XI Реформа санитарии и помощь голодающим

XI

Реформа санитарии и помощь голодающим

У меня не укладывалось в голове, что гражданин государства может жить, не принося никакой пользы обществу. Я никогда не любил скрывать недостатки общины или настаивать на ее правах, предварительно не очистив ее от постыдных пятен. Поэтому с самого начала своего пребывания в Натале я старался снять с общины справедливое до некоторой степени обвинение в том, что индийцы неаккуратны, что в домах у них грязно. Видные члены общины уже стали наводить порядок в своих домах, но обследование санитарного состояния каждого дома началось лишь после того, как над Дурбаном нависла угроза чумы. К обследованию приступили, предварительно обсудив этот вопрос с отцами города и заручившись их одобрением. Наше участие в обследовании всячески приветствовалось, так как оно облегчало работу отцам города и в то же время уменьшало наши трудности. Во время эпидемии власти, как правило, теряют терпение, принимают крайние меры, вызванное ими недовольство жестоко подавляют. Община оградила себя от подобных действий, добровольно согласившись провести ряд мероприятий гигиенического характера.

Но на мою долю выпали неприятности. Я понимал, что, требуя от общины выполнения ее обязанностей, я не могу рассчитывать на такую же помощь, какая мне была оказана в период, когда я добивался прав для общины. Иногда меня встречали оскорблениями, иногда — вежливым равнодушием. Было очень трудно расшевелить людей и заставить их следить за чистотой своих жилищ. Нечего было и думать, что они найдут средства для проведения такой работы. Теперь я убедился еще более, что надо обладать неистощимым терпением, чтобы заставить людей что-нибудь делать. Осуществить реформу жаждет всегда сам реформатор, а не общество, от которого нельзя ожидать ничего, кроме противодействия, недовольства и даже суровых гонений. В самом деле, почему бы обществу не считать регрессом то, что для реформатора дороже жизни? И все-таки в результате моей деятельности индийская община постепенно в большей или меньшей степени стала осознавать необходимость содержать свои дома в чистоте. Я заслужил уважение властей. Они поняли, что, хотя я вменил себе в обязанность выяснять причины недовольства и требовать прав для общины, я не менее ревностно добивался от нее самоочищения.

Оставалась еще одна задача — пробудить у индийских поселенцев чувство долга по отношению к родине. Индия была бедной страной, индийские поселенцы приехали в Южную Африку в поисках богатства, и нужно, чтобы они были готовы отдать часть заработанных денег своим соотечественникам в нужде. Поселенцы так и поступили во время ужасного голода, постигшего Индию в 1897 и 1899 годах. Они внесли значительный вклад в фонд помощи голодающим, причем в 1899 году больше, чем в 1897. Мы обращались с просьбой о помощи и к англичанам, и они живо откликнулись. Свою лепту внесли даже законтрактованные индийцы. Организация по сбору средств в помощь голодающим существует и поныне, и мы знаем, что индийцы Южной Африки всегда оказывали существенную денежную помощь Индии в годины национальных бедствий.

Так служение индийцам Южной Африки открывало мне каждый раз новое значение истины. Истина подобна огромному дереву, которое приносит тем больше плодов, чем больше за ним ухаживают. Чем более глубокие поиски в кладезе истины вы будете производить, тем больше зарытых там сокровищ откроется вам. Они облечены в форму многообразных возможностей служения обществу.