Глава 11 Суд продолжается

Глава 11

Суд продолжается

Первое судебное заседание. Мы все в сборе. Судья уже знает нас в лицо и здоровается со всеми как со старыми знакомыми. Мы с Малаховским находимся в клетке, Вальдес-Гарсиа сидит, облокотившись на костыли, на скамейке, вытянув переломанные ноги вперед. Охранники и конвойные оккупировали последний ряд. Недалеко от меня расположились адвокаты. Государственный обвинитель начинает долго и нудно зачитывать обвинительное заключение. По закону сторона обвинения обязана огласить, то есть зачитать, обвинение и все доказательства, имеющиеся в материалах дела. Это занимает не один день. Меня возят в суд как на работу. Подъем, обыск, дорога в суд. После суда все повторяется в обратной последовательности. Дорога в тюрьму, обыск, камера. Я очень устаю и порой мечтаю о том, чтобы побыстрее попасть в камеру. Дни мелькают перед глазами, как листки отрывного календаря.

«Подсудимый, вам понятно обвинение?» – спрашивает меня судья.

«Да, понятно», – отвечаю я.

«А вам понятно?» – обращается она к Малаховскому.

«Обвинение мне не понятно, – говорит тот. – Прошу объяснить, в чем меня обвиняют».

Судью определенно раздражает этот ответ, но это позиция Малаховского и его адвокатов. Возможно, из-за этого раздражения судья позже отыграется на нем, дав ему на год больший срок, чем запрашивала сторона обвинения. В итоге он получит двенадцать лет.

Адвокат советует мне дать показания сразу, в начале процесса, не дожидаясь оглашения всех доказательств и допроса свидетелей. По его мнению, это укрепит нашу позицию, так как подобным образом может поступить только абсолютно уверенный в своей невиновности человек. Мне нечего скрывать и выдумывать. Я рассказываю все как есть: как попал на работу в ЮКОС, как открывал офис на Кипре. Подробно описываю, чем там занимался…

«А откуда вам известно, что компания, где вы работали, оплачивала купленную нефть?» – пытается подловить меня прокурорша.

«Факт покупки и оплаты нефти подтверждается материалами уголовного дела», – отвечаю я.

Недовольная моим ответом прокурорша продолжает зачитывать «доказательства». Их сто пятьдесят томов. Процесс явно затягивается.

Она читает документы, датируемые 1998 и 1999 годами. Зачитываются протоколы собрания акционеров и протоколы заседаний совета директоров компании ЮКОС. В то время никто из нас там не работал, и адвокаты с возмущением просят обвинителя объяснить смысл оглашенных документов, не имеющих к нам никакого отношения.

Я смотрю на судью, которая находит в себе силы подавить набежавшую улыбку и легкий смешок. Секретарь суда Катя хихикает. Шляева бессовестно заявляет: «Узнаете позже!»

* * *

Позже мы узнаем, что таким образом, по версии обвинения, происходил «предварительный преступный сговор».

* * *

Неожиданно Вальдес-Гарсиа заявляет: «Я не понимаю, что здесь происходит!»

Судья объясняет: «Вы здесь находитесь в качестве обвиняемого по особо тяжкому преступлению».

Государственный обвинитель возобновляет чтение. Процесс продолжается.

* * *

Очередное судебное заседание. Мы с Малаховским сидим в клетке. Выходит судья, чтобы начать очередное судебное заседание. Обнаруживается, что не приехал Вальдес-Гарсиа. Прокурорша бросается на его поиски, куда-то уходит, возвращается, звонит по мобильному телефону. Через некоторое время появляется виновник переполоха – на костылях, в сопровождении телохранителя, в зал заседаний заходит растрепанный Вальдес-Гарсиа. Время одиннадцать утра. Судья, изумленная такой наглостью обвиняемого, находящегося под подпиской о невыезде, спрашивает: «Вы где были, Вальдес-Гарсиа?»

«На работе! – как ни в чем не бывало отвечает тот. – У меня как смена закончилась, так я сразу к вам».

Немного опешив, судья спрашивает: «А где вы работаете?»

«Я работаю диспетчером в компании “Формула такси”», – спокойно отвечает Вальдес-Гарсиа.

Судья приходит в себя и набрасывается на Вальдес-Гарсию, грозит изменить меру пресечения на арест: «Вы что, не понимаете, где вы находитесь? Еще раз это случится, и вас будут всегда привозить вовремя!» – она кивает в нашу сторону.

Вальдес-Гарсиа огрызается: «А что, мне надо же на что-то жить и где-то работать!»

На меня нападает гомерических хохот, который я не в силах сдержать. Полный идиотизм! Формально Вальдес-Гарсию, как, впрочем, и меня, обвиняют в хищении тринадцати миллиардов долларов и почему-то легализации восьми с половиной миллиардов. А тут какой-то диспетчер такси в сопровождении телохранителя… Бред!

Инцидент исчерпан. Заседание продолжается. Антонио Вальдес-Гарсиа в очередной раз просит разъяснить, в чем его обвиняют. Сторона обвинения по закону обязана раскрыть доказательственное значение каждого доказательства, объяснить, что именно доказывает то или иное доказательство. Например, вот нож, найденный рядом с трупом. Резаная рана на трупе говорит о том, что она была нанесена острым предметом определенного размера. Кровь на ноже, совпадающая с группой крови убитого, доказывает, что рана была нанесена именно этим ножом, если его размер совпадает с размером раны. А отпечаток пальцев на ноже свидетельствуют о том, что именно этот человек держал данный нож в руках. Таким образом выстраивается причинно-следственная связь определенных событий.

Мы с адвокатом настоятельно, по несколько раз в день, просим объяснить доказательственное значение оглашаемых документов. Вот моя трудовая книжка. Кроме того факта (который я не отрицал), что я официально работал в ЮКОСе, ничего иного она не доказывает.

Судья обращается с Вальдес-Гарсии:

«Вальдес-Гарсиа, у вас есть замечания к оглашенным документам?»

Тишина. Вальдес-Гарсиа уснул.

«Вальдес-Гарсиа!» – громко кричит судья.

Никакой реакции. Он не слышит. К Вальдес-Гарсии подбегает адвокат и бережно расталкивает его.

«Вальдес-Гарсиа! – не успокаивается судья. – Вы слышали прокурора?»

«Нет, я спал. Я же не спал двадцать четыре часа, работал в ночную смену. Я вообще не понимаю, что здесь происходит, и прошу отпустить меня домой», – тихо говорит Вальдес-Гарсиа.

Судья безнадежно машет рукой, и прокурор продолжает.

Мы слышим и видим в материалах уголовного дела «Отчет о прибылях и убытках “Юганскнефтегаза”». Кроме того, что компания добывала нефть, продавала ее и получала прибыль, этот документ ничего не доказывает. Ни у меня, ни у моего адвоката, ни у любого здравомыслящего человека не выстраивается никакой логической цепочки в предъявленном обвинении.

Наши вопросы остаются без ответа. Обвинитель невнятно сообщает, что объяснит доказательственное значение оглашенных документов в конце процесса, после их оглашения. Позже она подведет черту, сказав общую фразу: «Оглашенные документы доказывают вину обвиняемых». Ни больше ни меньше. Виноваты, и все! И никакой тебе причинно-следственной связи. Чего напрягаться-то и заморачиваться, когда моя заработная плата, как выясняется, является моей долей от награбленного… от тринадцати миллиардов долларов! «Эх, ребята! Мы явно продешевили», – хотел было пошутить я, но мне было уже не до шуток.

Шляева врет без устали, нагло и безбожно. Объявляется перерыв в судебном заседании. Судье и адвокатам надо перекусить. Нас в это время ведут в подвал. Я успеваю заметить, как прокурорша погружает свою руку в бездонный портфель и выуживает оттуда пакет. Она вытягивает оттуда пирожок за пирожком и кладет их себе в рот. Конвойные и спецназовцы давятся от смеха. Мне тоже становится смешно. Нет зрелища печальнее на свете, чем поедание пирожков прокуроршей!

Мне мерещится Кафка, выбегающий из зала судебных заседаний с понурой головой…

* * *

После обеденного перерыва обвинитель продолжает монотонное зачитывание бессмысленных для обвинения документов. Все устали, и судья прекращает заседание. Мы едем домой, в тюрьму. Процесс отнимает у меня много сил, и я возвращаюсь в камеру опустошенный. Каждый вечер в тюрьме происходит медицинский обход, и врач, заглядывая в окошко каждой камеры, интересуется, не надо ли чего. Я прошу измерить давление. Девяносто на шестьдесят. Мне запомнится это странное подавленное состояние, которое будет часто повторяться. Врач рекомендует мне выпить чифиря, что я и делаю. Впереди несколько дней выходных, и я смогу отлежаться, осмыслить происходящее, да и просто отвлечься.

В камере нас четыре человека. Однажды вечером к нам приводят интеллигентного молодого человека в очках. Я ни у кого не видел большего количества вещей, чем у Алексея Френкеля. Сумки, баулы, пакеты, мешочки… Свободное пространство камеры быстро заполняется его вещами. Они везде. У Френкеля огромное количество каких-то бумаг и документов. Его обвиняют в организации убийства заместителя председателя правления Центрального банка Алексея Козлова. По версии следствия, таким образом Френкель решил отомстить за отзыв лицензии одного из банков, где работал председателем правления.

Мой новый сокамерник – гений и вундеркинд. Он из простой учительской семьи, победитель всесоюзных олимпиад из Саратова, в четырнадцать лет окончил среднюю школу и, приехав в Москву, поступил на экономический факультет МГУ. У него феноменальная память – помнит каждую мелочь, каждую деталь, вплоть до стоимости билета на автобус, купленного лет десять назад, когда он, еще в бытность студентом, путешествовал по России. Алексей – страшный педант, он обладает поразительной работоспособностью. Каждое заявление пишет в двух экземплярах, один из которых оставляет у себя для контроля. Он записывает и фиксирует все, вплоть до количества продуктов в холодильнике. Питаясь в основном шоколадом, он щедро покупает в ларьке все необходимое для своих сокамерников.

Мы сдружились, хотя видимся не часто, а в свободное время играем в шахматы. Каждое утро он после прогулки надевает белую рубашку и костюм, идет к адвокату знакомиться с материалами уголовного дела. «Свой арест я воспринимаю как путешествие и маленькое приключение», – как-то поделится он со мной. Неисправимый оптимист, он излучает бесконечную жизнерадостность и заражает тем же сокамерников. В один из дней, около пяти часов вечера, мы услышим голос надзирателя: «На Эф, с вещами…» Френкеля, написавшего огромное количество жалоб на администрацию, не особо жалуют и переводят из нашей камеры. Очевидно, ему здесь слишком хорошо. Он долго собирает вещи, и мы прощаемся. Без него камера пустеет, и мне даже становится грустно. Позже я узнаю из газет, что ему дадут восемнадцать лет строгого режима…

Утро понедельника. На этот день назначено очередное судебное заседание. Нас всегда привозят минут на тридцать раньше, и мы вынуждены ждать своей очереди в камерах подвала. Конвойные никогда не посадят нас в один бокс, невзирая на все наши просьбы.

Мы поднимаемся в знакомый уже зал и занимаем свои места в клетке. Заходит Антонио Вальдес-Гарсиа с охранником. У него в руках два больших пластмассовых ведра. Все в недоумении смотрят на эти ведра. В зале наступает тишина.

«Вальдес-Гарсиа, зачем вам ведра?» – после некоторой паузы прерывает тишину судья.

«Ваша честь! – обращается тот к судье. – У меня случилось несчастье, и я почти потерял слух. Можно, я подсяду к прокурору поближе, чтобы лучше слышать? А еще у меня в ноге штырь железный, и нога затекает… Можно, я под ногу ведро поставлю?»

Судья, проявляя сочувствие, великодушно разрешает ему это сделать.

* * *

Вскоре сторона обвинения заявит ходатайство о проведении экспертизы на предмет определения вменяемости обвиняемого Антонио Вальдес-Гарсии. Прокурорша заявит, что, по ее мнению, Антонио неадекватно воспринимает действительность, проявляет все признаки невменяемости – или, иными словами, просто сошел с ума. В этот момент я подумаю, что неплохо бы такую экспертизу провести в отношении прокурорских работников, писавших обвинительное заключение, а в частности – проверить саму Шляеву…

Судья рассмотрит это ходатайство и откажет прокуратуре в его удовлетворении. У нее не было никаких сомнений во вменяемости Вальдес-Гарсии. Не сомневался в этом и я, усмотрев во всем этом хороший знак. Мне показалось, что судья имеет свое мнение, не зависимое от прокуратуры.

Шляева тем временем упорно продолжает:

«Следствием установлено, что ООО “Ю-Мордовия”, ООО “Ратибор”, на балансы которых переводилась похищенная нефть, а также “Рутенхолд Холдингс Лимитед”, через которые осуществлялась реализация на экспорт похищенной нефти, были подконтрольными участникам организованной группы, так как руководителями в указанных обществах были или члены организованной группы, или зависимые от них лица, что подтверждается:

трудовым договором, изъятым в ходе обыска, подтверждается, что с 01 апреля 2000 года Переверзин В. И. действительно был назначен на должность директора компании “Рутенхолд Холдингс Лимитед” (том 13, листы дела 38–43);

сертификатом об инкорпорации Республики Кипр № 105420, в соответствии с которым компания “Рутенхолд Холдингс Лимитед” была образована и зарегистрирована на Кипре 07.10.1999 года (том 26, листы дела 19–22);

выпиской из протокола № 120.1–19 от 02.12.1999 года заседания совета директоров ОАО “НК ЮКОС” и уставом ООО “Ю-Мордовия”, согласно которым советом директоров ОАО “НК ЮКОС” 02.12.1999 было принято решение об учреждении ООО “Ю-Мордовия” (том 22, листы дела 2,3–14)».

Я и мой адвокат настойчиво и последовательно выступаем с очередным ходатайством и просим объяснить, что доказывают оглашенные документы. Трудовой договор, кроме очевидного и не отрицаемого мной факта работы в дочерней компании ЮКОСа, ничего другого не доказывает. Свидетельство об инкорпорации компании подтверждает факт ее регистрации, причем за полгода до моего трудоустройства в ЮКОС. А решение совета директоров ОАО «НК ЮКОС» о создании неизвестного мне ООО «Ю-Мордовия» ко мне вообще не имеет никакого отношения.

Ну а то, что все дочерние компании ЮКОСа подконтрольны его руководителям, факт очевидный, с которым и не поспоришь!

Шляева упорно и последовательно продолжает врать: «Позже, позже мы все скажем, все объясним…»

Неожиданно в памяти всплывают слова какой-то глупой песенки: «Я его слепила из того, что было. А потом что было, то и полюбила…»

Прокурорша продолжает петь свою песню:

«Вина подтверждается:

выписками по движению денежных средств по счету ООО “Ю-Мордовия”, из которых следует, что ООО “Ю-Мордовия” перечисляло в 2001 году со своих счетов денежные средства ОАО “Юганскнефтегаз” в качестве оплаты за нефть (том 59, листы дела 19–167; том 121, листы дела 244–277);

актом налоговой проверки № 30–3–14/1 от 30.04.2004 года, согласно которому с января по май 2001 года на баланс ООО “Ю-Мордовия” из ресурсов ОАО “Юганскнефтегаз” было зачислено 14 094 792 тонны нефти на сумму 18 018 062 200 рублей (том 41, листы дела 3–154)».

Я не верю услышанному, хотя и знаю о существовании этих документов. В хищении именно этой конкретной нефти нас и обвиняют. Мне странно слышать из уст прокурора, что, оказывается, «украденная» нефть была официально оплачена, имелись договоры купли-продажи, нефть была передана с баланса на баланс. Не было никаких хищений! Прокуратура сама об этом заявляет. Ура! Ура! Ура!

* * *

Спектакль, ничего общего не имеющий с правосудием, продолжается. В день оглашается один, максимум два тома плюс предстоит еще допрос свидетелей. В неделю проходит три-четыре судебных заседания. Я пытаюсь вычислить продолжительность нашего процесса и прихожу к неутешительному выводу. По моим подсчетам, это действо будет продолжаться около года! «Ничего себе», – разочарованно думаю я, мысленно находясь уже на свободе.

Я практически не ошибся в расчетах. Приговор будет вынесен 1 марта 2007 года.

* * *

Словно во сне, я слышу: «…вина подтверждается:

паспортами сделок ОАО “НК ЮКОС” в ОАО ИБ “Траст” и ведомостями банковского контроля, в соответствии с которыми на валютный счет ОАО “НК ЮКОС” от компании “Рутенхолд Холдингс Лимитед”, возглавляемой участником организованной группы Переверзиным В. И., поступали денежные средства от исполнения контрактов (том 65, листы дела 9–272; том 66, листы дела 2–194);

свифт-сообщениями компании “Рутенхолд Холдингс Лимитед”, в соответствии с которыми “Рутенхолд Холдингс Лимитед”, возглавляемое участником организованной группы Переверзиным В. И., перечисляло ОАО “НК ЮКОС” в 2002 году денежные средства за приобретенную нефть (том 152, листы дела 8–277; том 153, листы дела 1–287);

выписками по движению денежных средств по валютному счету ОАО “НК ЮКОС” в ОАО ИБ “Траст” за период с 01.01.2001 года по 01.05.2004 года, согласно которых на счет ОАО “НК ЮКОС” в период с 2001 по 2004 год поступали денежные средства за реализацию нефти и нефтепродуктов (том 63, листы дела 10–293)».

Я осознаю, что вот на этом самом месте, в этот самый момент меня должны оправдать и отпустить! Моя невиновность очевидна! Мало того, что я вообще никогда не подписывал ни одного платежного поручения, не имея на это соответствующих полномочий, так здесь сама обвинитель говорит о том, что все расчеты за проданную нефть, к которым я не имел никакого отношения, полностью осуществлены. Не желая прерывать чтение доказательств моей невиновности, я пишу короткую записку, которую хочу передать адвокату. Беру в руки листок бумаги, встаю и вопросительно смотрю на судью, показывая, что хочу передать записку адвокату. Она согласно кивает. Я протягиваю руку через решетку и отдаю листок. Неожиданно раздается грохот. С последнего ряда срывается конвоир и, снося все на своем пути, несется к моему адвокату.

«Ааааа… уууууу…» – во весь голос кричит Вальдес-Гарсиа. Этот вояка пробежал по его искалеченным ногам. Конвоир буквально прыгает на адвоката и выхватывает у него из рук мою записку. Судья от удивления замирает, открыв рот. Пауза. Все молчат.

«Вы… Вы что себе позволяете?» – спрашивает судья конвоира.

Тот молчит и тяжело дышит, не в силах перевести дыхание после стремительного броска.

«Отдайте мне записку», – говорит судья.

Конвойный явно не хочет этого делать и мнется. Может, пригрезилось ему, что там какая тайна написана, за которую он получит вожделенную награду?

«Отдайте мне записку», – повелительным тоном настаивает судья.

Тот молча, нехотя отдает записку в руки судье и возвращается на свою скамейку. Судья, скользнув взглядом по безобидной бумажке, передает ее моему адвокату.

Я ставлю еще один плюсик судье.

«Она на нашей стороне! – радостно думаю я. – Но конвой на мне сегодня отыграется! Наверное, бить будут», – предполагаю я.

Разговор состоится в подвале Басманного суда. Меня не били, но пригрозили написать на меня рапорт и посадить в изолятор.

«В зале суда я – главный», – выдает мне конвоир, на плечах которого красовались погоны старшего лейтенанта. Я вспомнил фразу, сказанную адвокатом Малаховского: «Носить офицерские погоны – вовсе не означает быть офицером». Не желая вступать с ним ни в какие дискуссии, я молчу. Рядом проходит местный милиционер, охраняющий судебные казематы. Задумчиво смотрю на его погоны и не могу понять, что за звание у него такое. Звезды вышиты золотой нитью, но вроде как для генерал-лейтенанта они маловаты, а для прапорщика слишком велики. Пытаясь разобраться, я в недоумении тру глаза и снова вглядываюсь в звезды. Они действительно больше уставных, с очевидной претензией на генеральские.

«Да они здесь все сумасшедшие», – заключаю я. Мы садимся в «газель» и благополучно возвращаемся в Матросскую Тишину.

Наступило лето 2006 года, пора отпусков. Судьи тоже люди и хотят отдыхать. Работа нервная и ответственная, поэтому и отпуска у них такие длинные. В судебных заседаниях объявляется перерыв на два месяца. Я мысленно прощаюсь с судьей Ярлыковой до сентября.

У меня наступают каникулы, время вынужденного безделья. Рутинная тюремная жизнь поглощает меня целиком и полностью.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 10. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Из книги Конструктор С. И. Мосин автора Чуднов Гавриил Михайлович

Глава 10. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ За долгую службу в войсках винтовка системы С. И. Мосина неоднократно подвергалась модернизациям, делались попытки усовершенствовать ее, она становилась базой для создания новых образцов стрелкового оружия, но всегда неизменными оставались


Глава 6. Война продолжается

Из книги Подводный ас Третьего рейха. Боевые победы Отто Кречмера, командира субмарины «U-99». 1939-1941 автора Робертсон Теренс

Глава 6. Война продолжается Начало нового похода было вполне обычным. Лодка шла по поверхности, море было неспокойным: мрачные свинцово-серые волны тяжело бились о корпус лодки, зато оно казалось абсолютно пустынным. В сумерках два сигнальщика, успевшие получить прозвище


Глава 10. Война продолжается

Из книги Прямой наводкой по врагу автора Кобылянский Исаак Григорьевич

Глава 10. Война продолжается Освобождаем Крым Запоздалая весна и частые ливни превратили грунтовые дороги юга Херсонщины в непроходимое месиво. Боеприпасы на позиции наших войск доставляли солдаты, выстроенные в многокилометровую цепь. Дата штурма Перекопа


Глава 11. Жизнь продолжается

Из книги Зеркало моей души.Том 2.Хорошо в стране американской жить... автора Левашов Николай Викторович

Глава 11. Жизнь продолжается Конечно, иголки с ядом, вонзающиеся в спину и отравленный кофе стали для нас со Светланой далеко не самым приятным открытием в Америке, но… это никак не повлияло ни на моё решение по поводу предложений о «сотрудничестве», ни на ритм нашей жизни,


Глава 12. Жизнь продолжается-2

Из книги Огненный щит Москвы автора Журавлев Даниил Арсеньевич

Глава 12. Жизнь продолжается-2 Нейтрализация сильнейшего землетрясения в сентябре 1993 года «почему-то» осталась незамеченной средствами массовой информации как США, так и других стран. Да это и понятно — «обычное», «рядовое» событие в мировой практике! Разве может это


Глава 7. Война продолжается

Из книги Исповедь тайного агента автора Горн Шон

Глава 7. Война продолжается Красноречивое признание врага. Большие дела в маленькой Уваровке. История первой СОН. Трудности с авиационной техникой. Мы зарываемся в землю. Сталин просит «взаймы» истребители. Шестью снарядами. Уроки налетов на Горький и Саратов. Новый, 1942


Глава 12. Жизнь продолжается

Из книги БП. Между прошлым и будущим. Книга 1 автора Половец Александр Борисович

Глава 12. Жизнь продолжается Утром я был на работе. За время моего отсутствия офис стал более уютным. Появились цветы, картины на стенах. Меня встретила секретарша и сообщила о том, что как всегда в 9. 00 у нас совещание. Пройдя в кабинет я сел за свой стол и разложил свои бумаги


Глава 21. Жизнь продолжается

Из книги Мой Шелковый путь автора Тохтахунов Алимжан

Глава 21. Жизнь продолжается В понедельник я проснулся в шесть часов и тихонько, чтобы не разбудить детей и жену оделся и поехал в Агентство. Сев в машину я понял, что меня охраняют и сопровождают. Но я знал, что все это организовал наш друг из Интерпола поэтому не


Глава 2 Да, литература продолжается…

Из книги Аденауэр. Отец новой Германии автора Уильямс Чарльз

Глава 2 Да, литература продолжается… Василий Аксенов…Помню, кто-то позвонил Аксенову: «Вася, сейчас по радио передали — тебя советского гражданства лишили!»— А пошли они все… — спокойно, почти без паузы прокомментировал писатель услышанное, будто давно готовый к


Глава 9 Травля продолжается

Из книги Когда я была принцессой, или Четырнадцатилетняя война за детей автора Паскарль Жаклин

Глава 9 Травля продолжается Хорошие законы надо уважать, а плохие отменять или изменять. РУСИНЕК Нравы — это люди, законы — разум страны. Нравы нередко более жестоки, чем законы. Нравы, часто неразумные, берут верх над законами. БАЛЬЗАК В 1995 году я приехал в Монте-Карло на


ГЛАВА 2. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

Из книги Заложник. История менеджера ЮКОСа автора Переверзин Владимир

ГЛАВА 2. ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ «Германия еще непременно поднимется…»[11] На фотографиях того времени, где Аденауэр запечатлен во внеслужебной обстановке, выражение его лица выдает глубоко скрытую, но явную боль и какую-то меланхолическую грусть. Он постарел, волосы


Глава 2 Жизнь продолжается

Из книги Любовь Орлова автора Мишаненкова Екатерина Александровна

Глава 2 Жизнь продолжается С того самого дня, как мой бывший муж, Бахрин, похитил наших детей, я отчаянно пыталась вернуть их обратно. Однако лейбористское правительство Австралии как раз вело переговоры о соглашении по обороне и сотрудничеству с Малайзией, чтобы продлить


Глава 8 Следствие продолжается

Из книги автора

Глава 8 Следствие продолжается Продолжается следствие. Изредка ко мне наведываются следователи и проводят следственные действия. Регулярно приходит адвокат. Когда стало понятно, что меня не выпустят на свободу под подписку о невыезде, забрезжила новая иллюзорная


Глава 13 Заседание продолжается!

Из книги автора

Глава 13 Заседание продолжается! Я быстро обживаюсь в новой камере с новыми людьми. На моем пути встречались самые разные люди. Некоторые были закрытыми и немногословными. Другим же хотелось поговорить, поделиться своей бедой или просто отвлечься от грустных мыслей.


Глава 56 Жизнь продолжается

Из книги автора

Глава 56 Жизнь продолжается Все возвращается на круги своя, и наступают серые будни. Каждый последующий день ничем не отличается от предыдущего. Подъем, отбой, школа, спортгородок – вот и все. Обычное утро не предвещало ничего необычного. По подъему в колонию заходит толпа


Глава 8 Жизнь продолжается

Из книги автора

Глава 8 Жизнь продолжается Только так должна держать себя всякая женщина. В какой бы дыре ты ни оказалась, в каком бы дерьме ни плавала, никогда не опускайся, будь красивой. Лопни, а держи фасон! Разумеется, тогда, в 1947 году никто и предположить не мог, что время Орловой ушло.