Римская-Корсакова Александра Александровна

Римская-Корсакова Александра Александровна

Александра Александровна Римская-Корсакова (1803–1860) — дочь М. И. и А. Я. Римских-Корсаковых, жена (с 1832) А. Н. Вяземского, корнета Кавалергардского полка.

Овдовевшая Мария Ивановна Римская-Корсакова, энергично подыскивающая женихов для своих четырех красавиц дочерей (Софьи, Натальи, Екатерины и Александры), в своем доме часто давала многолюдные балы, обеды, вечера. В Рязанской, Тамбовской и Пензенской губерниях она имела огромные поместья с двумя с половиною тысяч душ крепостных, но все равно всегда была в долгах.

Пушкин начал бывать в ее доме в Москве с 1826 года, и был очень увлечен младшей дочерью Александрой, девушкой с сильным, волевым характером. В возрасте 14 лет все 6 недель Великого поста она упрямо ела только пустые щи и кашу, хотя все остальные в доме в это же время ели самую разнообразную еду; а в 16 лет, живя в деревне, она для воспитания силы воли ночью одна ходила на кладбище. Красавица, «девушка лет 18, стройная, высокая, с бледным прекрасным лицом и черными огненными глазами», — писал о ней Пушкин в набросках «Романа на Кавказских водах», в котором она выведена под именем Алина, а первоначально даже Алина Корсакова. Замысел этого крупного прозаического произведения, начатого 30 сентября 1831 года, возник из ложного слуха, дошедшего до поэта, о пленении Александры горцами.

18 мая 1827 года Пушкин писал в Тифлис своему брату Льву, который служил там в армии: «…Письмо мое доставит тебе М. И. Корсакова… да прошу не влюбиться в дочь…» Екатерина Мещерская, дочь Карамзиных, в письме от 12 июля 1828 года сообщала П. А. Вяземскому: «Слыхали ли вы о похищении г-жи Корсаковой каким-то черкесским князем? Если бы это была правда, какой прекрасный сюжет для Пушкина, как поэта и как ее поклонника».

По неизвестной нам причине в личных отношениях Пушкина с Александрой Римской-Корсаковой произошла резкая перемена. Они по-прежнему продолжали встречаться, но искра взаимного увлечения внезапно погасла. В декабре 1828 года П. А. Вяземский писал А. И. Тургеневу: «Пушкин ни в кого еще не влюбился, а старые любви его немного отшатнулись. Вчера должен он был быть у Корсаковой, не знаю еще, как была встреча». А через месяц ему же сообщал: «Пушкин что-то во все время был не совсем по себе. Не умею объяснить, ни угадать, что с ним было, но он не был в ударе. Постояннейшие его посещения были у Корсаковых и у цыганок; и в том, и в другом месте видел я его редко, но видал с теми и другими, и все не узнавал прежнего Пушкина…» В письме от 8 декабря 1831 года Пушкин сообщал жене: «…А Корсакова выходит за князя Вяземского…»

Брак ее оказался несчастлив. Жизнь она вела бездеятельную, спала до второго часа дня, с прислугой обращалась высокомерно, разоряла мужа бессмысленными тратами и мучила своих детей болезненной брезгливостью.