Геополитический смысл Сибири

Геополитический смысл Сибири

Что мы знаем о Сибири?

Казалось бы, многое, если не все: изучены обширные пространства, составлены карты природных ресурсов, подробнейшим образом исследованы геофизические условия, скорость течения сибирских реки объемы водных ресурсов и т. д. Но понимаем ли мы подлинное значение Сибири для исторической судьбы Российского государства? Взглянем на нее с позиции современной геополитики и как теории и как прикладной политической практики.

Начнем с теории устойчивости геополитического пространства и зафиксируем, что территория России – это классическое выражение континентального пространства, из которого геополитические лучи проецируются во все стороны света. Х. Маккиндер, один из основателей классической геополитики, еще в начале ХХ столетия выдвинул теорию географического деления мира на морскую и континентальную составляющие. Но главное в теории англичанина – это Харт-ленд, ось Земли, на которой держится Евразия и весь земной шар.

Так вот основу этого Хартленда составляет именно Сибирь. То есть, по Маккиндеру, Сибирь – это центр мировой географии. Территория, удерживающая всю земную твердь. А Россию он именовал ключевой страной мира, осевым государством. Кстати, к аналогичным выводам пришел и русский ученый Д. И. Менделеев. Через массу Земли он вычислил центр нашей планеты – 46 километров южнее Туруханска.

А теперь, сибиряки, возгордитесь еще одним выводом англичанина Маккиндера: «Я утверждаю, что с географической точки зрения они (державы мира. – Л.Г.) совершают что-то вроде кругового вращения вокруг осевого государства, которое всегда, так или иначе, является великим, но имеющим ограниченную мобильность по сравнению с пограничными и островными государствами». Добавим, что выводы Х. Маккиндера так никто и не опроверг до сих пор. Но вернемся к России. Структура геополитического пространства состоит из трех основных элементов – ядра, срединной зоны и периферии, жестко связанных между собой политическими, экономическими, социальными и коммуникационными конструкциями.

Классический вариант построения устойчивой системы выглядит следующим образом: ядро в центре, вокруг него формируется срединная зона и далее – равноудаленная от ядра периферия. В реальности такое построение – редкость. Исторически сложившееся Российское государство – это наглядное исключение из правил: ядро сильно смещено к западу, срединную зону составляет европейская часть страны, все остальное – это периферия. В принципе такая схема неустойчива с точки зрения концепции удержания больших пространств. Для устойчивого удержания подобной государственно-общественной конструкции необходимы определенные условия: сильная авторитарная власть, центр духовного притяжения периферии; идея-концепция, привлекательная для всей страны; непрерывность и твердость управления, жесткие конструкции, удерживающие периферию, особенно Сибирь и Дальний Восток; транспортная сеть; тарифы, доступные для поездок граждан и перевозки грузов; единая система экономики; общее духовно-культурное, оборонное, образовательное, научное, кадровое пространство. Вся страна должна быть объединена единством цели, стратегией ее достижения.

Каждый из нас знает сложившуюся у нас в стране схему управления. И она далека от схемы, о которой говорилось выше. Более того, концентрация в Москве и Санкт-Петербурге до 90 % финансовых ресурсов страны при нещадной эксплуатации сибирских недр формирует отчужденность сибиряков, дальневосточников и даже кавказцев от ядра страны. Да и срединная зона российского пространства устала от набегов столичных бизнесменов. К тому же столица выкачивает из регионов не только природные, но и людские ресурсы: самые крепкие ребята едут в Москву охранниками офисов, официантами и вышибалами в рестораны, самые красивые девушки – в московские бордели, самые талантливые – в московские и питерские бизнес-компании. Во властные структуры представителей периферии допускают с трудом и осторожностью. Тем самым периферия теряет жизненные силы, а геосистема России – устойчивость.

Собственно говоря, сырьевой курс в экономике – это тоже результат, во-первых, деформации мировоззрения столичной элиты в пользу западного вектора по принципу «Запад – это цивилизация, Сибирь – азиатчина», а во-вторых, полного непонимания геополитического смысла Сибири как удерживающего центра всей системы страны. И не только этого. А и центра духовной нашей сущности. В 2005 году, поздравляя ветеранов Великой Отечественной войны на Алтае, столкнулся с поразительным явлением. В одном из местных поселков звания Героя Советского Союза в годы войны были удостоены шесть его жителей. Где еще возможно такое? Не случайно гитлеровские полчища, как огня, боялись сибирских дивизий.

Итак, Сибирь – это географический центр мира, меридионально-широтный перекресток социальных коммуникаций, строитель и хранитель духовного стержня и самобытности народа плюс несметные природные богатства и жизненная энергетика. Но она, как говорят сегодня, слабо освоена. Но иногда хочется сказать: «Слава Богу!». Ибо Сибирь – это стратегический резерв будущих поколений Российского государства. А они уж распорядятся им более бережно. Но Сибирь – это и давняя тревога России. Потому что она – вожделенный объект устремлений тех сил, которые жаждут поживиться российскими богатствами. Приведу несколько примеров. Вышеупомянутый Х. Маккиндер, формулируя теорию мирового господства, констатировал, что, по существу, тот, кто контролирует Сибирь, распоряжается судьбами мира.

А теперь пара цитат. Во время интервенции Антанты против Советской России в 1919 году бюллетень мощнейшего объединения английских промышленников писал: «Сибирь – самый большой приз для цивилизованного мира со времени открытия обеих Америк».

Гитлер, выступая в 1936 году, провозгласил: «Если бы у меня были Уральские горы с их неисчислимыми богатствами сырья, Сибирь с ее безграничными лесами и Украина с ее необозримыми пшеничными полями, Германия и национал-социалистское руководство утопали бы в изобилии».

А вот современное свидетельство. Пять натовских военачальников в отставке, ранее занимавших высокие посты в вооруженных силах США и НАТО, по заказу совета НАТО подготовили многостраничный доклад «Военно-политическая стратегия в условиях изменчивого мира. Обновление трансатлантического союза». Его суть – в обосновании расширения альянса до планетарных масштабов и придания ему новых превентивно-ударных функций в условиях обострения борьбы за планетарные ресурсы. Натовские генералы-аналитики озабочены ситуацией вокруг Сибири. Попытаюсь связать в единую цепочку разбросанные по тексту доклада тезисы на этот счет. А цепочка получается такая. Для НАТО все плохо: и возрождение России, и таяние ледников, и китаизация Сибири, и возможный союз между Москвой и Пекином. Поэтому авторы доклада, говоря об экономическом подъеме в Азии и усилении России, призывают: «Европейским странам необходимо задуматься об их роли в мировом развитии, а также о роли трансатлантического союза в регионе (Восточной Азии. – Л.И.)… ЕС прибегает к использованию умеренных инструментов… НАТО может стать эффективным инструментом энергетической безопасности». При этом подчеркивается, что для обеспечения такой безопасности вполне возможно применение ядерного оружия.

Думаю, хватит цитировать натовских генералов. За их словами четко просматривается стержень новой стратегии Запада, которая будет рассмотрена на юбилейном саммите НАТО в 2009 году. Суть ее – превентивное применение вооруженных сил НАТО, включая ядерное оружие, в борьбе за энергоносители. Против кого оно будет применено, думаю, не секрет. Конечно, не против Нигерии. И даже не против Китая – там мало нефти, но 1,3 миллиарда населения. Так что Сибирь требует особого внимания не только с точки зрения развития, но и защиты. И здесь в полную силу встает вопрос модернизации российского геополитического и географического пространства. И прежде всего, изменения местоположения срединной зоны, а конкретнее – о ее перемещении на восток, в Сибирь.

Бредовая идея? Не торопитесь. Во-первых, центр мирового развития динамично перемещается в регион Восточной Азии. Во-вторых, Россия сама инициировала создание контура второго полюса мира в лице Шанхайской организации сотрудничества, а значит, ей самой нужно двигаться в восточном направлении. В-третьих, возможно, только перемещение центра России в район Сибири позволит сохранить в ее составе Дальний Восток и не допустить китаизации самой Сибири (с последующим использованием Пекином косовского прецедента). Вероятно, у читателя сразу возникает мысль, что в Сибирь придется перетаскивать столицу, то есть Москву. Отвечу: ни в коем случае. Это опасно и для Сибири, и для всей России. Нынешнюю бюрократию и бизнес-элиту нужно непременно оставить в Москве, ибо в противном случае они со своими мещанскими страстями и непомерными аппетитами погубят Сибирь. Для них идеал – «Куршавели» Европы и Америки. Они всеми своими помыслами – на Западе, восток России для них – лишь источник богатств, награбленных на родине и упрятанных в банках Нью-Йорка и Лондона, Амстердама и Женевы.

Для поиска решения вопроса относительно Сибири как срединной зоны Российского государства приглашу в собеседники великого русского – П.П. Семенова-Тяньшанского, который в работе, опубликованной в 1915 году, связывал будущее могущество России с Уральским, Алтайским, Туркестанским и Прибайкальским регионами. Главным недостатком пространственной системы «от моря до моря» он считал сдвинутость центра России на запад. Выходом из такой ситуации он считал приближение государственного центра к географическому. Следуя его мыслям, нам более чем кому-либо на свете не следует отделять Европу от Азии, а, напротив, стараться соединить ее в одно географическое целое…

Великий географ считал, что в его времена вопрос о переносе столицы был сложным и затратным. Но сейчас – почему бы нет? Хотя бы с целью нравственного очищения общества, отделения московской Рублевки от остальной, настоящей России. Возможен, наверное, и другой вариант. Почему бы не исследовать модель разнесенной столицы и ряд функций государства с соответствующими ведомствами не перенести в восточные регионы (организация обороны, лесопромышленный комплекс, энергетика, охрана природы, транспорт и т. д.)? Другие функции можно разделить между Москвой и Сибирью (культура, наука, образование, внешняя политика, правоохранительная система). Поехал же Конституционный суд в Санкт-Петербург. Это интересно еще и потому, что через несколько лет Москва, по прогнозам специалистов, станет мегаполисом, несовместимым с проживанием человека.

Что получит российское общество и государство в случае перемещения центра в Сибирский регион? Полагаю, достаточно много. Во-первых, конструкция пространства станет более устойчивой. Она свяжет запад и восток в единое целое, выровняет расстояния между периферией и ядром государства, станет ретранслятором информации, культуры, политической и деловой активности во все направления пространства. Усреднит российское время, что важно для управления страной. Сегодня же, когда московские столоначальники просыпаются, дальневосточники уже ложатся спать. Во-вторых, этот шаг серьезно укрепит безопасность страны, ее внутреннюю стабильность, значительно уменьшит аппетиты соседей и иных претендентов в отношении пустующих территорий России, исключит поползновения восточного сепаратизма (зачем отделяться от самого себя?).

В-третьих, изменит социальную и географическую карту России. Люди потянутся (прежде всего, из задыхающейся Москвы) к новому центру, поскольку там под реализацию крупных инфраструктурных и инновационных проектов будут создаваться новые рабочие места для всех категорий граждан, получающих возможность реализовать свои профессиональные навыки. Финансовые потоки, двигающиеся сегодня со всей России в московском направлении, потекут в новый центр и оттуда – по городам и весям страны. А главное, это поможет России изменить свою нынешнюю сущность, вернуться к духовно-историческим истокам и избрать новый курс развития. Не всегда же нам идти по пути, который ведет в тупик.

Известный специалист в области экономики и финансов Дж. Стиглиц считает, что в России создан дикий капитализм самого худшего пошиба. А вот еще одно свежее мнение. Американский профессор Университета Дьюка, признанный специалист по России Дж. Хау сказал несколько месяцев назад: «В России после 1991 года произошли два больших преступления. Во-первых, более 10 миллионов человек ушли из жизни преждевременно, по причине того, что власти, с благословения МВФ, прекратили финансирование системы здравоохранения, развитие промышленности и сельского хозяйства. И в середине 1980 годов средняя продолжительность жизни в России была очень невелика – 65–67 лет, а позже она сократилась до 57 лет. Подобное будет считаться одной из величайших трагедий в русской истории. Во-вторых, в России существовала одна из наиболее технически образованных элит мира и один из наиболее умелых рабочих классов. Однако власти под давлением МВФ уничтожили их».

Но вернемся к нашим баранам. Итак, переместив центр России в Сибирский регион, мы получим новый импульс для внутреннего развития и нравственного очищения. Во внешней политике появится возможность выстраивания нового вектора отношений с более перспективными и более одухотворенными цивилизациями и государствами. Даже в проекте ШОС, органично переплетенном с проектом БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай), наша страна возрождается как один из ключевых мировых игроков, разрабатывает повестку дня развития человечества и переформатирует мир. В сфере экономики ориентация на Восточную и Юго-Восточную Азию серьезно повышает наши шансы на активное участие в формировании международной финансово-экономической системы нового типа (вместо умирающих МВФ, ВТО, ФРС), продвижении на мировые рынки не только природных ресурсов, но, прежде всего, интеллектуально-инновационных технологий, экономически чистой продукции питания, питьевой воды Байкала и сибирских рек, здоровой духовно-жизненной энергетики.

Нельзя не видеть, что на рубеже XX–XXI веков на восточных границах России выросли экономические державы, имеющие блестящую историческую перспективу. А без смены западного вектора экономики на восточный мы «зафиксируем» себя как сырьевой придаток Запада. С точки зрения национальной и глобальной безопасности появляется шанс изменить систему глобального военного превосходства и военно-политического шантажа на систему коллективной безопасности, построенную на принципе баланса сил. То есть образовать второй полюс безопасности, альтернативный американо-натовскому альянсу, превратившемуся в глобального международного жандарма. Россия в таком случае ускользает из возможных «клещей», когда она вынуждена одновременно противостоять превосходящим силам Запада и Востока, втягиваться в разорительную гонку вооружений с далеко не ясными перспективами. Как только выравняются военные потенциалы двух полюсов, вновь заработает международно-правовая система безопасности, заложенная в Уставе ООН. Одновременно, активно работая в ШОС, Восточной Азии и АТР, возможно сформировать систему сдержек и противовесов (коллективной безопасности) во всем этом большом регионе мира.

Итак, да здравствует Сибирь!

Партнер»,

2008, № 3

Данный текст является ознакомительным фрагментом.