Не проходите мимо

Не проходите мимо

Речь на вечере шла о человеческом достоинстве и гражданском мужестве. Публика призывалась не проходить мимо отдельных, редких, но все еще, к сожалению, бытующих в нашем обществе таких нетипичных пережитков прошлого и негативных явлений, как пьянство, хулиганство, нетоварищеское отношение к женщине. Хулиганство — это болезнь, с которой должна бороться не только милиция, но все общество. Борис Егоров прочел на эту тему фельетон. Он подавался как очень смешной, но никому таким не показался, хотя Егоров добросовестно жестикулировал и голосом управлял так, чтобы подчеркнуть наиболее достойные смеха или по крайней мере улыбки места. Роберт Рождественский ознакомил публику с длинным стихотворением о наступающем над какойто мелкой речушкой Иня рассвете. Не успел он это прочесть, как вскочил гражданин в красном свитере и с очень буйно вьющимися седыми волосами.

— У меня есть вопрос к товарищу Рождественскому, — сказал он голосом, похожим на ленинский в исполнении Бориса Щукина. Да и манеры у него были из того же кино. — А скажите, пожалуйста, — он выкинул вперед руку, словно с броневика, — если вы говорите о речке, над которой наступает рассвет, то это не значит ли, что еще совсем недавно над этой речкой царила ночь?

Рождественский почемуто заволновался, стал заикаться и шепелявить одновременно.

— Ну, естественно, над этой речкой, как и везде, имеет место смена времени суток. Там тоже бывают утро, день, вечер, ночь, рассвет…

— Это все понятно, понятно, — деловито перебил слушатель. — А ваше стихотворение носит прямой или аллегорический характер? А если аллегорический, то не хотите ли вы сказать, что ночь царила не только над речкой, не только над этим маленьким, безобидным и узким речным потоком, но и над гораздо более обширными географическими пространствами?

В публике прошел ропот. Все сразу поняли, что вопрос не столько литературного, сколько юридического характера и имеет отношение к еще не отмененной к тому времени статье 58 Уголовного кодекса — антисоветская пропаганда и агитация. Рождественский потел и заикался. Он начал объяснять, что стихи — это вид искусства, которое нельзя понимать буквально. Слушатель резонно возразил, что он как раз не буквально и понимает. Тут Рождественскому на помощь пришел Егоров.

— А вам не кажется, — спросил он дотошного слушателя, — что ваши догадки — плод вашего собственного и странного воображения? Вы не могли бы мне сказать, кто вы?

— Я — советский человек, — сказал гордо кудрявый.

— Что значит — советский? Мы тут все не турецкие. Как ваша фамилия и чем вы занимаетесь в рабочее время?

— Это неважно. Я просто слушатель.

— В каком смысле просто? — настаивал на своем Егоров. — У каждого просто слушателя есть имя, фамилия, профессия, место работы, дирекция, местком, партком…

Пока он говорил, вопрошатель стал передвигаться к выходу, махнул рукой и скрылся за дверью.

В дело вмешался Григорий Михайлович.

— Вот оно, лицо анонима, — произнес Левин, указывая на дверь. — Вот он, мещанин, который мутит воду, призывает всех к ответственности, а сам чуть что уходит в тень. Именно о таких людях я и собирался сегодня говорить… Недавно в редакцию «Литературной газеты», где я временно замещаю Огнева…

Тут я быстро глянул на соседку и попытался понять, не удивляет ли ее фамилия Огнев, не нахмурила ли она брови в недоумении, мол, кто такой Огнев, но она ничего не нахмурила и продолжала смотреть на сцену, как будто Огнев был для нее такой же известной личностью, как Толстой или Чехов.

Между тем Левин продолжал свою речь: о том, что в редакцию, где он замещает Огнева, пришло письмо без подписи и, разумеется, без обратного адреса. «Ваша газета, — писал аноним, — постоянно выступает за то, чтобы люди, сталкиваясь с проявлениями хулиганства, не проходили мимо, вмешивались и давали отпор, а не дожидались милиции. А что значит дать отпор? Вот хулиган толкнул девушку, вы хотите, чтобы я кинулся ей на помощь? А мне тот же хулиган воткнет нож в сердце. А я тоже человек. У меня есть семья, дети, и сам я тоже хочу жить…»

Сначала Левин читал, сидя за столом. Но потом распалился, вскочил, подбежал к краю сцены и, размахивая цитируемым письмом, стал выкрикивать чтото гневное. Об этих самых анонимах, лишенных гражданских чувств и ответственности за свою страну. О мелких людишках, которые забились в своих углах и заботятся только о личном удобстве и своем мещанском благополучии.

— Писатель Бруно Ясенский однажды правильно написал: «Не бойтесь врагов, они вас могут только убить. Не бойтесь друзей, они вас могут только предать. Бойтесь равнодушных. С их молчаливого согласия, — Левин поднял голос до самой высокой ноты и завертел письмом так, словно ввинчивал его в небо и сам с ним пытался ввинтиться, — совершаются предательства и убийства». — Левин выдержал паузу и продолжил голосом тихим, усталым и разочарованным: — Эти замечательные слова, как ни к кому другому, относятся к этому вот, — поднял письмо и указал им в сторону двери, — анониму.

Заключительным пассажем он как бы идентифицировал мерзкого анонима и вычислил в нем того кудрявого в красном свитере, который столь трусливо бежал, не открыв своего имени. Именно к нему относились слова Бруно Ясенского.

«И ко мне тоже, — честно подумал я. — Ко мне эти слова тоже и даже прямо относятся».

Вспомнилось Запорожье, шестой поселок, парк, танцплощадка и бессмысленно жестокие драки, случавшиеся возле нее. Когда местный бандит Грек со своей шпаной без всякой реальной причины нападали на когото одного и всей компанией или, по фене, «кодлой» били жертву чем попало: сначала руками, потом ногами и каждый бьющий старался попасть в зубы, в глаз, в печень, чтобы если не убить, то изуродовать, превратить в калеку. При этом все до единого свидетели проходили мимо, втянув головы в шеи, и каждый в отдельности понимал, что если он сунется на помощь лежачему, то и сам ляжет рядом, а всякие слова, что если бы мы все, как один, остаются словами. Это они все как один, а мы, проходящие мимо, проходим в одиночку, пока нас самих в одиночку не бьют.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Не проходите мимо

Из книги Замысел автора Войнович Владимир Николаевич

Не проходите мимо Речь на вечере шла о человеческом достоинстве и гражданском мужестве. Публика призывалась не проходить мимо отдельных, редких, но все еще, к сожалению, бытующих в нашем обществе таких нетипичных пережитков прошлого и негативных явлений, как пьянство,


Мимо полосы 

Из книги Рассказы ездового пса автора Ершов Василий Васильевич

Мимо полосы  Летели мы однажды с Володей Щуплевым на Ан-2 в Абакан за лыжами. Дело было ранней весной; за зиму енисейские летчики износили самолетные лыжи, исшоркали подошвы по выступившей на первых проталинах гальке – вот нас и откомандировали спецрейсом, чтобы мы


Мимо двойного караула

Из книги Уральские сказы - III автора Бажов Павел Петрович

Мимо двойного караула Петька первым выбежал на мысок и сейчас же зашипел на нас:— Тш… тш… Тише вы! Разговор где-то…Мы прислушались. Справа как будто доносились голоса, но так смутно, что Колюшка заспорил:— В ушах у тебя, Петьша, звенит.— Как не так! Слушай хорошенько.


Вяч. ИВАНОВ МИМО ЖИЗНИ[151]

Из книги Жизнь и творчество Дмитрия Мережковского автора Мережковский Дмитрий Сергеевич

Вяч. ИВАНОВ МИМО ЖИЗНИ[151] IД. С. Мережковский в глазах огромного большинства своих современников — писатель уважаемый и именитый, многоученый и многоопытный, очень умный и очень чуждый всем. Он был первым из обособившихся в интеллигенции, кто восхотел «опроститься» до


Мимо полосы

Из книги Рассказы ездового пса автора Ершов Василий Васильевич

Мимо полосы Летели мы однажды с Володей Щуплевым на Ан-2 в Абакан за лыжами. Дело было ранней весной; за зиму енисейские летчики износили самолетные лыжи, исшоркали подошвы по выступившей на первых проталинах гальке - вот нас и откомандировали спецрейсом, чтобы мы


Мимо Киверцев на Мицк

Из книги Прошлое с нами (Книга первая) автора Петров Василий Степанович

Мимо Киверцев на Мицк Штабные повозки удалялись по дороге. Уже не слышно скрипа. 1-й огневой взвод остался на хуторке один. Одолевают мысли. За истекшие сутки дивизион достиг места назначения. А там? Получил новую задачу... отправлен, может быть, на формирование... Что ждет


Все людское — мимо, мимо[35]

Из книги Колымские тетради автора Шаламов Варлам

Все людское — мимо, мимо[35] Все людское — мимо, мимо. Все, что было, — было зря. Здесь едино, неделимо Птичье пенье и заря. Острый запах гретой мяты, Дальний шум большой реки. Все отрады, все утраты Равноценны и легки. Ветер теплым полотенцем Вытирает щеки


«Ибо мимо родилась — времени!»

Из книги Марина Цветаева. Неправильная любовь автора Бояджиева Людмила Григорьевна

«Ибо мимо родилась — времени!» Зима во Вшенорах мучительно бесконечна. Марина теряет силы и терпение, борясь за выживание семьи. Плеснула из ведра ледяной воды в миску с мелкой черной картошкой. Взялась за нож, срезала пол синей картофелины, отшвырнула, уронила голову на


«Все распыляется, все мимо…»

Из книги Одна на мосту: Стихотворения. Воспоминания. Письма автора Андерсен Ларисса Николаевна

«Все распыляется, все мимо…» Посвящается Мэри Крузенштерн-Петерец, написано после ее смерти Все распыляется, все мимо, Вдогонку планам и мечтам, А жизнь бежит неумолимо, Усталость оставляя нам. Храню я Ваш подарок — платье, Дань женской праздности земной. Хотела карточку


Мимо полосы 

Из книги Рассказы ездового пса автора Ершов Василий Васильевич

Мимо полосы  Летели мы однажды с Володей Щуплевым на Ан-2 в Абакан за лыжами. Дело было ранней весной; за зиму енисейские летчики износили самолетные лыжи, исшоркали подошвы по выступившей на первых проталинах гальке – вот нас и откомандировали спецрейсом, чтобы мы


Не проходите мимо

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

Не проходите мимо Речь на вечере шла о человеческом достоинстве и гражданском мужестве. Публика призывалась не проходить мимо отдельных, редких, но все еще, к сожалению, бытующих в нашем обществе таких нетипичных пережитков прошлого и негативных явлений, как пьянство,


Михаил Жванецкий Мимо зеркала

Из книги Свободная любовь автора Кучкина Ольга Андреевна

Михаил Жванецкий Мимо зеркала Парадокс: известный человек остается на самом деле большой загадкой. Всем видимый, бесконечно талантливый, если не великий, всем открытый Михаил Жванецкий далеко не так открыт. Тем больше повезло, когда он согласился поговорить откровенно.


B. В. Вольтман («Ах, мимо дровяного склада…»)

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

B. В. Вольтман («Ах, мимо дровяного склада…») Ах, мимо дровяного склада И чайной с запахом котлет, Плыви, плыви, моя прохлада, За пылким Чачиковым вслед, Чей шаг стремителен и гулок, Кто страшен в качестве врага, Туда, в Уланский переулок, Где раздевают донага. Где от


Глава 4. Мимо фронта

Из книги Течению наперекор автора Остерман Лев Абрамович

Глава 4. Мимо фронта Москва очень изменилась за то время, что я пробыл на трудфронте. Окна домов заклеены бумажными крестами — от взрывной волны. Зеркальные витрины на улице Горького «ослепли», доверху заложенные мешками с песком. Странно выглядит Большой театр,


«Мимо-Гомельская» дивизия

Из книги Петух в аквариуме – 2, или Как я провел XX век. Новеллы и воспоминания автора Аринштейн Леонид Матвеевич

«Мимо-Гомельская» дивизия Наша дивизия – 324-я – формировалась в Рязанской области во время битвы за Москву. Она входила в 50-ю армию и воевала на 2-м Белорусском фронте.Долгое время нашей дивизии не давали никаких орденов или званий, не знаю почему: тогда всякие почетные


«Вы, идущие мимо меня…»

Из книги Мне нравится, что Вы больны не мной… [сборник] автора Цветаева Марина

«Вы, идущие мимо меня…» Вы, идущие мимо меня К не моим и сомнительным чарам, – Если б знали вы, сколько огня, Сколько жизни, растраченной даром, И какой героический пыл На случайную тень и на шорох… – И как сердце мне испепелил Этот даром истраченный