В гостях у Хейфица

В гостях у Хейфица

Познакомился я с Хейфицем довольно неожиданным образом. Году в 1965–м сижу я как?то вечером у себя в кабинете, читаю тысячную пьесу из самотека. Раздается телефонный звонок — тоже, наверное, тысячный за день. Звонят по поручению американского нейрохирурга Милтона Хейфица, который гостит в Москве по приглашению Московской нейрохирургической клиники, и спрашивают — не согласился бы я встретиться с господином Хейфицем. Честно скажу, я слегка опешил. Ну если бы свой брат писатель, театральный деятель, на худой конец журналист, — естественно. Но нейрохирург?.. Батюшки, о чем я буду с ним говорить? Однако механически срабатывают чувства любознательности и вежливости.

— С удовольствием! — отвечаю. И назначаю встречу в Доме литераторов.

На следующий день мы сидим в нашем уютном кафе на улице Герцена, ужинаем и через десять — пятнадцать минут знакомства увлеченно обсуждаем один неожиданный для меня вопрос (опять неожиданный!), с которым обратился ко мне Хейфиц. Кстати сказать, разыскал он меня по совету Ирвинга Стоуна, с которым, как я говорил, я познакомился опять?таки в Москве двумя — тремя годами раньше. Хейфиц — друг Стоуна, живет тоже в Лос — Анджелесе, в Беверли — хиллз. От Стоуна Хейфиц узнал о существовании на земле, в Москве, драматурга Розова. А заодно и телефон. Вопрос же был такой…

Ох, не знаю, как его и сформулировать. Начну исподволь. У Милтона Хейфица, кроме основного занятия, масса увлечений. И одно из них — искусство во всех его проявлениях. Знаменитый нейрохирург бьется над проблемой, в какой доле мозга возникает эстетическое чувство, какой участок коры головного мозга в какой?то степени заведует искусством. Хейфиц хочет научным путем найти, как он выразился, общий знаменатель прекрасного.

— Вы понимаете, — говорил он мне, — этот знаменатель важен в оценке явления искусства. Найдем мы его — отпадут ненужные частные споры, является ли данная картина, сюита, статуя, пьеса явлением искусства или она таковым вообще не является, так как возникает в мозгу не там, где ей положено, а совсем в другом месте.

Хейфиц объяснял мне суть вопроса долго, рисовал на бумажной салфетке мозг кролика, собаки, обезьяны, человека. А я в это время до предела напрягал свой собственный. Позднее, когда мы были у Хейфица дома, я увидел в комнатах несколько скульптур. Одна из них произвела на меня особенно большое впечатление. Упавший на землю могучий мужчина обхватил земной шар распростертыми руками, до судорог напряг мышцы всего тела, тупо уперся лбом в землю. Скульптура называется «Отчаяние».

— Это мои работы, — пояснил Хейфиц. — Я их делал тогда, когда писал брошюру. Я старался в своем собственном мозгу возбудить тот участок, который ведает эмоциями, связанными с искусством, и почувствовать его. Мне казалось, я добился кое — какого успеха. До этого я никогда не прикасался к глине или пластилину. И вот эту скульптуру, — он показал на бюст молодого человека, — сделал по памяти за четыре часа.

Целую комнату в доме Хейфица занимают станки, преимущественно токарные. На них хирург сам делает инструменты для работы.

— Знаете, никогда не найдешь именно такой, какой тебе нужен. Да и хочется поискать что?то новое. Мозг — орган нежный и требует тонких инструментов.

Хейфиц показал нам длинную иглу, нажал какую?то кнопку, из иглы вылезла другая, тончайшая, со светящимся концом.

— Очень трудно пройти к болевой точке мозга сквозь другие его клетки, не побеспокоив их. Ищу способ.

А рядом в комнате длинные копья с железными или костяными наконечниками, отравленные оперенные стрелы и глиняные сосудики с ядом кураре, разрисованные щиты, высушенные человеческие головы, груботканые мешочки с какими?то зернами и снадобьями, вороха бытовых атрибутов. Летом все семейство Хейфицев вылетало в Африку на поиски одного исчезающего с лица земли племени. Они нашли это племя, жили среди дикарей и собрали все, что только можно было собрать предметного, характеризующего быт, культуру, религию, нравы этого малюсенького, но своеобразного человеческого сообщества. Все семейство Хейфицев классифицирует предметы, составляет подробное описание происхождения и назначения каждой вещи с тем, чтобы потом эту добычу передать городскому музею.

Наглядевшись на все диковинное, наслушавшись всяческих интереснейших рассказов, мы перешли в гостиную, и начался концерт. Необычайный!.. Еще в Москве, помню, в Доме литераторов Хейфиц вынул из бумажника фотографию своей семьи и показал мне. (Ох, сколько раз и я в разных странах вытаскивал заветную карточку, где в обнимку сидят мои Надя, Сережа и Таня, показывал ее новым, может быть, и минутным друзьям! У всех путешественников это самое Дорогое на свете!) Фотография, которую протянул мне через стол Хейфиц, была странной: она изображала небольшой оркестр.

— Это мои дети, — пояснил хирург, — Гарри, Дени, Рони и Деби, они любят музыку. А это Лоренс, моя жена, она слушает их.

И вот я вижу всех — и Лоренс, и Гарри, и Дени, и Рони, и маленькую Деби. Гарри, самый старший — двадцать лет, — как мне показалось, больше всего любит легкую музыку, его инструмент— рояль и группа джазовых. Дени — скрипач, он учится в Бостоне у знаменитого Ефрема Цимбалиста и дома сейчас, можно сказать, случайно, на маленьких каникулах. В руках Рони — виолончель. Дети юркие, острящие наперебой, вьющиеся около нас подвижной стайкой. Первым был исполнен Бетховен, опус 3 для скрипки с роялем и виолончелью. Исполнен глубоко, торжественно, страстно.

Нет, это совсем не было похоже на те домашние концерты, когда тебя потчуют худшим видом самодеятельности: «Ирочка, почитай дяде стихи». И Ирочка, покобенившись, развязно или до хрипоты в горле зажато выдавливает из себя стишки школьного учебника.

Это был настоящий, блистательный концерт. Номера шли один за другим, они лились, падали каскадом. Лица ребят сияли азартом, вдохновением. То классика, то народные американские песни и мелодии, то современные ритмы с хохотом и приплясыванием. Не было снобистского или чопорного различия, для них существовало одно — океан музыки. Слушать хотелось без конца. И конечно, выделялся талант юного скрипача Дени. Мы ушли от Хейфицев в два часа ночи, а хотелось сидеть до утра.

Вышли на крыльцо в ясную лунную ночь. Огромное лимонное дерево было осыпано плодами. Под луной лимоны поблескивали своей бледной желтизной и казались стеклянными, как на новогодней елке.

15 или 16 января 1970 года я получил от Хейфицев новогоднее поздравление. И приписку: летом вся семья опять побывала в Африке, вновь искали какое?то племя, Гарри женился, а Дени принят в Вашингтонский оркестр солистом. Нет, не должен я жалеть, что в мае 1967 года вечер провел не в зале Амансон — театра. И все- таки жалею. Таков человек: он ненасытен.

Но я счастливчик! Через два года я увидел «Человека из Лaманчи»; правда, не в Америке, а в Париже, в здании театра «Елисейские поля». Спектакль ошеломил меня — и музыкой, и исполнением, и режиссурой, и содержанием. Есть такие спектакли- звезды, которые вдруг освещают и осмысляют тебе жизнь. И сквозь повседневность, усталость, а порой и безверие ты вновь чувствуешь величие театра. Того театра, к которому ты стремился в отрочестве, каким его ощущал в семнадцать лет, в который ушел на всю жизнь и который не есть какая?то побочная и малозначительная сторона человеческой деятельности, а для меня прямо?таки само величие жизни

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

В ГОСТЯХ У ОТРЯДА «47»

Из книги АЛЬФА -смерть террору автора Болтунов Михаил Ефимович

В ГОСТЯХ У ОТРЯДА «47» Откровенно говоря, нас и вправду трудно понять. Почему террористический акт у шведского посольства 1 декабря 1997 года «жевался» прессой несколько недель, раскладывался «по косточкам» ход операции, на взгляд журналистов, характерные ошибки


В гостях у Рокфеллера

Из книги Страницы дипломатической истории автора Бережков Валентин Михайлович

В гостях у Рокфеллера Солнце еще не село, когда мы отбыли из Вашингтона. Летели на небольшой высоте. Из иллюминатора можно было видеть, как начиная от Балтимора до самого Нью-Йорка тянулся сплошной индустриальный район. Через час с небольшим самолет приземлился в


В гостях у Пушкиных

Из книги Единственные дни автора Бондарчук Наталья Сергеевна

В гостях у Пушкиных 20 февраля 2008 года я вылетела в Бельгию по приглашению Александра и Марии Пушкиных. В первый же день приезда трогательная чета Пушкиных пригласила меня к себе домой. Стены скромной двухкомнатной квартиры украшали гравюры XIX века, на самом почетном


В гостях у Токтогула

Из книги Круги жизни автора Виткович Виктор

В гостях у Токтогула Было это в тридцатом году. Я приехал в долину Кетмень-Тюбе, попал в Мазар-сай, мне сказали, есть старичок, хорошо поет песни. Имя Токтогул ничего мне не говорило. Послушать песни пошел в сопровождении киргиза милиционера — единственного здесь человека,


В гостях

Из книги Последняя осень [Стихотворения, письма, воспоминания современников] автора Рубцов Николай Михайлович

В гостях Глебу Горбовскому Трущобный двор. Фигура на углу. Мерещится, что это Достоевский. И желтый свет в окне без занавески Горит, но не рассеивает мглу. Гранитным громом грянуло с небес! В трущобный двор ворвался ветер резкий, И видел я, как вздрогнул Достоевский, Как


В гостях у профессионала

Из книги Моя профессия [litres] автора Образцов Сергей

В гостях у профессионала Директор Музея игрушки Николай Дмитриевич Бартрам дал мне адрес единственного человека, у которого я мог узнать устройство складной кукольной ширмы народного Петрушки.Этим человеком был Иван Афиногенович Зайцев.Жил он где-то в районе


В гостях

Из книги Его-Моя биография Великого Футуриста автора Каменский Василий Васильевич


В гостях у М.И. Цветаевой

Из книги Том 4. Книга 2. Дневниковая проза автора Цветаева Марина

В гостях у М.И. Цветаевой «Если бы тема была — „как живет и работает“, — я бы пригласила вас к себе, именно для того, чтобы вы увидели, что работать в моей обстановке (глагол: обстать) в достаточной мере невозможно. А так — предпочитаю встречу на воле».«Воля» — один из


В гостях у Ани

Из книги Там, где всегда ветер автора Романушко Мария Сергеевна

В гостях у Ани Помню, как я первый раз была в гостях у Ани-большой. Это был настоящий великосветский приём. Родителей, разумеется, дома не было.В квартире у Ани меня поразил старинный, тёмного дерева, огромный буфет, он занимал почти полкомнаты и придавал обстановке


Г. Лит В гостях у писателя

Из книги Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 1. 1905–1941 гг. автора Петелин Виктор Васильевич

Г. Лит В гостях у писателя Поезд № 76 приходил в Миллерово в половине третьего ночи. Наш проводник – суровая черноглазая женщина лет сорока, молчаливая и подтянутая – разбудила нас весьма заблаговременно. Глядя, как в окнах летит черная степь, мы стали расспрашивать, не


В Гостях У М.А. Шолохова

Из книги Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 2. 1941–1984 гг. автора Петелин Виктор Васильевич

В Гостях У М.А. Шолохова Ростов-на-Дону, 12 июля (ТАСС). По донским степям прошла эстафета молодых целинников, совершающих мотопробег, посвященный десятилетию со времени начала освоения целинных земель. Мотопробег проходит по 51-й параллели, на которой находится Целиноград.В


О гостях

Из книги В гостях у Сталина. 14 лет в советских концлагерях автора Назаренко Павел Е.

О гостях Советский союз широко раскрыл свои объятия коммунистам всего мира и всем дармоедам приезжающим погостить, напиться и наесться советского хлеба, вымешанного с кровью и потом порабощенных народов. Эти дармоеды но знают по что обходятся их посещения советскому


В гостях

Из книги Неувядаемый цвет. Книга воспоминаний. Том 1 автора Любимов Николай Михайлович

В гостях …разве в старости печальной Всему прошедшему не жить? Случевский Ранняя погожая осень 1926 года. Синие и золотые дали, проносящиеся в окне вагона. Моя мать и я, застенчивый семиклассник, сходим с дачного поезда на одной из ближайших к Москве станций по


Пуговица Хейфица

Из книги Записки кинорежиссера о многих и немного о себе автора Татарский Евгений

Пуговица Хейфица А вот на роль фон Корена Хейфиц долго не мог решить, кто.Мы с Кривицкой напирали на него: возьмите Высоцкого!— Нет, перестаньте. Он там ноет под гитару, а тут другое дело!Спектаклей с Высоцким он не видел.К этому времени Театр на Таганке приезжал уже пару


В гостях у Хейфица

Из книги Удивление перед жизнью. Воспоминания автора Розов Виктор Сергеевич

В гостях у Хейфица Познакомился я с Хейфицем довольно неожиданным образом. Году в 1965-м сижу я как-то вечером у себя в кабинете, читаю тысячную пьесу из самотека. Раздается телефонный звонок – тоже, наверное, тысячный за день. Звонят по поручению американского нейрохирурга


В гостях

Из книги Дорогами большой войны автора Закруткин Виталий Александрович

В гостях Капитан Чекалин сам не знал, почему он решил провести свой месячный отпуск в той самой станице, где он до войны работал зоотехником и где во время оккупации погибли его жена и трое детей. Он не был в этой станице уже несколько лет, из близких ему в ней никого не