Глава первая ЯНКИ В НИКАРАГУА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава первая

ЯНКИ В НИКАРАГУА

Через десять лет после открытия Южной Америки, в 1502 году, совершая свое четвертое путешествие, Христофор Колумб добрался до побережья Центральной Америки. Там, на перешейке, обитали десятки индейских племен. Самыми многочисленными и смелыми были племена ацтеков и толтеков. Именем вождя одного из этих племен, Никарао, была названа маленькая страна Центральной Америки — Никарагуа. Правда, из шести стран, составляющих Центральную Америку, Никарагуа — самая большая: ее площадь равна 148 тысячам квадратных километров, а площадь самой маленькой центральноамериканской страны, Сальвадора, равна 34 тысячам квадратных километров.

Красота природы и золото привлекали сюда искателей приключений и легкой наживы.

Из испанских завоевателей, высадившихся в Никарагуа, прославились двое: Педрариас Давила и Фернандес де Кордоба. Первый основал город Леон, второй — город Гранаду. Затем между ними началась междоусобная война. Педрариас Давила одержал верх, и по его приказу поверженный враг был обезглавлен. Однако имя Кордобы было увековечено: в его честь названа денежная единица Никарагуа — кордоба.

Никарагуа — страна великих озер, сотен потухших и действующих вулканов. В Никарагуа находятся самые крупные озера Центральной Америки: Манагуа (длина — 60 километров, ширина — 28 километров, глубина — до 13 метров) и Никарагуа (длина — 161 километр, ширина — 70 километров и глубина — до 66 метров). Имеется множество рек и речушек. Выпадает много осадков. Низкие берега в дельтах рек покрыты травами и пальмами, а на песчаных косах и холмах растет красивая карибская сосна. Куда ни бросишь взгляд — повсюду бесконечные заросли бамбука. Непроходимой зеленой стеной стоят густые влажные тропические леса. Вдоль северо-западной части страны тянутся цепи больших и малых гор. Кратеры вулканов, некоторые из которых достигают более 1000 метров, одеты дубовыми и сосновыми лесами, а на вершинах гор зеленеют луга.

В Никарагуа всегда жарко. Средняя годовая температура — 25–28° по Цельсию. Дожди идут весь год. Особенно большое количество осадков выпадает в течение собственно дождливого сезона — с 15 мая по 15 ноября. Приезжие шутят: «В этой стране одиннадцать месяцев в году льет дождь, а остальное время — плохая погода». Но сами никарагуанцы считают, что нет на земле края благодатнее их страны. Кофе, какао, кукуруза, бананы, ананасы и масса причудливых тропических фруктов в изобилии произрастают на этой удивительно плодородной земле.

Порабощенная королевской Испанией Никарагуа в течение многих десятилетий была пристанищем авантюристов, которые бесчинствовали на захваченных территориях. Они грабили местное население — индейцев. Не удивительно, что сегодня индейцы составляют менее 5 процентов населения Никарагуа (насчитывающего 1600 тысяч человек). Крупнейшая индейская группа (около 20 тысяч человек), существующая поныне, — это индейцы мискито, или москито. Они населяют восточное побережье, названное по имени этого племени Москитовым Берегом. В результате браков завоевателей с индейскими женщинами более 60 процентов населения — люди смешанного индейско-испанского происхождения, «ладино», как их называют в Латинской Америке.

В XVII веке в Никарагуа появились первые негры. Вначале это были беглецы с невольничьих кораблей. Позднее, после того как губернатор английского острова Ямайка провозгласил английский протекторат над Москитовым Берегом (1678 г.), на этой восточной части нынешней Никарагуа было основано несколько колоний ямайских негров (1740 г.); наиболее крупные из этих колоний — Блуфилдс и Грейтаун, позднее переименованный в Сан-Хуан дель Норте. Негры составляют 10 процентов населения сегодняшней Никарагуа. В результате смешанных индейско-негритянских браков появились «самбо».

В начале прошлого века в Латинской Америке развернулась великая борьба за независимость. Борьба была долгой и кровопролитной. В 1821 году патриоты Никарагуа провозгласили свою независимость, а в середине 1823 года страна вошла в «Федерацию объединенных провинций Центральной Америки». В 1839 году федерация распалась, и Никарагуа стала самостоятельной республикой. В те же годы в стране появились две партии — либералов и консерваторов, с которыми связана вся последующая история Никарагуа. Либералы — выразители интересов торговой буржуазии и мелкобуржуазных городских слоев, консерваторы — клерикально-помещичьей аристократии. Оплот либералов, их твердыня — второй по величине город Никарагуа Леон, крупнейший железнодорожный узел, расположенный на западе страны. Это центр молодой буржуазии, центр ремесленного производства, город юристов, писателей, студентов. На озере Никарагуа, в юго-западной части республики, расположен город Гранада — цитадель консерваторов. Это центр сельского хозяйства и торговли. Здесь главенствуют помещики-аристократы.

Соперничество между Леоном и Гранадой всегда носило чрезвычайно острый характер.

В 1858 году представители этих городов договорились о создании столицы Никарагуа — нового города Манагуа. Он был построен в том же 1858 году на берегу озера того же названия. В центре столицы много садов и парков. На берегу озера Манагуа раскинулся парк Маклеон, излюбленное место прогулок жителей столицы.

С середины прошлого века Никарагуа стала объектом острой англо-американской борьбы. В то время обсуждались проекты строительства межокеанского канала, и территория Никарагуа вполне подходила для этой цели. В 1841 году Англия установила протекторат над Москитовым Берегом, то есть карибским побережьем Никарагуа, а в 1849 году захватила остров Тигре в заливе Фонсека (Тихий океан), обеспечив, таким образом, свой контроль над обоими концами возможной трассы канала. США предприняли решительные ответные действия. В результате длительной дипломатической борьбы в 1850 году между Англией и США был заключен договор Клейтона — Бульвера о строительстве и обороне канала. По условиям договора все межокеанские пути были открыты как для Англии, так и для США; им предстояло совместно гарантировать нейтралитет будущего канала. Остальным державам также предоставлялась возможность стать гарантами этого нейтралитета. США и Англия обязались не подчинять своему влиянию и не оккупировать территории Центральной Америки. Условия договора не позволяли Соединенным Штатам установить контроль над будущим каналом. Но, заключив такое «перемирие», США стали теснить своего соперника — Великобританию.

Пять лет спустя отряд американских авантюристов во главе с Уильямом Уокером захватил власть в Никарагуа. Опираясь на открытую поддержку американского правительства, Уокер провозгласил себя 12 июля 1856 года президентом Никарагуа, а США тут же признали его. План Уокера состоял в том, чтобы присоединить Центральную Америку к США и превратить ее в североамериканскую колонию. Но в 1857 году под ударами объединенных армий Центральной Америки клика Уокера была изгнана из Никарагуа. Позднее этот проходимец дважды пытался вернуться к власти. В 1860 году он был расстрелян патриотами.

Захват власти американцем, по-видимому, произвел отрезвляющее действие на поглощенные междоусобицей политические партии Никарагуа. До 1893 года бразды правления находились в руках сменявших друг друга президентов-консерваторов, поощрявших проникновение США. У политического руководства стояли самые реакционные представители крупных землевладельцев и буржуазии, тесно связанные с американскими монополиями. Католическое духовенство и реакционное офицерство также активно поддерживали консервативную партию. В глазах народа консервативная партия была ответственна за превращение Никарагуа в американскую колонию. В 1893 году длительному господству консерваторов наступил конец. К власти пришли либералы. Эта партия объединяла часть национальной торговой буржуазии, которая страдала от засилья американских монополистов, и буржуазную интеллигенцию. Либералы стремились к развитию экономики страны, к расширению рынков сбыта сельскохозяйственной продукции и к некоторой демократизации политической жизни Никарагуа. Следует, однако, помнить, что большой разницы между либералами и консерваторами не было: и те и другие прибегали к безудержной демагогии, когда им это было выгодно.

Президентом страны стал в 1893 году глава партии либералов генерал Хосе Сантос Селайя, который продержался у власти до 1909 года. Принято говорить, что он правил, как «просвещенный деспот»: отделил церковь от государства, ввел всеобщее избирательное право, начал строительство железных дорог. Поначалу он ладил с американцами, но, когда американский хищник стал нагло попирать элементарные права Никарагуа, взбунтовался даже этот «просвещенный диктатор». Желая избавиться от господства США, Селайя вступил в переговоры с Англией и Японией, чем уготовил себе печальный конец. В Вашингтоне решили заменить «зарвавшегося» Селайю. В крупнейшем никарагуанском порту Блуфилдсе началась подготовка восстания. Американский консул господин Моффат, готовивший мятеж, заблаговременно уведомил государственный департамент о ходе предстоящих событий: 7 октября 1909 года он доложил государственному секретарю Ноксу, что на следующий день генералы Хуан Эстрада и Эмилиано Чаморро поднимут мятеж и в два счета расправятся с Селайей. Мятежных генералов Моффат заверил, что правительство США немедленно признает новое, «революционное» правительство. Он же обеспечил снабжение повстанцев оружием и боеприпасами.

Вооружение и продовольствие мятежникам было доставлено на пароходах «Юнайтед фрут компани». Как по мановению волшебной палочки, у порта Блуфилдс появились два американских военных крейсера — «Падука» и «Дубук». Вот как описывал корреспондент газеты «Нью-Йорк тайме» свою беседу с руководителем восстания: «Генерал Эстрада был грубо откровенен, слишком откровенен, когда заявил, что организованная им против Селайи революция субсидировалась известными компаниями США, обосновавшимися на атлантическом побережье Никарагуа. Он заявил далее, что эти компании выделили на революцию в Блуфилдсе миллион долларов, торговый дом Джозефа Бирса — около 200 тысяч, а торговый дом Самюэля Вейла — около 150 тысяч долларов…»

Как Моффат запланировал, так все и произошло: 13 октября он доложил Белому дому об исполнении задания. Однако появилось непредвиденное обстоятельство: Селайя решил оказать сопротивление. Началась гражданская война. Как и во времена авантюриста Уокера, сотни американцев присоединились к инсургентам в надежде на богатую добычу в случае успеха «революции». Двое из них, Рой Кэннон и Леонард Грос, пытались взорвать на реке Сан-Хуан пароход с правительственными войсками, направлявшимися в район восстания. Американские авантюристы были захвачены на месте преступления, приговорены военным трибуналом к расстрелу. В ответ 1 декабря 1909 года США разорвали дипломатические отношения с Никарагуа и усилили помощь мятежникам. В стране создалась сложная обстановка; США грозили открытым военным вмешательством. 16 декабря 1909 года Селайя ушел в отставку и уехал в Мексику. Позднее он переехал в США и в 1917 году умер в Нью-Йорке, нищий и всеми забытый. Лишь в конце 1930 года его останки были перевезены в Никарагуа и торжественно захоронены.

Временным президентом Национальная ассамблея избрала либерала Хосе Мадриса. Правительственные войска после упорных боев, длившихся несколько месяцев, окружили войска мятежников. Дни восстания были сочтены. Тогда командир американского крейсера «Падука» высадил морскую пехоту и преградил путь войскам правительства. Государственный департамент оставался глух к протестам президента Мадриса: войска США не покидали никарагуанскую территорию. Не в состоянии добиться какого-либо решения, Мадрис 20 августа 1910 года, как и его предшественник генерал Селайя, подал в отставку. Сопротивление правительства Никарагуа было сломлено, путь был расчищен, необходимые кадры из местных предателей подготовлены, и США уже не надо было, как в 1856 году, назначать президентом Никарагуа американского гражданина. Теперь можно было подобрать никарагуанца…

Неделю спустя «победоносные войска» мятежников вошли в опустевшую столицу Никарагуа Манагуа. Из генералов Хуана Эстрады и Эмилиано Чаморро было сформировано правительство. Вошел в него и один гражданский человек — Адольфо Диас, сотрудник американской компании «Ла лус и лос анхелес майнинг К°», адвокатом которой был раньше не кто иной, как сам государственный секретарь США Нокс. Круг замкнулся. Так, по удачному выражению видного аргентинского историка Грегорио Сельсера, первый вариант Квислинга — Адольфо Диас — появился именно в Никарагуа, за 30 лет до появления его в Норвегии. Весьма откровенно прозвучало также свидетельство сенатора-республиканца Ладда, который на заседании американского сената заявил следующее: «…в 1910 году морская пехота США вторглась в Никарагуа, расстреляла около 200 никарагуанских граждан и навязала стране в качестве номинального президента сотрудника одной североамериканской компании. Без поддержки морской пехоты США этот президент не смог бы продержаться у власти и 24 часов».

В октябре 1910 года в Манагуа прибыл специальный представитель США Томас Даусон, который быстро «навел порядок». 27 ноября 1910 года генерал Эстрада был «избран» президентом, а Адольфо Диас — вице-президентом республики; 1 января 1911 года президент США Тафт благосклонно «признал» новое правительство. Вскоре Эстрада ушел в отставку и президентом стал «свой человек в Манагуа» — Адольфо Диас. Он немедленно съездил в США, где договорился о займе; состряпанный в Вашингтоне документ не успели даже перевести на испанский язык: Национальная ассамблея Никарагуа обсуждала его в английском варианте.

Предательство Диаса вызвало всеобщее возмущение. 29 июля 1912 года военный министр Луис Мена и молодой политический деятель адвокат Селедон подняли восстание против продажного правительства.

Войска либералов уже подходили к столице, консерваторы укладывали чемоданы, собираясь бежать. Но Диас обратился к США за помощью, и 15 августа 1912 года началась новая высадка американских войск. Под напором американской морской пехоты повстанцы с большими потерями отступили в город Масайю. Здесь они укрепились и два месяца выдерживали осаду превосходивших сил противника. Главное ядро повстанцев составляли студенты и рабочие. Командовал повстанцами 33-летний Бенхамин Селедон. Сто раз отверг он предложение о почетной капитуляции и показал себя смелым и умелым военачальником, за что был назначен генералом.

4 октября 1912 года пятитысячная армия Адольфо Диаса вместе с тремя тысячами солдат американской морской пехоты окружили последний редут повстанцев. Все они, в том числе и Бенхамин Селедон, были казнены.

Третьего ноября Адольфо Диас был «переизбран» президентом Никарагуа на новый четырехлетний срок. Основные части морской пехоты США отбыли на родину, но в Никарагуа осталось несколько американских военных кораблей и сотня солдат «для охраны миссии США в Манагуа». Над столичной крепостью «Марсово поле» взвился звездно-полосатый флаг: там разместились войска оккупантов. Политическая и экономическая жизнь республики полностью зависела отныне от воли американских банкиров, дипломатов и военных.

Начались переговоры о предоставлении США права на строительство канала на территории Никарагуа. Серия предварительных соглашений закончилась 5 августа 1914 года подписанием в Вашингтоне договора, известного под названием договора Брайана — Чаморро[Брайан — государственный секретарь США. Эмилиано Чаморро, один из организаторов мятежа 1909 года против правительства Селайи, был в это время посланником Никарагуа в США.]. По этому постыдному кабальному договору, действующему и в настоящее время, правительство Никарагуа предоставило правительству США «на вечные времена» и без всяких налогов исключительные права на сооружение и использование канала по реке Сан-Хуан и по Великому озеру или по любому другому водному пути. «Для охраны своих интересов» США получили в аренду сроком на 99 лет (с правом продления срока аренды в будущем) острова Большой и Малый Корн. Вашингтон получил также право на постройку морской базы в любом удобном для США месте на территории Никарагуа. За все эти «права» США обязались после обмена ратификационными грамотами уплатить правительству Никарагуа 3 миллиона долларов.

При обсуждении в сенате США этого договора даже некоторые сенаторы были смущены его откровенно грабительским содержанием. Так, сенатор Смит заметил, что неудобно утверждать этот договор, ибо посланник Никарагуа в Вашингтоне «предложил больше, чем у него просили». А бывший государственный секретарь США сенатор Элю Рут выразил сомнение, можно ли заключить договор с правительством, которое так беспардонно распродает национальную собственность. Сенатор Бора пошел еще дальше: «Я никогда не считал, — заявил он, — что договор с Никарагуа — это договор с никарагуанским народом. Мы просто заключили договор сами с собой. Мы заключили договор с правительством, которое представляло нас самих, хотя во время переговоров и сидело на противоположной стороне стола. Мы заключили договор с правительством, которое было нашим орудием». Однако, несмотря на «угрызения совести», мучившие некоторых сенаторов, 18 февраля 1916 года сенат США все же одобрил грабительский договор Брайана — Чаморро.

Эмилиано Чаморро старался не зря: ему был обещан пост президента. В 1916 году истекал срок президентских полномочий Адольфо Диаса, и генерал Эмилиано Чаморро выставил свою кандидатуру на пост президента от консервативной партии. Чтобы гарантировать избрание Чаморро, США взяли на себя нелегкий труд обеспечить «порядок» на выборах. Этим непосредственно занимался посланник США в Манагуа Джефферсон.

Либеральная партия выдвинула своим кандидатом Хулиана Ириаса. Мистер Джефферсон в порядке «подготовки» к выборам 17 сентября 1916 года вызвал к себе в миссию кандидата либералов Ириаса и в присутствии адмирала Капертона, командира военно-морских сил США, дислоцированных в Никарагуа, от имени государственного департамента предупредил, что президентом Никарагуа никогда не станет человек, который не поддержит договор с Вашингтоном, что претендент на пост президента должен будет согласовывать с США свою внешнюю и внутреннюю политику и санкционировать пребывание вооруженных сил США в Никарагуа. Кроме того, кандидат должен будет представить государственному департаменту веские доказательства того, что он с момента свержения Селайи ни прямо, ни косвенно не участвовал в революционном движении, направленном против «законного правительства» Никарагуа.

После такой «беседы» либералы решили не участвовать в выборах, и с 1 января 1917 года президентом стал очередной слуга Вашингтона Эмилиано Чаморро. Чаморро заключил несколько новых экономических соглашений с США, еще больше закабаливших Никарагуа. Значительная часть этих соглашений была заключена с американской компанией «Браун бразерс» («Братья Браун»). Недаром в те годы Никарагуа называли «республикой братьев Браун».

Когда подоспели очередные президентские выборы, они также были проведены под контролем США. Президентом Никарагуа с 1 января 1921 года стал дядя Эмилиано Чаморро — Диего Чаморро, а Эмилиано занял свой прежний пост посланника в Вашингтоне.

Диего Чаморро назначил на все руководящие должности в стране своих родственников. Пусть простит нас читатель, мы рискуем утомить его длинным перечнем имен, но все же вот он, этот (неполный) список: министр внутренних дел — Росендо Чаморро, председатель конгресса — Сальвадор Чаморро, советник по финансовым вопросам — Агустин Чаморро, начальник главной военной крепости столицы — Фи-ладелио Чаморро, начальник самого крупного в стране порта Коринто — Леандро Чаморро, управляющий таможнями страны — Дионисио Чаморро, депутат Национальной ассамблеи — Октавио Чаморро, консул Никарагуа в Нью-Орлеане — Агустин Бо-ланьос Чаморро, консул Никарагуа в Сан-Франциско — Фернандо Чаморро, консул в Лондоне — Педро Хоакин Чаморро, и т. д. и т. п.

В начале двадцатых годов во всех странах Центральной Америки сложилось весьма напряженное положение. То там, то тут вспыхивали мятежи и восстания. Очередная попытка создать союз стран Центральной Америки провалилась. Как и раньше, этому мешали США. В государственном департаменте боялись, что беспорядки могут привести к революционным взрывам. В декабре 1922 года в Вашингтоне открылась конференция стран Центральной Америки с участием США. После двухмесячных переговоров был подписан договор «о мире и дружбе», 31 конвенций, 2 протокола и декларация. Стороны договорились не признавать правительства, пришедшие к власти «в результате государственного переворота или революции, направленной против существующего правительства, до тех пор, пока выбранные народом представители не закрепят законным путем политические изменения в стране».

Вашингтонское совещание приняло еще одно важное решение — о создании в странах Центральной Америки «национальной гвардии», иными словами жандармерии. Смысл этого постановления состоял в том, чтобы вновь созданным военным корпусом ведали американские инструкторы и чтобы он находился в полной зависимости от Пентагона. Это давало возможность США со временем отозвать свои войска из Латинской Америки, чтобы затем широко пропагандировать «миролюбие американской внешней политики».

Вашингтонские решения привели к дальнейшему укреплению влияния США в странах Центральной Америки. От имени Никарагуа эти соглашения подписал все тот же Эмилиано Чаморро.

Укрепив свои позиции, США решили отозвать свои войска из Никарагуа, продемонстрировав «миролюбие» американских вооруженных сил. Начались переговоры, во время которых президент Никарагуа Диего Чаморро внезапно умер (12 октября 1923 года). Его пост занял вице-президент Бартоломэ Мартинес. Новый президент не был связан ни с консерваторами, ни с либералами. Он мечтал выставить свою кандидатуру на президентских выборах 1924 года, но после того как им был издан ряд декретов, ущемлявших американские монополии, действовавшие в Никарагуа, Белый дом категорически отверг кандидатуру Мартинеса.

Государственный департамент решил провести в 1924 году в Никарагуа «мирные выборы» — разумеется, под наблюдением американских экспертов и, конечно, под охраной американских войск. Появилась никому не известная дотоле кандидатура Карлоса Солорсано от партии консерваторов. Только в государственном департаменте знали, что он близкий родственник американского агента Адольфо Диаса, о продвижении по службе которого было рассказано выше. Чтобы придать выборам благопристойную форму, на пост вице-президента был выдвинут представитель либеральной партии, известный никарагуанский врач Хуан Баутиста Сакаса. Но это гоже была вполне надежная фигура: Сакаса получил образование в США, свободно говорил по-английски, хорошо знал обстановку в США и был готов прислуживать своим высоким покровителям из Белого дома. Казалось, вся система была хорошо продумана и разработана. Но государственный департамент забыл о своем верном слуге Эмилиано Чаморро. Точнее сказать, не забыл, а решил от него избавиться, так как имя его стало слишком одиозным для никарагуанцев. По образному выражению мексиканского журналиста Немесио Гарсиа Наранхо, «у бедного Чаморро был единственный дефект — тот же, что у сапожной щетки, которая после длительного употребления загрязняется».

Тем не менее Эмилиано Чаморро выставил свою кандидатуру на пост президента Никарагуа от одной из группировок консервативной партии вопреки воле государственного департамента. Как и следовало ожидать, Чаморро потерпел поражение на выборах. 1 января 1925 года Карлос Солорсано и Хуан Баутиста Сакаса вступили в должность президента и вице президента республики. Поскольку выпестованная американскими инструкторами «национальная гвардия» начала функционировать под руководством офицера армии США, 3 августа 1925 года американские воинские части покинули Никарагуа. Впервые за 14 лет над столичной крепостью «Марсово поле» стал развеваться бело-голубой флаг республики Никарагуа.

В Манагуа прибыл новый посланник США господин Чарльз Кристофер Эберхардт. 54-летний убежденный холостяк, мистер Эберхардт уже свыше двадцати лет находился на дипломатической службе, но Манагуа была первой столицей, где он занял пост посланника. Дослужившись, наконец, до столь высокого чина, он рьяно взялся «регулировать» внутреннюю политику Никарагуа.

Эмилиано Чаморро не угомонился. Он решил взять реванш, и 25 августа 1925 года один из его офицеров, Альфредо Ривас, совершил пробную попытку государственного переворота. Чаморро хотел знать, какова будет реакция, какова будет расстановка сил. Солорсано почему-то не придал особого значения случившемуся и не счел нужным даже наказать организаторов государственного переворота. Тогда Эмилиано Чаморро стал открыто готовить захват власти. Есть данные, свидетельствующие о том, что он делал это с согласия посланника США.

25 октября 1925 года Чаморро захватил крепость Тискапу и потребовал, чтобы президент Солорсано ввел в состав правительства нескольких его сторонников, а также возместил бы расходы на «революцию». Посовещавшись с Адольфо Диасом и посланником США в Манагуа, президент Солорсано согласился с требованиями Чаморро и назначил его главнокомандующим вооруженными силами Никарагуа. Фактически Эмилиано Чаморро вновь стал диктатором страны. Он изгнал из конгресса 18 депутатов-либералов и заменил их своими сторонниками. Затем заставил конгресс объявить вне закона вице-президента республики Сакасу, бежавшего от преследования в Мексику. 16 января 1926 года конгресс вынес постановление о том, что Эмилиано Чаморро будет «замещать президента». В тот же день Солорсано подал в отставку, и Чаморро заменил и его на посту президента. Эта комедия была разыграна настолько грубо, что Вашингтон, желая соблюсти декорум, не счел целесообразным официально признавать Чаморро президентом.

Обстановка в Никарагуа накалилась до предела.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.