ГЛАВА 15 Первый шаг - самый трудный

ГЛАВА 15

Первый шаг - самый трудный

На должность режиссера нашего фильма "Хорошие парни носят черное" был приглашен Тэд Пост, который выступал в свое время режиссером фильма "Магнум" с Клинтом Иствудом. Поскольку я не являлся опытным актером, он решил окружить меня профессионалами, в числе которых были Джеймс Францискус, Дана Эндрюс, Джим Бэкус, Ллойд Хэйнс и Энн Арчер. Я был рад работать с такими прекрасными актерами, но в то же время это меня пугало.

К счастью, продюсеры наняли мне в помощь для работы над ролью Джонатана Харриса, который занимался постановкой голоса и жестов. Джонатан снимался в телесериале" Затерянные в космосе". Он был очень "правильным" человеком и произносил каждое слово так, словно декламировал Шекспира. Джонатан работал со мной по восемь часов в день на протяжении трех недель. Он потратил больше времени на то, чтобы научить меня говорить, чем на то, чтобы помочь мне выучить мои реплики в диалогах.

Однажды во время нашей работы Джонатан подошел ко мне, засунул свои пальцы мне в рот и широко растянул его, крича:

— Открывай рот, открывай!

— Джонатан, ты единственный в мире человек, которому подобное может сойти с рук, — сказал я, когда он наконец отпустил меня.

— Я знаю, — с улыбкой ответил он.

Хотя я и не всегда выговаривал слова так, как хотел Джонатан, я все же выучил все свои реплики, в том числе и занимавшую восемь страниц сцену, в которой обсуждаю положительные стороны войны во Вьетнаме с Джеймсом Францискусом. В расписании съемок на эту сцену отводилось два дня. Она представляла для меня определенную трудность, потому что я должен был всю сцену просидеть, не двигаясь.

Я попросил Джонатана поговорить с режиссером о том, чтобы эту сцену снимали ближе к концу съемок, чтобы я смог больше свыкнуться со своей ролью. Джонатан согласился.

Но когда мы приступили к съемкам, все расписание пришлось изменить. Джеймс Францискус параллельно был задействован в другом фильме и мог провести с нами всего два дня, поэтому режиссер решил отснять мою сцену с Джеймсом в первый же день. Хуже того, он потребовал, чтобы сцену отсняли за один день, а не за два.

Я выучил свои реплики наизусть и все же вечером накануне съемок так волновался, что не мог заснуть. На следующее утро, когда мы начали снимать, я, к своему ужасу, обнаружил, что Джеймс переписал все свои реплики в сценарии. Проблема была в том, что я заучил свои реплики вместе с его словами, после которых должен был говорить. Когда он начал говорить слова, которых не было в сценарии, мне пришлось на ходу импровизировать и сочинять свои ответы. Это было ужасно, но еще хуже было то, что я понимал, что его аргументы звучат убедительно, так что я не выигрываю в споре, как должен был по сценарию.

Вдобавок ко всем моим трудностям продюсеры пригласили репортера, чтобы он взял у меня интервью во время ланча. Репортер написал, что в первый день съемок я был нервным и раздраженным. И он был совершенно прав!

Мы начали снимать в семь утра, а закончили в четыре часа утра следующего дня, так что свой первый съемочный день я провел перед камерой двадцать часов подряд! Я чувствовал себя, как человек, которого бросили в океан с кандалами на ногах и велели плыть к берегу. Это был ужасный день, но я рассудил, что если смогу выдержать эту первую сценy, то выдержу и весь фильм.

Хотя в начале съемок я чувствовал себя неуверенно, но я знал, что негативное мышление разрушительно. Негативные мысли приносят негативные результаты точно так же, как позитивные мысли приносят позитивные результаты. Я сказал себе: "Я буду стараться изо всех сил и не стану переживать из-за того, что кто-то опытнее меня".

Когда съемки были закончены, все поздравили меня с успешно выполненной работой. Сейчас, смотря этот фильм, понимаю, что они просто проявили ко мне милость, потому что я был не очень хорошим актером. Однако на то время я сделал все, что мог. Несмотря на отсутствие у меня опыта, фильм имел успех, потому что я создал образ, который понравился зрителям.

Сильно волнуясь, я пригласил Стива Маккуина на просмотр, что бы он высказал свое мнение. После просмотра мы вместе отправились пообедать.

— Получилось не так уж и плохо, — сказал он, — но позволь мне дать тебе совет. В фильме ты говоришь о том, что мы уже видели. Кино — это визуальное искусство, поэтому не стоит повторять словами то, что зрители уже знают. В следующий раз пусть другие актеры говорят, а когда нужно будет сказать что-то важное, это скажешь ты. Поверь мне, зрители запомнят твои слова. А если ты будешь говорить только ради того, чтобы поговорить, они не запомнят ничего.

Затем в подтверждение своих слов он привел пример. В фильме "Буллит "у него была сцена с Робертом Воном, на чьи реплики он должен был ответить длинной тирадой. Стив прочитал свои слова и понял, что их слишком много. Он обратился к режиссеру, и тот разрешил ему переписать текст. Стив вычеркнул свою длинную тираду и вписал единственную фразу: "Ты работаешь на своей стороне улицы, а я — на своей”.

— Эту фразу запомнили все, — сказал Стив. — Именно так ты и должен поступать в своих фильмах. Внимательно читай свою роль, и если какие-то реплики не понравятся, обсуди их с режиссером. Постарайся убедить его позволить тебе говорить как можно меньше и делай свои реплики запоминающимися.

Прекрасный пример этому — фраза Клинта Иствуда "Go ahead, make ту day"1. Ее помнят все, о ней написали песню, и даже президент Рейган однажды использовал ее в своей речи.

— Старайся, чтобы в твоем герое было как можно больше от тебя самого, — советовал Стив. — Все мы — разносторонние личности, и ты должен использовать и свою светлую, юморную сторону, и темную, агрессивную. Поступая так, ты сможешь сделать своего героя более реальным для тебя самого и для зрителей. Никогда не забывай, что настоящая кинозвезда — это тот, с кем зрители могут отождествить себя.

Советы Стива очень много значили для меня, и в последующие годы я старался следовать им — и это срабатывало!{1}

Несмотря на энтузиазм продюсеров по поводу фильма "Хорошие парни носят черное", им оказалось сложно найти дистрибьютора, потому что ни одна из студий не верила в прокатный потенциал картины. В отчаянии продюсеры решили сами заняться прокатом. Они одолжили денег, договорились об аренде кинотеатров за фиксированную сумму на неделю или около того в маленьких городках и всю выручку собирали сами.

Я ездил на премьерные показы фильма из одного городка в другой. Я давал интервью в школах, местным газетам и телевидению и просто беседовал со всеми, кто хотел со мной поговорить. Мы начали с Техаса, затем проехали Оклахому, Теннесси и другие штаты средней полосы Америки. После нескольких недель разъездов и от десяти до двенадца- I и интервью в день я уже мог пересказать сюжет фильма за любое заданное время — от тридцати секунд до трех минут, в зависимости от того, сколько времени мне отпускали.

Каждый вечер после показа мой брат Аарон и несколько наших уче- пиков-"черных поясов" забирали выручку у владельцев кинотеатров. Поскольку мы просто арендовали кинотеатр для показа собственного фильма, все деньги от продажи билетов принадлежали нам.

Многие критики были откровенно недовольны фильмом и советовали мне вернуться к обучению людей боевым искусствам, потому что актер из меня никудышный. Такие комментарии очень задевали меня, я считал, что сделал все, что мог. Я пожаловался Стиву, что не понимаю, чего ожидали кинокритики:

— Я ведь претендую на "Оскар"! Я просто хочу сделать кино, которое понравится людям.

Стив рассмеялся.

— Послушай, — сказал он, — в итоге все сводится к тому, что в случае, если твои фильмы окажутся прибыльными, ты будешь продолжать сниматься. У тебя могут быть самые лучшие рецензии в мире, но если твоя картина провалится в прокате, ты пополнишь ряды безработных. Единственное, о чем тебе стоит волноваться, — это зрители. Если твои фильмы будут им нравиться, твоя карьера будет долгой.

Стив был прав. Несмотря на разгромные рецензии критиков, фильм "Хорошие парни носят черное" с успехом прошел в тех городках, где мы его показывали. Откровенно говоря, публика приняла его настолько хорошо, что Алан Бодо начал поиск для меня очередного сценария. Я попросил Пэта Джонсона, еще одного обладателя черного пояса и моего близкого друга, который хотел стать писателем, поработать над идеей для сценария.

— Поскольку ты чемпион мира по каратэ, давай напишем историю о каратисте мирового класса, — предложил он.