Неснятый фильм Лени Рифеншталь

Неснятый фильм Лени Рифеншталь

Великая Отечественная война началась в 3 часа 15 минут часовой артиллерийской подготовкой наступления немецких танковых дивизий группы армий «Центр»; в 4 часа 15 минут первые танки 18-й дивизии форсировали реку Буг. Наступление развивалось стремительно. «Двигаясь по следам 18-й танковой дивизии, я доехал до моста через реку Лесна[я], но там, кроме русского поста, я никого не встретил, — писал в своих «Воспоминаниях солдата» командовавший наступлением генерал Гудериан. — При моем приближении русские стали разбегаться в разные стороны. Два офицера для поручений вопреки моему указанию бросились преследовать их, но, к сожалению, были при этом убиты».

Были убиты, добавлю я, снайперскими выстрелами в лоб, что сразу навело меня на мысль — недоговаривает чего-то «быстроходный Гейнц»!

К счастью для историка, мемуары оставляют не только генералы и фельдмаршалы, но и их адъютанты. Подлинную картину произошедшего на рассвете 22 июня 1941 года на мосту через тихую речку Лесна[я] можно реконструировать с помощью именно такого мемуариста — личного адъютанта Гудериана барона фон Лестена.

Был и еще свидетель — приглашенная в расположение 18-й дивизии вместе со своей съемочной группой с целью запечатлеть «историческое начало похода против большевизма» Лени Рифеншталь. И как красиво, «по-киношному» там все начиналось…

Первый луч, пробившийся из-за речного тумана, сам помог Лени выбрать ракурс. Ее камера остановилась на лице молодого солдата, лежащего в засаде. Помните это лицо — совсем не волевое, не очень арийское, с окурком в углу рта, в наброшенной на каску маскировочной сетке, — кадр, обошедший весь мир?

Пока шла артподготовка, съемочная группа занимала позиции, устанавливала аппаратуру, ловила скудный свет — готовилась. Приказом самого Гудериана танкистам надлежало всячески содействовать работе группы Рифеншталь; а если попросит, то и позировать. Переправа началась…

Лени направила объектив на лицо стоящего на пригорке Гудериана, но генерал вдруг с досадой отвернулся:

— Мои плавающие танки еще недавно готовились форсировать Ла-Манш, — сказал он Рифеншталь. — Они могли бы идти на приличной скорости на глубине четырех метров, но Буг местами мелкая речонка. Здесь вам не снять должного эффекта. И вообще… знаете, война… подлинная война похожа на усталую женщину, неприбранную, немытую… Валькирий лучше снимать в павильонах Бабельсберга.

— И это говорите вы, генерал?! — воскликнула Рифеншталь, — Вы — живая легенда, воплощение германских побед?! Где же ваш белый танк, на котором вы, говорят, въезжали в Париж?!

Гудериан усмехнулся:

— Белый танк? Взгляните туда!

В клубящемся над рекой тумане медленно шли, рассекая воду, танковые башни. Рифеншталь увидела, как на противоположный крутой берег уже карабкался первый переправившийся танк — грязный, весь в тине.

— Это будет совсем другая война, — едва слышно произнес Гудериан. — И лучше вам ее не видеть.

Но Рифеншталь проявила настойчивость. Вместе с оперативной группой штаба 47-го корпуса, стараясь не прерывать съемок, она переправилась на другой берег и оказалась на чужой (нашей!) земле.

«Досадное недоразумение»

Уже совсем рассвело, когда группа Рифеншталь вместе с танковой колонной подъехала к мосту через реку Лесна[я]. Она видела, как русские солдаты, находившиеся на посту, бросились врассыпную. Лени велела поскорей установить камеры и снимать, снимать… Ни она, ни ее операторы даже не пригнули голов, когда неожиданно раздались пулеметные очереди, взрывы гранат. Лени продолжала увлеченно работать: возможно, она подумала, что выстрелы холостые, а взрывы — просто хлопки, как в Бабельсберге, на учебном полигоне, и ей все еще позируют. Но тут ей обожгло щеку: пуля прошла у самого глаза.

Русские пограничники и не думали бежать; они залегли в кустах и открыли прицельный огонь по легкомысленным штабистам, ехавшим в открытой машине. Два офицера получили по пуле в лоб, а командир корпуса не пострадал только потому, что шофер закрыл его от пуль своим телом.

Все это время камеры Рифеншталь продолжали снимать.

Эсэсовский полковник, оперативно прибывший на место событий, озаботился прежде всего именно этим. Он тут же заявил Лени, что война только начинается и «не стоит тратить пленку на досадные недоразумения». Эсэсовец вежливо попросил камеру у одного из операторов, сам выдернул пленку и бросил в мокрую траву, как бы подавая пример, как следует поступить остальным.

«Снимайте же… снимайте, фрау Рифеншталь!..»

Убитых офицеров положили в машину киногруппы. Так они и лежали там, возле аппаратуры, на всем пути до села Колодно, где расположился немецкий командный пункт. Когда танковая колонна миновала указатель с названием села, эсэсовец приказал остановиться. Он велел выкопать две могилы и похоронить офицеров.

Пока копали могилы, к лежащим на плащ-палатках телам подложили еще два — убитых на мосту русских пограничников. Танкисты Гудериана принялись копать еще две могилы.

Но штандартенфюрер, увидев, рявкнул на них:

— Какого дьявола вы их притащили?! Убрать! Где же ваша камера, фрау Рифеншталь? — вдруг с подчеркнутой любезностью обратился он к Лени: — Снимайте, снимайте же!

Танкисты молча продолжали копать. Штандартенфюрер, выругавшись, позвал своих. Двое эсэсовцев оттащили русских в ложбинку, метров на пятьдесят.

Штандартенфюрер взял гранаты, прицелился и, позируя перед объективом Лени, бросил туда.

Взрывом разметало землю, траву, тела. Два увесистых багровых куска шмякнулись в объектив камеры оцепеневшей Рифеншталь.

— Пригнать русских баб из села, — приказал эсэсовец. — Пусть соберут и закопают, что осталось. А вы снимайте, снимайте, фрау! Работайте!

«И не забудьте засветить пленку!»

Поздним вечером измученная Рифеншталь со своей запыленной, оборванной, пропахшей порохом группой добралась до штаба дивизии, чтобы пожаловаться Гудериану на действия СС. Генерал холодно отвечал, что это не в его компетенции.

— Меня пригласили снимать ваших танкистов… триумф и мощь вторжения, а не … не мясников! — чуть не плача возмущалась Лени.

— Триумфа не будет, — отрезал Гудериан. — Я уже сказал вам — здесь идет другая война. Но Германии об этом знать пока не следует. Так что завтра поутру выезжайте обратно в Берлин и забудьте все, что вы тут увидели. Фон Лестен вас проводит. И не забудьте засветить пленку.

Но «завтра поутру» начался такой «интенсивный артиллерийский и пулеметный огонь» в тылу наступающих танковых корпусов, что, если верить тому же фон Лестену, съемочная группа Рифеншталь еще два дня не могла выбраться из расположения 12-го корпуса.

Дальше фон Лестен пишет:

«24 июня я пытался объездными дорогами вывезти съемочную группу из-под непрерывного огня русских, бивших в тыл корпусам. С нами отправили раненого под Слонимом подполковника Дальмер-Цербе, который был уже при смерти. Рифеншталь велела оставить часть аппаратуры в лесу, чтобы освободить место в машине. Она больше не снимала…».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Stripped и Лени Рифеншталь

Из книги Rammstein: будет больно автора Тати Жак

Stripped и Лени Рифеншталь В августе 1998 года раммштайновцы вновь попали в неприятную историю. Виновником ее, по большому счету, опять стал Тилль, являющийся основным идеологом команды. Его новый творческий порыв снова был истолкован абсолютно не так, как задумывал автор.Дело


Лени Рифеншталь, 2000

Из книги Автобиография автора Ньютон Хельмут

Лени Рифеншталь, 2000 «Vanity Fair» направил меня сделать еще один портрет Лени Рифеншталь. Мы впервые встретились в Гаване в 1987 году и завязали довольно странные взаимоотношения: я восхищался ею как великим кинорежиссером и фотографом, а она казалась польщенной, что немецкий


15 ЛЕНИ И ЕЕ ВОЙНА

Из книги Лени Рифеншталь автора Салкелд Одри

15 ЛЕНИ И ЕЕ ВОЙНА Целый год Лени пропагандировала свою «Олимпию». На круг фильм занял у нее четыре года жизни. Когда страсти наконец улеглись, она вздохнула с облегчением — теперь-то у нее появилась возможность приступить к воплощению идеи, которая столько времени не


Глава 5 Письма и телеграммы, полученные мною от Лёни

Из книги Биография любви. Леонид Филатов автора Шацкая Нина Сергеевна

Глава 5 Письма и телеграммы, полученные мною от Лёни Нужно сказать, что за время своих съемок в кино в 70-е годы Лёня мне написал и отправил много писем и телеграмм, которые дополнят мои записи и, надеюсь, смягчат некоторые мои чересчур резкие и эмоциональные откровения в


Глава 8 Константин Худяков в жизни Лёни

Из книги Гончаров [Maxima-Library] автора Мельник Владимир Иванович

Глава 8 Константин Худяков в жизни Лёни …Между ними установились замечательные товарищеские взаимоотношения… Лёня всегда считал, что в кино его привел режиссер Константин Худяков, которого он звал своим крестным отцом в кино и с которым ему особенно комфортно


Глава 7 Последнее счастливое лето и осень в жизни Лёни

Из книги Угрешская лира. Выпуск 3 автора Егорова Елена Николаевна

Глава 7 Последнее счастливое лето и осень в жизни Лёни «Спасибо всем, кто нашел возможность навестить нас» И вот лето 2003 года, последнее лето в жизни Лёни. Мы — я, Лёня, Клавдия Николаевна с мужем, Константином Дмитриевичем, едем на собственную дачу, первую за всю нашу


Обломов. Иллюзия вторая: Эстетика лени

Из книги «Приют задумчивых дриад» [Пушкинские усадьбы и парки] автора Егорова Елена Николаевна

Обломов. Иллюзия вторая: Эстетика лени «Обломов» был задуман давно, еще в 1847 году, но автор не обращался к нему после опубликования в журнале «Современник» отрывка из этого романа под названием «Сон Обломова». Причина была проста: для романа нужен был стержневой любовный


14. Лени Рифеншталь

Из книги Сильные женщины [От княгини Ольги до Маргарет Тэтчер] автора Вульф Виталий Яковлевич

14. Лени Рифеншталь В доме Лени Рифеншталь, бывшей танцовщицы (Лени оставила сцену после разрыва связок), киноактрисы и будущего режиссёра документального кино, Марлен Дитрих была частым и желанным гостем. В ноябре 1929 года Лени праздновала триумф. Только что на экраны


«Пропадаю от грусти и лени….»

Из книги Пленительные женщины [Одри Хепберн, Элизабет Тейлор, Мэрлин Монро, Мадонна и другие] автора Вульф Виталий Яковлевич

«Пропадаю от грусти и лени….» Пропаду от тоски я и лени… А.А. Фет Пропадаю от грусти и лени. Может быть, это вовсе не лень, Это гроздья душистой сирени. Обожаю весною сирень! А грустить одинокому надо, Как грустит отцветающий сад. Потому и кружится над садом Из цветов


Лени Рифеншталь Триумф воли

Из книги автора

Лени Рифеншталь Триумф воли Она была великим режиссером, оставившим в наследство тем, кто подвергал ее нападкам и гонениям, свои прекрасные фильмы и фотоработы, множество технических новшеств, взятых на вооружение ее последователями. А еще она была маленькой хрупкой


Лени Рифеншталь. Триумф воли

Из книги автора

Лени Рифеншталь. Триумф воли Она была великим режиссером, оставившим в наследство тем, кто подвергал ее нападкам и гонениям, свои прекрасные фильмы и фотоработы, множество технических новшеств, взятых на вооружение ее последователями. А еще она была маленькой хрупкой


«Томительные дни сомнения и лени…»

Из книги автора

«Томительные дни сомнения и лени…» Томительные дни сомнения и лени… От жуткой пустоты душа изнемогла… Перед грядущей тьмой клоню в тоске колени В уединении домашнего угла. А осень шелестит шелками покрывала, Шуршит валежником по травам шлейф влача; Тупая боль души


«Истомной лени я…»

Из книги автора

«Истомной лени я…» Истомной лени я           Не одолею, В тупом томлении           Мечту лелею. Душа взволнована,           Ей сон неведом, Уже давно она           Пленилась бредом. Томишься в зале ты           Ненужной верой, И чувства залиты           Тоскою


«Серая скука, от лени спасения

Из книги автора

«Серая скука, от лени спасения Серая скука, от лени спасения Нет, даже думать не хочется, А беспросветное небо осеннее Только и знает что мочится. Вот она прелесть житья деревенского! Здесь и сангвиник отчаится, Здесь бодрый дух самого Безыменского За двое суток