Без пяти

Без пяти

В пятницу утром Деренковец еще держался. Западный и восточный фланги дороги на Корсунь еще держались, хотя советские стрелки проскользнули почти везде среди кустов вдоль дороги.

Русские знали лучше, чем мы, как они сжимали нас. Уже много дней их самолеты бросали листовки, в которых они описывали нам, подтверждая слова картой, наше безнадежное положение. Они сообщали список окруженных частей и специально цитировали Библию.

Они все более изощрялись в пропаганде. Регулярно появлялся белый флаг: подходил советский солдат, передавал лично адресованный генералу дивизии или корпуса конверт. Это было рукописное письмо пленного немецкого генерала, перешедшего на службу к неприятелю. Этот агент предлагал от имени своих советских хозяев почетную капитуляцию.

Каждый день таким же почтовым манером посылались фотографии плененных накануне солдат, сидящих за столом с генералом, целых, невредимых, в укрытии, в тепле и сухости.

В пятницу, 11 февраля 1944 года, в одиннадцать часов, после обычного появления белого флага появились два советских офицера безупречной выправки и передали послание верховного советского командования для командующего окруженной группировкой. Это послание было ультиматумом.

Эти офицеры прошли за наши позиции, были вежливо приняты. Ультиматум Советов был ясный и четкий: сдаваться. Достойно сдаться, как подобает храброму солдату, или атака на уничтожение начнется в тринадцать часов.

Ультиматум был немедленно и категорично отклонен. Верхом на трясущемся тягаче через грязь двух советских офицеров сопроводили до их позиций.

Ответ Советов не заставил себя ждать. Начиная с полудня Красная армия пошла в наступление. На нашем плацдарме и на дороге Деренковец – Корсунь мощные, яростные атаки привели нас во все более тревожное, гибельное положение.

Вот уже два дня под Корсунем концентрировались немецкие силы. Мы знали, что решающая битва скоро начнется, что десятки тысяч людей занимали боевые позиции и с отчаянной энергией бросятся в атаку. Радиограмма немецкого Верховного главнокомандования призывала нас напрячь все силы: с другой стороны нам навстречу в последнем усилии собирались бросить все, что оставалось из бронетанковой техники.

Нам оставалось сыграть нашу игру ва-банк. Русские считали нас безвозвратно потерянными. Но вот уже две недели их усилия не приносили успеха. Они хотели усилить, ускорить свое последнее «Ату!» Их ультиматум был отвергнут без дискуссий, их атака распространилась на все секторы.

* * *

Вечером Корсунский коридор был еще более сужен, но у Деренковца наша бригада не уступила ни пяди сада, ни метра изгороди.

Наши солдаты врезались как рогатины в их утиную лужу. Теперь они были нечувствительны ни к чему: упади с неба танки, они бы нисколько не удивились.

Мы получили новые приказы. Серьезность положения была такова, что выход из боя должен был быть ускорен: на следующий день, в субботу, 12 февраля 1944 года окруженная армия должна была использовать свой последний шанс и двинуться через ряды врага в юго-западном направлении.

В четыре часа утра нам надо было оставить Деренковец, чтобы влиться в штурмовую волну на юге, с другого конца деревни. Полк СС установил арьергардный заслон на высоте Арбузино, закрывая Корсунь.

Но было всего семь часов вечера! Ах, какое убийственное ожидание!

Почти все пеньковые тросы и канаты были истрепаны или порваны. Сможем ли мы продержаться еще девять часов, как это требовал приказ? А что если вдруг плацдарм треснет и сломается под ужасным натиском?

Пули шлепали по крышам, мокрым от дождя. Никогда, наверное, не было такого дождя на земле. Повсюду в воздух вздымались воинственные вопли боя.

В час ночи наши аванпосты на восточном участке дрогнули и отступили. Уже русские, как настоящие грязевые рептилии, вползали в избы. Наши люди больше не стреляли, они молча спускались к разлившемуся на несколько сот метров пруду и с оружием в руках форсировали его по пояс в воде.

Мы всматривались в ночь, в эту черную волну, откуда они выплывали, скользкие и блестящие, как тюлени.

На северо-западе и западе огонь все еще был таким же мощным. Пули мяукали, терялись или шлепали в препятствия. Но вдруг, совсем другой, не пронзительный, но матовый шум наполнил наши уши изумлением: танки!

Советские танки только что прибыли на северо-запад в нескольких ста метрах от нас, несясь по каменной дороге, где в сумраке выстроились наши последние грузовики, которые и могли еще спасти нас в последнюю минуту.

Этот громкий лязг гусениц был нашей смертью! До гибели, до катастрофы оставалось не более пяти минут.

* * *

Я прыгнул к противотанковой пушке, брошенной у дороги, с помощью одного солдата развернул ее. На мой призыв другие солдаты подбегали, наводя второе орудие. Навесным адским огнем мы заставили вражеские танки остановиться.

Было полвторого ночи. Под прикрытием танков русские пехотинцы подошли на несколько десятков метров от нас. Они стреляли наугад по черной дороге.

Нам приходилось постоянно выдвигать и отодвигать грузовики, пока из пруда выходили сотни наших товарищей.

По мере того как они подходили, они валом грузились в машины, но при каждом залпе замертво падали на дорогу.

В четыре часа утра люди последнего взвода арьергарда присоединились к нам. Мы спешно прикрепили два орудия к двум последним грузовикам. Наш плацдарм у Деренковца держался до конца, ни на минуту не отклонившись от графика.

Мы пересекли Арбузино в огне. Отряд уходил в укрытие за этим огромным костром. Дальше несколько самолетов лежали, уткнув носы в грязь.

На заре мы прибыли к пригородам Корсуня. Нашей бригаде была дана честь слезть с грузовиков и войти в город в строгом строю, с высоко поднятой головой и с песней, как на параде.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.



Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

27. Без пяти двенадцать

Из книги автора

27. Без пяти двенадцать Ко мне пожаловал сам Франтишек Зеленка, пражский архитектор и театральный художник. В Праге мы с Павлом ходили на спектакли в «Освобожденный театр», помню «Последние каникулы» в оформлении Зеленки. На сцене настоящий шлагбаум, настоящее вокзальное


Без пяти минут депутат

Из книги автора

Без пяти минут депутат В конце 1989 года началась кампания по выборам народных депутатов России. И так случилось, что Диму однажды пригласили выступить по архангельскому телевидению.В каждом крае — свои проблемы. Архангельск — не исключение. И Дима в своем телевыступлении


«КОМИТЕТ ПЯТИ» ООН

Из книги автора

«КОМИТЕТ ПЯТИ» ООН Инициаторы предыдущих событий явились сторонниками созыва осенью 1957 года чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Эти попытки преследовали вполне определенные цели, над разработкой и претворением в жизнь которых работали лучшие головы ЦРУ:


Слово из пяти букв

Из книги автора

Слово из пяти букв В Доме отдыха и творчества кинематографистов в Репино под Ленинградом вечерами бывало скучновато. Не найдя, чем себя занять, отдыхающие разгадывали бесконечные кроссворды.— Итак, по горизонтали: падшее существо, пять букв, последняя — мягкий знак?Все


В долине пяти львов

Из книги автора

В долине пяти львов Итак, я по приказу комдива отправился в Панджшер («Пандж – пять, Шер – лев) – «долину пяти львов» в переводе с таджикского, потому что основное население в этом уезде составляли таджики.В Афганистане существует два государственных языка: дари


Без пяти двенадцать

Из книги автора

Без пяти двенадцать Утром в пятницу Деренковец еще держался.Восточный и западный фланги дороги на Корсунь держались, хотя буквально повсюду советские стрелки просачивались сквозь кусты на обочинах дороги.Русские знали гораздо лучше нас, как крепко они нас прижали. В


«ДУХ ПЯТИ БЕССТРАШИЙ»

Из книги автора

«ДУХ ПЯТИ БЕССТРАШИЙ» В Шанхае, куда Дэн прибыл в конце марта 1931 года, его ожидал холодный прием. Казалось, новые вожди просто не хотели его замечать. Целый месяц Дэн провел без дела: его поселили на одну из конспиративных квартир, снабдили кое-какими средствами и оставили


Без пяти минут победа

Из книги автора

Без пяти минут победа 2 мая 1945 года после двух часов дня предполагалось сесть за праздничный стол и приступить к победному обеду — готовили его кто как мог, во всех квартирах, на всех кухнях и во всех кастрюлях перепуганные немецкие хозяйки, а дети с любопытством и


Без пяти минут столкновение

Из книги автора

Без пяти минут столкновение Я вылетел из Ньюарка, когда стемнело, при потолке около семи тысяч футов. По мере того как я углублялся в горы, держа курс на Бэлфонт, потолок опускался, но не слишком. Я достиг Санбери, милях в пятидесяти от Бэлфонта; дальше начиналась самая


На высоте пяти миль

Из книги автора

На высоте пяти миль Окончив школу высшего пилотажа в Келли, я получил назначение на аэродром Сэлфридж. Там стояла первая истребительная группа военно-воздушного корпуса. Каждое утро в 8.15 офицеры собирались у начальника отряда. Мы получали дневное задание по летной


ОТ  ТРЕХ  ДО   ПЯТИ

Из книги автора

ОТ  ТРЕХ  ДО   ПЯТИ       Родился я в городе Симферополе в год змеи, под знаком рыбы. Это обстоятельство ни о чем не говорило ни моим родителям, ни мне. Прежде всего, потому, что в те далекие годы (это был конец 20-х) никто не составлял гороскопы. Партия не рекомендовала этим


ОТ ПЯТИ ОТНЯТЬ ДВА...

Из книги автора

ОТ ПЯТИ ОТНЯТЬ ДВА... Рассвело утро — утро стонов и плача. Каждого снедала своя боль. И к этой боли добавлялась об­щая — гибель товарища. Я даже не могу сказать, сколько времени ушло на сборы в дорогу,— обесси­ленные вконец, мы еле двигались, медленно одева­лись, сделали


Без пяти минут командиры

Из книги автора

Без пяти минут командиры Смысл летней практики в качестве корабельных курсантов состоял в том, чтобы дать возможность пройти стажировку на командных должностях, проверить способности к самостоятельной командной работе в условиях службы на боевом корабле, способности к


Истории о пяти компаниях

Из книги автора

Истории о пяти компаниях История компании Apple позволяет нам проследить историю всего сектора глобальных технологий, начиная с 1970-х годов. Тем не менее удача нескольких компаний – каждая из них по праву считается гигантом – была не более чем обычным переплетением