1.8.8. «Ленинградское дело» для Н. А. Вознесенского и А. А. Кузнецова

Жданов умер, но Сталин, видимо, вспоминая смерть Кирова, решил выжать из этого факта максимум возможного…

У Алексея Дмитриевича и Любови Георгиевны Вознесенских в селе Теплом Тульской губернии родились четверо детей: Александр, Мария, Николай, Валентина. В уездном городке Чернь, куда перебрались родители ради обучения детей, Николай в 16 лет стал секретарем уездного комитета комсомола. Комсомольскую ячейку здесь создавали все братья и сестры Вознесенские.

Учился Николай в новых, советских образовательных учреждениях: в Коммунистическом университете им. Свердлова, в Институте красной профессуры. Кто-то может подумать: ну чему можно на учиться в партийных учебных заведениях, где «зубрили» классиков марксизма-ленинизма и боялись отойти от «генеральной линии»? Таких учеников было немало. Перед теми же, кто хотел приобрести основательные знания, возможности открывались неплохие. Среди лекторов Николая Вознесенского можно назвать Дзержинского, Луначарского, Куйбышева, а библиотечные фонды считались одними из лучших в стране.

В 1937 г., в 34 года, Николай Алексеевич Вознесенский стал председателем Госплана СССР. Это была опасная должность. В свое время Сталин произвольно изменил задания первого пятилетнего плана. Каганович размашисто перекраивал Москву. Научное планирование, которое считалось одним из преимуществ социализма перед капитализмом, и антинаучный волюнтаризм в самых разных формах, который являлся одной из главных черт руководства социалистическим строительством со стороны больших вождей, друг друга взаимно исключали. Вознесенский пришел в Госплан, который уже был фактически разгромлен. Ему приходилось работать в ситуации, когда страна находилась в крайне противоречивом положении.

На посту председателя Госплана Н. А. Вознесенский начал работу по комплексному планированию в различных экономических районах страны, что требовало сочетания отраслевого и территориального подходов, использования балансового метода. Госплан впервые стал разрабатывать баланс народного хозяйства как самостоятельный раздел и органическую часть народно-хозяйственного плана. При Госплане создали Совет научно-технической экспертизы, объединявший авторитетных специалистов для всесторонней оценки крупнейших проектов.

Даже в условиях жесткой командно-административной системы оставался определенный «люфт» для творчества, если руководитель дела понимал необходимость такого творчества. Так, по настоянию Вознесенского на одном из заседаний Государственной плановой комиссии было принято интересное решение. При установлении премий сотрудникам после подведения итогов работы отделов Госплана стали считать решающим показателем работы каждого специалиста проявление инициативы в деле разработки проблем социалистического строительства, проверки выполнения государственных планов и особенно в деле предупреждения «узких мест» и диспропорций. Это решение приносило хорошие результаты[65]. К концу советского периода, правда, большее распространение получил принцип «Лучше просто дурак, чем дурак с инициативой».

В апреле 1939 г. Н. А. Вознесенского утвердили заместителем председателя Совнаркома СССР, а в марте 1941 г. он стал первым заместителем председателя Совнаркома СССР по Экономическому совету.

В годы войны был разработан военно-хозяйственный план, в соответствии с которым проводилась грандиозная эвакуация промышленных предприятий на восток и создание там мощного военно-промышленного комплекса. Н. А. Вознесенский являлся заместителем председателя Государственного комитета обороны СССР, представлял в Куйбышеве СНК СССР и руководил работой эвакуированных наркоматов: авиационной и танковой промышленности, вооружения, черной металлургии, боеприпасов. В 1943 г. он вошел в Комитет при СНК СССР по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецко-фашистской оккупации…

В марте 1949 г. Николай Алексеевич Вознесенский был снят со всех партийных постов и государственных должностей, лишен депутатских мандатов. Сталин подписал решение о выводе его из членов Политбюро ЦК ВКП(б), из членов ЦК ВКП(б), а затем и из членов ВКП(б). В течение десяти месяцев находившийся в «подвешенном» состоянии Н. А. Вознесенский завершил свой главный научный труд – «Политическую экономию коммунизма».

«В конце сороковых годов, когда бериевцы по приказу Хозяина фабриковали это “дело”, Хрущев занимал пост секретаря ЦК по кадрам и, по долгу службы контролируя деятельность репрессивных органов, нес личную вину за гибель А. Кузнецова и других ленинградских руководителей. Боясь, как бы на готовящемся судилище над Маленковым не всплыла его собственная неприглядная роль в “ленинградском деле”, Хрущев должен был для подготовки этого судилища найти такого человека, который при полной ему, генсеку, преданности сам бы был глубоко заинтересован в сокрытии правды, чтобы всю вину свалить на Маленкова. Таким человеком оказался клеврет Хрущева секретарь ЦК КПСС Фрол Козлов, один из прямых виновников ленинградской трагедии».[66]

Почему Сталин расправился с Вознесенским, Кузнецовым и другими, санкционировал фабрикацию «ленинградского дела»?

Во время Великой Отечественной войны Сталин выдвинул на различные государственные посты, на высокие военные должности сотни и тысячи людей. Вместе со Сталиным они стали соавторами Великой Победы. Особо высокой была репутация руководителей из Ленинграда, который к своей славе города трех революций прибавил славу города-героя, пережившего фашистскую блокаду. Руководители Ленинграда наряду с деловым имели огромный моральный авторитет, настоящую популярность среди широких народных масс. В первые послевоенные годы Сталин использовал это обстоятельство. Во многие районы страны, на многие важнейшие участки партийной и государственной работы он направил ленинградцев, задачей которых стало «подтянуть» отстающих, показать пример настоящей, самоотверженной работы на благо Родины.

Алексею Александровичу Кузнецову (1905—1950) в победном 1945 г. было всего лишь 40 лет. В 1937—1945 гг. он являлся вторым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП(б). Во время войны состоял членом военных советов Балтийского флота, Северного и Ленинградского фронтов, имел звание генерал-лейтенанта. Именно А. А. Кузнецова, а не А. А. Жданова видели защитники города, красноармейцы и краснофлотцы, рабочие и служащие на самых опасных участках фронта, в цехах фабрик и заводов, в госпиталях. Сама внешность Алексея Александровича, человека подтянутого, энергичного, уверенного, производила ободряющее впечатление на всех, с кем он общался в трудные блокадные годы. Динамичного Кузнецова считали главным руководителем обороны блокированного города. После отъезда А. А. Жданова на постоянную работу в Москву А. А. Кузнецов в 1945—1946 гг. стал первым секретарем Ленинградского обкома и горкома партии. Но и Кузнецова Сталин забрал в Москву, поручил ему очень важный пост. В 1946—1949 гг. А. А. Кузнецов работал в качестве секретаря ЦК и начальника Управления кадров ЦК ВКП(б). Его задачей, как считают историки, был контроль над работой органов государственной безопасности, которые под руководством Л. П. Берия приобрели огромное влияние и стали внушать Сталину серьезные опасения.

Берия и Маленков, который сам ранее занимался кадрами, с большой тревогой наблюдали за тем, как А. А. Кузнецов разбирается с «делами» прошлых лет. Опытные кремлевские интриганы ощущали приближение «второй кадровой революции», опасались того, что очередной «перебор людишек» Хозяином может коснуться их самих.

В феврале 1949 г. А. А. Кузнецова перевели на работу секретарем Дальневосточного бюро ЦК партии. Такое понижение в должности не предвещало в те годы ничего хорошего. Но, как это ни странно, люди, хорошо понимавшие, что им грозит в ближайшее время, ждали своей участи, не пытаясь искать какие-то пути к спасению. С Кузнецовым произошло то же, что и с тысячами других жертв сталинского произвола. В августе 1949 г. он был арестован, 30 сентября 1950 г. военная коллегия Верховного суда СССР приговорила бывшего партийного и государственного деятеля, бывшего депутата Верховного Совета СССР 1-го и 2-го созывов, легендарного руководителя обороны Ленинграда к расстрелу. На другой день приговор привели в исполнение.

Ленинградские руководители не чувствовали за собой никакой вины. Они считали, что со временем Сталин во всем разберется. К тому же смертную казнь в стране после Победы отменили.

В январе 1950 г. смертную казнь в стране снова восстановили. Некоторые авторы утверждают, что сделали это для того, чтобы расправиться с фигурантами «ленинградского дела». Возможно, это был непосредственный повод. Скорее всего, советская система в принципе не могла обходиться без смертной казни, без этого орудия устрашения для населения и кнута для руководящего состава.