ведущей осью не представлялось возможным из-за разницы в скорости вращения, и проблему решила двухступенчатая ременная передача. Шкив на валу мотора с помощью ремня соединялся со шкивом на промежуточном валу, от которого усилие посредством цепей передавалось на ведущие колеса. Функции сцепления выполняла вилка, передвигая которую водитель переводил ремень с «холостого» шкива на «рабочий».

К великому сожалению, дата дебютной поездки самого первого автомобиля не сохранилась. Прежде всего потому, что сам его создатель никак не мог решить, когда машина наконец будет готова к действию. Но одним осенним деньком 1885 г. Бенц, наконец, решился. Он вытолкал машину из мастерской во двор собственного дома, залил немного бензина и завел мотор. Вздрогнув и пару раз чихнув для острастки, двигатель заработал: громко и неуверенно. Карл сел за рычаги управления, с помощью рукоятки, управлявшей дроссельной заслонкой, осторожно прибавил газу и машина, чуть помедлив, тронулась с места!

Берта, наблюдавшая за мужем с крыльца, радостно захлопала в ладоши, но не успела она заскочить на подножку, как двигатель заглох – порвался провод системы зажигания. Мигом устранив неисправность, Бенц завел мотор снова, но тут слетела цепь с ведущей оси… Вздохнув, Карл понял, что впереди еще много работы.

Спустя пару недель тест-драйв решили повторить. На сей раз Берта предусмотрительно заняла место рядом с мужем, но и эта поездка оказалось короткой – не совладав с управлением, Бенцы врезались в ограду собственного дома. К счастью, скорость была невысокой и никто не пострадал. Прогресс тем не менее не вызывал сомнений, и Карл с истинно немецким упорством продолжал методично совершенствовать конструкцию, а кроме того, решил, что пора озаботиться и вопросами регистрации.

29 января 1886 г. он оформляет патентную заявку за номером DRP-37435 «Автомобиль, работающий на бензине». Официально документы выправили лишь ко 2 ноября, но датой, с которой патент вступил в силу, считается день подачи заявления.

Бенц не сидел сложа руки, продолжая эксперименты в домашней мастерской. Зимой он построил второй экземпляр повозки, который без особых затей назвал «Motorwagen № 2» – «Автомобиль № 2». На нем-то Карл вместе со страшим сыном Ойгеном стали предпринимать ночные вылазки за территорию собственного участка.

Motorwagen бежал все лучше и лучше, но все-таки обратный путь до гаража отважные автолюбители проделывали спешившись, толкая обездвиженный автомобиль.

Наконец настал тот день, когда Бенцу удалось объехать весь Маннгейм и вернуться домой своим ходом. Случилось это 3 июля 1986-го. На следующий день в «Новой Баденской газете» появилась заметка «об испытаниях трехколесного самодвижущегося экипажа, замеченного ранним утром на объездной дороге».

«Во время заезда, – скупо сообщалось в колонке местных новостей, – механический экипаж работал исправно».

Женская воля

Тем временем дела «Бенц и компании» уверенно шли в гору – штат увеличился уже до 40 человек, заказы текли рекой. Однако сам Карл окончательно охладел к стационарным моторам, все свои помыслы связывая с автомобилем. «Еще немного испытаний, доработок и Motorwagen станет товаром, который вполне можно будет продавать!» – убеждал Бенц своих компаньонов. Розе и Эсслингер лишь тяжело вздыхали в ответ. Они по-прежнему не мешали Карлу заниматься любимым делом, но, впрочем, ничем и не помогали. Рассчитывать он мог лишь на себя и своих домашних.

По вечерам, уложив детей спать, Берта помогала мужу в мастерской или подзаряжала аккумулятор, остервенело нажимая на педали швейной машинки. Старшие сыновья Ойген и Рихард также не вылезали из мастерской. Шло время, а Бенц по-прежнему не был доволен машиной. Он постоянно что-то менял в конструкции, но до кондиции годного для продажи товара Motorwagen, по его мнению, не дотягивал. Неизвестно, сколь долго Карл еще медлил, если бы инициативу в свои руки не взяла Берта, не сомневавшаяся – автомобиль уже достаточно хорош и в нынешнем виде. Заявить это в открытую она не решилась, опасаясь задеть самолюбие мужа, и тогда смелая женщина пошла на хитрость.

Берта как раз планировала навестить свою матушку, проживавшую в сотне километров от резиденции Бенцев в Маннгейме. Сначала до Пфорцхайма она собиралась добираться поездом, но тут ее осенило – почему бы не проделать весь путь на автомобиле? Прекрасный способ не на словах, а на деле доказать, что Motorwagen уже минул стадию экспериментального проекта.

Первое в истории автомобильное путешествие состоялось 5 августа 1888 г. Пораньше проснувшись и прихватив с собой старших сыновей Ойгена и Рихарда, Берта двинулась в путь. Мужу она ничего не сказала, а чтобы не разбудить его ненароком, прежде чем завести мотор фрау Бенц оттолкала машину на приличное расстояние от ворот их собственного дома. Отчаянная женщина!

До Хайдельберга автотуристы добрались без проблем и с аппетитом перекусили в местной харчевне. Во время остановки в Вислохе пришлось долить воды в испаритель, а в местной аптеке купить немного топлива: лигроина – бензиносодержащего растворителя. Теперь этот магазинчик считается первой в мире заправочной станицей.

При подъезде к Бреттену путешественники, наконец, столкнулись с первой серьезной проблемой. Машина никак не могла одолеть крутой холм – оставив за ручкой управления Рихарда, Берта и Ойген затолкали машину наверх. Тем же образом путешественники штурмовали все последующие высоты.

Чтобы добраться до места назначения засветло, Берте пришлось проявить завидную смекалку, находчивость и техническую грамотность. Засорившуюся топливную трубку она прочистила с помощью булавки, резиновой чулочной подвязкой изолировала заискрившим провод зажигания, а в Баушлотте фрау Бенц попросила местного сапожника изготовить новую кожаную накладку на тормозную колодку. Буквально за полчаса до заката Берта и дети вкатились в Пфорцхайм и первым делом телеграфировали Карлу: «Не волнуйся, мы в порядке!».

Чрезвычайно взволнованный, но еще в большей степени гордый за супругу, Бенц первым делом попросил выслать обратно комплект приводных цепей, который был необходим ему для постройки третьей машины, заявленной для участия на мюнхенскую инженерную выставку.

Кроме того, первое в мире автопутешествие стало и поводом для первого рестайлинга. По совету жены и детей Бенц добавил в конструкцию Motorwagen понижающую передачу, чтобы не возникало проблем на затяжных подъемах.

Накануне рассвета

Мюнхенская выставка в сентябре 1888-го стала настоящим бенефисом Бенца. Карл не только открыл свой автомобиль для всеобщего доступа, но и предлагал каждому смельчаку пробную поездку.

– Редко когда жители Мюнхена могли лицезреть более удивительно зрелище, – захлебываясь от восторга писали местные газетчики. – Машина без котла и трубы двигалась сама по себе, вызывая всеобщий интерес! Неудивительно, что Motorwagen получил «Золотую медаль» как лучшее изобретение, но, как ни странно, шквала заказов на машину не последовало. Вернее, заказов не было вовсе. Как вспоминал Карл, «на единственного покупателя, намеревавшегося приобрести Motorwagen надели смирительную рубашку и отвезли в приют для душевнобольных».

И ведь не скажешь, что Бенц подошел к проблеме продвижения своего детища спустя рукава. Напротив, он основательно подготовился: аккуратно вырезал все восторженные отзывы в прессе, посвященные его мюнхенскому триумфу, и даже издал каталог «Нового патентованного автомобиля», где расписывал лучшие качества «приятного средства передвижения со встроенным устройством для преодоления холмов». Здесь же фигурировала и цена в 2000 марок. Карл не поленился подсчитать, что стоимость эксплуатации составит всего 30 пфеннигов в час. Но покупателей, увы, не привлекли и эти посулы. Консервативные немцы просто игнорировали чудо техники. Впрочем, как известно, час перед рассветом – самый темный. И фортуна вскоре соблаговолила-таки улыбнуться находившемуся на грани отчаяния гению. Дело, по сути, решила единственная машина, нашедшая своего покупателя. Им стал Эмиль Роже – торговый представитель фирмы «Бенц и компания» в Париже. Предприимчивый француз посчитал, что для демонстрации возможностей стационарных моторов Бенца самодвижущийся экипаж не помешает. Но приобретя трехколесную машину из любопытства, вскоре Роже превратился в рьяного фаната автомобилей.

По счастью для Бенца, француз оказался весьма талантливым дельцом. Он на собственные средства зарегистрировался для участия во Всемирной Парижской выставке 1889 г, где трехколесный Motorwagen получил заслуженную порцию внимания. Впечатленный интересом публики, Роже выпустил собственные рекламные брошюры, надо заметить, гораздо более красочно расписывавшие таланты машины, чем проспекты самого Бенца.

Говоря начистоту, Эмиль обещал покупателям то, чего ни один автомобиль в мире не сможет предоставить еще и через десять лет. Однако подобные «мелочи», как выяснилось, никого не беспокоили. Франция уже подхватила романтический вирус любви к автомобилям и дальше все, как говорится, было делом техники.

К концу 1892-го Роже продал свыше двадцати трехколесных Motorwagen и засыпал Маннгейм с просьбами увеличить производство. На базе Motorwagen Бенц построил улучшенный четырехколесный Benz Velo, продажи которого исчислялись уже не десятками, а сотнями, затем настал черед совершенно новой модели Benz Victoria, еще укрепившей позиции фирмы. Автомобильный век только начинался…

Так кто же все-таки первый?

Как видите, однозначно ответить на вопрос, кто построил первый автомобиль, совсем непросто. Претендентов оказывается слишком много. Куньо и Ленуар, Хэнкок и Даймлер, а также многие-многие другие, рассказать о которых просто нет возможности. Быть может, именно поэтому кандидатура Карла Бенца действительно представляется самой подходящей. В отличие от других «первооткрывателей» он с самого начала осознанно и намеренно создавал именно автомобиль, искренне веруя в то, что за автомобилями будущее транспорта всей планеты. И в конечном счете оказался прав. Нам же остается только склонить голову перед талантом, упорством и верой немецкого конструктора, благодаря которому стал возможен автомобиль как таковой.

Соседи, конкуренты, компаньоны

Удивительное дело, Карл Бенц и Готтлиб Даймлер – два человека, внесшие наибольший вклад в создание автомобилей, жили и творили в одно время, являлись чуть ли не соседями – от Маннгейма до Каннштадта всего около 100 км, но при этом умудрились так и не встретиться. Зато начиная с 1890 г. «Бенц и компания» и Daimler-Motoren-Gesellschaft стали принципиальными соперниками зарождавшегося автомобильного рынка Европы. Конкурентная борьба с переменным успехом продолжалась на протяжении нескольких десятилетий, но в конечном итоге принципиальные соперники превратились в партнеров. Этот шаг оказался во многом вынужденным – Германия, потерпевшая поражение в Первой мировой войне, в 1920-х гг. испытывала тяжелейший экономический кризис, разумеется ударивший и по автомобильному бизнесу. Вот почему в 1924-м две компании подписали договор о сотрудничестве, предусматривающий партнерство в технической и финансовой сферах. Ну а еще через два года 28 июня 1926-го, Daimler и Benz объединились, создав новую компанию Daimler-Benz. Эмблемой вновь организованной фирмы стала трехлучевая звезда (символ Daimler) в окружении лаврового венка – фирменного знака Benz. Автомобили компании с тех пор официально именуются Mercedes-Benz.

Фантазеры

Любой рассказ о пионерах автомобилестроения будет неполным без упоминания Зигфрида Маркуса и Джорджа Селдена. Сегодня эти уважаемые господа, возможно, стали бы прекрасными автомобильными менеджерами. Примерно в одно и то же время и независимо друг от друга – австриец и американец даже не были знакомы – оба почувствовали приближение новой эры в развитии транспорта – автомобилей, оснащенных двигателями внутреннего сгорания. И решили воспользоваться моментом. В 1875-м Маркус создал собственную самодвижущуюся коляску с четырехтактным бензиновым мотором, впоследствии объявив себя истинным создателем автомобиля. Эту конструкцию и сегодня можно увидеть в Техническом музее австрийской столицы. Проблема лишь в том, что «автомобиль» Маркуса, несмотря на все заверения создателя, не мог передвигаться самостоятельно.

Джордж Селден пошел еще дальше. В 1879-м он оформил патентную заявку на принципиальную схему автомобиля с бензиновым мотором, согласно которому именно он является правообладателем всех автомобилей, которые будут выпущены в дальнейшем. Селден стал очень богатым человеком, даже не создав ни одной машины. Многие американские фабриканты конца XIX в. предпочитали не спорить, а платить. И лишь в начале XX в. патент Селдена признали недействительным.

Benz Motorwagen: хронология

1844 – 25 ноября родился Карл Бенц.

1860 – в январе бельгийский инженер Жан Жозеф Ленуар оформляет патент на двигатель внутреннего сгорания, работающий на светильном газе.

1867 – на Всемирной выставке в Париже золотой медали удостоен ДВС конструкции немецкого инженера Николауса Отто.

1879 – 25 декабря Карл Бенц закончил сборку своего первого двухтактного двигателя внутреннего сгорания.

1883 – 1 октября основана «Бенц и компания, рейнская фабрика бензиновых двигателей», занявшаяся выпуском стационарных ДВС.

1885 – осенью Карл Бенц проводит первые испытания Motorwagen № 1.

1886 – 29 января Бенц оформляет патент за № 37435 «Автомобиль, работающий на бензине».

1886 – 3 июля Бенц и Motorwagen впервые показываются на публике.

1888 – весной Эмиль Роже получает эксклюзивные права на реализацию автомобилей Бенца во Франции.

1888 – 26 августа Берта, Ойген и Рихард Бенц совершают первую длительную поездку на автомобиле.

1888 – в сентябре Карл Бенц получает Гран-при на Мюнхенской инженерной выставке.

Benz Motorwagen: личное дело

Годы выпуска: 1885–1892

Страны выпуска: Германия

Общее количество произведенных автомобилей: 28

Создатели: Карл Бенц

Модели, созданные на той же платформе: Benz Velo

Вклад в историю: документально подтвержденный первый в мире действующий автомобиль с двигателем внутреннего сгорания.

Технические характеристики

Benz Motorwagen Общие данные

Кузов(число мест) – ранэбаут(2)

Колесная база, мм – 1450

Длина х ширина х высота, мм – 2700 х 1400 х 1450

Снаряженная масса, кг – 225

Скорость, км/ч – 16

Расход топлива, л/100 км – 10

Запас топлива, л – 4,5

Двигатель

Расположение – сзади, горизонтально

Конструкция 1-цилиндровый, четырехтактный, бензиновый, жидкостного охлаждения

Диаметр цилиндра х ход поршня, мм – 90 х 150

Рабочий объем, см3 – 954

Мощность, л.с. при об/мин – 0,75/400

Шасси

Тип – трубчатая рама

Привод – на задние колеса

Коробка передач – ременно-шкивная передача

Подвеска спереди – поворотная неподрессоренная вилка

сзади – неразрезная балка, эллиптические рессоры

Тормоза – ленточного типа

Диаметр колес, мм

спереди – 730

сзади – 1125

Данный текст является ознакомительным фрагментом.