КОРОЛЬ И Я

КОРОЛЬ И Я

Композитор Ричард Роджерс и сценарист Оскар Хаммерстейн много и плодотворно работали над созданием новых мюзиклов. Самыми популярными и любимыми в Америке стали мюзиклы «Оклахома», «Карусель» и другие. Их новый мюзикл назывался «Король и я».

Это была незатейливая история об английской учительнице, приехавшей в Сиам учить королевских детей.

Как предполагали создатели мюзикла, он должен был пользоваться успехом у публики. Замечательная музыка, танцы, экзотические костюмы, детские голоса– все это вызывало восторг у зрителей. Королю Сиама предназначалась не очень большая роль, но, безусловно, он должен был быть яркой фигурой. Начался актерский кастинг, и актриса Мэри Мартин, которая играла с Юлом в спектакле «Песня лютни», уговорила его принять в нем участие. Юл поначалу не соглашался– он очень переживал из-за раннего облысения. Но и тут находчивая Мэри и гример Ирен Шэрофф придумали замечательную версию. Ведь король Сиама-буддист, он воспитывался в монастыре, а буддийские монахи, как известно, бреют голову наголо.

Это убедило Юла, и он согласился показаться Роджерсу и Хаммерстейну. Впоследствии композитор Ричард Роджерс вспоминал: «Объявили имя актера, и он вышел на сцену. Бритоголовый человек с гитарой сел на стул, положив ногу на ногу, ударил по струнам, издав дикий вопль и запел нечто языческое. Мы с Оскаром переглянулись и сказали: «Это он!»

Юл был утвержден на эту роль, и с тех пор бритая голова стала его визитной карточкой.

Премьера мюзикла, состоявшаяся 26 февраля 1951 года, сразу была триумфом. Все, чему Юл научился за свою тридцатилетнюю жизнь, он вложил в эту роль. Тайны Востока, которые очаровали его в детстве, цыганская песенная удаль, акробатические навыки, уроки актерского мастерства в школе Михаила Чехова, его пластика хищника, – все пригодилось в работе над ролью.

Невысокого роста, невероятно пластичный, он двигался по сцене то как волк, то как пантера, то как бык. Король Сиама был его творением. Ничего подобного не было в сценарии, это был плод его воображения, его мастерства. К характеру Короля, наивному и благородному, он добавил мощь, своеволие, неистовство.

Юл полностью изменил внешний облик Короля. Он выходил на сцену босиком, полураздетый, наносил на лицо грим в стиле японского театра Кабуки. Это была маска страдания. Он сам гримировался, этот процесс занимал более двух часов. Когда он пел, его голос звучал «до горизонта», от него исходила животная, первозданная сила.

Каждое представление, начиная с самого первого, было триумфальным. Эмоции были так накалены, что зал готов был взорваться от аплодисментов и криков «браво». Роль Короля, которая была задумана как роль второго плана, стала главной. Крупнейшие газеты Америки печатали восторженные отзывы театральных критиков. Влиятельная газета New York Herald Tribune поместила статью, в которой Otis L. Garney Jr. писал: «Бриннер создал образ, повторить который будет очень трудно. Это – лучшее шоу за последнее десятилетие».

Каждый вечер толпы поклонников осаждали театр. Юла и его партнершу Гертруду Лоуренс охраняла конная полиция. Это продолжалось три года – столько времени шоу шло на Бродвее.

Итак, Юл стал знаменитостью – celebrity – а это слово очень много значит в Америке. Перед знаменитостями преклоняются, на них молятся, им подражают, с ними мечтают познакомиться…

Посмотреть шоу «The King and I» приходили все голливудские знаменитости, – роскошные кинозвезды после окончания шли прямиком к Юлу в гримерную. Он, полураздетый, еще не успев снять грим, приветствовал их, сознавая свое превосходство.

К нему за кулисы приходили и настоящие коронованные особы. Он был королем, королем сцены, и они обращались к нему как к равному.

Как относилась к этому Вирджиния? Сложно ответить однозначно на этот вопрос. Она была довольна, что кончились финансовые проблемы, но огромный успех Юла означал конец ее актерской карьеры. Он затмил бывшую кинозвезду. Бриннеры наконец смогли поменять жилье, переехав из маленькой, пропахшей нафталином квартиры, которая находилась над химчисткой, в просторные светлые апартаменты на 104– й улице, с видом на Центральный парк.

Вирджиния все вечера проводила дома с маленьким сыном. Она не хотела оставлять актерскую карьеру – ведь ей было всего тридцать лет… Вирджиния мечтала получить роль в театре или в кино, но время шло, а предложений от режиссеров или продюссеров не поступало. Отлично понимая, что Юл отдаляется от нее, она все чаще находила утешение в алкоголе. Уложив Рокки спать, Вирджиния обращалась к бутылке, которая стала ее верной подругой. Устав от безнадежной борьбы, забытая на самом пике карьеры всеми, она решила оставить артистическую карьеру – так началась ее дорога вниз…

Юл тем временем приближался к пику своей артистический карьеры, но не забывал своего первого учителя – Михаила Чехова. Знаменитый актер и педагог жил и работал в Калифорнии, его актерская школа была признана наиболее профессиональной, среди его учеников были самые известные актеры Голливуда. Мэрилин Монро была одной из самых усердных учениц. Как-то она пропустила урок, она переживала из-за этого и написала записку Чехову: «Дорогой мистер Чехов! Пожалуйста, не выгоняйте меня из студии. Я знаю, что злоупотребляю Вашим терпением, но я невероятно нуждаюсь в вашей дружеской поддержке. Я скоро Вам позвоню. С любовью – Мэрилин Монро».

После смерти Учителя, Мэрилин щедро поддерживала вдову, и даже упомянула ее в своем завещании, оставив ей значительную сумму.

В 1952 году Михаил Чехов написал книгу «Путь актера», в которой обобщил весь свой бесценный актерский опыт. Он обратился к Юлу Бриннеру с просьбой написать предисловие. Юл с радостью согласился – он почитал это честью для себя. В этом предисловии он пишет: «Пианист совершенствует свою технику на инструменте путем бесчисленных упражнений, а потом он представляет свое искусство на суд публики, у театрального актера есть самый сложный инструмент, на котором он может оттачивать свое актёрское мастерство – это он сам, его эмоциональное и психологическое состояние…»

Он был королем не только на сцене – Юл и в жизни чувствовал себя «на самом верху», – как он любил говорить. Огромная слава сделала его всесильным. Все было брошено к его ногам: самые красивые женщины искали и добивались его благосклонности, он часто менял машины, предпочитая самые дорогие кадиллаки. Магия его мужественного облика, его «животный инстинкт», – как говорили о нем – гипнотизировали. Его возлюбленными в разное время были звезды Голливуда: Мэрилин Монро, Джуди Гарленд, Ингрид Бергман и Марлен Дитрих.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.