Взаимозаменяемость на катере

На торпедном катере людей, как говорится, наперечет. Почти на всех боевых постах — по одному, по два человека. Тем большая ответственность лежит на них. Вот, например, боцман малого торпедного катера. У него много своих чисто боцманских забот, связанных с такелажными работами, покраской катера и т. д. Во время войны боцман был одновременно торпедистом: готовил к выстрелу главное оружие торпедного катера; выполнял обязанности пулеметчика, сигнальщика, химика. К тому же он умел и катер водить, знал основы навигации, учился заводить двигатели — мало ли что может случиться с мотористами в бою.

Мотористов на катере — два-три человека, и обеспечивают они одно из его главных боевых преимуществ — скорость. Мотористы не видят боя, а только чувствуют его по стремительной скорости катера, по толчкам от ударов волн или от разрывов вражеских снарядов. По одним, только им известным признакам они угадывают напряжение боя и в самые острые моменты стараются обеспечить самые полные обороты моторов иногда ценой своей жизни.

Радист торпедного катера на переходе несет только приемную вахту. Он не должен ничего передавать в эфир, чтобы противник не засек работу рации и тем самым не обнаружил присутствие в море торпедных катеров. Но слушать радисту приходится с большим напряжением, непрерывно, столько времени, сколько катер находится в море. Когда же начинается бой, радист включает еще и передатчик. Он принимает и передает множество приказов и донесений, особенно когда в бою участвует несколько катеров во взаимодействии с авиацией и другими силами флота.

Успех выполнения боевой задачи катером зависит от четкой работы каждого члена маленького экипажа. Промах одного — беда всего коллектива. На торпедном катере, пожалуй как нигде, важен принцип: один за всех — все за одного. Вот почему каждый катерник старательно изучал не только свою специальность, но и специальности всех своих сослуживцев, чтобы уметь в бою заменить погибшего или раненого товарища. И нередко универсальные знания моряков помогали им одержать победу, спасали катер от гибели.

«Умелый боец — везде молодец» — говорят в народе.

Вот несколько примеров.

В один из первых месяцев войны пять торпедных катеров под командованием старшего лейтенанта Гуманенко производили поиск вражеских кораблей в Рижском заливе. Неожиданно появились два самолета противника «Х-115», которые летели в сторону катеров. Была сыграна воздушная тревога, и катера изготовились к отражению налета самолетов. Три атаки отбили катерники. Командиры катеров, искусно маневрируя, уклонялись от бомб.

Тогда фашистские летчики сосредоточили свои атаки на катере старшего лейтенанта И. М. Елькина, на котором находился Гуманенко. Видимо, они заметили на мачте вымпел командира отряда. Бомбы упали совсем близко. Были ранены Гуманенко, Елькин и боцман Антонов. В корпусе катера появилось много пробоин. В бензиновом отсеке возник пожар. Самолеты сделали еще заход. Боцман из-за ранения не мог вести огонь. Старший лейтенант Елькин сам встал за пулемет и открыл огонь по самолетам. Он до тех пор не отходил от пулемета, пока фашистские самолеты не улетели. В это время под руководством командира отряда моряки потушили пожар. Когда бой закончился, радист катера оказал первую помощь раненым. Так экипаж катера вышел победителем в бою с двумя самолетами. И решающую роль в этом сыграло умение командира метко стрелять из пулемета. В декабре 1943 года группа торпедных катеров под командованием капитана 2 ранга В. А. Чекурова успешно атаковала конвой противника в Баренцевом море. Командир катера старший лейтенант Г. М. Паламарчук потопил вражеский миноносец. Корабли охранения зажгли прожекторы и стали освещать атакующие катера, ведя по ним артиллерийский огонь. Желая помочь товарищам, Паламарчук поставил дымовую завесу, но тем самым привлек внимание вражеских артиллеристов к себе. Вокруг стали падать снаряды. Один из них разорвался в командирской рубке. Паламарчука ранило в обе ноги. Преодолевая жгучую боль, он продолжал управлять катером, выводя его из-под обстрела врага. Через некоторое время силы покинули командира. Тогда за руль встал боцман Колобов. Паламарчук часто тренировал боцмана в управлении катером; район плавания Колобов знал так же хорошо, как и командир. Поэтому, взяв в свои руки штурвал, Колобов уверенно повел катер в базу.

В одном из соединений торпедных катеров Черноморского флота ежедневно на вечерней поверке дежурный офицер называет имя главного старшины Константина Акимовича Юдина. В ответ в торжественной тишине раздается голос стоящего в строю правофлангового матроса: — Пал смертью храбрых в бою за свободу и независимость нашей Родины!

Ветеран соединения Константин Юдин был одним из зрелых и опытных катерников. Ответственность перед народом, священное чувство долга перед Родиной никогда не покидали его. Служил он в должности механика катера, в совершенстве владел своей и всеми другими специальностями, был надежным помощником командира. Много боевых выходов совершил катер, и всегда электромеханическая боевая часть работала безотказно. Бывалый моряк постоянно заботился о том, чтобы его молодые товарищи так же отлично владели техникой, как и он сам. В многочисленных боях с ненавистным врагом отважный черноморец проявлял высокую стойкость, мужество, презрение к смерти.

Так он вел себя и в последнем бою. 11 июля 1943 года катера старшего лейтенанта А. Г. Керимова и младшего лейтенанта М. П. Валюшко, выйдя на выполнение боевого задания, подверглись нападению трех самолетов «Ме-109». После жаркого боя катерники сбили один самолет врага. Два других круто отвернули и ушли к берегу.

В море поднялся шторм, и катерам было приказано возвратиться в базу. Когда легли на обратный курс, из-за облаков появилась новая группа «мессеров». Они резко снизились и на бреющем полете стали заходить на катер Керимова. Пулеметчики Степан Ткаченко и Юрий Кириленко открыли огонь. Но слишком велико было превосходство врага в силах. Погибли командир катера Керимов и пулеметчик Ткаченко. Тяжело ранило Кириленко. За штурвал встал лейтенант Белобородов.

Ранен был и главный старшина Юдин. Но как только замолчали пулеметы, он бросился к одному из них, и огненные трассы понеслись навстречу самолетам. Юдина ранило вторично. Истекая кровью, верный сын Родины до последних сил продолжал отражать атаки врага и погиб на боевом посту. Врагу не удалось уничтожить торпедный катер. Падал, сраженный, один моряк, на его место вставал другой и бился насмерть. Израненный катер привел в базу радист старшина 2-й статьи Иванов. Главный старшина Константин Акимович Юдин приказом командующего Черноморским флотом навечно зачислен в списки соединения.

После освобождения частями Советской Армии и Флота Крымского полуострова немецкие корабли стали базироваться на порты Румынии. В первых числах августа 1944 года наша авиация произвела массированные налеты на порт Констанца, где наблюдалось большое скопление транспортов и кораблей противника. Гитлеровцы понесли значительные потери и, чтобы спасти оставшиеся плавсредства и корабли от ударов авиации, вывели их на внешний рейд порта.

Этим воспользовались черноморские катерники. Четыре торпедных катера незаметно подошли к внешнему рейду и внезапно обрушились на врага. Катер лейтенанта В. Н. Сухорукова потопил транспорт противника водоизмещением в 3 тысячи тонн и повернул было для атаки другого транспорта, но тут в командирскую рубку попал снаряд крупного калибра. Взрывом смертельно ранило командира катера Сухорукова, убило механика Ганжу и пулеметчика Пахомова. Пять человек было легко ранено осколками. На катере вышло из строя рулевое управление, два двигателя, пулемет и торпедный аппарат. В корпусе насчитывалось большое количество пробоин.

Катер оказался в очень тяжелом положении. Командование взял на себя боцман главный старшина Комиссаров. Мотористы под огнем противника ввели в строй один из поврежденных двигателей. Теперь катер мог уже дать ход побольше. Комиссаров, пользуясь аварийным приводом рулевого управления, вывел катер из зоны обстрела. С трудом удалось потушить пожар и заделать опасные пробоины. На помощь израненному катеру подошли другие катера. Общими усилиями мотористов удалось ввести в строй еще один двигатель, и главный старшина Комиссаров вместе со всеми довел свой катер до Севастополя. Высокая подготовка боцмана позволила ему, несмотря на ранения, вывести катер из-под обстрела, возглавить борьбу за живучесть и привести катер в базу.

Большую помощь экипажу оказали и боевые товарищи с других катеров, вовремя пришедшие на выручку.