ПРИЗНАНИЕ

ПРИЗНАНИЕ

Недавно я побывал в Калуге и встретился с правнучкой Константина Эдуардовича Еленой Алексеевной Тимошенковой. Она работает в доме-музее прадеда и бережно хранит все семейные реликвии. Вместе с ней я поднимался в «светелку», ту самую комнату, где Циолковского арестовали, сидел в его кресле, держал в руках слуховые трубки, прикасался к рукояткам станков, на которых работал великий старец.

Говорят, что дом Циолковского хранит ауру его духа, что присутствие посланца космоса ощущается здесь и поныне, что время от времени над домом появляются весьма загадочные облака — то в форме креста, то напоминающие очертания букв «Ч», «А» и «У». Так бывало и при жизни Константина Эдуардовича. А многие видели, как в этом доме начинают дрожать от возбуждения экстрасенсы, они уверяют, что здесь какая-то особая энергетика.

Не знаю, так ли это, но вот то, что, находясь в доме Циолковского, ощущаешь небывалый подъем, если хотите, просветление ума—это точно, испытал на себе. Подтверждаю и другое: пообщавшись с Циолковским, очищаешься от скверны, сбрасываешь с души всякую шелуху, устремляешь глаза к небу и думаешь не о ценах и скандалах в Думе, а о том, ради чего явился на этот свет — о Вечном, Прекрасном, о Душе и Боге.

Мы очень мало знаем о Циолковском. А если и знаем, то лишь как о человеке, указавшем дорогу в космос. А вот зачем он ее указал, ответ в его философии. Почитайте его «Очерки о Вселенной», «Горе и гений», «Причину Космоса», «Ум и страсти», и вы откроете для себя целый мир, вы найдете ответы на многие волнующие человечество вопросы, в том числе и на такие, как что делать и кто виноват.

По свидетельству современников, пребывание на Лубянке Циолковского потрясло, во всяком случае, когда он добрался до дома и постучал в дверь, жена его не узнала. Но вот что поразительно: он не затаил обиды ни на чекистов, ни на косвенного виновника его злоключений киевлянина Федорова. Больше того, после освобождения Киева от деникинцев Константин Эдуардович возобновил с ним переписку и даже обсуждал вопрос о переезде на постоянное место жительства в Киев. Еле-еле уговорили его калужане не покидать их город.

Определенную роль в этом сыграло то, что советская власть признала, наконец, в Циолковском ученого, составляющего национальную гордость. В 1921 году появился весьма красноречивый документ, подписанный Лениным:

- «Постановление Совета Народных Комиссаров в заседании от 9 ноября 1921 г.

Рассмотрев вопрос о назначении тов. К.Э. Циолковскому пожизненной пенсии, постановили:

Ввиду особых заслуг ученого-изобретателя, специалиста по авиации, назначить К.Э. Циолковскому пожизненную пенсию в размере 500 (пятьсот) тысяч рублей в месяц с распространением на этот оклад всех последующих повышений тарифных ставок».

Калужское начальство туг же помчалось к знаменитому земляку с предложением услуг: чем, мол, можем быть полезны, не нужно чем-нибудь помочь? И знаете, что попросил Константин Эдуардович?

— Я очень люблю гречневую кашу, — сказал он, — а в магазинах нет гречневой крупы.

Надо ли говорить, что этой крупой его обеспечили на всю оставшуюся жизнь.

Впереди был самый плодотворный и самый счастливый период жизни Циолковского: работа над новыми моделями дирижаблей и аэропланов, статьи о полете в космос, книги на философские темы, награждение орденом Трудового Красного Знамени, прогремевшее на всю страну празднование семидесятипятилетнего юбилея, признание его заслуг учеными всего мира.

Страшно подумать, что всего этого могло не быть, что все могло оборваться холодным декабрьским утром 1919 года, что один из величайших людей России мог сгинуть в подвалах Лубянки.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.