ПОСЛЕСЛОВИЕ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

У каждого человека в жизни бывает шок. В моей жизни их было три.

Шок первый: когда мне было 7 лет, один из моих друзей, смельчак серб, тоже моего возраста, поймал большую змею и шутки ради, повесил мне на шею. Я окаменел, а змея спустилась мне за пазуху. Серб, смеясь, вытянул ее и продолжал с ней играть дальше, а я после этого пролежал в кровати две недели. Родителям же ничего не сказал.

Шок второй: Насильственная выдача казаков 29 мая 1945 года в Вайтенсфелде.

Шок третий: Неожиданная смерть моей любимой 30-летней жены в пятницу 13 февраля 1953 года. Во время операции ошибочно дали слишком большую дозу наркоза, и в течение 5 часов и 15 минут она не смогла проснуться.

От первого и третьего шока время-доктор меня вылечило, а второй остался не вылеченный. Хотя прошло 44 года со дня трагедии, но по сей день по ночам у меня бывают кошмары. Иногда я кричу во сне.

Разъезжая по разным местам в Европе с моей командой джигитов, мне приходилось встречать казаков и казачек, переживших насильственную выдачу в Лиенце и других местах, и многие из них были с расстроенной психикой, а многие остались инвалидами.

В июле 1949 года я встретил в Италии кубанского казака В. Петровского, ему тогда было 53 года. Он пережил трагедию в Лиенце. Итальянцы знали его прошлое, они часто его пугали, что его выдадут в Советский Союз. Он меня просил написать Кубанскому Войсковому генералу В.Г. Науменко, выручить его из Италии. На четвертый день после нашего разговора он не выдержал боязни выдачи и утопился в Адриатическом море.

В 1946 году я был в квартире ген. Науменко в г. Фюссен (Германия), тогда он впервые узнал все подробности о выдаче в Лиенце от меня, и о 1-й Казачьей Дивизии.

Я ему передал больше 20 писем от казаков и казачек из Австрии. Он просил меня описать выдачу для «Сборника». Я ему обещал, что напишу.

В 1948 году в г. Ландегут (Германия) на общеказачьем сборе, на котором присутствовало 45 казаков, ген. Науменко попросил меня рассказать всем присутствующим о выдаче. На сборе был и его начальник Кубанского Войскового Штаба, полковник Зарецкий, который во время моего рассказа делал заметки в своей записной книжечке. Здесь ген. Науменко опять попросил меня описать выдачу, и я пообещал.

В 1954 году ген. Науменко письменно просит меня описать выдачу и прислать ему для книги «Великое предательство». Я третий раз пообещал. Три раза дал слово, и три раза я его не сдержал.

Много раз я начинал писать и каждый раз бросал, т. к. заболевал. Когда я вспоминал Вайтенсфелд и Лиенц, меня бросало в жар и трясло как от лихорадки. Руки начинали трястись и слез не мог удержать. По ночам не мог уснуть, а если засыпал, то видел жуткие кошмары. Это продолжалось несколько дней.

Сегодня исполнилось 44 года со дня Великого Предательства, а душевный осадок у меня остался.

Все, что я написал, я заставил себя со сверхчеловеческой силой, но это не обошлось без слез, бессонницы и лекарств…

Шок 1945 года время-доктор не смог вылечить.

УПОКОЙ, ГОСПОДИ, ДУШИ РАБ ТВОИХ, ЖИЗНЬ СВОЮ ОТДАВШИХ ЗА РОДИНУ, ЗА ЛЮБОВЬ К БЛИЖНЕМУ, ЗА ПРАВО ЧЕЛОВЕКА, ЗА ПРАВОЕ ДЕЛО И ТЫСЯЧИ УМУЧЕННЫХ.

«ИМЕНА ЖЕ ТЫ, ГОСПОДИ, ИХ ВЕСИ»!

Австралия, 1 июня 1989 г.