«Чтобы вас было жалко!»

«Чтобы вас было жалко!»

Несмотря на влюбленность в Твардовского, коечто меня в нем удивляло. В частных разговорах он всегда ругал власть за бюрократизм, колхозы, бесполезное освоение целинных земель, управление культурой и в то же время проявлял к этой власти почтение даже тогда, когда этого не требовалось. Для него существовали две власти: просто власть, которую можно и должно ругать, и Советская, с большой буквы, которой следует неустанно присягать на верность. Например, исполнилось 60 лет Игорю Александровичу Сацу. Отмечаем в кабинете главного. Твардовский произносит первый тост — и предлагает выпить не за Саца, а «за нашу Советскую власть», которая к появлению на свет Саца была непричастна: он родился за пятнадцать лет до нее. Я был удивлен. Зачем Твардовский это говорит? Неужели он в самом деле эту власть так любит? Как можно любить власть, которая раскулачила, сослала в Сибирь его отца и старшего брата? Я не осуждал Твардовского, просто пытался понять, но мне это не удавалось. Раздвоенность сознания помогала ему до поры до времени существовать в относительном мире с советской системой, но разрушала его. Свои сомнения он, подобно Шолохову или Фадееву, глушил водкой, и чем дальше, тем чаще выпивки в кругу друзей заканчивались уходом в одинокий запой.

Я очень завидовал Твардовскому, что он пишет правду, но при этом такую правду (или не совсем правду, а то, во что сам верит), которую принимает власть. И поэтому уважаем властью, читателями и сам себя уважает. У меня такой гармонии не было. У меня не было ни малейшего намерения входить с властью в конфликт, но желание изображать жизнь, как она есть, было выше стремления к благополучию. Твардовский по складу своего характера и дарования был человеком государственным и мог писать искренне то, на что у меня не поднялась бы рука, вроде «из одного металла льют медаль за бой, медаль за труд» или про возвращающегося из лагеря после многих лет старого друга:

Он всюду шел со мной по свету,

Всему причастен на земле.

По одному со мной билету,

Как равный гость, бывал в Кремле.

Многое из того, что писал Твардовский, мне было не враждебно, но чуждо. Однако за «Тёркина», за «Дом у дороги», за многие стихи я мог простить ему все.

Мне была близка нелюбовь Твардовского к проявлениям всякого пижонства или того, что ему и мне казалось пижонством. Ему не нравились стремления мужчин украшать себя крикливой одеждой, дорогими часами, перстнями, усами и бородами. Он ехидно расспрашивал Виктора Некрасова, как он заботится о своих усах: «Смотришь в зеркало, корчишь рожи, подстригаешь, подбриваешь, подравниваешь?» — «Да! — с вызовом отвечал Некрасов. — Смотрю в зеркало, корчу рожи, подстригаю, подбриваю, подравниваю!» Позже Твардовский неодобрительно относился к солженицынской бороде (обожая при этом ее носителя). Однажды мы закуривали, у него не оказалось спичек. Я небрежно чиркнул газовой зажигалкой. «Зажигалка?» — спросил он насмешливо, и я устыдился, как будто был уличен в чемто дурном. Он все еще ко мне хорошо относился и однажды стоя произнес тост: «Вот умирает писатель, и я думаю о нем: не жалко. Я хочу выпить за вас, чтобы, когда вы умрете, вас было жалко!» Я был польщен. И рассказал об этом тосте Камилу Икрамову. Камил ревновал меня к Твардовскому и злился. Ведь это он, Камил, открыл меня еще по самым первым моим стихам (которые, кстати сказать, Твардовский не оценил), но ему я верил недостаточно, его оценками не хвастался, а от слов Твардовского надуваюсь, как индюк. Рассказ о произнесенном тосте разозлил его особенно. «И тебе не стыдно это слушать? — сказал он мне. — Ты разве не понял, кого не жалко Твардовскому? Василия Семеновича Гроссмана!»

Я к Гроссману уже тогда, еще не читавши главных его поздних вещей («Жизнь и судьба», «Все течет»), относился с почтением. Но мне тем более было лестно, что Твардовский предполагает во мне возможность стать выше Гроссмана.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, ЧТОБЫ ЭТОГО НЕ БЫЛО ПО-РУССКИ

Из книги Сама жизнь автора Трауберг Наталья Леонидовна

НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, ЧТОБЫ ЭТОГО НЕ БЫЛО ПО-РУССКИ –Сейчас часто сетуют по поводу того, что упало качество переводов, и с грустью вспоминают о великих достижениях советской школы. Вы с этим согласны? –Нет. Совершенно не согласна. Как раз сейчас есть прекрасная школа перевода.


«Чтобы вас было жалко!»

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

«Чтобы вас было жалко!» Несмотря на влюбленность в Твардовского, коечто меня в нем удивляло. В частных разговорах он всегда ругал власть за бюрократизм, колхозы, бесполезное освоение целинных земель, управление культурой и в то же время проявлял к этой власти почтение


Миф № 38. Берия специально был отозван из Берлина под благовидным предлогом, чтобы его можно было арестовать, а А.И. Микоян, встретив его на аэродроме 26 июня 1953 г., хитростью заманил его на заседание в Кремле, где и был осуществлен его арест.

Из книги 100 мифов о Берии. От славы к проклятиям, 1941-1953 гг. автора Мартиросян Арсен Беникович

Миф № 38. Берия специально был отозван из Берлина под благовидным предлогом, чтобы его можно было арестовать, а А.И. Микоян, встретив его на аэродроме 26 июня 1953 г., хитростью заманил его на заседание в Кремле, где и был осуществлен его арест. .Бред сивой кобылы


Глава 4. Никки «Любовь настигает нашего героя неожиданно, когда он молит свою музу ниспослать ему вдохновение, о котором так надолго было забыто, для того, чтобы писать песни»

Из книги Грязь. M?tley Cr?e. Откровения самой скандальной рок-группы в мире автора Страусс Нейл

Глава 4. Никки «Любовь настигает нашего героя неожиданно, когда он молит свою музу ниспослать ему вдохновение, о котором так надолго было забыто, для того, чтобы писать песни» Как только я появился “чистым” после месяцев периодического попадания в клинику, одной из


Чтобы не было мучительно больно…

Из книги Изюм из булки автора Шендерович Виктор Анатольевич

Чтобы не было мучительно больно… Александр Кабаков рассказывал мне: в его подъезде жила-была старушенция, зюгановская активистка. Банду Ельцина под суд и всякое такое. И вот за пару недель до выборов 96-го года видит Саша дивную картину: идет эта старушенция, а за нею —


Чтобы другим неповадно было

Из книги Лукашенко. Политическая биография автора Федута Александр Иосифович

Чтобы другим неповадно было Таким образом, Булахов обещанный пост не получил. Но этого было мало. Пример Булахова должен был стать уроком для всех — раз и навсегда. Поэтому нужно было не просто задвинуть, а политически уничтожить бывшего соратника, придавить его так,


Чтобы любить, его надо было знать

Из книги Эмиль Гилельс. За гранью мифа [с иллюстрациями] автора Гордон Григорий Борисович

Чтобы любить, его надо было знать Человеком — как и музыкантом — он был ярко «очерченным», необычным во всем. Внешне производил впечатление «застегнутого на все пуговицы», неприступного и хмурого. То была, однако, необходимая защита от любопытства окружающих, от людской


Чтобы любить, его надо было знать

Из книги Эмиль Гилельс. За гранью мифа автора Гордон Григорий Борисович

Чтобы любить, его надо было знать Человеком — как и музыкантом — он был ярко «очерченным», необычным во всем. Внешне производил впечатление «застегнутого на все пуговицы», неприступного и хмурого. То была, однако, необходимая защита от любопытства окружающих, от людской


Не было дня, чтобы…

Из книги Там, где всегда ветер автора Романушко Мария Сергеевна

Не было дня, чтобы… Не было дня, чтобы я не вспомнила об отце. Часто думала: интересно, как бы сложилась моя жизнь, если бы он был рядом?… Мне казалось, что всё было бы совсем по-другому. Я мысленно рассказывала ему о своих горестях. Пыталась представить: что бы он мне сказал?


«Чтобы вас было жалко!»

Из книги Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича (рассказанные им самим) автора Войнович Владимир Николаевич

«Чтобы вас было жалко!» Несмотря на влюбленность в Твардовского, кое-что меня в нем удивляло. В частных разговорах он всегда ругал власть за бюрократизм, колхозы, бесполезное освоение целинных земель, управление культурой и в то же время проявлял к этой власти почтение


«Не верю, чтобы не было следа…»

Из книги Мертвое «да» автора Штейгер Анатолий Сергеевич

«Не верю, чтобы не было следа…» Не верю, чтобы не было следа Коль не в душе, так хоть в бумажном хламе, От нежности (как мы клялись тогда!), От чуда, совершившегося с нами. Есть жест, который каждому знаком — Когда спешишь скорей закрыть альбом, Или хотя бы пропустить


Мила, чтобы этого больше не было!.

Из книги Зеленая лампа (сборник) автора Либединская Лидия

Мила, чтобы этого больше не было!. Милочка Давидович, Людмила Давидович, Людмила Наумовна… Ее любили композиторы и артисты, художники и поэты, несметные тысячи поклонников эстрады.В двадцатые, тридцатые и сороковые годы романсы и песни на слова Людмилы Давидович, такие,


«Чтобы вас было жалко!»

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

«Чтобы вас было жалко!» Несмотря на влюбленность в Твардовского, кое-что меня в нем удивляло. В частных разговорах он всегда ругал власть за бюрократизм, колхозы, бесполезное освоение целинных земель, управление культурой и в то же время проявлял к этой власти почтение


«Сделано все, чтобы вас не было во МХАТе»

Из книги Татьяна Доронина. Еще раз про любовь автора Гореславская Нелли Борисовна

«Сделано все, чтобы вас не было во МХАТе» Она тоже пережила тогда крах всех надежд — в год окончания этой лучшей в мире, как ей казалось, театральной школы. Крах надежд, что лучшие мечты станут реальностью, крах веры в справедливость, в честность и благородство тех, кому


«Женщина, чтобы преуспеть в жизни, должна обладать двумя качествами. Она должна быть достаточно умна для того, чтобы нравиться глупым мужчинам, и достаточно глупа, чтобы нравиться мужчинам умным».

Из книги Я – Фаина Раневская автора Раневская Фаина Георгиевна

«Женщина, чтобы преуспеть в жизни, должна обладать двумя качествами. Она должна быть достаточно умна для того, чтобы нравиться глупым мужчинам, и достаточно глупа, чтобы нравиться мужчинам умным». Лесничего в «Золушке» сыграл актер Василий Меркурьев.Рекомендовал на роль


«ЧТО, ЖАЛКО, ДА?»

Из книги Записки букиниста автора Ошевнев Федор Михайлович

«ЧТО, ЖАЛКО, ДА?» На самой первой клеенке, внизу, обычно раскладываю так называемые «одноразовые» детективы: мягкие, в половину от стандартного формата книжицы. Покупают из их числа преимущественно авторов-женщин. И в основном дамы же. Кому Устинова особенно нравится, кому