24 ноября

24 ноября

Каждую пятницу после семинара, где мы, страница за страницей, изучаем Рабана Мавра, я оставляю чарующее средневековье и возношусь на лифте на три этажа выше, в аудиторию 802, в не менее любопытное общество. Я сижу на подоконнике; если опаздываю, ищу свободное место на полу и в течение двух часов восхищаюсь апокалиптической битвой Истины и Лжи, Фактов и Интерпретации. Сценой этих сражений является еженедельный семинар профессора Алена Безансона, их участниками – профессор с группой своих приверженцев и его противники, сосредоточенные вокруг советолога Владимира Береловича. Все дискуссии, касающиеся войн на Ближнем Востоке или засухи в Африке, являются только прелюдией к главному вопросу: что такое перестройка – не более чем маневр, призванный усилить власть Горбачева, или все-таки реальный конец коммунизма. Каждый политический шаг Горби объясняется группой профессора Безансона в терминах: «провокация», «ловкая, изобретательная провокация». Сторонники Береловича утверждают, что перестройка – это конец провокации и что все меняется к лучшему, кроме образа мышления безансонцев. Если эту схему распределения упростить, одновременно обогатив интерпретацией взглядов, которыми мы обмениваемся в ходе дискуссии с противниками, то можно попробовать догадаться, что думают друг о друге участники семинара. А именно: группа Безансона, ссылаясь на политические факты и блестяще аргументируя свое мнение, поглядывает на своих семинарских противников с выражением превосходства и легкого омерзения, обвиняя их в неинформированности, подверженности пропаганде или просто в криптобольшевизме. Группа Береловича, закаленная в дискуссионных сражениях, комментируя те же самые факты, интерпретирует их с точностью до наоборот и бросает взгляды в сторону профессора Безансона и его приверженцев, долженствующие выражать сострадание и сочувствие – вот, полюбуйтесь, жертвы паранойи.

Тут мы рискуем угодить в настоящую ловушку; если образ мышления безансонцев столь явно отдает паранойей, то они все-таки правы, поскольку в соответствии с методологическими принципами пользуются инструментами, адекватными объекту познания, а коммунизм, несомненно, творение параноидальное.

Рухнула Берлинская стена, группа Береловича торжествует: «А мы что говорили? Коммунизм рушится, теперь видите, что мы правы?» На это группа профессора Безансона отвечает: «Вот посмотрите, русские еще войдут через эту Стену в Германию. Мы как раз наблюдаем начало незаметной нейтрализации и поглощения Западной Европы».

Спор ведется в присутствии консулов в отставке, известных политических советников и нескольких студентов с несказанно богатым воображением. Я болею за одного из таких юношей, украшая его сюжеты реалиями из жизни Восточной Европы. В последний раз он заявил, что Чернобыль есть превосходно использованное бедствие, так как в надлежащий момент СССР может шантажировать Европу тем, что вскроет саркофаг.

Консулы в отставке тоже рассказывают занимательные истории, только не из будущего, а из прошлого, вспоминая свою работу в представительствах. Один из консулов недавно вернулся из Зимбабве, где СПИД распространен так же, как у нас насморк. В опустевших деревнях бродят одни только старики и малые дети. Как известно, лекарства от СПИДа еще не нашли – ну а достижения народной медицины на что? Так, какой-то шаман придумал, что действенным средством избавления от этой болезни является изнасилование белой женщины. Когда несколько больных испробовали лечение на улицах Хараре, все белые женщины Зимбабве покинули. Рассуждая логически, теперь пришла очередь белых мужчин, поскольку почему бы не счесть, что лучшим средством от СПИДа вместо изнасилования белой женщины является изнасилование белого мужчины?

Другая история случилась в Конго, где какой-то из тамошних туземных царьков после получения диплома католической школы позволил обратить себя в марксизм, дабы обезопасить свою власть как справа, так и слева. К сожалению, его ускоренная европеизация не понравилась соплеменникам. В один прекрасный день шаман начал творить какие-то чары, и царек сгинул, физически сгинул.

После семинара я снова иду в библиотеку, но не затем, чтобы просматривать разные книги, полагаясь исключительно на удачу. Надо работать в соответствии с методом. Метод состоит в постоянном размышлении о каком-то вопросе. Даже если о нем время от времени забываешь, наш разум дальше работает над тем, что мы задали, и, как очень медленный компьютер, выдает в итоге ответ: если хочешь знать, почему существовал такой легкий переход от образа блудницы к образу святой, подумай о культе Великой Богини, которой поклонялись в Сирии и Палестине, как раз там, где жили Мария Магдалина и Елена. Я беру книгу Джеймса о Матери Богине. В разделе о Ближнем Востоке нахожу, что уже в бронзовом веке на территории Палестины поклонялись Великой Богине. Из сохранившихся свидетельств известно, что ее, вероятно, звали Анат, Ашерат, Астарта или Ашарон. В Сирии и Палестине культ Богини всегда был связан с обычаем ритуальной проституции. В Израиле поклонялись Ашерат и Ваалу – богу плодородия. Когда культ Ягве начал вытеснять культ Ваала, ритуалы, совершаемые храмовыми проститутками, стали постепенно исчезать. Но сам культ просуществовал вплоть до Исхода, несмотря на усилия Иосии, который разрушил жилища храмовых проституток, практиковавших свои обряды во славу Ашерат в Иерусалимском Храме (4 Книга Царств 23, 7). Даже если наем храмовых проституток и не одобрялся (Второзаконие 23, 18),[31] то деньги, ими заработанные, приносились в честь Ягве.

Жрицы Астарты – храмовые проститутки, или «святые блудницы». В библейском словаре я обнаружила, что проституция – синоним идолопоклонничества. Кадош Brtnp, или кадоша гдоПр означает юношу или девушку, которые поклоняются идолам, принося в жертву свою невинность и прелюбодействуя. Слово, означающее святость, ритуал, очищение тоже звучит как кадоша. Двойное значение слова кадоша рПр (святость, проституция) сохранило в себе историю перехода от храмовой проституции последователей Астарты к признанию их обыкновенными проститутками.

Святая – проститутка, что может быть проще (Симон Волхв говорил по-еврейски), чем переход между идентично звучащими словами кадоша.

В гностицизме человеческая душа – «падшая» душа и поднимается к Плероме, достигая совершенства. Мария Магдалина, грешница с Башни, каялась, чтобы подняться к совершенству.

Благодаря сегодняшнему открытию я могу несколько дней не прикасаться к книгам. Дам себе заслуженный недельный отпуск.