Сергей ШЕВКУНЕНКО

Сергей ШЕВКУНЕНКО

С. Шевкуненко родился в Москве 20 ноября 1959 года (Скорпион-Свинья). Читаем в гороскопе:

«Земляная Свинья (ее год длился с 8 февраля 1959 по 27 января 1960 года; повторяется каждые 60 лет) поистине добрая душа, прекрасный организатор, по-умному распоряжается своими средствами и хорошо разбирается в бизнесе. Она ведет активную общественную жизнь, хотя порой может переборщить в отношении выпивки.

Скорпион-Свинья: Она способна перерыть целый огород, чтобы найти то, что ей необходимо. Порой она не очень привлекательная с виду, но душой, как правило, обращена к человеку и может быть очень домашней. Личность весьма чувствительная, честолюбивая, производит впечатление рассудительного и толкового человека. Внешне щедра и готова отдать последнюю рубаху, но бывает очень мстительна в том случае, если ей противоречат и стоят у нее на пути. Такой человек знает свои права и способен отстаивать их и даже превращаться в диктатора. Нужных же ему людей он использует достаточно долго и жестко, не отпуская в другое стадо. У него много творческих талантов, он способен объединить партнеров в коллектив, но любого, кто попытается уйти от него, готов уничтожить. Умеет идти на компромиссы, уступать в мелочах, чтобы выиграть в главном. У него высокий сексуальный и творческий потенциал и, как правило, очень хорошие и способные дети.

Мужчина-Свинья: Он может посвятить себя любой профессии. Он всегда проявит себя добросовестным и трудолюбивым работником. Но дела его также могут принять плохой оборот. Одна из самых его несимпатичных черт – пристрастие к грязи, где он может распластаться во всех видах. С материальной точки зрения и какой бы ни была среда, он всегда найдет то, что ему необходимо для прожиточного минимума. У него будут и работа, и деньги, и для этого он не затратит больших усилий. В течение всей жизни ему будут помогать, и благодаря этой помощи он сможет достичь самых высоких финансовых сфер.

Значение имени: Сергей – замечательный друг. Способен сострадать, проблемы друзей переживает, как собственные, всегда готов утешить и протянуть руку помощи. При этом Сергей неохотно говорит о своих неприятностях, предпочитает сдерживать свои чувства, хотя он крайне эмоциональный человек. В раздражении он становится властным, капризным, иногда буйным. Сергей довольно обидчив, но умеет скрывать свои обиды, ненавидит жаловаться. Он старается воспринимать жизнь такой, какая она есть, предпочитая «плыть по течению».

Как правило, Сергей – женский любимец. Он обаятелен, очаровательно ухаживает за девушками, не терпит конфликтных ситуаций. Он не позволяет себе грубостей по отношению к женщине, всегда заступится за нее. Сергей долго не женится, но не из-за любви к «легким» романам. Он долго ищет спутницу, похожую на него – добрую, чувствительную, нежную. Она должна быть необыкновенной, отличаться от остальных. Сергей трогательно любит своих детей, хотя для их воспитания ему не хватает строгости. Он не будет верным мужем, любые «рамки» вообще не для него. Но даже после развода Сергей сохранит приятельские отношения с женой.

Нельзя сказать, что Сергей везучий человек. Жизнь его будет полна трудностей и препятствий, особенно в молодости. Часто ему не хватает уверенности в себе и сил, чтобы достичь намеченной цели. Он не привык пробивать себе «локтями» дорогу, никогда не станет унижаться или использовать другого человека в своих интересах. Все, чего он добьется, будет добыто усердием и трудолюбием. Сергей не «восстает» против жизни, радости и неудачи он воспринимает одинаково спокойно.

Здоровьем Сергей также не блещет, но обладает способностью быстро восстанавливать свои силы. Если вдруг он пристрастится к пагубным привычкам, то здоровье его сильно подорвется, и последствия могут оказаться неблагоприятными».

И вновь вернемся к биографии Сергея Шевкуненко.

Он родился в семье творческих работников: его отец – Юрий Александрович (1920, Обезьяна) – был известным драматургом, пьесы которого шли во многих театрах страны, мама – Полина Васильевна (19 августа 1919 года, Лев-Коза) – в молодые годы была актрисой. В 1938 году она поступила в ГИТИС, однако из-за начавшейся вскоре войны не смогла его закончить (ушла после третьего курса). Она устроилась работать актрисой в Театр Красной армии, где судьба и свела ее с Шевкуненко, который в то время проходил службу в армии в качестве актера ЦТКА (он перед этим закончил Воронежское театральное училище). В 1942 году молодые поженились.

Читаем в гороскопе: «Женщина-Коза – Мужчина-Обезьяна: Целеустремленность, трудолюбие жены прекрасно сочетаются с постоянной жаждой действий мужа. Супруги вполне могут найти общую область приложения своих способностей. Пусть это будет, например, их дом. Жена должна помнить, что ее стремление все запротоколировать, делать все в определенных рамках не найдет понимания у мужа. Разнообразие во всем – его жизненный принцип. Семейное строительство будет целиком на его плечах. При выяснении спорных вопросов жене лучше оставить слезы, но помнить, что они с мужем – одинаковые люди и всегда есть возможность понять друг друга».

Спустя три года после свадьбы – 17 июля 1945 года – у молодоженов родилась дочь Ольга (Рак-Петух). Согласно астрологии, у матери и дочери – круглая дисгармония, что потом отразится на судьбе героя нашего рассказа – Сергее Шевкуненко. Впрочем, не будем забегать вперед.

Осенью 1952 года семья Шевкуненко вернулась на родину из Германии (супруги играли в драмтеатре при Группе советских оккупационных войск) и устроились в труппу Московского драмтеатра (Спартаковская улица, 26). Однако если Полину актерская стезя вполне устраивала, то Юрий в ней разочаровался и с головой ушел в литературу. Он стал выступать во многих печатных изданиях с рецензиями, посвященными театру и кино. В 1955 году поступил на заочное отделение Литературного института имени Горького. А в октябре следующего года его пригласили в качестве старшего редактора с окладом в 1410 рублей на главную киностудию страны «Мосфильм». Протеже Шевкуненко в этом случае выступил режиссер Московского драмтеатра Валентин Невзоров (29 июля 1918 года, Лев-Лошадь), с которым Юрий подружился, работая в труппе актером (видимо, они гармонировали по месячным знакам, поскольку между Обезьяной и Лошадью мало общего; напомним, что и жена Шевкуненко тоже была Львом). В середине 50-х Невзоров ушел из театра в кинематограф и в 56-м решил пополнить отечественную кинолениниану собственным фильмом на эту тему – «Семья Ульяновых». И в качестве помощника в написании сценария (он базировался на пьесе Ф. Попова «Семья») взял Шевкуненко. А когда работа была завершена, рекомендовал Юрия руководству «Мосфильма» на должность старшего редактора.

На новом месте Шевкуненко достаточно быстро освоился, обзавелся полезными знакомствами и приложил руку к созданию многих известных кинофильмов. Среди них: «Поединок» (1957) и «Накануне» (1959) Владимира Петрова, «Ветер» (1958) Александра Алова и Владимира Наумова, «Капитанская дочка» (1959) Владимира Каплуновского, «Неотправленное письмо» (1961) Михаила Калатозова и др. Кроме этого, Шевкуненко продолжал выступать в печати с критическими статьями, а также писал пьесы для театров.

Вся эта деятельность приносила ему неплохой заработок, который позволял молодой семье с оптимизмом смотреть в свое будущее. Каких-нибудь несколько лет назад они ютились в скромной комнатке в Новоконюшенном переулке, но после того как Юрий перешел работать на «Мосфильм», семья получила ордер на куда более просторную квартиру в новом доме напротив киностудии – улица Пудовкина, дом 3, куда они переехали впятером (с ними еще жила 65-летняя мама Юрия Александровича Елена Васильевна). Все эти обстоятельства позволили Полине Шевкуненко уйти из театра и целиком посвятить себя домашнему хозяйству. А спустя какое-то время супругам пришла мысль завести второго ребенка. И хотя в августе 1959 года Полине Васильевне исполнилось 40 лет, будущих родителей это не испугало. В итоге 20 ноября того же года на свет появился мальчик, которого назвали Сергеем (Скорпион-Свинья).

Радость родителей новорожденного была безмерной. Например, отец мальчика, вдохновленный этим событием, написал пьесу «Сережка с Малой Бронной» (заметим, что в репертуаре у Марка Бернеса была песня с таким же названием, но она родилась чуть раньше – в 53-м, а спета была в 57-м).

Между тем служебная карьера главы семейства продолжала идти ввысь. В январе 1960 года Шевкуненко занял кресло главного редактора 2-го творческого объединения «Мосфильма» с окладом в 2000 рублей. Прошло всего-то ничего – восемь месяцев, – и Шевкуненко получил новое повышение – стал директором этого объединения. И его оклад вырос еще на тысячу рублей. Следом за главой семьи сюда же потянулись и его родственники.

Сначала на киностудию пришла Ольга. Летом 1962 года она закончила среднюю школу № 74 Ленинского района Москвы и в июле того же года была принята на «Мосфильм» в качестве ученицы монтажницы 1-го разряда. Девушка быстро завоевала в новом коллективе авторитет: вошла в редколлегию стенной газеты, была принята в ряды ВЛКСМ. В 1963 году ее включили в агитационную бригаду на очередных выборах в местные Советы.

Так продолжалось до марта 1963 года, пока над головой Юрия Шевкуненко внезапно не сгустились тучи. Руководство студии обвинило вверенное ему объединение в низкой эффективности и наказало его директора понижением по службе. И Юрий Александрович вновь вернулся в кресло исполняющего обязанности главного редактора 2-го объединения. Говорят, это понижение сильно ударило по самолюбию Шевкуненко. Переживания, сопутствующие этому, привели к развитию болезни века – рака. И еще совсем недавно пышущий здоровьем мужчина превратился в глубокого старика. Развязка наступила в конце 1963 года. 20 ноября в семье было торжественно отмечено 4-летие самого младшего представителя семейства Сергея, а спустя месяц Юрий Александрович скончался. По роковой случайности Шевкуненко ушел из жизни на 44-м году жизни – в том самом возрасте, в котором два года назад умер и его киношный протеже и близкий друг Валентин Невзоров (он умер 4 марта 1961 года). Так некогда благополучная семья Шевкуненко в одночасье потеряла свою главную опору.

Именно потеря кормильца вынудила Полину Васильевну снова устраиваться на работу. В декабре того же 63-го она написала заявление с просьбой оформить ее на «Мосфильм». Учитывая тот авторитет, которым пользовался все эти годы на студии ее муж, отказать женщине не посмели. И 2 января 1964 года Полина Шевкуненко была принята на главную киностудию страны в качестве ассистента режиссера 1-й категории. И сразу была включена в состав съемочной группы фильма «Дайте жалобную книгу» режиссера Эльдара Рязанова (18 ноября 1927 года, Скорпион-Кот – дисгармония со Львом-Козой по месячным знакам, гармония по годовым) с месячным окладом в 130 рублей. А за 4-летним Сережей взялась присматривать его бабушка Елена Васильевна.

По словам тех, кто знал эту семью, Сергей с малых лет рос чрезвычайно талантливым ребенком. В четыре года он уже умел читать, в восемь – осилил двухтомную «Сагу о Форсайтах». Как ни странно, но в отличие от большинства своих сверстников, которые буквально бредили кино и мечтали стать актерами, у Сергея такой мечты не было. И это при том, что и мама, и его старшая сестра Ольга имели самое непосредственное отношение к кинематографу и трудились на «Мосфильме». Мама, как мы помним, работала с Эльдаром Рязановым (на «Дайте жалобную книгу» и «Берегись автомобиля!»), а Ольга в качестве монтажера (к февралю 1964 года она прошла путь от монтажера 1-го разряда до 6-го) принимала участие в работе над несколькими хитами, в том числе монтировала «Андрея Рублева» А. Тарковского. Но Сергея в те годы кино мало привлекало. Он больше хотел стать военным, чем артистом, и его родственники эту мечту в нем поддерживали, поскольку хорошо были знакомы с изнанкой актерской профессии. Однако жизнь рассудила по-своему.

Увлечение Сергея литературой отнюдь не означало, что он рос домашним ребенком. Большую часть времени он все-таки проводил во дворе на улице Пудовкина по соседству с «Мосфильмом», где считался неформальным вожаком, причем достаточно агрессивным. Впрочем, для ребенка-Скорпиона это вполне типично: они любят власть и добиваются ее в том числе и с помощью агрессии. А поскольку рос он в семье, где были одни женщины и не было сильной мужской руки, то эта агрессия никем не контролировалась и не пресекалась. Хотя, конечно, Петух (сестра) и относится к боевитым знакам, однако все равно это был Петух-женщина.

Кстати, рассмотрим подробнее астрологические характеристики Полины Васильевны и Ольги, а также их взаимоотношения с Сергеем.

Итак, Лев-Коза (мать): «Такая Коза слишком высоко держит голову, напоминая жирафа. Однако ее слабость в сочетании с львиными претензиями делает такого человека весьма уязвимым для окружающих, и часто ему приходится избегать трудностей и испытаний, находясь под влиянием внутренних противоречий. Эта Коза хотела бы твердо стоять на ногах, однако без поддержки окружающих постоянно ощущает робость и нерешительность. Лев, родившийся в год Козы, всегда будет стремиться оправдать доверие, которое ему оказывают окружающие. Он достаточно критично относится к самому себе, замкнут и бывает загадочен и непонятен для окружения. В то же время избыток львиной теплоты помогает Козе проявлять себя в разговоре, она бывает болтлива и поэтому утомительна, однако способна менять свое поведение – это для нее способ управлять окружением. Партнерам нельзя забывать о гордости и обидчивости таких людей, поскольку, если вы хотя бы раз нарушили их покой или пытались подорвать авторитет, они никогда не забудут этого».

Рак-Петух (сестра): «Это очень расторопный Петух с чересчур прямым характером, поэтому его часто обманывают или он сам обманывается. Это тетерев-показушник, который очень много обещает, но мало делает, иногда скандалист и драчун. Тем не менее это человек, который может быть приятным и обаятельным в компании, всегда хорошо осведомлен о потребностях других, но иногда бывает навязчив и может оказать медвежью услугу. Эмоциональная сфера его достаточно гармонична, однако этот Петух склонен к злоупотреблению алкоголем, и тогда он становится весьма агрессивен. Как партнер такой Петух очень любит контролировать всех своих близких и коллег, создавая свой собственный гарем, что доставляет ему большое количество хлопот и проблем».

Со Львом-Козой (мама) у Скорпиона-Свиньи дисгармония по месячным знакам и гармония по годовым. Как вещает гороскоп: «Скорпион и Лев – два сильных знака и постоянно борются за власть и авторитет. А что касается отношений Свиньи и Козы – они обожают друг друга».

С Раком-Петухом (сестра) у Скорпиона-Свиньи гармония только по месячным знакам, поскольку Скорпион и Рак из одной стихии – Вода. Как написано в гороскопе: «У них будет много общих тем для разговоров, они хорошо понимают и дополняют друг друга. Рак обретет уверенность в себе, а Скорпион поможет ему справиться с нестандартными ситуациями».

Выйдет все, как по написанному: ближе всего Сергею будет сестра, поскольку они астрологические «одностихийцы», да и разница в возрасте между ними была не такая существенная. Правда, эта дружба продлится недолго и прервется под влиянием внешних обстоятельств. Но об этом чуть позже, а пока вернемся к детским годам жизни героя нашего повествования.

Итак, в среде сверстников он был лидером. У него и прозвище среди сверстников было соответствующее – Шеф. Поначалу оно звучало иначе – Шева, как производное от его фамилии, но потом, когда в Сергее все ярче стали проступать лидерские качества, предпоследняя буква поменялась сама собой, а последняя вовсе отпала за ненадобностью. Шевкуненко его прозвище нравилось: верховодить он действительно любил. Так было и в родном дворе, и за его пределами: даже в пионерском лагере для детей киношников «Экран» под Загорском Сергей всегда был в эпицентре внимания. А когда тамошние вожатые попытались приструнить не по годам делового паренька, он попросту… сбежал из лагеря в Москву.

О своих дворовых амбициях Сергей забывал только в стенах родного дома. Здесь безусловным авторитетом пользовалась его старшая сестра Ольга, к которой мальчик был сильно привязан (сказывалась гармония месячных знаков). Поскольку их мать большую часть времени проводила на работе (моталась со съемочными группами фильмов «Да и нет», «Весна на Одере», «Бег иноходца», «Дубровский», «Путь в бездну», «Возвращение «Святого Луки» по экспедициям, из-за чего и отпуска у нее обычно выпадали на конец года – на ноябрь и декабрь), воспитанием Сергея занималась именно Ольга, которая была старше своего брата на 14 лет. Но эта большая разница в возрасте совершенно не отражалась на их взаимоотношениях. Глядя на них, мать не могла нарадоваться: в редких семьях, где росли брат и сестра, было такое взаимопонимание между детьми, как это было в семье Шевкуненко. Но эта идиллия длилась недолго.

Летом 1967 года Ольга надумала поступать во ВГИК и уволилась с «Мосфильма». Экзамены она сдала успешно и уже в сентябре стала студенткой сценарного факультета. К тому времени в стране свои последние дни «доживала» хрущевская «оттепель». Длилась она недолго – чуть меньше десяти лет, однако след в жизни общества оставила незабываемый. Оживление отмечалось во всех сферах жизни, в том числе и в кинематографе. Появилась целая плеяда молодых и талантливых режиссеров, которые в своих работах попытались выйти за рамки общепринятого «социалистического реализма» и показать тогдашнюю действительность чуть более критично, чем это было принято официально. Однако после смещения Никиты Хрущева в октябре 1964 года была постепенно свернута и пресловутая «оттепель». Брежневское руководство взяло курс на ограничение дарованных «оттепелью» свобод, поскольку те очень часто становились для либеральной интеллигенции средством для выставления претензий советской власти. Как итог: появились запрещенные фильмы (тот же «Андрей Рублев» лег на полку на пять лет), книги, спектакли. И центр жарких диспутов о политическом переустройстве страны переместился с широких площадей на малогабаритные кухни. Не стало исключением и семейство Шевкуненко: Полина Васильевна и Ольга часто собирали у себя дома коллег из творческой среды, и жаркие дебаты на политические темы иной раз продолжались до рассвета.

А тут еще Ольгу угораздило влюбиться в еврея – студента того же ВГИКа Семена Галкина. А еврейская среда (особенно в «оттепельные» годы) была настроена по отношению к официальной власти оппозиционно. Советские либерал-евреи большие надежды возлагали на Хрущева, и он в общем и целом их надежды оправдывал (именно при нем евреи вернули себе многие привилегии, отобранные у них при Сталине). Однако после смещения «дорогого Никиты Сергеевича» для еврейской интеллигенции наступили иные времена, которые им жутко не понравились. Особенно курс Брежнева на возрождение патриотизма в обществе, который грозил евреям новыми притеснениями со стороны славян. И когда в августе 1968 года брежневское руководство подавило «бархатную революцию» в Чехословакии (а эта революция была детищем чешских евреев), многие советские евреи ясно осознали – их страна становится для них чужой. И они стали вынашивать планы отъезда из СССР на свою историческую родину – в Израиль. Однако необходимые условия для этого созрели только в начале следующего десятилетия.

Все началось 24 февраля 1971 года, когда в центре Москвы, прямо напротив Кремля, несколько десятков евреев захватили приемную Верховного Совета СССР и потребовали от советских властей разрешения покинуть страну. Поскольку к этой акции были привлечены зарубежные корреспонденты, уже вечером того же дня о ней стало широко известно за границей. И советское руководство побоялось применять к «захватчикам» репрессии. Более того, в Кремле немедленно собралось Политбюро и обсудило возникшую проблему. Большинство высказалось за то, чтобы разрешить всем желающим лицам еврейской национальности эмигрировать из страны. Правда, с одним условием: они должны были заплатить своеобразный оброк – как плату государству за те деньги, которое оно потратило на их образование, бесплатную медицину и т. д. Деньги получались солидные – несколько тысяч рублей, – но будущих отъезжантов это не испугало. И уже во второй половине 1971 года из страны уехало около сотни человек, в том числе и достаточно знаменитых. Речь идет об эстрадном певце Жане Татляне, кинорежиссере Михаиле Калике, оперном певце Михаиле Александровиче. В следующем году к этой плеяде присоединился и поэт Иосиф Бродский.

Именно в 1972 году разрешение на отъезд получили Ольга и Семен Галкины. Супруги эмигрировали в Израиль, а чуть позже перебрались оттуда в США.

Отъезд Ольги больнее всего ударил по ее младшему брату. Это событие стало тем рубежом, после которого жизнь Сергея Шевкуненко медленно пошла под откос. Незадолго до этого из жизни ушла его бабушка Елена Васильевна, а с уходом из дома сестры он потерял самого близкого человека (астрологического «одностихийца»), который все это время опекал его и направлял по жизни. И мама Сергея прекрасно это понимала. Да и как было не понять, когда после отъезда Ольги у Сергея все пошло наперекосяк: он стал плохо учиться, связался с дурной компанией и был взят на учет детской комнатой милиции. Мать забила во все колокола, стала лихорадочно искать любую возможность, чтобы не дать сыну скатиться в пропасть. И как за спасительную соломинку ухватилась за кинематограф.

Как мы помним, большой мечты сниматься в кино у Сергея никогда не было. Однако, когда в семье почти все родственники работают в кинематографе, да и сам ты живешь в двух минутах ходьбы от «Мосфильма», то волей-неволей будешь относиться к кино как к чему-то близкому и родному. Так что кинематограф рано или поздно должен был взять «в оборот» Сергея, и он его взял. В 1972 году состоялся его кинодебют: в фильме П. и И. Хомских «Сестра музыканта» Шевкуненко сыграл небольшую роль – своего сверстника Петьку (премьера – 20 ноября 1972 года).

Несмотря на то что ничего особенного эта роль из себя не представляла, однако она подвигла Полину Васильевну сделать так, чтобы этот опыт не стал единственным для ее сына. Она увидела в кинематографе ту спасительную соломинку, которая могла бы отвадить Сергея от дурного влияния улицы. И Полина Васильевна чуть ли не собственноручно вновь привела его на съемочную площадку. Произошло это в самом начале 1973 года.

В те дни на «Беларусьфильме» режиссер Николай Калинин (20 мая 1939 года, Телец-Кот) задумал экранизировать дилогию Анатолия Рыбакова (14 января 1911 года, Козерог-Собака – круглая гармония со Скорпионом-Свиньей) «Кортик» и «Бронзовую птицу» и усиленно искал исполнителей на главные детские роли. По большому счету, шансы получить роль у Шевкуненко были. Правда, роль одну из многих, но отнюдь не главную. Однако автор дилогии Рыбаков был когда-то дружен с его отцом Юрием Александровичем, что во многом предопределило дальнейший ход событий. Но бесспорно и другое: не будь Сергей талантлив, вряд ли протекция автора книги сыграла бы решающую роль в его утверждении на роль Миши Полякова.

Заметим, что немалую роль в этом утверждении сыграла и круглая астрологическая гармония Скорпиона-Свиньи и Тельца-Кота (Калинин). Как вещает гороскоп: «Между Скорпионом и Тельцом возможно весьма благоприятное сотрудничество. И хотя между ними возможны трения, однако общего у них больше, чем разного. У Кота со Свиньей тоже хороший контакт. Про такой союз говорят: удачливость плюс проворство – успех в кармане».

Кстати, партнерами Шевкуненко по съемочной площадки оказались ребята, которые тоже хорошо подходили ему с точки зрения астрологии. Так, на роли друзей Миши Полякова были утверждены: Игорь Шульженко (1958, Собака) – Слава Эльдаров, и Володя Дичковский (1960; Крыса) – Гена Петров. Как утверждает гороскоп: «Свинья и Собака глубоко любят друг друга и преданы друг другу. Свинья избавит Собаку от ее беспокойства.

Свинья и Крыса – это два добрых приятеля, которые любят погулять и пошуметь вместе. Агрессивность Крысы не найдет отклика».

Съемки «Кортика» и «Бронзовой птицы» велись параллельно весной-осенью 73-го в Гродно и Вильнюсе. По мнению многих участников съемок, Шевкуненко довольно споро справлялся с ролью и совершенно не тушевался в присутствии маститых актеров, как и он, занятых в картине: Зои Федоровой (она была другом их семьи), Эммануила Виторгана, Михаила Голубовича, Романа Филиппова и других. Правда, и без трений не обошлось. Дворовое воспитание Шевкуненко иногда давало о себе знать: например, несколько раз он приходил на съемочную площадку «подшофе». И это в 13 лет! Как написано в характеристике мужчины-Свиньи: «Одна из самых его несимпатичных черт – пристрастие к грязи, где он может распластаться во всех видах».

И все же с ролью своей Шевкуненко справился отменно, вот только озвучить ее ему не довелось – опыта в этом деле ему не хватило. Поэтому в обоих фильмах он говорит голосом актера Ярослава Турылева. Кстати, и Володю Дичковского тоже озвучивал другой человек, причем женщина – Анна Власова. Но это только сыграло на руку фильмам.

Премьера «Кортика» состоялась в самом начале июня 1974 года. Как принято говорить в подобных случаях: на следующий день Сергей Шевкуненко проснулся знаменитым.

Практически каждое десятилетие советский кинематограф выдавал «на-гора» одного, двух, а то и сразу нескольких детей-звезд. В 50-е это были: Олег Вишнев («Васек Трубачев и его товарищи»), Слава Муратов («Последний дюйм»), Паша Полунин («Судьба человека»), в 60-е: Вова Семенов («Нахаленок»), Коля Бурляев («Иваново детство»), Сеня Морозов («Семь нянек»), Сережа Тихонов («Деловые люди»), Лина Бракните («Три толстяка»). Парадоксально, но факт: впоследствии только двое из этой когорты детей-звезд избрали кино своей профессией – Николай Бурляев и Семен Морозов. Остальные выбрали другой путь: кто-то стал библиотекарем (Бракните), кто-то военным (Муратов), кто-то таксистом (Полунин). А судьба некоторых почти в точности повторила судьбу нашего героя Сергея Шевкуненко.

Сережа Тихонов проснулся знаменитым в 1963 году, когда сыграл Вождя краснокожих в комедии Леонида Гайдая «Деловые люди». Затем были роли еще в двух фильмах: «Сказка о Мальчише-Кибальчише» и «Дубравка». Больше никогда талантливый актер-подросток в кино не снимался. В киношных кругах ходили разные версии на этот счет. Например, говорили, что Сергей связался с дурной компанией и по этой причине его не взяли во ВГИК. Спустя несколько лет Сергей погиб: якобы во время одной из разборок кто-то из недругов толкнул его под трамвай. По другой версии – он погиб в автомобильной катастрофе вскоре после того, как вернулся из армии в начале 70-х.

Не менее трагично сложилась судьба и Володи Семенова. После «Нахаленка» он снялся еще в нескольких фильмах, однако, когда подрос, его шарм и обаяние, которые так нравились режиссерам, исчезли. И парню показали от ворот поворот. За свою недолгую жизнь Семенов сменил множество профессий, но к какому-то одному берегу прибиться так и не смог. В итоге он стал бомжем и умер в 2004 году в абсолютной нищете и забвении.

С середины 70-х на небосклоне советского кинематографа зажглось имя еще одного юного дарования – 14-летнего Сережи Шевкуненко. После триумфальной премьеры «Кортика» о нем прочно утвердилось мнение, как о талантливом юном актере, и предложения сниматься в других картинах посыпались как из рога изобилия. Однако из всего вороха предложений он выбрал одно, которое импонировало ему больше всего, – приключенческую картину Вениамина Дормана «Пропавшая экспедиция». В апреле 1974 года Сергей завершил работу над «Бронзовой птицей» (отметим, что фильм заканчивал не Николай Калинин, который внезапно скончался в феврале 74-го, а другой режиссер), а спустя полтора месяца отправился на Урал, где проходили съемки «Экспедиции».

Символично, что режиссером этого фильма тоже был мужчина, рожденный в год Кота – Вениамин Дорман (12 февраля 1927 года, Водолей-Кот). С ним у Шевкуненко была только гармония годовых знаков. Что, конечно же, сказалось: тех отношений, что у Сергея сложились некогда с Николаем Калининым, в этот раз не получилось.

В новой работе повзрослевший Шевкуненко играл роль своего сверстника – таежного проводника Мити, сопровождающего геологическую экспедицию профессора Смелкова, разыскивающую золото на реке Ардыбаш. В отличие от двух предыдущих картин, где герою Шевкуненко приходилось больше говорить, чем действовать, в новом фильме все было наоборот – здесь его герой говорил мало, зато активно действовал: он стрелял, скакал на лошади, взбирался на крутые горные кручи. И – по мнению большинства – с ролью справился блестяще.

Кстати, роль его киношной матери – Марфы – исполнила украинская актриса Ольга Матешко, которая была… астрологическим «клоном» Шевкуненко – тоже Скорпионом-Свиньей (26 октября 1947 года).

Говорят, на съемках Сергей был тайно влюблен в другую исполнительницу – Евгению Симонову (1 июня 1955 года, Близнецы-Коза), и, вполне вероятно, именно эта юношеская влюбленность сыграла свою положительную роль в его игре: в присутствии дамы сердца он хотел выглядеть не хуже своих более взрослых партнеров. Увы, но эта любовь оказалась безответной. Симонова была старше Сергея на четыре с половиной года, и у нее на съемочной площадке был другой кавалер – ее будущий супруг Александр Кайдановский (23 июля 1946 года, Лев-Собака).

Кстати, с Шевкуненко у Симоновой была гармония по годовым знакам (как уже отмечалось, Свинья и Коза обожают друг друга), а с Кайдановским – по месячным (Близнецы и Лев ладят друг с другом). Как мы знаем, чуть позже Симонова и Кайдановский поженятся, но, прожив вместе всего несколько лет, разлетятся в разные стороны. Потому что влияние годовых знаков сильнее влияния месячных. А по годовым у них значилось: «Коза и Собака на дух друг друга не переносят». Вот и не перенесли.

Но вернемся к Сергею Шевкуненко.

Когда он снимался в «Экспедиции», его мать была спокойна – она видела, что сын увлечен съемками и не думает ни о чем дурном. Однако осенью 74-го работа над картиной была благополучно завершена, и у Сергея вновь появилась масса свободного времени. К тому времени он закончил 8 классов 74-й средней школы и дальше продолжать учебу не захотел. Тогда, используя свои связи на «Мосфильме», Полина Васильевна устроила сына учеником слесаря в механический цех киностудии. Первый рабочий день Шевкуненко на новом месте датирован 26 марта 1975 года.

Несмотря на то что для 15-летнего Шевкуненко был установлен укороченный рабочий день (6 часов), большого интереса к работе он не проявлял. Это было странно, учитывая, что новое место поднимало Сергея в глазах его сверстников: во-первых, он единственный среди них работал, во-вторых – зарабатывал неплохие для подростка деньги – 60 рублей. И все равно Шевкуненко чувствовал себя неуютно. Разгадка этого явления крылась в самом коллективе, куда он пришел. Там к нему относились без того уважения, к какому он привык в дворовой компании, а порой и вовсе пренебрежительно. Прозвище «Артист», которым наградили парня в цехе, звучало в устах осветителей и слесарей язвительно: эй, «артист», принеси это, эй, «артист», принеси то. Естественно, ни о каком рвении со стороны Шевкуненко после подобных шуточек и речи быть не могло. А тут еще и киношная карьера юного артиста пошла под откос.

В декабре 1975 года на экраны страны вышла «Пропавшая экспедиция». К тому времени Дорман уже работал над продолжением фильма – «Золотая речка», где собирался сохранить тот же актерский костяк. И только одного человека он в новый проект не взял – Сергея Шевкуненко. Во-первых, сказалась дисгармония Водолея и Скорпиона (как написано в гороскопе: «Конфликтный Скорпион тяготит вольнолюбивого Водолея»), во-вторых – режиссер, наслышанный о проблемах юноши, просто не захотел взваливать на себя лишнюю обузу и дал сценаристам команду избавиться от Мити. И те «отправили» парня учиться в город.

Когда об этом узнал Шевкуненко, ничего, кроме злости, он не испытал. К тому времени он уже по-настоящему заболел кинематографом, который позволял ему ярко выделяться среди сверстников, быть на голову выше большинства из них. И вот теперь эту возможность у него отнимали. Но быть одним из многих Шевкуненко явно не хотел. Он был эгоцентриком по натуре, человеком, который считал, что все внимание окружающих должно вращаться исключительно вокруг него. Для любого артиста такой характер – большое подспорье в профессиональной карьере. Но, поскольку Шевкуненко от актерской профессии отлучили, он решил наверстать упущенное хотя бы в той среде, где его продолжали понимать и ценить, – в дворовой компании. Ведь взрослые с таким упорством и настойчивостью записывали его в «плохие мальчики», что он искренне поверил, будто это его единственное призвание. И, попадись ему хоть однажды на пути толковый педагог, направь он бьющую через край энергию парня в нужное русло, судьба Шевкуненко могла сложиться совсем по другому сценарию. Но таких людей, увы, не нашлось. Не могла помочь сыну и его родная мать, поскольку не могла уделять ему слишком много времени из-за своей вечной занятости. Да и воспитывала она его чаще всего с помощью окриков (Лев как-никак!), а с детьми-Скорпионами так нельзя – они от этого становятся еще более агрессивными. Поэтому на все последующие поступки Сергея стоит смотреть именно сквозь эту призму.

Без сомнения, отлучение Шевкуненко от кинематографа во многом произошло по его собственной вине. Будь он по характеру рассудительным и самокритичным парнем, вполне мог бы трезво разобраться в случившемся и сделать правильные выводы. Но он, к сожалению, был человеком импульсивным, из тех, кто сначала совершает поступки, а потом начинает думать, правильно он поступил или нет. Да и возраст у него был такой, когда такая черта, как самокритичность, людям почти несвойственна. Поэтому, вместо того чтобы задуматься о своем будущем, он пошел самым легким путем – еще сильнее озлобился. С этого момента взрослый мир стал для него тем средоточием зла, с которым он стал всеми силами бороться. И любого, кто пытался его перевоспитать (в том числе и собственную мать), он стал считать своим врагом.

Стоит отметить, что к подобной позиции Сергей пришел не сразу. И немалую роль при этом сыграла его киношная карьера. А начался этот процесс еще несколько лет назад, когда он общался с друзьями сестры – весьма критически настроенными к советскому строю людьми. Но тогда он был еще совсем юным, чтобы задумываться о неблагополучной ситуации в обществе, где слова и дела очень часто расходились друг с другом. Когда же Сергей окунулся в мир кино, процесс осмысления действительности пошел еще быстрее. Шевкуненко выпало играть в фильмах с ярко выраженной идеологической окраской. Он играл вожака пионеров, который помогал своим старшим товарищам комсомольцам и коммунистам разоблачать матерых врагов революции. Однако цинизм ситуации заключался в том, что едва на съемочной площадке заканчивалась работа, как те же актеры, пять минут назад игравшие коммунистов, легко травили… анекдоты про Ленина. Для 15-летнего подростка, каким в ту пору был Шевкуненко, это было шоком. Потом он к этому привык, а чуть позже и сам стал поступать так же. А когда пришло время, с такой же легкостью преступил и закон.

Все это четко укладывалось в его астрологический знак – Скорпион. Представители его – люди достаточно циничные и часто становятся заложниками этого цинизма. Вообще жизненный путь Скорпионов может развиваться по трем направлениям. Каким?

Первое – «скорпионье». Такие Скорпионы с большим трудом находят свое место в социуме. Из-за этого они становятся агрессивными и даже опасными. У таких Скорпионов проявляются самые низменные качества: нечеткие моральные принципы, жестокость, коварство. Они подвержены порокам и опасным пристрастиям, могут встать на путь преступлений.

Второе направление – «орлиное». Следующие по нему Скорпионы – личности благородные и сильные. Они осознают свою власть и стараются распоряжаться ею разумно. Они не обижают слабых, а всю свою агрессию переводят в творчество. Эти люди пользуются большим уважением в обществе, борются с несправедливостью.

Наконец, третье направление – «серой ящерицы». Эти Скорпионы идут по пути наименьшего сопротивления. Они энергичны, но с трудом могут приспособить свою бьющую через край энергию к нужному делу. Из-за этого они вечно недовольны собой, однако изменить что-либо в себе и в жизни не хотят – у них нет для этого достаточной силы воли.

Судя по всему, Сергей Шевкуненко в большей мере вобрал в себя признаки первого направления.

Еще будучи школьником, он имел первые опыты с алкоголем (а у Свиней это ахиллесова пята – пристрастие к алкоголю и наркотикам). Тогда в молодежной среде было модным «раздавить» в компании пару-тройку бутылок портвейна и отправиться на поиски разного рода сомнительных приключений. Когда же Шевкуненко устроился работать на «Мосфильм», возлияния стали регулярными – среди тамошних работяг было много любителей «зеленого змия», которые старались приобщить зеленого пацана к изнанке трудовой жизни, в том числе и к так называемой «прописке» – когда первая зарплата пропивалась в родном коллективе.

Несмотря на все «художества» Шевкуненко, руководство киностудии не торопилось выгонять его с работы. Этому были свои объяснения. Руководители студии продолжали чтить память его уважаемого отца и с таким же уважением относились к его вдове. За те десять лет, что Полина Васильевна работала на «Мосфильме», ничего плохого про нее ни то что сказать, даже подумать было нельзя. Она продолжала трудиться ассистентом режиссера и работала с такими корифеями советского кинематографа, как Александр Столпер («Четвертый», 1972), Сергей Юткевич («Маяковский смеется», 1974) и др. Ее творческая карточка была буквально испещрена благодарностями. А в одной из характеристик, данной ей для поездки в творческую командировку в ГДР, отмечалось: «За время работы на студии тов. Шевкуненко П. В. зарекомендовала себя как скромный и честный человек, исполнительный и добросовестный работник, к любой порученной работе относится с большой ответственностью. П. Шевкуненко пользуется доверием и уважением в съемочном коллективе. Дисциплинированна, моральна устойчива…»

Еще одна причина, по которой студия не торопилась расставаться с Сергеем, – тогдашние законы, которые обязывали руководителей всеми мерами перевоспитывать трудных подростков, а не выкидывать их на улицу. Но переделать Шевкуненко было уже невозможно. Единственное, на что хватало его начальников, – вкатывать ему выговоры за прогулы. Так было дважды: 9 июня, когда Сергей в 8 утра ушел с работы на свадьбу к двоюродной сестре, и 23 июня, когда он ушел с работы в час дня, не поставив об этом в известность своих начальников. Вот почему, когда на «Мосфильм» пришел запрос из 76-го отделения милиции по поводу Шевкуненко, его начальники выдали ему убойную характеристику. В ней отмечалось: «Шевкуненко С. Ю. работал без желания. Уходил с рабочего места (прогуливал). Проявлял грубость к матери и взрослым работникам цеха. На замечания старших не реагировал».

Единственным местом, где Сергей чувствовал себя легко и свободно, была дворовая компания, где он продолжал верховодить. Вообще Москва начала 70-х считалась хулиганским городом. В основном это были дети из простых и неблагополучных семей, родившиеся аккурат в короткий промежуток хрущевской «оттепели» (конец 50-х – начало 60-х). Пока их родители дни напролет трудились, пытаясь обеспечить семье достаток выше среднего (именно в те годы мечта о красивой и достойной жизни стала в советском обществе преобладающей), дети были предоставлены сами себе. Многие из них посещали различные кружки и секции, однако были и такие, кто находил радость в криминальном времяпрепровождении. Такие подростки собирались в «бригады» и с помощью кулаков наводили «порядок» у себя в районе, а также на прилегающих к ним территориях. Массовые драки с участием подростков в Москве в 70-е годы приобрели массовый характер. Я в те годы жил в районе Курского вокзала (улица Казакова) и хорошо помню те «махьяны» (на тогдашнем молодежном жаргоне так называли массовые драки). Наш район враждовал с районом Сыромятников, и на этой почве периодически устраивались побоища. В качестве оружия обычно использовались очень популярные в те годы солдатские ремни.

Конечно, милиция пыталась бороться с хулиганством, однако полностью искоренить его не могла, поскольку у этого явления была питательная почва – низкая культура, безотцовщина, алкоголизм. Пик хулиганства в СССР пришелся на 1966 год, когда было зафиксировано рекордное количество преступлений по этой статье – 257 015. В следующем десятилетии хотя и произошло снижение преступлений подобного рода, однако не настолько, чтобы пребывать в успокоенности. Так, пик хулиганства в 70-х пришелся на 1973 год – 213 464. В отдельных городах СССР эта проблема становилась поистине вселенской – например, в Казани, где молодежные группировки переродились в настоящие банды и начали убивать людей. В конце 70-х по этому поводу были проведены широкомасштабные чистки в МВД Татарии, а суд над одной из таких банд («Тяп-Ляп») широко освещался в печати.

Вообще пропаганда в те годы делала все от нее зависящее, чтобы отвадить молодежь от хулиганства. Тот же кинематограф тоже в этом активно участвовал: в конце 70-х было снято несколько фильмов на эту тему, а один из них – «Несовершеннолетние» – в 1977 году стал лидером проката, собрав на своих сеансах 44 миллиона 600 тысяч зрителей (1-е место). Но палка оказалась о двух концах: прокат за счет подобного рода фильмов пополнял государственную казну баснословными прибылями, а идеологический эффект антихулиганских фильмов равнялся нулю – молодежь почему-то выбирала себе в кумиры не положительных персонажей, а их антиподов. В результате в те годы в советском кинематографе появился молодой антигерой, который в чем-то был похож на героя нашего рассказа. Молодой актер, игравший этого антигероя, был настолько обаятелен, умен и завораживающе циничен, что невольно привлекал к себе внимание зрителей, уставших от засилья на советских экранах кондовых комсомольских секретарей и передовиков-стройотрядовцев. Звали этого актера Леонид Каюров. Он, кстати, является астрологическим «родственником» Шевкуненко – тоже Скорпион (8 ноября), только Обезьяна (1956).

Однако в параллели Шевкуненко с Каюровым вышла парадоксальная история. Если наш герой, играя в кино положительных пионерских вожаков и таежных подростков, помогавших большевикам, в итоге стал преступником, то Каюров, создававший диаметрально противоположных персонажей – хулиганов («Несовершеннолетние»), пособников бандитов («Следствие ведут знатоки. Дело № 13», «До третьего выстрела»), трудных подростков («Последний шанс»), – стал в итоге священником, настоятелем одного из подмосковных храмов. Воистину неисповедимы пути господни.

Но вернемся в Москву 70-х. Район улиц Пудовкина и Мосфильмовской в те годы тоже считался хулиганским, и добропорядочным гражданам ходить по вечерам там было опасно. А верховодил мосфильмовской шпаной Сергей Шевкуненко. Парадоксально, но скажи в то время любому советскому мальчишке об этом, он поднял бы говорившего на смех. Ведь Шевкуненко был кумиром детворы, снявшись в роли правильного пионера Миши Полякова. Но такова была изнанка кинематографа: на экране актер мог представать в образе благородного рыцаря, а в жизни быть чуть ли не исчадием ада. Нечто подобное произошло и с нашим героем. Стремление Шевкуненко к лидерству было явлением отрадным, и, сложись все несколько иначе, он мог бы сделать успешную карьеру в том же кинематографе – ведь не каждый начинающий студент ВГИКа имел за плечами главные роли в трех популярных картинах. Но Сергей выбрал иной путь приложения своих талантов.

Осенью 1975 года Сергей в очередной раз угодил в милицию за участие в групповой драке. Дело отправили в комиссию по делам несовершеннолетних при исполкоме Гагаринского райсовета. Как ни странно, узнав об этом, руководство «Мосфильма» попыталось выручить парня, хотя легче было его попросту утопить, учитывая те неприятности, которые он успел доставить студии. Тем более что на ней Шевкуненко уже не работал с 27 июня. Однако студия протянула Сергею руку помощи: в комиссию было отправлено ходатайство, где отмечалось, что руководство студии готово взять парня на поруки. Не получилось. В середине ноября 75-го на «Мосфильм» пришел ответ из комиссии, где сообщалось, что ходатайство отклонено. А в январе 1976 года на студию пришло еще одно письмо, где была поставлена точка в затянувшемся споре: «За кражи, драки и злоупотребление спиртными напитками направить Шевкуненко С. Ю. в СПТУ для трудных подростков».

По советским меркам спецучилище – это аналог колонии. Для большинства подростков попасть туда – настоящая беда. Но для Шевкуненко это бедой не стало. Амбиций в нем было выше крыши, постоять за себя он умел, поэтому свалившиеся на него там невзгоды он перенес если не легко, то, во всяком случае, без излишней трагедии. Как итог: уже спустя пару месяцев он умудрился и там стать неформальным лидером. И его эгоцентризм получил очередную подпитку в виде обожания и восхищения окружающих. Увы, но ни к чему хорошему это опять не привело.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.